Но какой бы ни оказалась причина, а только примерно в то же самое время скальные дворцы опустели, возделанные поля были заброшены. Анасази исчезли.

Вот так. Жили себе люди, а потом вдруг пропали неизвестно куда.

Некоторые свидетельства указывали на то, что незначительная часть племени анасази растворилась среди других групп, положив начало народности хопи. Остальные же, по всей вероятности, тоже могли примкнуть к другим племенам, но только складывается такое впечатление, как будто основная часть скальных жителей просто бесследно исчезла. А что если из-за установившейся засухи и непрекращающихся набегов чужаков на их земли, кое-кто из анасази и в самом деле решил вернуться в тот Третий Мир, прежде ими покинутый?

Оставляя наш мир, они возвращались туда, где было взрощено зло, предпочитая иметь дело с уже известными им пороками, чем обрекать себя на верную смерть от голода. И вернувшись обратно, они, очевидно, сделали попытку отрезать все пути назад, в расчете раз и навсегда отделаться таким образом от возможных преследователей. И вот так, веками среди них культивировалась паническая боязь того мира, что был ими отвергнут и остался по другую сторону таинственной грани.

Возможно - и Каваси как будто тоже упоминала об этом - только очень немногие, избранные из избранных, знали, как и где можно совершить этот переход, и время от времени сами наведывались в ставший чуждым им мир, чтобы раздобыть и прихватить обратно с собой те вещи и предметы, которых иначе не было на их Обратной Стороне.

Майк Раглан допил кофе и теперь уже просто сидел, глядя на так и оставшуюся пустой страничку блокнота с двумя выведенными на ней именами.

Эрик. Каваси.

Она знала его. Виделась с ним. И все же во всем это должен быть еще кто-то, хотя бы потому, что прося о помощи, Эрик вел речь о "нас", говоря о себе во множественном числе. Так кто же был тем неизвестным?

Скорее всего Эрик стал чьим-то пленником, но с другой стороны, Майк знал его как в высшей степени образованного и сметливого человека, обладавшим обширным багажом знаний, применив некоторые из которых на практике, ему, вероятно, и удалось бы бежать.

Зло? Что это за зло? Может быть те, кто вернулся на Обратную Сторону пошли по тому же пути, что и некоторые из племен, жившие на территории Мексики и Центральной Америки? Ацтеки, например, ежегодно совершали кровавые жертвоприношения тысяч людей, большинство из которых были пленниками, захваченных ими во время набегов и войн. Совсем недавно были обнаружены факты, подтверждающие, что майя поступали подобным образом. Было ли это именно тем злом, от которого бежали анасази? Или их гнало нечто другое? Нечто менее осязаемое, но еще более коварное?

Он пребывал в глубокой задумчивости, стараясь принять во внимание решительно все аспекты этой проблемы, но факт тем не менее оставался фактом: Эрик похищен; вероятно, в данное время он находятся на этой самой Обратной Стороне, и его надо освободить.

К тому же Майк не знал никого, кто мог бы оказать ему в этом реальную помощь. У Галлафера было полно своих собственных дел и забот; ну а если тогда предположить, что ему, Майку, и впрямь удастся разыскать на Обратной Стороне того ковбоя, о котором ему рассказала Каваси? А что если, освобождая Эрика Хокарта, он заодно поможет выбраться и тому старику?

Вне всякого сомнения, за многие годы, проведенные им на Обратной Стороне, Джонни сумел постичь много из того, что помогло ему выжить. И чем больше Майк обдумывал эту возможность, тем больше она привлекала его. И все же, первым делом было необходимо подготовить себе прочную базу.

Он должен узнать побольше о пиутах, и если уж на то пошло, то и об Иден Фостер тоже.

Но прежде всего, ему всегда следует помнить о том, что они еще обязательно попытаются убить его или хотя бы захватить в плен.

Майк снова обвел взглядом небольшой зал ресторана. Один из тех двоих одиноких посетителей к тому времени уже ушел. Другой же все еще был здесь: плотного телосложения человек с круглой головой и коротко остриженными волосами, одетый в аккуратную серую куртку-штормовку, из-под которой была видна темно-синего цвета футболка, и брюки-слаксы. Он смотрел совершенно в другую сторону, но зато сидел таким образом, чтобы можно было краем глаза наблюдать и за Майком. Возможно это просто случайное совпадение, не более того. Одинокий посетитель вполне мог оказаться обыкновенным постояльцем гостиницы, не исключено, что он приехал сюда по делам или же просто выбрался на природу, чтобы поиграть в гольф или порыбачить.

