Джой в конце концов смилостивилась над Гидеоном и согласилась лететь с ним в Шотландию, но только из-за того, что ее хотела видеть его мать.

Она бушевала, когда в спешке бросала свою одежду в сумку:

— Либо ты прекратишь самодовольно и с превосходством ухмыляться, либо я тебе врежу!

Но это суровое заявление Джой оказало на Гидеона совершенно противоположный эффект, так как теперь его одолевало неконтролируемое желание смеяться.

Джой ужасно злилась, когда ехала с Гидеоном на частный аэродром, где находился вертолет, хранила упорное молчание во время всего полета до дома его матери, который располагался недалеко от Эдинбурга, и стоически сохраняла равнодушное выражение лица, когда Гидеон посадил вертолет на огромную вертолетную площадку.

Теперь наконец ее недовольство сменилось воинственностью, пока они проходили короткое расстояние от вертолетной площадки до дома.

Гидеону до сих пор удавалось сдерживаться и не комментировать перепады настроения Джой. На этот раз стало очевидным, что она злится даже из-за его молчаливости!

— Это не самодовольство и не превосходство, Джой, — сказал он ей. — Я просто испытал облегчение, когда увидел, что снег еще не выпал и мы сможем благополучно приземлиться.

— Ты сомневался в благополучном приземлении?! — изумилась Джой.

Гидеон пожал плечами:

— Сейчас февраль, и мы в Шотландии.

Джой одарила его скептическим взглядом, ни на мгновение ему не поверив. Он определенно самодовольно улыбался оттого, что она все-таки согласилась лететь с ним в Эдинбург! Однако Джой принимала решение не ради Гидеона. Если бы Джой имела такую возможность, то не встречалась бы с ним долгие-долгие годы, пока не состарится и не перестанет проявлять к нему интерес…

Однако Джой нравилась его мать, Молли Сент-Клер. Она понравилась ей сразу — с того самого момента, как женщины познакомились на свадьбе Стефани и Джордана. Молли не скрывала, что любит и гордится своими сыновьями, и эта любовь и восхищение были взаимными. Братья Сент-Клер явно обожали свою мать.

Неспроста Молли так неожиданно попросила Гидеона прилететь к ней в Эдинбург на уик-энд. По рассказам Стефани Джой знала, что Пожилая женщина не относится к типу мамочек, которые буквально душат детей своей любовью. И когда Гидеон заупрямился, отказываясь лететь к матери без Джой, она оказалась в трудном положении. Несмотря на собственное недовольство, Джой в конечном счете приняла единственно правильное решение.

Вот поэтому теперь она находится в Шотландии и идет к огромной дубовой двери особняка Молли Сент-Клер. А Гидеон, черт бы его побрал, вышагивает рядом с ней неторопливо и торжественно!

«Пусть сам объясняет, зачем я приехала», — подумала Джой, когда согласилась поехать с ним. И если он думает, что в определенный момент его мать не потребует объяснений, то его ждет сюрприз!

— Кажется, что теперь ты самодовольно улыбаешься.

— Разве? — Джой покосилась на Гидеона. Они оба были тепло одеты. На Джой был толстый дафлкот note 3, свитер и джинсы, а на Гидеоне — шерстяное пальто карамельного цвета, свитер и брюки. — Не могу даже представить почему.

Гидеон тоже не мог отыскать тому причину. Но он не сомневался, что она над ним подшучивает.

«Джой снова стала прежней — веселой и откровенной», — с сожалением подумал он. Такое впечатление, что сегодня утром они не занимались любовью…

Что касается Гидеона, то он не мог изгнать из памяти яркие образы. На самом деле после их близости он вообще мало о чем другом мог думать. Особенно его интересовало, каким должен быть стать его «корректный вопрос»…

Так как Гидеон очень близок с матерью, может быть, ему обсудить сложившуюся ситуацию с Молли? Нет. Вероятно, он не будет с ней об этом разговаривать, потому что сегодня повел себя не очень достойно.

Гидеон пребывал в ужасном состоянии. Будучи человеком, который всегда контролирует каждый аспект своей жизни, он понятия не имел, что происходит в настоящий момент в его жизни. Хотя к такому состоянию ему уже следовало привыкнуть, ведь Джой перевернула его мир с ног на голову с того самого момента, когда он впервые с ней встретился.

