Они спустились на пляж, где, как и ожидалось, творился просто кошмар. Однако Габриэль умудрился найти для них — шикарное место.

— Отсюда открывается чудесный вид.

Роуз улыбнулась. Ей так хорошо с Габриэлем. Она смотрела на него и отчего — то улыбалась. Габриэль доставал из корзины для пикника бутерброды с говядиной, печенье и воду. Для человека, который привык есть икру, запивая ее шампанским, он выглядел как — то по — детски счастливым и с этой простой нишей.

Роуз подумала, что лучшего пикника у нее еще не было. Даже поломанные пальмы, медузы и кораллы, разбросанные штормом по берегу, не могли испортить этого впечатления.

— А Теперь, — произнес Габриэль, устраиваясь рядом с ней на покрывале, — думаю, тебе потребуется еще немного крема, потому что ты снимешь эту шелковую юбку.

Он достал из корзины тюбик с кремом и выдавил большое количество себе на ладонь.

И закрой глаза, — скомандовал он.

Габриэль уложил ее на покрывало и начал втирать крем ей в живот, нежный и теплый от солнца. Роуз неожиданно приподнялась и толкнула его на покрывало.

— Теперь моя очередь, — промурлыкала она.

— И знаешь… я собираюсь заняться с тобой любовью. И ты, — она помедлила, — будешь делать все, что я скажу тебе. Теперь лежи спокойно, потому что я хочу намазать этим кремом каждую клеточку твоего тела.

Роуз даже подумала, что могла бы привыкнуть заниматься любовью в публичных местах и на этом уединенном острове, с этим мужчиной. Мужчиной, которого она всегда любила и будет любить всю свою жизнь.

Если бы Роуз могла остановить это мгновенье, опустить его в бутылку и запечатать, она бы сделала это. Ведь этот миг исчезнет и больше никогда не повторится…

— Ты моя… моя идеальная секретарша… — Габриэль нежно провел по ложбинке на ее груди, потом обвел пальцами один сосок, а следом и другой.

Он с восторгом оглядел ее с ног до головы. Роуз повернулась к нему. Ее взгляд был серьезен как никогда.

— Но это не настоящая реальность, — сказала она тихо. — Реальность — это Лондон. Реальность — то, что я работаю на тебя. Прихожу в офис в строгих костюмах, сижу за своим столом… Мы вдвоем на пляже — это иллюзия, фантазия, которая

— Только если мы оставим его здесь. — Габриэль коснулся ее губ, удивляясь, как он мог не замечать, насколько они прекрасны. Как прекрасна Роуз… — Когда мы вернемся в Лондон, все будет, как и раньше… в офисе. И так, как сейчас в моей постели…

Но Роуз хотелось большего. Она желала провести рядом с ним остаток жизни.

Когда его поцелуи стали более глубокими, более жаждущими и требовательными, голова снова пошла кругом. Роуз отпустила все свои мысли и просто отдалась наслаждению…

Для Габриэля разговор на этом закончился. Они занимались любовью с неистовой страстью, которая порой выходила из — под контроля…

Габриэль говорил, что они останутся на неделю. Но неделя обернулась двумя. Они ездили на другие острова. Мало работали. Много занимались любовью. Вместе выбирали детали интерьера для виллы. Ночи проходили в сладостном плену объятий и поцелуев. В сплетенье тел и танце безудержной страсти.

Но иногда, как сегодня, Роуз лежала без сна рядом с любимым и думала, думала, думала…

Она вспоминала бесконечных девушек, с которыми встречался Габриэль. Он, возможно, хотел, чтобы их связь продолжалась и в Лондоне, но Роуз знала, что рано или поздно — она тоже получит от него прощальный букет.

Габриэль вовсе не собирался расставаться со своей холостяцкой жизнью. По крайней мере до тех пор, пока не встретит ту самую женщину. А это точно не она, не Роуз.

И что же ей остается? Дожидаться момента, когда надоест ему? Она решилась на поступок, который никогда бы не совершила раньше.

В очередную поездку в город Роуз сделала вид, что позвонила в Лондон. А затем, с озабоченным видом подойдя к Габриэлю, сообщила, что должна немедленно уехать. Случилось страшное. Перебрав в уме все «страшное», что могло произойти, она выбрала (да простит ее Бог!) то, что нельзя было уладить деньгами.

— Умерла моя родственница, — Роуз старалась не смотреть ему в глаза. — Тетя, — она скрестила пальцы, — внезапно. Я должна ехать. Мама… ну, в общем, они были очень близки, ты должен понять.

Она собирала вещи и говорила, что они еще увидятся в Лондоне, хотя знала, что это ложь и что она избавится от всего напоминавшего ей об этом чудесном времени. О каникулах любви, которые они разделили.

Три дня — не такая уж долгая разлука, смеялась Роуз, а па душе скребли кошки. А потом они занялись любовью, медленно, наслаждаясь друг другом, как будто были вместе не последний раз.

