Монте вмиг очутился рядом с ней и, зажав ей рот ладонью, втащил ее в комнату. При этом он с такой силой захлопнул стеклянную дверь, что она зазвенела.

— Сейчас же перестань орать, — тихо сказал он девушке. — Я тебя отпущу, но только когда ты успокоишься.

Она закрыла глаза и несколько раз глубоко вдохнула. Они неподвижно стояли, прислушиваясь. Снаружи не доносилось ни звука. Похоже, никто не услышал ее крика.

— Если ты снова закричишь, мне придется вставить тебе в рот кляп, — предупредил ее он.

Девушка кивнула. Похоже, она приняла его условия. Когда он ее освободил, она уставилась на него огромными, как блюдца, глазами.

— Я видела вас раньше, — пролепетала она. — Вы здесь были два месяца назад.

Монте тоже узнал любимую горничную Пеллеа. Он не общался с ней во время своего прошлого визита, но видел ее, когда она заходила к Пеллеа, чтобы выполнить какие-то ее поручения. Пеллеа доверяет своей горничной, раз не стала его от нее прятать. Но вот может ли он ей доверять? Озорные искорки в ее глазах — хороший знак. Он улыбнулся ей:

— Я вернулся.

— Я вижу. — Она наклонила голову набок и прищурилась. — Моя хозяйка рада, что вы здесь?

Он пожал плечами:

— Трудно сказать. По крайней мере, она ничем в меня не запустила.

— Это хороший знак. — Девушка искренне улыбнулась.

— Как тебя зовут? — спросил Монте, почувствовав облегчение.

— Пеллеа зовет меня Кимми.

— В таком случае я тоже буду так тебя называть.

Монте не стал говорить ей свое имя. Интересно, знает ли она, кто он? Он в этом сомневается. Пеллеа не стала бы так рисковать.

— Я здесь нахожусь уже несколько часов, — сказал он. — Пеллеа меня видела. Мы с ней болтали, вспоминали нашу первую встречу.

— Как восхитительно!

Монте ей улыбнулся, но во взгляде его читалось предупреждение.

— Уверен, ты ни с кем не обсуждаешь тайные свидания своей хозяйки.

— Конечно нет, — весело ответила она. — Я искренне ей желаю, чтобы у нее их было побольше.

— Что ты имеешь в виду?

Кимми пожала плечами:

— По крайней мере, вы ее единственный тайный поклонник, о котором мне известно.

Монте рассмеялся. Она сказала именно то, что он хотел услышать. Возможно, нарочно, но на душе у него потеплело.

— Ты ведь не хочешь мне сказать, что у твоей госпожи совсем нет поклонников? — поддразнил он Кимми.

— Конечно, есть, но она их всех прогоняет.

— Даже Леонардо?

Она медлила с ответом. Очевидно, ей не хотелось высказывать свое мнение по этому поводу. Монте не стал настаивать:

— Ладно, не важно. Я знаю, что скоро она выйдет за него замуж. — Он поднял бровь. — Но я категорически против этого.

Горничная кивнула.

— Хорошо, — прошептала она, затем покачала головой, словно жалея о своих словах. Затем она подошла к платью, висящему на дверце гардероба. — Я просто зашла проверить, хорошо ли выглажено платье. — Она провела рукой по атласному подолу. — Разве оно не великолепно?

— Да, оно очень красивое.

— Не могу дождаться, когда увижу ее танцующей в этом платье.

— Я тоже, — ответил Монте.

Одновременно с этим ему в голову пришла безумная идея. Чем больше он ее обдумывал, тем больше убеждался в том, что, воплотив ее, он сможет выполнить разом несколько задач. Почему бы не попробовать?

Он долго молча смотрел на Кимми, пытаясь определить, до какой степени может ей доверять. Сможет ли эта бойкая девушка с озорными глазами сохранить все в секрете? Ему лучше заранее подготовиться к возможным последствиям. В конце концов, выбор у него небольшой: либо связать ее и закрыть в шкафу, либо попросить ее помочь ему.

— Скажи мне, Кимми, ты очень любишь свою госпожу?

— Да. — Кимми улыбнулась. — Она моя лучшая подруга. Мы дружим с пятилетнего возраста.