И все же Гидеон осознавал, что ему приятно, когда она рядом с ним. Злится она или радуется, работает или отдыхает, он никогда не заскучает в ее компании. На самом деле…

— Гидеон!

Мать открыла дверь прежде, чем они нажали кнопку звонка, что доказывало, как нетерпеливо она их ждала. Она поспешно обняла Гидеона.

— Джой! — восторженно прибавила Молли Сент-Клер, обхватив ладонями руки молодой женщины. — Входите же и погрейтесь у камина. Полет прошел нормально? — спросила она, когда они оказались в коридоре и стали снимать верхнюю одежду.

Джой покосилась на Гидеона, прежде чем сдержанно ответить:

— Я прежде не летала на вертолете, поэтому мне не с чем сравнивать.

— О, Гидеон — очень хороший пилот, — сказала Молли, ласково улыбнувшись сыну. — У меня готов чай. Пройдемте в гостиную?

Мать Гидеона была крайне приветливым человеком, и все же Джой чувствовала себя неловко у нее в гостях.

— Очень любезно с вашей стороны, что пригласили меня к себе, миссис… — Джой невольно вздрогнула, так как не знала, какую фамилию теперь носит бывшая миссис Сент-Клер, ведь та развелась с мужем двадцать пять лет назад!

— Пожалуйста, зовите меня по имени, — с улыбкой попросила мать Гидеона. Молли была красивой женщиной за пятьдесят, с темными волнистыми волосами до плеч и добрыми карими глазами. У Гидеона были точно такие же глаза…

— Я отнесу наши сумки наверх, прежде чем мы сядем пить чай, — предложил Гидеон. Увидев мать спокойной и расслабленной, он несколько удивился, потому что недавно она просила его приехать в Шотландию как можно скорее, чтобы обсудить нечто важное.

— О да. Отнеси, — ответила Молли. — Я не знала наверняка, как вы предпочтете ночевать в доме, поэтому поместила вас обоих в синей спальне. Но если кто-то из вас захочет ночевать в отдельной комнате, он сможет переехать в соседнюю спальню.

Если Гидеон ожидал, что Джой смутится, услышав предположение его матери о том, что они будут спать вместе, то ему пришлось горько разочароваться. Джой, наоборот, выглядела чертовски довольной, когда повернулась и посмотрела на него с демонстративно насмешливым выражением по-кошачьи зеленых глаз.

Гидеон поджал губы и повернулся, чтобы ответить матери:

— Я положу свои вещи в соседней спальне. — Он вышел из комнаты, даже не взглянув на Джой.

— Я сказала что-то не то?.. — растерялась его мать.

Джой посочувствовала Молли, которая недоумевала по поводу поведения сына.

— Хотя мне понравилось видеть Гидеона неуверенным в себе человеком, думаю, вы должны знать, что мы с ним не пара, — сказала Джой.

— Вы не пара? — Пожилая женщина выглядела разочарованной. — Но почему? — Она вдруг оживилась. — Мне кажется, что вы именно та девушка, которая сумеет заставить моего сына забыть о самодовольстве.

Джой мягко усмехнулась:

— О, я определенно расшатываю решетки в удобной клетке, которую он для себя создал.

— Тогда, может быть, вам следует расшатывать их до тех пор, пока клетка окончательно не разрушится? — порекомендовала Молли.

Джой скривилась:

— К тому моменту, когда это произойдет, я состарюсь и поседею.

Молли подалась вперед и пожала Джой руку:

— Я одинаково сильно люблю всех моих сыновей и абсолютно уверена, что Лукан и Джордан сделали замечательный выбор, женившись на любимых женщинах. Пусть их браки будут долгими и счастливыми. Но я очень беспокоюсь о Гидеоне. Знаете, он такой любящий мальчик…

Джой не могла себе представить Гидеона любящим. Хотя могла, конечно… Она представила Гидеона маленьким золотоволосым мальчиком с сияющими глазами, который любит всех вокруг и знает, что его благополучие надежно защищено…

— Он был ближе всех к Александру. Моему бывшему мужу, — уточнила Молли, хотя этого не требовалось. Джой отлично знала, кто такой Александр. — Когда наш брак распался… — Она печально покачала головой. — Мои мальчики очень переживали, но Гидеон пострадал сильнее всех. Как мне кажется, он стал избегать любви…

Джой знала, что Гидеон избегает не только любви, но и любых других эмоций.