Роуз хотелось сохранить в памяти каждую секунду, потому что больше она никогда снова не окунется в его ласки и не познает сладость его любви.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

Габриэль смотрел на присланные ему по электронной почте фотографии виллы. Наконец— то строительство было окончено. Два с половиной месяца назад этот дом выдержал капризы погоды, выстояв в ужасный ураган. Материалы и все необходимое прибыли на место, и строители с новыми силами взялись за дело. Теперь проект был уже сдан.

Габриэль еще раз просмотрел снимки и развернул свой стул к окну. Остров и та ночь дождя, ветра и безудержного секса, как и последующие две недели неповторимого единения, казались теперь прекрасным сном: И Роуз казалась сном. Габриэль снова погрузился в свои мысли. И через три дня после того, как Роуз уехала на похороны умершей родственницы, Габриэль вернулся в Лондон. Приехав на работу, он не обнару— жил там Роуз, зато его ожидала записка: «Не думаю, что у нас что — то получится. Прошу, не ищи меня. Я нашла себе замену. Девушка приступит к работе, как только ты вернешься. Роуз». Габриэль помнил каждое слово, написанное на листке бумаги. Он сохранил эту записку. Хотел, чтобы она каждую минуту служила ему напоминанием того, что эмоциональная близость с женщиной причиняет боль. Да, Габриэль не отрицал, что сблизился с Роуз, и это было ошибкой. Он увлекся ею. Не слишком, но достаточно.

Конечно, Габриэль сразу попытался забыть ее своим привычным способом: заменив Роуз другой девушкой. Он выходил в свет, как и положено мужчине его статуса, в компании длинноногих блондинок, которые не отходили от него ни на шаг и ловили каждое его слово. Но на этот раз подобная тактика не сработала. Габриэль не мог даже заниматься любовью с прежним удовольствием.

И тогда он с головой погрузился в работу. Габриэль по — прежнему был успешным бизнесменом, но иногда его одолевала непреодолимая тоска. И тогда он снова погружался в воспоминания. Как сейчас.

Габриэль недоумевал, почему не может отделаться от навязчивых воспоминаний, поселившихся в его голове. В конце концов он решил, что это происходит потому, что впервые в жизни его бросила женщина. Раньше он всегда первым заводил разговор о расставании. Сейчас он на себе ощутил, что такое быть брошенным.

Разумеется, Габриэль не собирался искать Роуз, чтобы уговаривать ее продолжить встречаться с ним. Об этом не могло быть и речи.

Он встал и выглянул в окно. И снова в голове зародилось множество вопросов. Что сейчас делает Роуз? Пошла ли она на те курсы? Встречается ли с кем — нибудь? Габриэль заключил, что она, скорее всего, снова вернулась к своему парню. И от этой мысли он со злостью стиснул зубы. Как она могла вернуться к этому Джо после того, как занималась любовью с ним, с Габриэлем! Почему? Почти три месяца Габриэль приходил в свой кабинет и думал об одном и том же. О неожиданном поступке Роуз. Конечно, ему следовало бы догадаться, что девушка испугается тех отношений, которые он предложил ей. Габриэль открыл ей ее вторую сторону, страстную, сексуальную, неистовую. И она испугалась. Для Роуз это было слишком.

Что же, это ее право. Если она хочет жить монотонной, скучной жизнью с человеком, которого она совершенно не любит, пусть живет.

Габриэль со злостью стукнул кулаком по подоконнику и снова сел в кресло, вернушись к счету, который необходимо было проверить. Он не мог удержаться, чтобы со злорадством не отметить: возможно, Роуз сожалеет о своем внезапном уходе из его компании. Кто еще предложит ей такую заработную плату, да еще с лишним выходным в неделю, чтобы она могла учиться! Никто.

Габриэль был уверен, что Роуз уже пожалела о своем поступке.

Он снова открыл фотографии виллы. Ему нравилось смотреть, каким стал этот дом. Удивительно, как все может измениться за короткое время! И как хорошо, что Габриэль все же решил оставить виллу себе, чтобы выезжать туда с семьей и друзьями. Его мать всегда ратовала за воссоединение семьи. Теперь ей будет с чего начать.

Габриэль погрузился в приятные мысли о том, как им хорошо будет отдыхать на вилле, когда в дверь постучала его новая секретарша.

Карен Девис доказала, что отлично справляется со своими секретарскими обязанностями. К несчастью, во всех других вопросах она еще не достигла идеального для Габриэля уровня. Девушке всего двадцать лет. Она была слишком молода, слишком восприимчива и слишком стеснительна, чтобы брать инициативу в свои руки. Габриэль решил дать ей шанс привыкнуть к нему, но в такие моменты он всегда вспоминал Роуз. И тогда все его мысли были совсем не о работе…

— Что? — с раздражением спросил он, но, подумав, что бедная девушка не сделала ничего плохого, добавил уже более вежливо:

— Да? Что такое, Карен?

