Бейли обошла несколько бюро занятости, но ничего подходящего найти так и не удалось. Было несколько приемлемых на первый взгляд предложений, но затем оказывалось, что это либо работа для волонтеров, либо коммивояжерская — ходить по домам и предлагать товар.

Везде интересовались ее навыками. Нет диплома об окончании средней школы? Один год учебы в парикмахерской. Небольшой срок работы воспитательницей. Основная, если так можно выразиться, работа официанткой — ею Бейли работала чаще всего.

Ее направили в рекрутинговое агентство. Работа, что там предлагали, была самой разной, причем должности были престижные, но у нее не оказалось требуемых навыков. Ей предложили хотя бы закончить курсы. Но большинство из них были платными, а Бейли не располагала ни временем, ни деньгами. Однако с чего-то было нужно начинать. Во-первых, чтобы вернуть деньги, во-вторых, чтобы показать Матео — она способна на большее, чем быть дешевой актрисой, какой он, похоже, ее считает. На тот момент в Италии ей просто требовалась поддержка…

«Все люди время от времени прибегают к помощи, даже Матео Селека, просто эта помощь носит разный характер» — так считала Бейли.

После целого дня беготни она чувствовала себя измочаленной, но старалась не терять присутствия духа. Этому учила ее мать: во всем искать только хорошее. Но после того как ее мать скончалась в возрасте тридцати пяти лет от инсульта — что в ее смерти было хорошего и для кого? — Бейли позволила себе усомниться в этом. Зато она верила в другое: никогда не сдаваться, ни при каких обстоятельствах! Для этого нужно мужество. Мужество — качество сильных личностей. Ее мать хотела видеть дочь сильной.

В шумном от транспорта и людей центре города Бейли вытащила расписание автобусов. И тут она услышала знакомый голос… Бейли не слышала этот голос больше года — в последний раз ей было сказано не возвращаться домой с протянутой рукой.

Сердце забилось где-то в горле. Бейли медленно повернула голову. Ее отец стоял на тротуаре, прижимая телефон к уху и открыто выражая кому-то свое недовольство, — насколько поняла Бейли, это был деловой разговор.

Ей вдруг стало тяжело дышать. После его слов, мгновенно возникших в ее памяти, она никогда не сможет так запросто подойти к нему, хотя… Хотя еще были живы и детские воспоминания — как отец ездил с ней на верховые прогулки, как отвечал на многочисленные вопросы восьмилетней девочки… Стоило Бейли только заболеть, отец сразу же мчался с ней к доктору и даже отпрашивался с работы, чтобы ухаживать за дочкой.

Это длилось еще целый год после того, как ее мать их покинула. А потом…

Рыдание вдруг подступило к ее горлу, глаза увлажнились.

Отец, ее отец стоял так близко к ней! Чувство, что либо сейчас, либо никогда, охватило ее существо, и Бейли сделала по направлению к нему один шаг, затем другой. Может быть, отец просто не совладал тогда со своими эмоциями, поэтому говорил с ней жестко, почти жестоко? Может быть, что-то изменилось за год, что они не виделись? Может, он смягчился и пожалел, что был с ней так категоричен? Все-таки она единственный его ребенок…

На губах Бейли появилась неуверенная улыбка. Она преодолела половину разделявшего их пути, когда у тротуара остановилось такси. Бейли не сразу совладала со своими голосовыми связками, которые неожиданно сели. Даймон Росс распахнул дверцу и, продолжая говорить, уселся на заднее сиденье. Бейли взмахнула рукой и, обретя наконец голос, выкрикнула его имя. Но отец уже захлопнул дверцу, и спустя несколько секунд такси влилось в поток машин…

Рука Бейли безвольно упала, ее охватило оцепенение. Слепо моргая, она боролась с подступившими и начавшими жечь глаза слезами и растущими разочарованием и болью. С другой стороны, может быть, то, что она не успела подойти к отцу, к лучшему? Может быть, такси спасло ее от ощущения еще большей боли и разочарования, если бы она оказалась не права и отец не изменил своего решения?

