Где же взять силы вынести даже один вечер, изображая из себя невесту, под всезнающим взглядом Памелы, посвященной в тайну помолвки!

Разве ты не можешь пойти на званый обед без меня?

Нет, не могу,— отчеканил Стэн.— Я не собираюсь оставлять тебя в доме одну, когда Фил на острове.

Так значит Стэн все еще тревожится за счастье своей кузины, полон решимости разыгрывать фальшивую роль жениха. Но ей как справиться с тяжкой ролью «невесты», не выдав своих истинных чувств?

Глава десятая

Ко времени визита в дом Крамеров нервы Моники совсем расшатались. Последние часы их возвращения на Виньяну были подлинным испытанием для нее.

Когда провожали Элси, Моника чуть не выдала себя.

Как только закончу показ, тут же вернусь,— пообещала манекенщица Стэну.

Прильнув к нему точеным стройным телом, она поцеловала его в губы долгим, отнюдь не прощальным поцелуем. Моника еле сдержала возглас возмущения и негодования.

Она ревниво заметила, что Кэмпа не смутил страстный порыв Элси. Помогая красотке перейти в лодку Джоша и усаживая ее среди груды багажа, он был в приподнятом настроении. С таким же воодушевлением Стэн будет ждать ее возвращения, бередила свою душу Моника. А она благополучно вернется в унылый Перт, и ничто не помешает тогда бурному роману изменника и обольстительной Элси.

В своем самоотречении девушка дошла до того, что видела в любовниках хорошую пару. Но тут же уличила себя в лицемерии. Она страстно желала Стэна сама и не могла проявить милосердия ни к нему, ни к соблазнительнице Элси.

А Джеральд идет с нами к Крамерам? — поинтересовалась Моника, когда они вернулись в дом.

Сын переночует у Сузи. Пока он не расскажет Винсу о своих приключениях, не сможет заснуть.

Мальчик не единственный, кто не сомкнет глаз. Моника не ожидала, что ей предстоит провести ночь наедине со Стэном, но поскольку он запретил отправляться на лодке в Брум, это было неизбежно.

Что мне надеть?— спросила Моника, пытаясь хоть немного отвлечься. Последние несколько дней она не вылезала из джинсов и просторных рубашек и теперь с трудом представляла, как можно одеться поприличнее.

У Памелы в гардеробе наверняка есть что-нибудь подходящее,— напомнил Стэн.

Например, мешковина и пепел, чтобы посыпать им голову?

Она пожалела о своем язвительном замечании, увидев потемневшее лицо Кэмпа.

Прошу не устраивать глупых сцен! Помни, весь вечер я буду рядом, и когда обед закончится, мы уйдем вместе. А потом ты мне ответишь, какая муха тебя укусила.

Я не Джеральд, чтобы ты мог меня отшлепать,— вызывающе бросила Моника.

Хочешь, я докажу, что ты недалеко ушла от Джеральда?

Хотя Стэн и шутил, в его голосе прозвучала угроза.

Что ж, продолжай запугивать меня, поставь на колени. С первой нашей встречи ты возомнил себя властелином.

Стэн придвинулся к ней с такой мрачной физиономией, что Монику охватил панический страх. Боже милостивый, чего она добилась своими колкостями? Шатаясь, она медленно отступала от разъяренного Стэна, пока не уперлась спиной в дверь. Бежать было некуда, и Стэн, воспользовавшись этим, прижал ее к себе.

Мне и не понадобится тебя запугивать, ты сама смиришься,— возразил он. В его глазах сверкнул страстный огонек.— Достаточно сделать всего лишь одно движение.— Он крепко поцеловал девушку, жадно приникнув к ее губам.

Моника почувствовала себя совершенно беспомощной. Зачем она затеяла эту дуэль, зная, что все равно проиграет? Ему просто захотелось поцеловать ее; с таким же успехом он мог поставить на ней свое тавро как на породистой лошади. О Господи, как все это унизительно!

Когда Стэн приподнял голову, глаза Моники блестели от слез.

Почему ты не дал мне уехать с Элси?

Потому что еще не готов к разлуке с тобой. Наша история далеко не закончилась.

О да! Ему надо выставить «невесту» напоказ перед Филом и Памелой, чтобы его кузина окончательно успокоилась. Моника кинулась к себе в комнату, захлопнула дверь и упала на постель. Больше она не вынесет такого издевательского отношения. В полном изнеможении девушка задремала, а когда очнулась, заметила, что наступили сумерки.