Монте задумчиво кивнул:

— Значит, ты сохранишь все в секрете. В противном случае меня, возможно, убьют.

Ее глаза расширились от испуга.

— Конечно, сохраню.

Монте пронзил ее взглядом:

— Ты готова поклясться?

— Клянусь своей честью. Клянусь своей жизнью. Клянусь…

Он поднял руку:

— Я понял, Кимми. Ты не лжешь. Я буду тебе доверять.

Девушка продолжала смотреть на него широко распахнутыми глазами.

— Я хочу попасть на бал, — сказал ей он.

— О сэр! — Она накрыла рот ладонью. — Но как?

— Вот тут ты мне и поможешь. Найди мне костюм и маску. — Подняв бровь, он посмотрел на Кимми. — Ты сможешь это сделать?

— Это невозможно, — ответила она, но уголки ее губ приподнялись в улыбке. — Но я попробую. Будет весело, правда?

Монте улыбнулся в ответ.

— Вам нужен меч? — спросила она с энтузиазмом.

Он поморщился:

— Думаю, нет. Иначе при встрече с Леонардо я не устою перед соблазном и использую его по назначению.

— Я вас понимаю.

Монте удалось заручиться поддержкой Кимми. Похоже, она симпатизирует ему больше, чем Леонардо, и искренне желает счастья своей госпоже и подруге.

Подняв голову, он посмотрел на бальное платье Пеллеа и представил себе, как она будет в нем выглядеть.

— Все, чего я хочу, — это пойти на бал и потанцевать с Пеллеа, — сказал он.

— Как романтично, — вздохнула Кимми. Затем ее взгляд посерьезнел, словно она наконец поняла, что он имеет в виду. — Вы хотите…

— Да. — Он кивнул. — Я хочу сделать Пеллеа сюрприз.

Кимми восторженно рассмеялась:

— Думаю, для Леонардо это будет еще большим сюрпризом.

Монте посмотрел на нее с предостережением и покачал головой:

— Он ни в коем случае не должен меня узнать. Именно об этом тебе и придется позаботиться.

Она вздохнула:

— Я понимаю. Но было бы забавно посмотреть на его реакцию.

Монте нахмурился:

— Сделай то, о чем я тебя попросил. Но не забывай. Если Леонардо узнает, — он провел пальцем поперек своей шеи, — я буду мертв, а Пеллеа окажется в большой беде.

Кимми посмотрела на него с неподдельной искренностью:

— Вы можете на меня положиться, сэр. Что касается костюма… — Она положила ладонь себе на грудь. — Я сделаю все, что смогу.

Пеллеа вернулась полчаса спустя. Вид у нее был решительный.

— Я принесла тебе поесть, — сказала она, протягивая ему жареный куриный окорочок, завернутый в фольгу, и ломоть хлеба. Монте, сидящий за столиком у фонтана, напомнил ей парижского плейбоя из придорожного кафе. — Еще я принесла тебе новости.

— Новости? Позволь угадать. — Он с задумчивым видом приложил пальцы ко лбу. — Леонардо на тебе не женится, потому что решил сделать себе операцию по смене пола?

Глаза Пеллеа яростно сверкнули.

— Ты недооцениваешь Леонардо, и это большая ошибка.

— Я адекватно его оцениваю, поверь, — ответил Монте, разворачивая окорочок. Он не ел несколько часов, и запах жареной курицы показался ему божественным. — Итак, что у тебя за новости?

— Леонардо поговорил с моим отцом, и мы решили перенести свадьбу на более ранний срок. — Она вызывающе вскинула подбородок. — Мы поженимся через два дня.

Вмиг забыв о голоде, Монте положил сверток с едой на стол и смерил Пеллеа ледяным взглядом.

— К чему такая спешка? — спросил он.

От его взгляда Пеллеа стало не по себе. Он выглядел спокойным, но она чувствовала, что это затишье перед бурей.

Отвернувшись, Пеллеа подумала о том, как проста и спокойна была ее жизнь до того дня, когда она обнаружила его в своем саду. В то время ее путь был относительно свободен. Да, она ссорилась с отцом из-за того, что, вопреки его воле, не хотела выходить замуж за Леонардо. Но эти проблемы были незначительными по сравнению с теми, что свалились на нее сейчас.