— Вы действительно заблуждаетесь по поводу нас обоих, Молли. Мы не вместе.

— Не отступайтесь от него, Джой, — эмоционально прошептала пожилая женщина, когда услышала, как Гидеон спускается по лестнице. — То, что он привез вас сюда, о многом говорит.

Джой покачала головой:

— Я приехала сюда не просто так, но причина не та, о которой вы думаете… — Она умолкла, когда Гидеон вернулся в комнату.

Он настороженно прищурился, проходя мимо женщин, и подошел к камину, чтобы согреться.

— Если вы не будете возражать, я откажусь от чая и поднимусь наверх, чтобы отдохнуть? — игнорируя Гидеона, обратилась Джой к Молли. — Я плохо спала прошлой ночью и чувствую себя немного уставшей…

Кроме того, Джой решила удалиться, чтобы дать матери и сыну возможность пообщаться.

— Конечно. — Молли тепло улыбнулась. — Гидеон, ты бы…

— Я уверена, что смогу сама найти спальню, если вы просто укажете мне направление, — сказала Джой, намеренно стараясь не смотреть на Гидеона. Джой скорее почувствовала, чем увидела, каким насмешливым стал его взгляд, когда она заявила, что плохо спала ночью.

«Ладно, пусть насмехается! Ведь он и не догадывается, что своим поведением лишь провоцирует любопытство у своей матери!

Гидеону это невдомек, потому что он никогда не задумывался о продолжительных отношениях с женщинами. Он предпочитал «удовлетворение взаимных потребностей», но Джой не собиралась вступать с ним в подобную связь.

В воскресенье ближе к вечеру они вернулись в Лондон.

— Все действительно не так уж и плохо. — Джой с беспокойством взглянула на Гидеона, стоявшего в коридоре возле ее квартиры.

Тот посмотрел на нее безучастно:

— Что ты сказала?..

— Ангус Мюррей показался мне хорошим человеком, — произнесла Джой. — И он, вне сомнения, обожает твою мать. — Она ободряюще ему улыбнулась, вспомнив о своем впечатлении, которое произвел на нее Мюррей во время их общего вчерашнего ужина.

К удивлению Гидеона, новость, которой его мать хотела с ним поделиться, была связана с ее намерением вступить в брак с лэрдом note 4 Мюрреем. Молли познакомилась с ним на одной вечеринке год назад. У Ангуса Мюррея было поместье под Инвернесс. Их свадьба должна была состояться летом, после чего Молли собиралась переехать в дом Ангуса на севере Шотландии.

Джой и Гидеон увидели пожилого мужчину вечером, когда он присоединился к ним за ужином. Это был грубовато-добродушный вдовец-шотландец в возрасте за пятьдесят, чьи ясные и озорные голубые глаза с восхищением и любовью смотрели на Молли.

Гидеон понял, что у Джой сложилось впечатление, будто он не одобряет намерения матери во второй раз выйти замуж. Однако Джой заблуждалась. Гидеон был более чем рад, что после двадцати пяти лет одиночества его мать наконец-то нашла мужчину, который явно ее обожал и с которым она желала провести остаток своей жизни.

Конечно, Гидеон был несколько обескуражен тем, что после стольких лет одиночества его мать не только почувствовала себя в состоянии полюбить снова, но и была готова связать судьбу с другим мужчиной. Это произошло, когда о прошлом позабылось, а два ее сына счастливо женились. Получается, что Гидеон все эти годы зря с таким цинизмом относился к любви и привязанности!

Он кивнул Джой:

— Они отличная пара.

— В самом деле! А тот факт, что сегодня утром позвонил полицейский и сказал, что Ричард Ньюман пойман и сознался в совершении акта вандализма, означает, что тебе больше незачем чувствовать себя обязанным меня защищать, — радостно заметила Джой.

Вот в этом-то и заключалась проблема для Гидеона.