Повинуясь духу противоречия, Моника остановила выбор на собственных вещах, не тронув гардероб Памелы. Она привезла с собой любимый нарядный туалет — атласную, на одной бретельке блузку с ассиметричным вырезом, открывающим ее матово-жемчужную спину и округлые плечи, и черную мини-юбку, туго облегающую бедра. Бордовый атлас оттенял ее золотисто-белокурые волосы, а юбка выше колен подчеркивала безукоризненную стройность ног. Быть может, экстравагантный наряд скорее подходил к танцевальному вечеру на дискотеке в Перте, а не к торжественному обеду в респектабельном особняке Крамеров. Но Монике не хотелось выглядеть чопорной дамой. Искусно сделав легкий макияж, поколдовав флакончиком духов «Арпэж», она оделась, сунула ноги в черные лакированные туфли на низком каблуке и критически осмотрела себя в зеркале. По ее виду и не подумаешь, что сердце у нее разбито, и надежды быть счастливой в любви растаяли как предрассветный туман.

Когда она вышла из комнаты, Стэн ждал, приготовляя холодный сок.

Выглядишь неотразимо,— похвалил он, задержав взгляд на откровенном декольте.— Но у тебя все равно ничего не выйдет.

Красавица едва не выронила из рук бокал.

Что ты имеешь в виду?

Не удастся доказать Филу, что он лишился такого сокровища.

Навязчивая идея Стэна возмутила Монику; осушив бокал с соком, она с обидой проговорила:

А тебе и не придет в голову, что я хочу доказать это совсем не Филу.

Благодари небо, что мы уходим, а то бы я заставил тебя доказать правдивость столь рискованного заявления.

И каким же образом? Прибегнув к грубому насилию над слабой женщиной?

Ты уже забыла, что с тобой мне не нужно прибегать к насилию. У меня более тонкие способы укрощения твоей гордыни.

Моника с горечью сглотнула комок и... залюбовалась своим избранником. Облаченный в кремовую рубашку и полотняные рыжевато-коричневые брюки, Стэн с головы до ног являл волнующий образец мужчины, в которого трудно не влюбиться. И все же, опасаясь его агрессивности, она заторопилась.

Разве нам не пора идти?

Уверен, что Памела и Фил не будут иметь ничего против, если мы появимся немного позже и слегка взволнованными,— с веселой дерзостью ответил Стэн.

Моника помчалась по тропинке к дому Крамеров, преследуемая громким смехом. Коттедж был ярко освещен, навстречу гостям вышла Памела.

Мы ждем вас. Думали, вы никогда не появитесь.

Какой у нее юный и беззаботный вид, с грустью подумала Моника. Она делано улыбнулась и постаралась быть спокойной, когда Стэн взял ее под руку и повел вверх по лестнице, устланной мягкой ковровой дорожкой.

Особняк Крамеров представлял собой строгий изысканный дом. Сразу за входной дверью находилась просторная гостиная. Из огромных, во всю стену окон открывался вид на величественные просторы океана. Вдали медленно проплывали сверкающие огнями корабли. В низком небе мерцали крупные звезды, до которых, казалось, можно было дотронуться рукой.

Все в этой очаровательной гостиной создавало романтическую обстановку. Памела использовала планировку зала с большим вкусом, накрыв стол у окна, за которым рокотал океан. На столешнице была разостлана белоснежная скатерть, лежали салфетки и серебряные приборы. Из серебряного же ведерка со льдом торчала бутылка шампанского.

По какому случаю?— спросила Моника, заметив на бутылке ярлык дорогой французской фирмы.

Памела обменялась взглядом со Стэном.

Ты не открыл ей наш секрет?

Я подумал, вы захотите сами объявить о великом событии.

Моника перевела изумленный взгляд с хозяйки на Фила. Что же происходит? Особое торжество? Фил разлил янтарную влагу и поднес каждому гостю хрустальный бокал.

Стэну я сообщил, а больше никто не знает — мы с Памелой вчера поженились. Сегодня первый день нашего медового месяца.

Теперь стало ясно, почему сияет хозяйка, и почему Стэн так настаивал на присутствии Моники. Ему хотелось, чтобы она убедилась: его кузина — законная жена Крамера.

Чувствуя себя не совсем ловко, Моника обняла Памелу.

Это сюрприз, я знаю, но нам ни с кем больше не хотелось делить такой праздник,— объяснила новобрачная, одарив гостей приветливой улыбкой.

Стэн потягивал шампанское.

Семье еще ничего не сказали? Памела прижалась к обнявшему ее супругу.

Ни слова. Нам еще придется выслушать уйму упреков, но мы так решили.

Памела хотела выйти замуж за любимого человека, а не за отпрыска владельцев «Крамер Инкорпорейтед»,— с гордостью произнес Фил.

Моника читала мысли Стэна: «не то, что некоторые авантюристки, присутствующие здесь». Он, конечно, решил, что она побледнела, услышав неожиданную новость. Причина же была в другом: ее изнурила постоянная необходимость изображать невесту Кэмпа.

Гостей пригласили к столу. На обед подали суп из охлажденных плодов манго, филе барракуды под грибным соусом и ароматный земляничный шербет. Все блюда были приготовлены загодя, так что Памела смогла свободно участвовать в общем разговоре. К счастью, Стэн говорил не умолкая, а Моника едва притронулась к изысканным блюдам — у нее пропал аппетит. Итак, Фил и Памела благополучно поженились, и у Кэмпа не будет больше причин держать ее в заложницах на острове. Наверное, он привел ее на торжество, чтобы она поняла — спектакль окончен. А завтра первым же рейсом отправит в Перт. Казалось, все идет как надо,— она вернется к своей прежней налаженной жизни. Но радости не было — страшила предстоящая разлука со Стэном. И теперь уже — навсегда. Памела предложила десерт.