Из-за собственного безрассудства ей ничего не остается, кроме как выйти замуж за Леонардо. Она станет первой леди Амбрии и будет в безопасности, как хочет ее отец.

Впрочем, до свадьбы остается еще целых два дня, и любой необдуманный поступок, любая неосторожность могут все испортить. Привести к непредсказуемым последствиям.

Пеллеа украдкой посмотрела на Монте и поняла, что ее опасения не напрасны.

Монте с задумчивым видом жевал курицу с хлебом и одновременно наблюдал за Пеллеа. Он чувствовал, что, несмотря на все ее отчаянные попытки это скрыть, она сейчас сильно мучается. Нетрудно догадаться, что причина этих мучений — ее предстоящая свадьба с Леонардо. Но что заставляет ее так поспешно вступить в брак с этим человеком?

Какова ее мотивация? Выполнить волю отца, чтобы он мог спокойно умереть? Судя по тому, что Монте сегодня увидел, Мараллису недолго осталось. Но достаточно ли этого, чтобы заставить Пеллеа броситься в объятия Леонардо? Или есть еще что-то, чего он не знает?

— Полагаю, правящий клан одобряет этот брак? — спросил он.

Пеллеа кивнула:

— Да, Гранвилли все тщательно спланировали, пригласили множество гостей.

— Я в этом не сомневаюсь. Меня только удивляет, почему вы так торопитесь. С помощью длительной помолвки правящий клан мог бы сделать своему режиму хорошую рекламу.

— Интересная теория, — мягко сказала она.

— Почему так скоро? — не унимался Монте.

— Тебе придется спросить об этом Леонардо, — уклончиво ответила Пеллеа.

— Возможно, я так и сделаю, если мне представится возможность. — Он пронзил ее взглядом, пытаясь понять, о чем она думает. — Меня не покидает мысль, что он что-то задумал.

— Некоторым людям просто нравится все делать быстро, — ответила она, раздраженная его настойчивостью.

— Ну конечно, — скептически произнес он. У него в голове не укладывалось, что Пеллеа выходит замуж за другого. Она не может быть с Леонардо.

Потому что принадлежит ему, Монте Де Анжели.

Конечно, это безумие. Как она может принадлежать ему, когда он не может официально сделать ее своей?

Все же внутренний голос шептал, что она принадлежит ему с того момента, когда он впервые ее увидел. Он держал ее в своих объятиях, любил телом и душой и хочет, чтобы это продолжалось.

Но что ему нужно для этого сделать? На что он готов пойти? Эти вопросы беспрестанно повторялись в его голове.

— Ты его не любишь.

Эти слова сами сорвались с его губ, и Монте удивился. Он не собирался говорить ничего подобного. Все же он был рад, что наконец сказал правду, которую долго игнорировал. Правда освобождает.

Она не любит Леонардо. Пеллеа использует его, а он ее. Это было ясно из их разговора, который подслушал Монте.

— Ты его не любишь, — повторил Монте еще более решительно.

Пеллеа повернулась и, сложив руки на груди, посмотрела на него сверкающими от ярости глазами.

— Откуда ты знаешь? — вызывающе бросила она.

Его губы медленно растянулись в улыбке. Еще немного правды не повредит.

— Я знаю, Пеллеа. Очень хорошо знаю. Потому что… — Он помедлил, но не ради драматического эффекта, а для того, чтобы набраться смелости. — Потому что ты любишь меня, — наконец произнес он.

Казалось, что воздух между ними вот-вот заискрится от напряжения.

— О! Какого чер… — Щеки Пеллеа покраснели, и она прокашлялась, словно у нее перехватило дыхание. — Я никогда тебе этого не говорила!

Он откинулся на спинку стула и пристально посмотрел на нее:

— Тебе нет необходимости выражать это словами. Твое тело сказало мне все, что я хотел знать. — Его взгляд скользнул по ее кремовой коже. — Всякий раз, когда я к нему прикасаюсь, оно отзывается, словно музыкальный инструмент. Оно создано для того, чтобы играть мои мелодии.