А ведь он предупреждал ее, что она пожалеет, если не закончит школу! Пусть так… И пусть время пока доказывает его правоту, но он наговорил ей еще столько вещей, которые не говорят людям, которых любят. Впрочем, сожалеть уже не имеет смысла, — поздно. То, что осталось в прошлом, изменить нельзя. Изменить можно только будущее. Но для этого нужно начать действовать в настоящем. Сейчас!

И Бейли решительно зашагала к автобусной остановке.

Бейли вернулась к дому Матео в шесть часов, хотя и предупредила, что будет к пяти. Матео открыл дверь, окинул ее внимательным взглядом и нахмурился.

Гордо задрав подбородок, девушка зашла в холл и подавила желание сбросить пыльные туфли. Представив, как она выглядит со стороны, Бейли простонала про себя. Ну вылитая бродяжка, которая умирает с голоду и отчаянно нуждается в теплом душе!

Матео закрыл за ней дверь.

— Ну и как успехи по поиску работы? Могу я предположить, что не совсем удачные?

— На сегодня это так, — признала Бейли, отводя взгляд, но стараясь держать спину прямо. — Завтра я снова пойду искать работу. Я зашла в общем-то только отметиться и чтобы вы не подумали, будто я сбежала из города. Надеюсь, ваше предложение еще в силе? Обо всем остальном я позабочусь сама. Я даже настаиваю на том, чтобы мы заключили письменный контракт, который зафиксирует мои обязательства.

— В этом можешь не сомневаться, — суховато сказал Матео. — Я не благотворительная организация, и не важно, о какой сумме идет речь.

— Вы не верите моему слову? — сощурилась Бейли.

— Поставь себя на мое место, — спокойно сказал Матео.

Бейли задумалась и медленно кивнула:

— Вы правы.

— Я верю, но проверяю, — добавил Матео.

Бейли снова кивнула и немного расслабилась.

— Вы куда-то собрались? — спросила она, окинув его взглядом.

Матео был одет в элегантные брюки и черный вязаный свитер. От него исходил приятный, волнующий запах, а в начищенных до блеска туфлях все отражалось, как в зеркале. Уже второй день она встречается с ним на или возле порога его дома. Да, забавно…

— Я говорил с другом. Очень близким другом, я даже принимал роды у его жены, — сказал он.

— Наверное, удобно иметь в друзьях такого друга, как вы, — пробормотала Бейли.

Улыбка мелькнула и пропала на лице Матео.

— Жена Алекса работала в агентстве недвижимости, — продолжил он. — В отделе аренды помещений. И сейчас, после рождения сына, пару дней в неделю Натали ходит на работу, чтобы быть в курсе событий и не растерять навык.

Бейли не знала, с чего это Матео вдруг стал с ней таким разговорчивым, но все-таки сказала:

— Умная женщина.

— Так вот, — вернулся Матео к ее вопросу. — Раз уж я никуда не поехал, я предложил Алексу встретиться за ужином. И предупредил его, что могу прийти не один. Я коротко обрисовал нашу ситуацию…

Между ними словно что-то пробежало. «Наверное, мне это показалось», — постаралась убедить себя Бейли, хотя сердцебиение у нее почему-то опять участилось.

— Ваш друг меня не знает. Мы с вами едва знакомы. Прошу прощения, но у меня такое чувство, что, хотя вы и дали мне крышу над головой и даже готовы одолжить денег, я вам не очень-то нравлюсь.

— Но питаться-то мы должны! — заметил Матео, а Бейли сразу выделила это местоимение. Когда «я» и «ты» успели превратиться в «мы»? — Или у тебя есть какие-то планы?

Вообще-то Бейли хотела заняться поиском номера в отеле, который был бы ей по карману. Но Матео прав: надо что-то съесть. Ее желудок негромко заурчал, подтверждая, что пора подкрепиться.

— А что вы конкретно сказали вашему другу? — внезапно спросила она.

Матео пожал плечами:

— То, как есть на самом деле.

— Что я одолжила деньги у вашей бабушки и что вы были настолько добры, что сами согласились одолжить мне денег? Правда, лишь из опасения, что я не верну долг вашей бабушке? И именно потому готовы меня даже приютить? Чтобы держать меня перед глазами, так сказать?

— Бейли, не надо иронизировать, — покачал головой Матео. — Мы же согласились, что…

— Да-да, я помню, — перебила его Бейли. — Прошу прощения. Но все-таки что вы ему сказали?