Нет, благодарю, больше не могу,— отказалась гостья.

Вы же почти ничего не ели. Может быть, вам нездоровится?

Моника перехватила холодный взгляд Кэмпа. Девушка почти физически ощущала, как его раздражает ее не соответствующее празднику поведение. Он, конечно, думает: она переживает из-за женитьбы Фила. Моника сделала над собой усилие, чтобы принять участие в беседе за кофе.

Умничка,— похвалил ее Стэн, передавая чашку ароматного новогвинейского кофе.

О чем ты?

По крайней мере, ты стараешься делать вид, что новость тебя обрадовала.

Это действительно так,— сказала Моника, зная, что он вряд ли ей поверит.— По-моему, Фил и Памела подходят друг другу.

Внезапно его пальцы железным кольцом сомкнулись у нее на запястье; внешне выходка Стэна выглядела, как игривый жест.

Они прекрасная гармоничная пара, так что не старайся придумать какую-нибудь каверзу и навредить молодоженам.

—Я не способна на подлость! Твои подозрения глубоко оскорбительны.— Моника готова была бежать из дома Крамеров, куда глаза глядят.

Стэн почувствовал, как участился у нее пульс; ему стало не по себе.

Ты все преувеличила и, как всегда, истолковала по-своему, фантазерка.

Не желая ничего слушать, она стряхнула руку Стэна и встала.

Извините, хочу подышать свежим воздухом. У меня немного болит голова.

Памела встревожилась.

Могу дать лекарство от головной боли.

Не стоит. Допивайте кофе, пожалуйста. Свежий воздух — это все, что мне нужно,— сказала гостья и выскользнула на веранду.

Прошло всего несколько минут, и Моника уловила за спиной чьи-то осторожные шаги. Она собралась с духом, готовясь выслушать новые упреки Стэна. Но это оказался Фил.

Тебе получше?

Немного. Прекрасная ночь.

Фил положил ладони на деревянную балюстраду, устремив взгляд на гостью.

Как я и писал в письме, должен перед тобой извиниться.

Я его получила, но никаких извинений не нужно.

Нет, нужно. Ты во многом помогла нам с Памелой пожениться.

Моника удивленно раскрыла глаза.

Так ей обо мне все известно?

Да. Памела необыкновенная женщина, вероятно, лучше, чем я заслуживаю. Она знает, что за меня все решала семья. Меня до смерти страшила сама мысль о браке и связанной с ним ответственности.

Поэтому ты начал со мной встречаться в надежде, что Памела с тобой расстанется,— догадалась Моника.

Я воспользовался знакомством с тобой. Прости и за это.

Ты не обрадовал меня, Фил, но я многое поняла. Искренне рада, что все закончилось хорошо.— Она не кривила душой и вопреки домыслам Стэна желала молодой чете счастья.

Крамер протянул ей руку.

Друзья?

Она подала ему свою.

Хорошие друзья.

Где-то внизу послышался шорох. Фил почувствовал, как она вздрогнула.

Это летучие мыши.— Он накрыл ее руку своей теплой ладонью.— Я не изменил намерения издать твою книгу, если ты все еще заинтересована.

Моника колебалась. Пожалуй, будет разумнее порвать с ним совсем.

Нет, Фил. Если книга и будет когда-то издана, то не тобой. Терпение у Памелы не беспредельно. Тебе еще предстоит завоевать ее доверие.

Крамер достал бумажник и вынул из него визитную карточку.

Вот номер моего личного телефона в офисе на случай, если ты передумаешь.— Он грустно усмехнулся.— Ты права, говоря о доверии Памелы. Она грозится немедля разорвать со мной, если я хоть на йоту сверну со стези добродетели, но против деловых отношений, думаю, возражать не будет.

Моника выдавила из себя улыбку.

Оставь эту затею, Фил. - Огорченный ее отказом, он вернулся в гостиную. Опять послышались шаги, Моника вздрогнула и уронила визитку.

Кто там? Это ты, Фил?— спросила она. Из темноты выступил Стэн.

Извини, что разочаровал тебя.— Он поднял упавшую карточку.— Наверно, это ты уронила.

Да, спасибо.

Однако Стэн положил визитку к себе в карман.

Тебе она больше не пригодится. Его диктат был невыносим.

Почему ты в этом так уверен?

Потому что Фил женатый человек. Разве тебе не пришла в голову такая простая мысль, когда он вновь предложил встречаться?

Речь шла только о деловой встрече.

Конечно — злополучная книга! Ловко же он использует ее для флирта с тобой.

Ничего подобного,— возразила Моника.— Нельзя быть таким мнительным!