Роке был в сером костюме в тонкую светлую полоску, идеально сидевшем по фигуре и подчеркивавшем его загорелую кожу. Высокий и темноволосый, с необычно очерченными скулами, тонким точеным носом и соблазнительными, чувственными губами, Роке так и притягивал женские взгляды.

С улыбкой на губах он направлялся прямиком к Энджи. Толпа скучающих моделей моментально оживилась и провожала его недвусмысленными взглядами. Энджи хотелось крикнуть, чтобы они прекратили пожирать его глазами.

Энджи не могла заглушить внутренний голос, который твердил, что Роке принадлежит только ей.

Когда он подошел к ее столу, она вскочила и злобно прошипела:

— Я хочу, чтобы ты вернул мне мой телефон и ключи. И если ты сделал что-нибудь плохое с моим братом, ты об этом очень пожалеешь.

Девушки, пришедшие на кастинг, заерзали на черных кожаных диванчиках и с интересом ждали, что будет дальше.

Улыбка погасла на лице Роке. Он наклонился к Энджи и взял ее за подбородок:

— Моя прекрасная зеленоглазая сварливая женушка, могу я дать тебе совет не ругаться со мной на людях?

Энджи густо покраснела. Да, он был прав. Она превратилась в какую-то истеричную сварливую особу, наполненную горечью и…

Роке потянулся к ней и молча поцеловал.

Все вокруг изумленно ахнули. Роке выпрямился и посмотрел на нее, довольный тем, что она ответила на его поцелуй.

— Так-так-так, — насмешливо сказала Карла, вышедшая из своего кабинета.

— Привет, Карлина, — вежливо поздоровался с ней Роке, назвав ее полное имя, хотя знал, что она предпочитает называться Карлой. — Ты, как всегда, выглядишь просто потрясающе.

— Ох, какой же ты льстец, — ответила Карла.

Карла подошла ближе и окинула взглядом разинувших рот девушек, которые тут же, как будто от удара хлыстом, втянули голову в плечи. Затем она протянула руку мужу Энджи:

— Может, мы оставим Энджи здесь, пусть остынет, и поговорим у меня в кабинете?

Энджи изумленно смотрела на них обоих, понимая, что она ничего не понимает.

— Что…

— Энджи, попроси Иззи отвечать на звонки вместо меня, пока я буду занята, — оборвала ее Карла, в которой неожиданно проснулась начальница.

Энджи замерла, провожая их взглядом. Роке даже не обернулся, чтобы посмотреть на нее. Судя по всему, они договорились о встрече заранее. Энджи вспомнила тот звонок, на который отвечала ее начальница не так давно, и тот удивленный взгляд, которым она одарила Энджи, возвращаясь в свой кабинет.

Что, если Роке пытался загнать ее в угол? Что, если он мило беседовал с Карлой с той лишь целью, чтобы лишить Энджи работы?

А что он сделал с ее братом?

Энджи быстро схватила трубку телефона, стоявшего на столе, и набрала номер мобильного телефона Алекса. Никакого ответа.

К тому времени, когда Роке вышел из кабинета Карлы, Энджи из сварливой жены превратилась в запуганного мышонка.

— Роке, где он?

— Ты позвонила ему? — взял ее за руку Роке.

Энджи кивнула:

— Он не отвечает.

В глубине его глаз промелькнуло какое-то мрачное удовлетворение.

— Что ты сделал? Почему он не отвечает на звонки? Что ты…

— Замолчи, — слегка повернулся Роке, чтобы Энджи могла видеть Карлу, стоявшую у него за спиной и с любопытством слушавшую их разговор. Меньше всего он хотел, чтобы Карла снова приняла сторону Энджи сейчас, когда ему с таким трудом удалось перетянуть ее на свою. — Всего хорошего, Карлина. — Он начал подталкивать Энджи к выходу с такой поспешностью, что она едва успела схватить свою сумку.

— Роке, буду ждать от тебя новостей! — чуть ли не с угрозой прокричала ему вслед Карла.

— Конечно, — не оборачиваясь, пообещал Роке. — До скорого.

На выходе их ждал серебристый лимузин. Усадив Энджи на заднее сиденье, Роке уселся рядом с ней и захлопнул дверцу.

— Что происходит? — напряженно спросила Энджи. — Что ты обсуждал с Карлой? Ты лишил меня работы? И где мой брат? Роке, тебе лучше поторопиться с ответами, если ты не хочешь, чтобы я начала вопить от ярости!

— Ты уже это делаешь, — спокойно ответил он. — Если бы ты тратила столько энергии, пытаясь сохранить наш брак, мы никогда бы не оказались в той ситуации, в которой находимся сейчас.