Она была очень худенькой. Кому — то могла понравиться девичья худоба, но, на взгляд Габриэля, это было слишком. Длинныр волосы, бледная кожа и большие глаза делали ее похожей на аристократку. Однако у девушки была дурная привычка не смотреть на него, когда он заговаривал с ней. Габриэль в который раз напомнил себе о том, что она справляется с работой, и смягчился.

— К вам пришли, сэр…

Габриэль уже не раз просил ее называть его по имени, но Карен упорно не желала этого делать. Она как будто прилипла к этому «сэр», и Габриэль сдался.

— Кто? Я никого не жду.

— Да, сэр… но…

— Скажи, чтобы назначили встречу через тебя. Я не собираюсь сегодня надолго задерживаться.

Карен засомневалась и взглянула через плечо назад.

* * *

Роуз, стоящая у двери, знала, что Габриэль даже не взглянет на свою секретаршу. Бедная девочка. Возможно, после секретарского колледжа это ее первая серьезная работа. На некоторое время Роуз даже позабыла о своем волнении. Она приложила палец к губам, давая Карен знак, чтобы та молчала.

Девушка вернулась на свое рабочее место, оставив Габриэля наедине с его мыслями.

— Иди домой, — тихо попросила Роуз. — А я пойду к нему.

— Но… — Карен с сомнением посмотрела туда, откуда только что вышла, и закусила губу. — Он убьет меня, если вы просто войдете к нему в кабинет. Часть моей работы… в общем… не пускать к нему тех, кому не назначена встреча…

— Не волнуйся. Обещаю, что он не будет тебя ругать, — Роуз вымученио улыбнулась. — Не забывай, я долго работала на него. Ты ведь не впускаешь к нему незнакомца…

Карен лишь пожала плечами. Она быстро собралась и покинула офис. Как только за девушкой закрылась дверь, Роуз тяжело вздохнула.

Последние четыре дня она пыталась угадать, как будет себя чувствовать, снова придя сюда. Она могла бы появиться в офисе и раньше, но специально так подгадала время, чтобы почти все сотрудники разошлись по домам.

В животе словно что — то перевернулось. Роуз вытерла вспотевшие от волнения ладони о юбку и заставила себя подойти к двери его кабинета. Постучать или не нужно?

Роуз все же постучала и тут же услышала ожидаемое «Да? Что еще?», прозвучавшее слишком резко даже для нее.

Роуз открыла дверь.

Габриэль даже не взглянул на нее. Он увлеченно смотрел на экран своего компьютера. Несколько секунд Роуз молча разглядывала его.

И снова от его сексуальности перехватило дыхание. Хотя сейчас он, кажется, выглядел немного потерянным.

— Габриэль! — Ее голос прозвучал, кажется, слишком громко, но это возымело свой эффект.

Мужчина резко оторвался от своего занятия и изумленно посмотрел на нее. Однако потом его взгляд снова стал безразличным.

Они глядели друг на друга. Роуз казалось, что прошла целая вечность, прежде чем он заговорил:

— Что ты здесь делаешь?

Габриэль выключил компьютер, обратив все свое внимание на девушку, стоящую перед ним. Он ощутил горький привкус во рту.

Роуз внезапно позабыла все слова, которые приготовила. Она заметно нервничала, колени предательски дрожали. Казалось, еще чуть — чуть — и она просто упадет.

— Присядь. Хотя должен тебе сказать… — он взглянул на часы, а потом снова на нее, — у меня мало времени. У меня сегодня свидание. Не хочу, чтобы моя девушка задавала слишком много

Конечно, никакого свидания не было. Габриэль порвал с рыжей пару дней назад, предпочтя ей общество своего ноутбука. Но Роуз не обязательно об этом знать. Габриэль заметил ее замешательство, но все же она не отвела глаз.

— Так что ты хотела?

— Я… я…

— …просто проходила мимо и решила узнать, как у меня дела? — продолжил Габриэль, нетерпеливо приподняв брови. — Тогда почему в это так трудно поверить?

— Ты, наверное, был удивлен, когда вернулся в Лондон и обнаружил… понял, что я ушла… — Роуз вовсе не планировала начинать разговор с этого, по в его присутствии— она, как всегда, странным образом терялась.

— И почему же ты так решила? — с сарказмом бросил Габриэль. — Может, потому, что в ночь перед твоим отъездом мы занимались любовью? Я ведь даже подумал, что ты захочешь продолжить наш роман.

— Все изменилось.

— Когда ты решила, что лучше будет сбежать? Ты знала, что соблазнишь меня, когда приехала из Австралии? Или знала раньше, а, Роуз?..

Девушка в шоке смотрела на бывшего начальника. Она не отрицала и не подтверждала ничего, но тишина сказала ему гораздо больше. Она использовала его. Габриэль вдруг ощутил себя так, будто только что получил удар ножом в спину.

— Ты не понимаешь, Габриэль!