Путешественники и мореплаватели редко когда оказывались людьми учеными или имеющими за душой нечто больше, чем просто азы образования. И поэтому им не оставалось ничего иного, как обозначать свое продвижение при помощи тех знаков, что все-таки были им известны.

Поры бы уже человечеству отказаться от не выдерживающего никакой критики и глубоко ошибочного убеждения, будто бы два огромных континенты, разделяющих мировые океаны, бескрайние пространства которых без устали бороздили корабли путешественников-мореходов, неизменно оставались никем не посещаемыми на протяжении целых тысячелетий.

Майк вновь и вновь задавался вопросом, а каким вообще был процент людей, что жили тогда в странах Скандинавии и в совершестве владели руническим письмом?

Раглан перевернулся на спину и лежал, вглядываяссь в темноту широко открытыми глазами. Пора бы уже бледнолицым и уяснить себе, что большинство индейских племен, считающихся коренным населением этих земель, в реальности же таковыми не являлись, будучи сами переселенцами из других мест, а о тех, кто обитал здесь прежде, нам все еще известно до обиного мало.

Конечно, было бы хорошо заиметь такого союзника как Ваолкмейер. Майк был достаточно близко знаком с этим человеком. В свое время, много лет тому назад им довелось рработать вместе, и вот теперь Майк посчитал большим везением, что отыскал-таки его имя в телефонном справочнике. Волкмейер и был тем самым человеком, который не покинет его при малейшей опасности, а судя по впечатлениям, оставшимся от мимолетной встречи с отрядом стражников-Варанелей, рассчитывать на легкий успех никак не приходилось.

И все же первым дело ему нужно будет встретиться с Иден Фостер. Было бы, конечно, хорошо, если бы ему удалось договориться об освобождении Эрика Хокарта, действуя через нее.

Но только насколько веским может оказаться ее мнение, если, разумеется, к нему там вообще кто-нибудь прислушивается? Да и осмелится ли она пойти на такое? Но, с другой стороны, станет ли эта женщина отказываться от своего личного благополучия ради безопасности и благополучия своего народа?

Майк не был до конца уверен в правоте своих умозаключений, но только ему представлялось небольшое, тесно сплоченное общество, которое, будучи сильно этим своим единством, в то же время испытывало панический страх перед проникновением новых идей и веяний из мира, находящегося по другую сторону разделявшего их незримого занавеса. Несомненно, наш мир считался у них "недобрым" и поэтому там шли на все, дабы только оградиться от него.

Таззок...

Таззок был человеком ученым, а как известно, люди считающие себя таковыми, редко когда бывают довольны собственными познаниями. Им не терпится узнать еще больше. Вне всякого сомнения Таззоку теперь тоже захочется распросить его, Майка, очень о многом, а если так, то возможно на этот раз придется сделать знания предметом торга.

Таззок, к примеру, не верил в саму возможность существования народа Каваси. Значит, эта информация держалась в строжайшем секрете. Он был уверен или по крайней мере хотел казаться уверенным в том, что Того-Кто-Обладал-Волшебством на самом деле никогда не существовало, что он был не более, чем миф, легенда. И все-таки среди тех его каменных и глинянных табличек наверняка может быть сокрыт ключ к разгадке, а возможно там удастся отыскать и целые летописи, описывающие события, ставшие причиной исхода Того-Кто-Обладал-Волшебством и его народа.

Ему нужно будет во что бы то ни стало снова увидеться с Таззоком, он должен попытаться отыскать Каваси и, конечно же, Джонни.

Майк проснулся на рассвете. Волкмейер к тому времени уже успел одеться и теперь был занят тем, что причесывал свои седеющие волосы.

- Пойдем позавтракаем, - предложил Раглан. - Может быть Галлафер тоже зайдет туда.

Принимаясь надевать ботинки, Майк сказал:

- Я ничего не сказал о деньгах, Волк, но не сомневайся, это не задаром, я заплачу тебе сполна.

Волкмейер обернулся к нему.

- А разве я просил об этом? Тебе сейчас нужна помощь. А все остальное неважно.

- Но должен же я заплатить тебе хотя бы за то время, что ты потратишь на меня, - возразил ему Майк. - Было бы нечестно с моей стороны за просто так оторвать тебя от работы.

Волкмейер пожал плечами.

- Я не имею привычки говорить о деньгах, пока они не попадут ко мне в руки. Так что давай не будем больше об этом.

На улице было прохладно, небо затянуто облаками. Они направились к ресторану, и под ногами у них шуршал гравий.

Заведение только-только открылось, и когда друзья вошли, то девушка сидевшая за кассой обернулась в их сторону.

- Здравствуйте, мистер Волкмейер! Давно же вы к нам не заходили!

Волкмейер хмыкнул и, пройдя через весь зал, наконец расположился за одним из столиков.