— Интересно услышать такие слова от человека, который изменил мне с другой женщиной, — бросила в ответ Энджи.

Роке отвернулся и не сказал ни слова.

— Какой же ты лицемер, — откинулась на спинку сиденья Энджи.

— Голова твоего брата по-прежнему держится на его шее, — ледяным тоном заявил Роке. — Он не томится в полицейской камере и не прячется по углам, напуганный до смерти, что я выслал ему вдогонку банду наемных убийц.

— Спасибо, — с нарочитой вежливостью поблагодарила его Энджи.

Она повернулась к нему и снова встретила его пронзительный взгляд. Как будто он не мог оторваться от нее. Вдруг атмосфера вокруг них стала накаляться. Они зло смотрели друг на друга, но за этой злостью стояло непреодолимое сексуальное влечение.

— Так о чем ты говорил с Карлой? — настойчиво добивалась своего Энджи, хотя по его выражению лица видела, что ей не стоило этого делать.

— О делах.

И это все? Энджи не собиралась сдаваться, потому что знала: Роке из тех людей, которые проглотят тебя заживо, дай им только шанс.

Машина остановилась рядом с его домом. Энджи нахмурилась, услышав, как Роке предупредил своего водителя, что через пару часов он понадобится ему снова.

— Почему ты так сказал? Куда ты собираешься? — не умолкала Энджи, изо всех сил стараясь поспеть за Роке.

Мрачный, как грозовая туча, Роке нажал кнопку лифта:

— Энджи, ты можешь помолчать хотя бы две минуты? Ты меня просто достала.

— Но что я такого сделала?! — воскликнула она.

Роке не удосужился ответить ей. Он выскочил из лифта, как будто хотел убежать от нее подальше.

Энджи, окончательно сбитая с толку, медленно последовала за ним. Она совершенно не понимала, что происходит и чем вызван его гнев. Оглянувшись по сторонам, она не заметила, что Молли уже ушла. В доме царили чистота и порядок. Энджи бросила свою сумку на один из черных кожаных диванов и пошла вслед за Роке в его кабинет.

Она вздрогнула, когда он рывком распахнул дверь перед собой. Ну почему он в такой ярости? И что он обсуждал с Карлой? Почему та отпустила Энджи без малейших возражений со своей стороны?

Энджи показалось, что она входит в логово льва. Но она решила идти до конца и любой ценой добиться от него ответа.

Он подошел к столу и принялся просматривать почту, которую, судя по всему, принесла сюда Молли. Энджи не видела выражения его глаз, но чувствовала исходившее от него напряжение.

Закусив нижнюю губу, она заставила себя подойти к нему ближе:

— Роке…

— Энджи, улыбнись мне.

— Ч-что? — заволновалась Энджи.

— Улыбнись мне, — повторил Роке. Подняв голову, он бросил на нее насмешливый взгляд. — Я улыбался тебе, когда пришел забрать тебя домой. Теперь ты улыбнись мне. Ты должна мне одну улыбку. Улыбнись мне и скажи что-нибудь приятное.

Он издевается над ней?

— Ты хочешь сказать, что рассердился на меня, потому что я не ответила на твою улыбку? — ошеломленно спросила Энджи.

— Это называется взаимодействием, — продолжил Роке. — Мужчина женщине, женщина мужчине. Я улыбаюсь тебе, ты улыбаешься в ответ. Я говорю тебе: «Привет, Энджи», ты отвечаешь: «Здравствуй, Роке».

— Это какое-то безумие, — беспомощно опустила руки Энджи. — Я всего лишь пытаюсь…

— Если ты еще раз спросишь о своем брате… — взорвался Роке.

— Я не собиралась этого делать! — покраснев до корней волос, солгала она. — Скажи мне, ради всего святого, что на тебя нашло?

В ответ он открыл ящик стола и, достав оттуда чековую книжку Энджи, положил ее на стол. Следом появился ее мобильный телефон, а следом за мобильным телефоном — ключи, которые Роке достал из кармана брюк.

— Забирай, — сказал он и с треском захлопнул ящик.

Энджи не могла пошевелиться. Ледяной холод сковал ее сердце. Роке собирался махнуть на нее рукой. Ему надоели постоянные нытье и нападки. И больше не вызывала его доверия…

— Роке… пожалуйста… — Ей было абсолютно все равно, что ее слова прозвучали, как мольба.

— Пожалуйста? — едко переспросил он. — Надо же, какие слова мы знаем! Скажи мне: ты сейчас просишь за своего брата или за себя?