Пеллеа посмотрела на него так, словно не поверила своим ушам.

— Из всех самодовольных людей на свете ты…

— На первом месте? — Он дерзко ухмыльнулся и пожал плечами. — Ну разумеется.

Она задержала дыхание и сосчитала до десяти, не зная наверняка, пытается сдержать гнев или улыбку. Разве можно злиться на Монте, когда он так очаровательно улыбается? Затем она выдохнула и попыталась обратиться к логике и здравому смыслу. Через два дня она выходит замуж за Леонардо. Мечты и фантазии лучше оставить в прошлом.

— Я не люблю тебя, — солгала она. Внезапно к глазам подступили слезы, но она прогнала их усилием воли. Сейчас не время для слез. — Я не могу тебя любить. Неужели ты не понимаешь? Больше никогда мне этого не говори.

Что-то в ее тоне задело чувствительные струны в его душе. Он действительно обидел ее своими неосторожными словами? Это последнее, чего он хотел.

— Пеллеа… — Поднявшись, он потянулся к ней. Она попыталась увернуться, но он не позволил.

Напротив, он заключил ее в объятия, крепко прижал к себе и погладил по волосам.

— Пеллеа, дорогая…

Она подняла на него глаза. Ее мягкие губы дрожали. Он посмотрел на них, и сердце его начало таять. Ни одна женщина прежде не казалась ему столь прекрасной и желанной. Не в силах больше сдерживаться, он накрыл ее губы своими и почувствовал, как участилось ее сердцебиение. Она ответила на его поцелуй, затем через некоторое время оторвалась от его туб, по-прежнему оставаясь в его объятиях.

— У тебя вкус курицы, — пробормотала она, слегка нахмурившись.

— А у тебя божественного нектара, — улыбнулся он.

Пеллеа закрыла глаза и покачала головой:

— Пожалуйста, Монте, отпусти меня.

Он неохотно подчинился, и она начала медленно отстраняться, глядя на него большими глазами, полными печали. «Если бы только…» — прочитал он в них.

Откинувшись на спинку стула, он наблюдал за ней, чувствуя себя абсолютно беспомощным, но не понимая причины этого. Тяжело вздохнув, Пеллеа повернулась и начала ходить туда-сюда.

— Тебе нужно незаметно выбраться из дворца, — сказала она. — Если я помогу тебе это сделать, ты сможешь самостоятельно вернуться на материк?

— Я пока не собираюсь никуда уезжать, — решительно заявил он. — А когда соберусь, сам о себе позабочусь. В моем распоряжении имеются все необходимые для этого средства. Тебе незачем обо мне беспокоиться.

Остановившись, Пеллеа посмотрела на него и покачала головой. Разве она может не беспокоиться, когда он — главная причина ее тревог? Ей нужно вывести его отсюда, пока он не узнал о ребенке. Но самое главное, нельзя допустить, чтобы он погиб. Говорить с ним на эту тему бессмысленно. Он смеется над опасностью, но она должна попытаться его вразумить.

— Есть еще новости, — сказала она, опершись о спинку стула напротив. — Во дворце ходят слухи.

Его рука с куриной ножкой замерла в воздухе.

— Что за слухи?

Она села на стул.

— Люди говорят о вооруженном вторжении в Амбрию.

Монте поднял темную бровь.

— И кто же собирается это сделать?

— Вынужденные переселенцы из Амбрии. Они попытаются вернуть себе свою страну.

Наклонившись вперед, он заглянул ей в глаза:

— И ты в это веришь?

— Ты шутишь? — Она всплеснула руками. — Я вижу это собственными глазами. С какой еще целью ты сюда приехал?

Он подарил ей еще одну сексуальную улыбку.

— Я приехал сюда для того, чтобы похитить тебя, а не чтобы начать переворот. Я думал, что ясно дал это понять.

Пеллеа тоже наклонилась вперед:

— Значит, это правда. Ты планируешь захватить власть в стране.

Монте небрежно пожал плечами:

— Когда-нибудь я определенно это сделаю. — Он провокационно улыбнулся. — Но точно не в эти выходные. У меня другие планы.