— Что ты знакома с моей бабушкой и недавно вернулась в Австралию.

Бейли задержала дыхание. Лицо Матео было открытым. Что бы это значило? Что он все-таки ей поверил, особенно учитывая, что она вернулась в его дом, как и обещала? В общем-то ей не важно, что он о ней думает.

Матео засунул руки в карманы брюк.

— Конечно же, если ты не голодна, то…

— Нет. Я хотела сказать… да, голодна! — Живот Бейли подтверждал: так и есть, единственный кексик, что был съеден за весь день, она умяла несколько часов назад. Бейли оглядела себя. — Но не могу же я отправиться такой… взмыленной и пыльной? Мне нужно принять душ.

— Столик уже заказывают.

Бейли закусила нижнюю губу. Кроме душа существовала еще одна проблема, которую ей, как и любой женщине, выходящей на публику, обязательно нужно было решить.

— И у меня нет платья, — наконец сказала она, бросив еще раз взгляд на Матео, одетого очень элегантно. По его внешнему виду было ясно: посетителей в джинсах и рубашке в заведение, в котором заказан столик, скорее всего, не пустят.

Матео окинул ее фигуру с ног до головы. Бейли стало жарко от этого взгляда — ощущение было таким, словно он провел по ней ладонями.

Матео усмехнулся:

— То, что на тебе, сгодится.

* * *

Через двадцать минут Бейли, приняв душ и немного освежившись, спустилась за Матео в гараж, стараясь не смотреть, как перекатываются под черным трикотажем свитера его мускулы, и не вспоминать о том, какой притягательной выглядела вчера его голая грудь, освещенная лунным светом…

Как ни хотелось Бейли признаваться, но Матео Селека ее притягивал. «Ну нет! Больше я не позволю себе помечтать о нем, как мечтала только что, стоя под душем!» Жаль только, что убеждения не действовали и ее мысли сами собой возвращались к его персоне. И уж совсем не годилось, что она представляла себе, как его сильные загорелые руки сомкнутся вокруг нее, притягивая к себе, или каково будет ощутить его губы на своих…

Сейчас же в ее мозгу вспыхнул и еще один образ: Матео Селека, накрывающий ее своим великолепным обнаженным телом на той чудесной большой постели наверху…

Стоило об этом подумать, как горло у нее пересохло, а соски напряглись и затвердели. Бейли замедлила шаг и перевела дыхание. Она, может быть, еще обручена с Эмилио, но он никогда не вызывал у нее таких чувств. Да и никто не вызывал, только Матео. Как такое возможно, если они знакомы всего лишь один день?

В гараже стоял дорогой автомобиль с низкой посадкой. Впрочем, здесь хватило бы места еще не для одной машины. Даже интересно, почему у Матео только этот спортивный автомобиль и ни одного более представительного — типа «роллс-ройса»?

Гофрированная стенка гаража поднялась с негромким жужжанием. Они выехали на тихую улицу с широким ровным тротуаром, по которому прогуливались женщины в дорогих дизайнерских одеждах, ведя на поводках ухоженных собачек. Вряд ли люди, принадлежащие к этому классу, имели представление о том, как живется остальным, не рожденным с серебряной ложкой во рту…

— Я сегодня звонил кое-кому… — начал Матео, переключая скорости.

— Бабушке? — предположила Бейли и получила утвердительный кивок. — Я собиралась дать ей знать, как только более-менее улажу свои дела… Ты сказал ей… — незаметно для себя Бейли перешла на ты, — что предложил мне у себя переночевать? — Девушка чувствовала себя немного неловко, задавая этот вопрос, даже будучи уверенной в том, что вряд ли бабушка Матео имела бы что-нибудь против.

— Я сообщил ей, что ты отдохнула у меня и отправилась на поиски работы. — Они свернули за угол. — Она сказала, что тебе надо бы у меня остаться, пока не заработаешь денег и не найдешь, где тебе поселиться.

Бейли закрыла глаза и простонала про себя, чувствуя, как начинают гореть ее щеки. Бабушка Матео была замечательной женщиной, и для того, чтобы сделать этот вывод, ее не обязательно было знать годы. То, что предложила бабушка, лишний раз подтверждало: старая женщина беспокоилась о совершенно незнакомом ей человеке.