- А ты как будто время от времени заглядываешь и сюда, - предположил Майк.

- Да, бывал как-то раз, как сказала эта леди. А вообще-то я по болььшей части обитаю в Монтиселло или же к северу отсюда.

Они пили кофе, когда наконец пришел Галлафер.

- Мистер Волкмейер! - воскликнул он. - А я и представить себе не мог, что вы можете быть знакомы между собой.

- Давным давно не виделись, - сказал Волкмейер. - Он разыскал меня по телефонному справочнику. - Тут он, извинившись, вышел из-за стола, направляясь к стойке, чтобы купить сигару.

Галлафер тем временем наклонился поближе к Майку и тихо заговорил:

- Ну ты даешь! Что же ты сразу не сказал, что знаком с мистером Волкмейером?

- С Волком-то? Когда-то я вытащил его из обрушившейся штольни. Не виделся с ним целую вечность.

Галлафер теперь пристально смотрел на него.

- Мистер Волкмейер, - серьезно сказал он, - один из самых больших ранчеров и землевладельцев во всей округе. У него такой дом, какой тебе никогда и во сне не приснится. Он один из самых уважаемых людей нашего штата!

23

Майк Раглан хлопнул дверцей машины, и закрыв ее, сунул ключи в карман. Затем он зашагал по дорожке, ведущей к крыльцу. На широкой веранде царила тень, там веяло прохладой, а цветы были такими же прекрасными, какими они и запомнились ему с прошлого раза.

Дверь ему открыл Мери, девушка-навахо.

- Мне бы хотелось увидеться с Иден Фостер, - сказал ей Майк.

Не сводя с Майка взгляда больших темных глаз, она отступила назад, давая ему войти.

- Я сейчас доложу ей о вас, - проговорила она. - Присаживайтесь.

Она придвинула к нему кресло, и наклонившись поближе, как будто для того, чтобы смахнуть с обивки какую-то невидимую пылинку, тихонько шепнула:

- Будьте осторожны!

Майк не стал садиться, оставаясь стоять посреди комнату, оглядываясь по сторонам. Ничего как будто не изменилось, за исключением, пожалуй того, что теперь на столе лежала его книга о путешествии в один из древних монастырей, затерявшихся среди гор Tальянгшаня, в предогрьях Тибета.

Из-за двери, за которой скрылась Мери, послышались приглушенные голоса, и он снова огляделся. Две двери комнаты вели вглубь дома, еще одна дверь открывалась в сад, а четвертая выходила на пустынную лужайку, по краям которой росли деревья.

Повторно взглянув в том направлении, Майк как будто успел заметить тень на траве, как будто кто-то стоял неподалеку от двери на лужайку. Тогда, пройдя через всю комнату, он слегка передвинул кресло, поставив его таким образом, что теперь становилось невозможно открыть эту дверь, без того, чтобы не отодвинуть от нее кресло.

Иден Фостер вошла в комнату молча и неожиданно.

- Мистер Раглан! Как это мило с вашей стороны! А я ждала, что вы позвоните, - приветливо улыбаясь сказала она.

Цвет морской волны несомненно был ей очень к лицу. Этот наряд удачно дополняло ожерелье из бирюзы и коралов и такие же браслеты на запястьях.

- Что будете пить?

- Кофе достаточно. Для выпивки еще слишком рано.

- Да-да, конечно. - Она указала на стол. - Я как раз читала вашу книгу. До чего же странное место! А правда, что даже китайцы мало что знают о нем?

- Да, это так, но только вряд ли они сами согласятся с этим. Этим людям удалось создать у себя в горах нечто вроде независимой автономии.

- Вы ведь уже побывали во многих необычных местах, разве не так?

Он улыбнулся в ответ.

- И я готов вновь и вновь отправляться в подобные путешествия. Видите ли, для меня это уже вошло в привычку.

Улыбка исчезла с лица Иден, и она вытащила сигарету из стоявшей на столе шкатулки. Странно, чего это она так разнервничалась? Может быть пыталась угадать, зачем он пришел сюда? Или ее так встревожил его намек на то, что он всегда готов к необычным путешествиям?

Она села, и Майк последовал ее примеру. Мери внесла кофе, и они завели разговор о погоде. Когда же горничная наконец ушла, Майк сказал:

- Собираясь путешествовать по какому-нибудь очень загадочному краю, обычно бывает очень полезно поговорить с тем, кто уже раньше, до тебя бывал, а может быть и сам жил там некоторое время. Это позволяет избедать многих ошибок.

- Да, пожалуй, в этом вы правы.

- А вам ничего не известно о моем друге? Это он пропал недавно?

- Пропал?.. Ах да, вы, вероятно имеете в виду Эрика Хокарта? Да, я слышала о нем кое-что. Но ведь все уже знают об этом. В конце концов, это очень маленький городок.