У него другие планы. Какая прелесть. У него планы, а ей предстоит решать вопросы жизни и смерти. С каким бы удовольствием она его сейчас придушила. Или, по крайней мере, поколебала его уверенность, которая так ее раздражает.

Поднявшись, она указала ему на калитку:

— Ты должен уйти. Немедленно!

Удивленный ее реакцией, он обиженно произнес:

— Я ем, не видишь?

— Ты можешь взять еду с собой.

Монте нахмурился:

— Но я уже почти закончил. — Он откусил еще кусок. — Кстати, курица очень вкусная.

Пеллеа с недоумением посмотрела на него, затем медленно опустилась на стул и закрыла лицо руками. Что ей делать? Она не может позвать на помощь. Это его убьет. Она не может вытолкать его отсюда. Ей не хватит сил. Таким образом, она оказалась в западне вместе с человеком, которого любит, отцом своего ребенка, мужчиной, чьи поцелуи сводят ее с ума. Ей нужно поскорее от него избавиться, не причинив ему при этом вреда. Но как это сделать?

— Я ненавижу тебя, — простонала она.

— Хорошо, — ответил Монте. — Мне нравятся страстные женщины.

Пеллеа закатила глаза. Он когда-нибудь бывает серьезным?

— Моя ненависть была бы более эффективной, будь у меня кинжал, — сухо сказала она.

— Никаких угроз. Ничто так не губительно для хороших отношений, как угрозы.

Пеллеа надула губы, раздраженная тем, что он не принимает ее всерьез.

— Кто сказал, что у нас хорошие отношения? — пробурчала она.

— А разве нет? — удивился Монте, взяв ее за руку. — Они определенно лучшие из всех, что у меня были, — мягко сказал он, глядя на нее с такой нежностью, что у нее перехватило дыхание.

Она сжала его руку. Не смогла удержаться. Ведь она так его любит.

Но вот за что? До сих пор он только усложнял ее жизнь. Не обещал ей ничего, кроме интимной близости. Достаточно ли ей этого?

Вряд ли. Ей, как любой женщине, нужны стабильность, уверенность в завтрашнем дне, чувство защищенности.

Звук гонга вернул ее к реальности. Вздрогнув, она отдернула свою руку и посмотрела на Монте. Он разочарованно покачал головой и сказал:

— Я буду в библиотеке. Не води своего гостя туда.

— Хорошо, — ответила Пеллеа.

Как только он скрылся за дверью библиотеки, она пригласила посетителя. Это была Магда, ее парикмахер. Своей вульгарной манерой одеваться пожилая женщина напоминала цыганку, зато творила чудеса с волосами.

— Я вернусь через полчаса, — предупредила она. — Вам следует быть готовой. Мне понадобится дополнительное время, чтобы завить волосы, обрамляющие диадему. Вы, наверное, понимаете, что прическа будет отличаться от того, что я делаю вам обычно.

— Да, понимаю, Магда, — улыбнулась в ответ Пеллеа. — Не сомневаюсь, что получится, как всегда, прекрасно. Вместе мы обязательно справимся.

Магда что-то пробурчала себе под нос, но, похоже, приняла вызов.

— Через полчаса, — повторила она, после чего ушла готовиться к столь ответственной работе.

Только Пеллеа начала закрывать калитку, как из-за угла вышла Кимми.

— Не закрывай, — крикнула горничная, махая ей рукой.

Пеллеа улыбнулась подруге, но не пригласила ее войти.

— Мне нужно готовиться к балу, — сказала она. — Скоро придет Магда и…

— Я просто хочу убедиться, что твое платье безупречно выглажено, — весело ответила Кимми, приблизившись к ней. — Где он? — прошептала она, проходя в калитку При этом глаза ее озорно блестели.

— Кто? — взволнованно спросила Пеллеа.

— Я видела его, когда недавно заходила сюда, — улыбнулась Кимми. — Ты вышла, а он был здесь. — Она весело подмигнула ей. — Я поздоровалась с ним. — Она огляделась по сторонам. — Мы разговаривали.

— О!