— Надеюсь, ты сказал ей, что я уверена в своем успехе?

— Я ответил, что предложу.

— Предложишь что?

— Пожить в моем доме пару дней, чтобы тебе не думать хотя бы о крыше над головой.

— И чтобы составить соглашение о займе?

— И это тоже. Но в общем, как я уже говорил, я не хочу расстраивать бабушку, тем более что моя жилплощадь позволяет разместить гостя. — Он окинул ее быстрым взглядом. — И даже больше, чем на пару дней.

Бейли не успела ничего возразить, так как Матео без перехода заговорил о людях, с которыми им предстояло ужинать. Бейли слушала его вполуха, снова и снова возвращаясь к мысли о предложении пожить в его доме. Нет, она не хотела становиться нахлебницей, но несколько дней уверенности, когда ей не придется беспокоиться о том, где переночевать, чтобы решить вопрос с работой, — это было бы настоящей удачей! Бейли была решительно настроена начать работать сразу же, как только найдет что-нибудь более-менее подходящее. Не может же быть так, чтобы она не смогла найти работу!

Когда Матео остановил машину и Бейли увидела дом, в который они направлялись, она ощутила волнение. Хотя с чего это? Не важно, как Матео жил раньше, но сейчас-то его друзья должны быть того же круга, в котором вращался он сам. Несмотря на охватившее ее волнение, Бейли было интересно познакомиться с людьми, с которыми Матео проводил свободное время. К тому же за разговором она сможет узнать что-нибудь о нем самом, какие-нибудь интересные факты. Немножко неудобно было лишь за свою одежду и не совсем выходные туфли. Вряд ли Матео и его друзья, которые могут позволить себе жить в доме, мало чем уступающем его дому, будут ужинать в какой-нибудь пиццерии.

Матео вышел из автомобиля, обошел его, открыл дверцу с ее стороны и протянул Бейли руку, которую она приняла. Ей сразу же стало жарко, словно ее опалили искорки пламени. Сердце у нее заколотилось о ребра, но Бейли сумела сохранить спокойное выражение лица, выбираясь на тротуар. Ощущения, которые вызывал у нее Матео своей близостью, сегодня были даже сильнее, чем вчера. Если уж она горит, как в огне, от прикосновения его рук, то что же она испытает, если Матео… поцелует ее?

Эта пугающая реакция, которую вызывает у нее Матео… Чувствует он то же самое по отношению к ней или нет? Как узнать это?

Дверь, возле которой они стояли, наконец открылась, и Бейли увидела потрясающую брюнетку с ребенком на руках, одетым в голубой комбинезончик, и высокого темноволосого мужчину. Алекс Рамирес отступил в сторону, а его жена протянула руку. У нее был безупречный маникюр, на шее блестело бриллиантовое колье.

— Вы, наверное, Бейли? Меня зовут Натали, а этого человечка, что у меня на руках, — Рис. — Она слегка подбросила ребенка. Тот взвизгнул от восторга и улыбнулся. — Проходите, — продолжила она, — и тащите сюда своего красавца спутника.

Матео наклонился и чмокнул Натали в щеку, после чего подал руку своему другу и, словно чувствуя волнение Бейли, встал с ней рядом, причем так близко, что люди могли принять их за пару.

Войдя в просторную гостиную, обставленную современной мебелью, обтянутой кожей и тиком, Бейли еще раз взглянула на платье Натали. Длиной чуть ниже колен, оно переливалось лиловым блеском в свете профессионально размещенных для лучшего эффекта ламп, подчеркивающих фигуру Натали и красоту ее длинных темных волос. На Натали были лиловые — в цвет платья — туфли на невысоком каблуке, ногти на ногах покрыты красным лаком.

Бейли взглянула на свои ноги и поморщилась. Да, давненько она не ухаживала за своими ногтями!

Жизнь в Каза-Буоне текла неторопливо. И ей не нужно было много одежды, чтобы иметь возможность путешествовать налегке, а не тратить время на долгие сборы. К тому же ей пришлось сбежать из Каза-Буоны, поэтому часть своих вещей она оставила там. Жаль, что ее расставание с этим городком вышло таким. Ей нравилась жизнь, которую она там вела, нравилась работа, нравились живущие там люди и разговоры, в которых она тоже принимала участие, когда таверна закрывалась на ночь.