- Я надеялся, что его удастся разыскать прежде, чем здесь окажется задействовано правительство. Все, все без исключения лишь выиграли бы от того, если бы он нашелся, и при том как можно скорее. А то люди из правительства могут проявить чрезмерное усердие.

- А вы?

- Как я уже сказал, мы с ним друзья. - Раглан попробовал кофе. - Я начну свои поиски с той горы, где он собирался строить дом. Точнее сказать, с кивы на той горе.

- С кивы? Это такая круглая комната, да? Разве не так назывались места для индейских обрядов? Что же в нец может быть такого необычного?

Раглан улыбнулся.

- В этой киве есть еще и окно. Моя собака проходила сквозь него, и Эрик говорил, что из как раз из этого окна к нему выходила женщина - очень красивая женщина.

- И он что, разговаривал с ней?

- Она хотела, чтобы он пошел туда вместе с ней, и по его словам выходило, что она старалась во что бы то ни стало завлечь его. Он ей не поверил.

- А вы? Или вы тоже равнодушны к хорошеньким женщинам?

- Почему же, как раз напротив, я их очень люблю. Но, как говорится, все должно быть к месту и ко времени.

- А может быть она как раз и хотела отвести его в одно очень замечательное место.

- Уверен, что таковыми и были ее намерения. Но, окажись я на его месте, мне бы так не показалось.

- А вы наверное очень сильный. Да? - У нее были прекрасные глаза. Поставив кофейную чашку на стол, она поудобнее устроилась на диване, забираясь на него с ногами.

- Я думал об Эрике Хокарте, - тихо сказал он, - и главные неприятности начнутся, если он не будет найден.

- А вас это, как видно, волнует, не так ли?

- И даже очень. - Он взглянул на нее. - Но и вас это тоже как будто должно бы волновать. - Он сделал широкий жест рукой. - Жить в таком раю, наверное, очень здорово, а главное удобно и бесхлопотно. Вам наверное было бы очень жалко лишиться этого всего.

Она ответила не сразу, и Майку показалось, что она не на шутку разозлилась. Но тут она снова заговорила, глядя на него совершенно невинными глазами.

- А я вовсе не собираюсь терять это, мистер Раглан. Ни сейчас, ни когда-либо еще. У меня есть друзья, очень хорошие друзья, которые не пожелают и не допустят того, чтобы меня кто-либо беспокоил.

- Даже когда на карту поставлена репутация? Даже в том случае, если вдруг начнется разбирательство, предметом которого станут их отношения с одной очень привлекательной во всех отношениях молодой особой?

- Наши отношения, как вы это называете, никогда...

- Я не сомневаюсь, Иден. Я все прекрасно знаю. Я верю тебе, но вот только кто еще этому поверит? Ты наверное все-таки изредка читаешь газеты, чтобы знать, что жизнь человека в политике обычно висит на тоненьком волоске. И любой скандал вокруг его имени может принести непоправимый вред, так что мало кто из них отважатся на это.

Майк непринужденно откинулся на спинку кресла, но в то же время ни на секунду не переставал прислушиваться к самому малейшему шороху или другому постороннему звуку. Кто-нибудь их подслушивает? А может быть они просто дожидаются ее сигнала? Он сильно сомневался в том, что она допустит, чтобы эту беседу подслушивали, но все-таки что, если кто-либо другой был наделен еще большими полномочиями и был волен не считаться с ее желаниями?

- Иден, нам нужно очень серьезно поговорить. Я хочу, чтобы Эрик Хокарт вернулся назад целым и невредимым. Я уверен, что ты в силах сделать так, чтобы он вернулся. Если же ты не сможешь гарантировать это сама, то ты должна сделать все лично от тебя зависящее, чтобы убедить тех, кто способен на это, что Хокарта необходимо немедленно освободить.

Затушив сигарету, она налила себе кофе из оставленного на столе кофейника. Она посмотрела в его сторону, и тут же быстро отвела взгляд. Она была обеспокоена, это очевидно.

- Я не могу понять, почему..., - заговорила было она.

- Перестань, Иден. Ты все понимаешь. В тот первый вечер, когда я только-только приехал в эти места, какой-то человек ночью проник в мой номер, что я снял для себя в мотеле Тамаррона и стащил книгу. Но это была совсем не та книга, за какой он охотился. А в прошлый раз, когда мы приезжали сюда с Галлафером, я видел ту свою книгу у тебя на столе.

Он отставил от себя чашку.

- Ты узнала уже очень многое, но еще далеко не все о том, как мы живем здесь. И те, кого сюда посылали на подмогу тоже оказались не слишком большими знатоками, и у них все равно ничего не получилось. И поэтому для твоей же собственной пользы, Иден, я предлагаю тебе содействовать скорейшему возвращению Эрика сюда.