Пеллеа тяжело сглотнула. Только этого ей не хватало. В прошлый раз Кимми сохранила все в секрете, но, кто знает, сделает ли она это снова.

— Он потрясающий, — прошептала горничная. — Я так за тебя рада. Как раз такой мужчина тебе и нужен.

Пеллеа покачала головой:

— Кимми, все совсем не так, как ты думаешь. Ты же знаешь, что я выхожу замуж за Леонардо и…

— Именно поэтому тебе и нужен такой потрясающий мужчина. Никто не говорит, что это на всю жизнь. — Кимми дерзко улыбнулась. — Просто будь счастливой, пока есть такая возможность. Ты этого заслуживаешь.

Пеллеа в отчаянии посмотрела на свою горничную. Воспользоваться ее советом означало бы повести себя недостойно своего положения. Это могло бы разрушить ее жизнь.

Как ей быть? Просить прислугу молчать все равно что просить птицу не летать. Разумеется, Кимми для нее больше чем просто горничная. Они дружат с детства. В прошлом она непременно прислушалась бы к ней, но сейчас, когда речь идет о жизни и смерти, она этого сделать не может.

Закрыв глаза, Пеллеа прочитала про себя короткую молитву. Когда она с тревогой посмотрела на Кимми, та коснулась ее руки и, преданно глядя на нее, мягко сказала:

— Не беспокойся, Пел. — Она использовала имя, которым называла Пеллеа в детстве. — Я просто рада, что… — Кимми не договорила, но Пеллеа поняла, о чем идет речь. — Клянусь, что никому ничего не скажу. Все останется между нами.

На глаза Пеллеа навернулись слезы.

— Спасибо, — прошептала она.

Кимми по-дружески поцеловала ее в щеку и кивнула. Затем, заметив Монте, стоящего в дверях библиотеки, она снова превратилась в покорную служанку.

— О, мисс, позвольте мне взглянуть на ваше платье.

— Привет, Кимми, — сказал Монте.

В расстегнутой рубашке и с растрепанными волосами он походил на красивого пирата.

— Здравствуйте, сэр. — Она помахала ему, но быстро спохватилась и сделала реверанс. Поскольку Пеллеа стояла у нее за спиной, она подмигнула Монте, дав ему понять, что все идет согласно его плану. — Надеюсь, что у вас все хорошо, — вежливо добавила она.

— Просто великолепно, — ответил он. — Я только что хорошо поел и чувствую прилив сил.

Рассмеявшись, она быстро сделала свою работу, после чего сразу собралась уходить.

— Мисс, я заглянула сюда только для того, чтобы осмотреть платье и напомнить вам, что примерно через час я вернусь и помогу вам его надеть. Вас это устроит.

— Да, конечно. Магда должна будет закончить к этому времени. — Пеллеа улыбнулась горничной и обняла ее. — Спасибо тебе, Кимми. Надеюсь, ты знаешь, как я тебя ценю.

— Конечно, мисс. Больше всего я хочу, чтобы вы были счастливы.

— Я знаю. Ты настоящее сокровище.

Кимми помахала им обоим:

— Я скоро вернусь. Увидимся.

— До свидания, Кимми, — сказал Монте, после чего снова прошел в библиотеку.

Пеллеа задумчиво уставилась вслед своей подруге. Через несколько часов она будет танцевать на балу с Леонардо и готовиться объявить о помолвке. Гости будут их поздравлять, аплодировать им, осыпать их конфетти. Сегодня вечером начнется новый этап ее жизни. Ей следовало испытывать радостное волнение, но вместо этого к горлу подкатывала тошнота.

«Прекрати хандрить», — приказала она себе.

Она должна сделать то, что должна. У нее нет выбора. Но почему-то она чувствует себя не счастливой невестой, а предательницей.

Правильно ли она поступает? Как она может знать наверняка?

Положив ладони на живот, Пеллеа подумала о ребенке, растущем внутри ее. «Правильно» означает «лучше всего для ребенка». Если она будет все время об этом думать, то, возможно, перестанет чувствовать себя канатоходцем, прошедшим половину дистанции.

Даже несмотря на то, что одному привлекательному мужчине, похоже, доставляет удовольствие раскачивать канат, по которому она идет.