Как-то закончится этот вечер? Вероятнее всего, сигаретами и бренди для мужчин в кабинете, а женщинам будет предложено шампанское.

Алекс подошел к бару:

— Кто что желает выпить?

— Спасибо, мне ничего не нужно, — отказалась Бейли, решив, что если она вдруг опьянеет, то неизвестно, чем все закончится в доме Матео, когда они останутся наедине. Вдруг она сама начнет к нему приставать?

— Мне воду со льдом, — сказал Матео, останавливаясь рядом с Бейли так близко, что она почувствовала исходящее от его тела тепло. — А вот вы с Натали можете позволить себе немного расслабиться.

— Это точно, — согласилась с ним Натали, почесав себе нос ручкой ребенка. — Отдохнуть нам теперь удается нечасто.

Малыш хихикнул и ухватил свою мать за щеку. Когда он добрался до ее безупречно уложенных волос, Натали лишь засмеялась, но проявила беспокойство, когда несколько прядей волос обвились вокруг крошечного пальчика. К ним подошел Алекс, размотал волосы жены, намотанные на палец сынишки, и громко чмокнул его в ладошку, что заставило ребенка залиться счастливым смехом.

У Бейли сжало грудь. Эти трое являли собой картину счастливой семьи. Выражение счастья, не сходившее с их лиц, ощущалось и в атмосфере дома. Это было то, чего нельзя купить. То, что хотелось бы испытать Бейли. Брак, в котором главенствовала любовь, какая была и между ее родителями. Они были так счастливы! Когда Бейли была совсем юной, она и не предполагала, что когда-нибудь все изменится…

Бейли заставила себя вернуться мыслями в настоящее. Или что-то заставило ее это сделать? Она перевела взгляд на Матео. Он смотрел на нее со странным выражением в темных глазах, чувственно улыбаясь. Пульс во впадинке у основания шеи забился быстрее. Она моргнула, не зная, куда взглянуть, и посмотрела на Алекса. Возвращаясь обратно к бару, он улыбнулся ей на ходу. Принеся напитки — себе он налил скотч, разбавленный водой, — они о чем-то поговорили с Натали.

— Пойду поменяю ему памперс, чтобы это не пришлось делать Тэмми, — сказала Натали, глядя на Бейли, и пояснила: — Тэмми — чудесная женщина. Она нянчится с Рисом, когда я пару раз в неделю езжу в офис.

— Да, Матео упомянул, что вы работаете, — сказала Бейли, не зная, о чем еще они могут поговорить.

— Всего лишь по четыре часа и… — Натали потерлась носом о носик ребенка, — и мне уже до смерти хочется вернуться домой. Не хотите мне помочь? — неожиданно предложила она Бейли.

Бейли приходилось сидеть с детьми, но они были старше Риса. Она слегка вздрогнула:

— Не уверена, что смогу что-то сделать…

— Почему-то мне кажется, что вы все схватываете на лету, — лишь улыбнулась Натали.

Они оставили мужчин обсуждать футбол и зашли в соседнюю комнату, которая оказалась детской. Подбрасывая на руках ребенка, Натали подошла с ним к белому лакированному столу. Осторожно положив ребенка, она начала расстегивать его комбинезон. Не отрываясь от своего занятия, она обратилась к Бейли:

— Матео сказал, что вы знаете его бабушку?

— Я несколько месяцев провела в городе, где она проживает.

— Я о ней много слышала. Алекс говорит, что вторую такую бабушку придется долго искать. Он познакомился с ней, когда они с Матео однажды летом ездили в Италию… Правда, это было давно. Насколько я поняла, она приложила усилия, чтобы превратить двух холостяков в женатиков.

Натали казалась такой искренней! Бейли она нравилась. Наверное, поэтому она не чувствовала себя скованно, и даже ее одежда, которая в сравнении с платьем Натали казалась тряпкой, не вызывала у нее чувства смущения и неловкости.

Бейли провела рукой по мягкой головке малыша и продолжила разговор:

— Тогда, наверное, вам повезло, что бабушке Матео не удалось найти подходящую пару для Алекса до того, как вы с ним познакомились.