— Я просто не понимаю, что с тобой происходит! — воскликнула она. — Я думала, что у нас с тобой договор, но ты своими действиями совершенно сбиваешь меня с толку, и я уже не знаю, что мне и думать!

Его глаза метали молнии.

— Ты мне напоминаешь о договоре, а сама нарушаешь его тем, что идешь спать в другую комнату, а потом, когда я приношу тебя обратно в нашу спальню, ты устанавливаешь между нами барьер в виде этой дурацкой подушки!

— Ты так разозлился, потому что я отказалась заняться с тобой любовью? — не поверила своим ушам Энджи.

— Энджи, если бы я хотел этого, я бы добился своего, — насмешливо возразил Роке, напоминая ей, что прошлой ночью именно она не хотела останавливаться. — Я не настолько завишу от своего полового влечения. — В его словах прозвучал скрытый намек на ее зависимость от этого. — Я согласен, что нам обоим нужно время, чтобы снова привыкнуть к совместной жизни.

— Неужели? — Энджи сложила руки на груди и с вызовом посмотрела ему в глаза. — Возможно, ты перестал быть таким зависимым благодаря той сногсшибательной блондинке, которую я встретила сегодня утром на кухне? Потому что я хорошо помню, что раньше ты хотел секса всегда и везде, где только мог получить его. А когда я тебе отказывала, ты превращался в настоящего зверя, как сейчас.

— Ты никогда мне не отказывала, — возразил Роке. — И это ты сходила с ума по занятиям сексом, ты была ненасытной. Но я имел в виду не это, я хотел сказать, что ты с самого начала нарушила наш договор. И о какой сногсшибательной блондинке ты говоришь? — В его голосе послышалось нескрываемое любопытство.

Энджи почувствовала себя немного неловко за то, что воспользовалась Молли, чтобы сравнять очки, хотя она до сих пор сомневалась, что обязанности девушки ограничивались одной лишь уборкой квартиры.

— Спасибо за мои вещи! — Она забрала со стола свои ключи, телефон и чековую книжку и направилась к выходу.

— И куда ты собралась? — тяжело вздохнув, спросил он.

— Я ухожу, а ты пока реши, из-за чего мы тут воюем.

— Не уходи слишком далеко. Через несколько часов мы улетаем в Португалию.

Энджи застыла на пороге:

— В Португалию?

Она смотрела на него с таким изумлением, как будто речь шла о другой планете.

— Я живу в Португалии, — напомнил ей Роке.

— Да, но… — Вдруг Энджи показалось, что земля уходит у нее из-под ног.

— Я провожу в лондонских офисах всего одну неделю в месяц.

— Знаю, — кивнула Энджи, — но…

Роке внимательно смотрел на нее и ждал, что она скажет.

— Просто… — запнулась Энджи. — У меня ведь работа…

— Я все уладил. Карлина предоставила тебе длительный отпуск.

Значит, вот для чего он приезжал к ней в офис. Роке убедил Карлу, чтобы она отпустила ее. Возможно, он сослался на то, что «их браку необходимо дать еще один шанс», и Карла поверила ему. Она даже не поинтересовалась, хотела ли этого Энджи.

— Энджи, ты мне не любовница, — холодно сказал Роке. — Любовницы обычно сидят дома. Путешествуют как раз жены.

Вдруг перед ее глазами встала Надя с самодовольной улыбкой на смазливом личике. Отличное сочетание — экзотическая бразильянка и темпераментный португалец. Ко всему прочему они разговаривали на одном языке, что значило, что они могли общаться и оставаться непонятыми окружающими их людьми.

И Надя путешествовала… Так же как когда-то Энджи…

— Я больше не путешествую, — отрезала Энджи.

— Ты поедешь туда, куда я тебе скажу, — спокойно заявил Роке. — Раньше я давал тебе слишком много свободы. Я позволял тебе диктовать мне, где и когда я мог встретиться с собственной женой. На этот раз на уступки пойдешь ты, моя дорогая. И запомни, пожалуйста, прежде чем начать кричать на меня, что положение твоего брата целиком зависит от принятия данного условия.

Энджи горько рассмеялась:

— Но я даже не знаю, в каком положении он находится, так как ты не счел нужным рассказать мне об этом. Но если ты думаешь, что я вот так запросто улечу в Португалию и брошу Алекса здесь одного, чтобы он снова попал…

— Алекс не останется здесь, в Англии, один и не попадет ни в какую передрягу. По той простой причине, что его вообще не будет в Англии.

Энджи была настолько ошеломлена, что не смогла сказать ни слова в ответ.

— Сегодня утром мы вместе с ним ездили к его декану, — объяснил Роке. — Алекс берет академический отпуск на год.