Но только Майк должен быть готовым ко всему. Спускаясь по лестнице, выходя на улицу, садясь за руль своего джипа, и даже оставаясь дома. Они избегают привлекать к себе внимание, и поэтому попытка убрать его будет предпринята скорее всего именно в тот момент, когда предоставится возможность сделать это тихо, без лишнего шума.

Когда-то он одинаково хорошо владел и каратэ, и дзюдо. Но поможет ли это ему теперь, когда прошло столько лет?

Мысли Майка снова вернулись к не оставлявшему его в покое вопросу.

Какими все-таки окажутся они, те, кого ему предстоит повстречать на Обратной Стороне? И вообще, каким все будет там?

Если судить о них по Каваси, и ночному визитеру, посетившему его в Таммароне, это были вроде бы обычные люди, такие же как он сам. Но это только то, что ему удалось увидеть. А поэтому Майку следует остерегаться той ошибки, которую допускают равно как белые люди, так и индейцы в оценке друг друга. Принадлежа к разным культурам, они тем не менее, обладают некоторыми характерными чертами, типичными для всех без исключения людей.

Наши представления о поведении в обществе складываются, исходя из реакции на наши поступки окружающих - подобных нам людей. Обитатели же Обратной стороны принадлежат к иной, чем все мы культуре, и следовательно, присущие им чувства и реакции должны быть отличными от наших.

Им явно не хочется обнаруживать свое присутствие среди нас. И тогда, если Майк не ошибся в своих рассуждениях, то выходит, что кое-кто из них по той или иной причине живет здесь, в нашем мире. Иден Фостер запросто может оказаться одной из них, и если это на самом деле так, то в таком случае она, надо сказать, совсем недурно устроилась. Она сумела удачно вписаться в местное общество, обзавелась друзьями.

Она смогла точно определить источники власти и постаралась ассоциировать себя с ними. У нее были друзья и среди самых влиятельных людей штата, и вне всякого сомнения помимо них были и другие, в том числе и те, которые занимались политикой. Потом еще это ее знакомство с Галлафером.

Интересно все-таки, а сам Галлафер знал или хотя бы подозревал о том, кем она была и что из себя представляла на самом деле? Судя по всему, он тоже о чем-то догадывался. Но в таком случае, чем она могла выдать себя? Что заставило полицейского заподозрить, что она совсем не такая, какой хочет всем казаться? Ведь не спроста же он решил отправиться к ней вместе с Майком. Решил, что она не та, за кого себя выдает? Или может быть что-то из рассказанного Майком навело Галлафера на размышления?

Он снова огляделся по сторонам. Посетителей было мало. Офицанты знали его в лицо, привыкнув к тому, что он часто подолгу просиживал здесь за кофе. Время от времени кто-нибудь из них ненадолго задерживался у его столика, чтобы перекинуться парой общих фраз, поинтересоваться, успешно ли идет работа, а то и просто пересказать последние новости и сплетни о других, часто сменяющихся своих постояльцах и клиентах. Здесь работали смышленные, любознательные ребята, среди которых было и несколько студентов местного колледжа.

Человек в серой куртке оставался по-прежнему сидеть за своим столиком, напустив на себя такой безучастный вид, что можно было подумать, будто бы все происходящее вокруг его нисколько не занимает. Но вместе с тем у него была возможность исподволь, краем глаза следить за Майком, на тот случай, если бы тот вдруг встал, надумав уйти. Он мог также наблюдать и за теми, кто подходил к столу, за которым сидел Майк, но только подслушать разговор на таком расстоянии все равно было невозможно.

- Ну, как у вас тут идут дела? - спросил Майк у одного из офицантов, который и до этого часто его обслуживал. - Гостиницу-то полностью заселили?

- Нет. Недавно съехала самая большая группа туристов. Около половины мест теперь как будто пустует. Лично я бы так сказал.

- А новые постояльцы? Что, не приезжают больше?

- Почти нет. Считанные единицы. Люди предпочитают проезжать мимо.

- А вы случайно не знаете вон того человека в серой куртке?

- Этот? Так ведь он у нас не живет. И вообще он как будто иностранец.

Сказать по правде, Майклу Раглану было страшно.

Разумеется, он вовсе не боялся ни того круглоголового детины, ни еще кого-либо. Его отпугивал тот, другой мир, ему становилось не по себе при мысли о необходимости отправиться куда-то навстречу с неизведанным, туда, где все по-другому, все иначе. Он меньше всего желал изменять своим привычным взглядам на окружающую его действительность. Он жил в обычном трехмерном мире и привык иметь дело с подобными себе людьми, которые так же как и он привыкли жить в рамках трех измерений.