— Повезло — не то слово! — Натали сняла памперс с ребенка и удовлетворенно вздохнула. — Люблю, когда нет никаких грязных сюрпризов, — призналась она. — Подайте мне, пожалуйста, чистый. — Она бросила взгляд направо. — В том нижнем ящике.

Бейли вытащила из ящика упаковку памперсов и достала один. Натали в это время протерла кожу малыша, посыпала детской присыпкой и взяла новый памперс, протянутый Бейли.

— Говоря про вас, Матео упомянул, что вы ищете работу, — сказала она, продолжая заниматься ребенком.

— Только сегодня.

— И как успехи?

— Пока никаких.

Натали взяли младенца за ножки и приложила ступни друг к другу. Малыш улыбнулся, но немного сонно. «Должно быть, — подумала Бейли, — ему уже пора спать».

— В какой области? — спросила Натали, приподнимая сына. — Как насчет офисных навыков?

— Боюсь, нет. Я работала официанткой: приносила еду, убирала стол и все такое.

— В Италии? — Бейли кивнула, и Натали широко улыбнулась. — Должно быть, целое приключение.

— Это точно, — согласилась Бейли.

— Не знаю, нужны ли нам официантки, но уборщицы нам почти всегда нужны — для отдела, занимающегося арендой.

Сердце подскочило в груди Бейли.

— Правда?

Натали положила голову ребенка на плечо и направилась к двери.

— Вас это может заинтересовать?

— Да. Когда я могла бы начать?

— Я иду на работу в понедельник. Адрес я напишу.

— Спасибо, — с чувством произнесла Бейли.

Натали замедлила шаг. Веки ребенка стали тяжелыми — еще немного, и он уснет.

— Не хотите его подержать, пока мы не ушли?

Бейли чуть нервно засмеялась. Да, она хотела бы! Он был очарователен, этот младенец. Но не заплачет ли он, если она возьмет его на руки? Это будет ужасно…

Словно почувствовав ее страх, Рис протянул к ней ручки и сонно улыбнулся.

— Ну вот, кажется, он тоже не против, если вы его возьмете, — с улыбкой заметила Натали и только потом поняла, что Бейли колеблется. — Если вы боитесь, то самое неприятное, что он вам сделает, — это потянет за нос.

Бейли перевела дыхание и ощутила дрожь внутри:

— Я не боюсь, я просто… К тому же меня никогда еще не тянули за нос. — Она взяла его на руки.

Ребенок оказался тяжелее, чем она думала. Теперь, когда она видела его так близко, его глаза под опустившимися веками казались подернутыми дымкой. От него исходил чудесный запах свежести и чистоты. Да, незачем было удивляться тому, что Натали и Алекс были так счастливы. У них для счастья было все…

— Ему нравится ваш браслет. — Натали коснулась свисающих побрякушек, за которые уцепился и Рис. — Мне тоже. Вы купили его за границей?

— Это подарок. — И впервые за долгое время Бейли добавила: — Подарок от мамы.

— Тогда он стоит намного дороже, чем за него уплачено. Ваши родители живут в Сиднее?

— Отец. Мама умерла.

— Извините, Бейли… — Красивое лицо Натали выражало сочувствие.

— Это произошло давно.

В горле Бейли словно встал комок, мешавший ей говорить. Прошло десять лет с тех пор, как они с отцом остались вдвоем, но Бейли горевала по-прежнему. В Натали было что-то такое, что заставляло Бейли думать — ее поймут, если она все расскажет. У нее было такое чувство, словно они с Натали познакомились давным-давно, что хорошо знают друг друга, словно они друзья.

Но наверное, ни время, ни место для разговора об ушедшей матери Бейли были неподходящие, тем более что Рис залепетал что-то на своем языке и несколько раз трогательно икнул.

Натали же это, наоборот, встревожило. Склонив голову, она потянулась к сыну:

— Думаю, мне лучше снова взять его на руки.

У Бейли упало сердце.

— Я сделала что-то не так?

— Нет-нет! Мне кажется, что он просто…

Натали не успела взять Риса на руки. Он еще раз икнул и отрыгнул. Сначала немного. А затем на одежде Бейли оказался весь его ужин.