— И к-куда же он собрался? — запинаясь, спросила Энджи.

— В Бразилию, — спокойно ответил Роке. — Если быть точным, на мое ранчо недалеко от Сан-Паулу.

— В Бразилию? — прошептала потрясенная Энджи.

— Он будет жить на ферме, научится ухаживать за скотом, научится жить за счет своего собственного труда…

— В Бразилию? — еще раз повторила Энджи, почти срываясь на крик. — Ты отправляешь моего девятнадцатилетнего брата на другой конец земного шара на целый год и не ставишь меня об этом в известность?

— Он уже взрослый. И сам может решить, что ему нужно.

— Но это было твое решение, а не его! И какая у него была альтернатива — Бразилия или тюремная камера?

— Ты попала в точку, — не стал возражать Роке. — Он выбрал работу на ферме как возможность заработать деньги и вернуть то, что украл.

Энджи опустила голову, ей нечем было крыть. Ее брат действительно украл эти деньги у Роке. Она с трудом проглотила ком, стоявший у нее в горле.

— И где же он сейчас?

— То есть в данную минуту? — Алекс посмотрел на свои золотые часы. — Прямо сейчас он наслаждается полетом в салоне первого класса где-то над Атлантическим океаном. На пути в Сан-Паулу…

Энджи не могла пошевелиться добрых полминуты. Она просто смотрела на Роке, который возвышался над своим столом, как какой-то высокомерный господин и хозяин, в котором не было ничего человечного. Роке мог видеть, как в изумрудно-зеленых глазах Энджи вспыхнула искра, а потом погасла, превратив их в бездонный мрак.

Энджи медленно опустила голову и посмотрела на свои руки, в которых держала вещи, возвращенные ей Роке.

— Ты забрал мой телефон.

Роке нахмурил брови, не понимая, что она хочет этим сказать.

Она снова повторила свои слова, на этот раз посмотрев ему в глаза:

— Ты забрал мой телефон, чтобы я не смогла позвонить Алексу. Ты отправил его и даже не позволил мне поговорить с ним, прежде чем он уедет… Почему ты так поступил?

Когда Роке ответил, в его голосе, впервые на протяжении этого разговора, послышалась резкость.

— Мне показалось, что в этом случае ты отнесешься к этому более спокойно, чем если бы…

— Ты сделал так, как было удобно тебе. Ты это хочешь сказать?

— Ему необходимо принять на себя ответственность за свои поступки, — не сдавался Роке. — Он принял мое условие намного быстрее, потому что считал, что ты в этом не участвуешь.

— Ты… ты позволил ему подумать, что я бросила его одного, отвернулась от него?!

Роке вздохнул:

— Энджи, мы ведь договорились, что теперь я буду нести ответственность за твоего брата.

— Больше ни слова не говори об этом дурацком соглашении! — обрушилась на него Энджи.

— Чтобы спасти наш брак, нам нужно время друг для друга, а с твоим вечно вмешивающимся в нашу жизнь братом это было просто невозможно!

— Но я не хочу спасать наш брак!

— Тогда почему ты тут стоишь передо мной?

Энджи затряслась от злости. И он осмелился ожидать от нее, что она превратится в самую лучшую жену на всем белом свете только потому, что он взял под контроль жизнь Алекса и ее самой?

— Для чего тебе все это? — выпалила она.

— В моей семье не принято разводиться, — спокойно ответил он.

Энджи изо всех сил сдерживалась, чтобы не зарыдать. Она сосредоточилась на вещах, которые сжимала в руках.

— Поэтому на этот раз нам нужно приложить еще больше усилий, чтобы добиться успеха в наших отношениях…

Она молча посмотрела на него, взглядом давая понять, что она думает по этому поводу. Роке показалось, что она видит перед собой Надю, которая стеной вставала между ними.

— Я очень хочу этого, — резко добавил он.

Роке видел, как она заморгала, и образ Нади исчез, но в ее глазах осталась боль.

— Роке, запомни, ты потеряешь контроль надо мной в тот самый момент, когда я перестану заботиться о своем брате.

Энджи тихо закрыла за собой дверь. Роке вздрогнул, как будто она ее захлопнула, и поморщился, потому что его жена была права.

Их отношения всегда отличались повышенной сложностью. А все из-за того, что прежде всего учитывались интересы ее брата.

Роке засмеялся, думая о том, что он мог бы и не преодолевать подобные трудности, ведь вокруг было столько женщин, с которыми можно было построить нормальные взаимоотношения.

Но все дело в том, что он никого не хотел, кроме Энджи. Ему нужна была только она, его темпераментная, рыжеволосая сварливая женушка, которая умела любить и любовь которой была безусловной.