В устроенном им у себя дома кабинете среди других книг у него был атлас, в котором можно было открыть карты любого места на земном шаре. На тех картах он мог запросто найти Афганистан, или же указать на то место, где когда-то находилось древнее царство Митанни, или в свое время стоял Вавилон, или даже отыскать Перевал Трех Драконов. Все это было частью реальности. Но только ни за что на свете Майк Раглан не пожелал бы вдруг обнаружить, что между двумя страницами, пронумерованными, скажем, как 357 и 358, существует, оказывается, еще некое бесконечное множество миров, о которых ему самому ровным счетом ничего не известно.

Вот этот зал небольшого ресторанчика, где он сейчас находился пока что тоже был одним из воплощений постоянства. Каждое утро он мог пройти по этим ступенькам, занять столик и отправиться к стойке за своим завтраком. В этом он был уверен.

А если он пройдет через то окно в киве, то ни за что поручиться будет уже невозможно. И все-таки он должен решиться на это.

Он всей душой не желал идти туда. Велико было желание бросить все и бежать без оглядки. Хотелось вернуться в Лос-Анжелес, встречаться за обедом с друзьями или хотя бы просто посидеть в тишине с хорошей книгой.

Но не идти было нельзя.

15

Теперь он ждал своего шанса. За спиной у Майка были стеклянные двери, выходившие на открытую террасу, столы на которой пустовали, а большие зонтики над ними были сложены. По столам и полу то и дело шныряли в поисках крошек проворные белки.

Внезапно со стороны входа послышался шум какой-то возни: там резвились двое подростков. Вздрогнув от неожиданности, человек в серой куртке, обернулся, взглянув в ту сторону, и тут Майк Раглан перешел к решительным действиям.

Он уже успел расплатиться с офицантом, и поэтому, быстро встав из-за стола, он бесшумно открыл стеклянную створку двери, выскальзывая на террасу, оказавшись на которой он не мешкая поспешил к лестнице и благополучно сошел вниз.

Джип был припаркован у тротуара неподалеку, и на заднем сидении Шеф терпеливо дожидался его возвращения. Развернув машину, Майк обогнул небольшой пруд и уже через считанные минуты выехал на шоссе.

Он часто поглядывал в зеркало заднего обзора, пока наконец вход в ресторан не скрылся из виду. Но никто так и не вышел оттуда вслед за ним. Конечно, можно предположить, что он ошибался на счет того человека, но только ему, лично, так не казалось.

Для чего им понадобилось устанавливать за ним слежку? Разумеется, чтобы при первой же возможности убить или хотя бы захватить в плен, в этом не приходится сомневаться. Они не имеют понятия о том, насколько хорошо он информирован, но только наверняка по их убеждению он знает гораздо больше, чем им того хотелось бы. Он общался с Эриком. Разговаривал с Каваси, о чем им тоже скорее всего было известно, и к тому же имел контакт с полицией.

Судя по всему, у них где-то здесь была устроена своего рода база, и теперь Майк задумывался над тем, насколько они были знакомы с привычным всем нам укладом жизни. С одной стороны, Иден Фостер, конечно если она была одной из них, сумела как будто приспособиться довольно неплохо. Но вот человек в серой куртке, возможно даже и не догадывался о существовании второй двери, ведущей из ресторана, приняв ее просто за стеклянную стену.

Интересно было бы узнать, как там развивались события после его ухода? Попытался ли незнакомец преследовать его? Или может быть он был просто до глубины души озадачен внезапным исчезновением Майка?

Восстанавливая в памяти все, вплоть до мельчайших подробностей, Майк подумал и о том, что он как будто бы не заметил, чтобы незнакомец расплачивался с офицантом, а раз так, то, если бы тот и попытался бы уйти, его наверняка задержали бы.

Путь предстоял неблизкий. Вынув из кобуры пистолет и положив его рядом с собой на сидение, Майк уверенно вел машину, направляясь на запад. Он ехал доволььно быстро, но не превышая скорости. Любые задержки и проволочки в дороге были бы ему теперь очень не кстати.

В своих мыслях он вновь и вновь возвращался к сложившейся ситуации. Если только Эрику не удастся бежать, то тогда ему, Майку, ничего не остается, как самому отправиться туда. Другого выхода нет. Итак, он должен был пройти сквозь "занавес" и отыскать Эрика.

- А это, Шеф, будет, между прочим, очень не просто, - заметил он вслух.

Все это время огромный пес неподвижно лежал, опустив свою огромную голову Майку на колени, и теперь он слегка повел одним ухом.

- А ты, парень, такой же как и я. Ты бы тоже с большим удовольствием остался бы здесь.

В зеркале заднего обзора не отражалось ничего примечательного, кроме редких легковых машин и пикапов, владельцы которых, очевидно, направлялись куда-то по своим каждодневным делам, но только Майк к ним ко всем теперь относился с недоверием. Он размышлял над той проблемой, что всецело занимала его теперь, и не мог думать ни о чем больше.