На самом деле после того, как позвонил полицейский, Гидеон думал только о том, что придется расставаться с Джой…

— Что, по-твоему, ему грозит? — задумчиво спросила Джой, имея в виду Ньюмана, который в настоящее время давал показания.

Гидеон пожал плечами:

— Он, вероятно, в конечном счете отправится к психиатру, как и его бывшая жена.

Джой поморщилась:

— Опять ты за свое… Намекаешь на то, до чего могут дойти люди, состоящие в браке?

— В плохом браке, — уточнил Гидеон.

— Я не предполагала, что ты знаешь, чем хороший брак отличается от плохого.

Он печально усмехнулся:

— Возможно, я научился этому, глядя на счастье членов моей семьи.

— Что-то я в этом сомневаюсь, — беспечно ответила Джой. — Тем не менее главное в том, что ситуация с Ньюманом уладилась.

Прежде Гидеон верил, что почувствует облегчение, когда его принудительное попечительство над Джой подойдет к концу. Он думал, что больше всего желает вернуться к своей прежней, упорядоченной жизни. А когда ситуация с Ньюманом благополучно разрешится, он с огромной радостью расстанется с рыжеволосой адвокатессой…

На самом деле Гидеон чувствовал себя совсем иначе.

Гидеон понятия не имел, какие именно ощущения его одолевают, но облегчения он определенно не испытывал.

— Увидимся завтра на работе, — сказала она.

Гидеон сосредоточил внимание на Джой, нисколько не успокоившись при виде ее настороженного выражения лица.

— Гидеон?..

Он моргнул, с трудом отмахиваясь от собственных мыслей:

— Да, без сомнения, мы увидимся завтра на работе.

Джой не знала, о чем он сейчас думает, так мрачно хмурясь, хотя могла догадаться. По-видимому, Гидеон по-прежнему волнуется из-за матери, которая объявила, что летом снова выйдет замуж. Во время короткого разговора, который состоялся у нее с Молли, Джой поняла, что после того, как Джордан и Лукан создали счастливые семьи, главной заботой Молли стал Гидеон.

Но в их случае пожилая женщина ошиблась. Она зря надеялась, что у Гидеона и Джой сложатся какие-то отношения…

Джой повернулась и вошла в свою квартиру:

— Тогда спокойной ночи!

— Джой…

— Да? — Она насмешливо на него посмотрела, оставив дверь полуоткрытой.

Гидеон резко вздохнул, понятия не имея, что делать дальше. Он был уверен только в том, что не хочет с ней прощаться. Он не хочет никогда с ней расставаться!

— Я надеюсь, что сегодня тебе удастся хорошенько выспаться.

Джой одарила его печальной улыбкой:

— От чистого воздуха Шотландии вчера сон сморил меня в восемь часов вечера.

— Тем не менее…

Джой задалась вопросом: почему Гидеон не уходит? Если он и дальше будет стоять у двери ее квартиры, она поддастся импульсу и пригласит его к себе. Пригласит в свою постель. И почувствует ужасное унижение, когда Гидеон откажется…

— Осторожнее за рулем, — непринужденно пожелала она ему.

— Хочешь, я заеду за тобой завтра утром?

— Гидеон, ты можешь наконец уйти? — рявкнула Джой. — Меня доконали любезности, которыми мы с тобой обменивались последние двадцать четыре часа ради твоей матери!

Он скривил губы:

— В таком случае я должен поблагодарить тебя за то, что ты так тщательно скрывала свое отвращение ко мне, пока мы гостили у моей матери.

— Да, ты должен благодарить меня. — Джой вопросительно на него посмотрела. — Ну? — произнесла она, когда он промолчал.

Гидеон натянуто улыбнулся:

— Я боюсь, что это единственная благодарность, которую ты от меня получишь.

Джой едва заметно и понимающе улыбнулась в ответ.

— Спокойной ночи, Гидеон, — произнесла она и закрыла дверь.

Едва добравшись до гостиной, она без сил опустилась на диван.

Проведя в компании Гидеона последние сорок восемь часов, Джой поняла, что совсем не испытывает неловкости и напряжения рядом с ним. Ей нравилось проводить с ним время. Однако ей следовало сохранять в тайне свои чувства к нему.