Сумерки уже окутывали засыпающую землю, когда молодые люди наконец подъехали к замку. После того как Нелл обозвала Луиса варваром, больше они не разговаривали.

«Как он поступит сейчас? Вызовет мне такси или пригласит остаться на ночь?» — гадала Нелл, отстегивая ремень. При мысли о втором сценарии развития событий по телу ее пробежала дрожь. «А если и пригласит, соглашусь ли я?» — подумала Нелл и тут же подивилась сама себе. Еще пару дней назад она даже не задалась бы таким вопросом. А сейчас всерьез рассматривает возможность остаться. «Да, Нелл Фрост, твое мировосприятие за последние часы претерпело радикальные изменения! Хотя… ну и что тут такого? Я уже раз переспала с ним? Неужели оттого, что я еще раз пересплю с ним, но теперь в нормальных человеческих условиях, я вдруг стану хуже? Завтра же вернусь домой и обо всем забуду. А сейчас — зачем себе врать? Ведь я хочу его по-настоящему. Больше всего на свете!»

Сделав самой себе такое признание, она даже тихо вскрикнула от неожиданности. Луис как раз заглушил двигатель. Услышав странный звук, он повернулся к пассажирке и осведомился: — С тобой все в порядке?

— Да, все в полном порядке! — проблеяла Нелл каким-то не своим голосом. — Просто… кхм… Просто немного в горле пересохло. Чашка чая, и я буду в порядке. Ну то есть если, конечно, у вас найдется… Я хочу сказать, если тебя, разумеется, не затруднит… — И она замолкла, запутавшись в том, что пыталась сказать.

Луис вскинул бровь и вопросительно посмотрел на Нелл.

— Хочешь чаю? — уточнил он.

— Да, пожалуй, от чашечки не откажусь.

Луис продолжал изучать ее с таким видом, будто может читать все ее мысли и прекрасно понимает, что творится в ее голове.

— Боже, у меня все затекло. Надо бы ноги размять, — проговорила Нелл и кубарем выкатилась из машины. Оказавшись на улице, она жадно стала глотать свежий воздух.

Она раньше не знала секса. И прекрасно обходилась без него. А сейчас не может думать ни о чем другом! Услышав шорох гравия, девушка поняла, что Луис тоже вышел из машины и стоит теперь за ее спиной.

Она повернулась к нему:

— Почему ты не сказал мне, что это твой дом, где вы жили с женой?

— Это не имело никакого отношения к делу. — Луис безразлично пожал плечами.

— Получается, сегодня ты впервые за долгое время вернулся домой. — Нелл представила, как Луис ходит из комнаты в комнату, вспоминая счастливые мгновения, которые проводил там с женой. И эти картины ее не порадовали. — Это место для тебя особенное.

— Просто дом. — Луис был удивлен, что может так спокойно говорить. Сегодня он понял, что посещение коттеджа в некотором роде освободило его от прошлого. И что следовало сделать это уже давным-давно.

— Не просто, а особый дом. Твой дом, — возразила Нелл.

Ее настойчивость стала раздражать Луиса.

— То, что было со мной до нашей встречи, тебя, Нелл, никак не касается.

Не хочет ли он сказать, что все, что происходит с ним сейчас, касается ее непосредственно? Она хотела уже было задать Луису соответствующий уточняющий вопрос, но тут кто-то прокашлялся за ее спиной.

Нелл вздрогнула от неожиданности. «Как кстати! — подумала она. — Еще чуть-чуть, и я опять поставила бы себя в неловкое положение дурацким вопросом. Наверняка он ничего такого не имел в виду. Я просто выдаю желаемое за действительное!»

— Рамон, добрый вечер, — поздоровался Луис, пытаясь скрыть досаду от внезапного вторжения управляющего.

Управляющий вежливо кивнул. Держался он ровно и учтиво, не выдавая никакой особой заинтересованности, но тут взгляд его упал на кольцо на пальце Нелл, и взгляд зажегся искренним любопытством.

«Небось удивляется, что такого Луис нашел во мне, ведь он, наверное, может заполучить любую красавицу, какую только пожелает!» — с досадой подумала Нелл и в сотый раз попыталась стянуть кольцо. Но оно, разумеется, и с места не сдвинулось.

— Можно тебя на пару слов, Луис?

— Мы недолго, — пообещал Луис Нелл и повернулся к Рамону.

Нелл наблюдала за разговором двух мужчин и гадала, что они обсуждают, так как слов разобрать не могла. Может, что-то случилось с бабушкой Луиса? Может, ей стало хуже?

Но спросить у Луиса она не успела, так как, закончив разговор, он не дал ей и слова сказать, а сразу произнес:

— Ступай с Рамоном. А я скоро подойду, — и ушел. Нелл даже не успела ехидно осведомиться, с чего это он взял, что она станет его дожидаться.

— Мисс Фрост, пожалуйста, следуйте за мной, — пригласил Рамон. Это был тот самый мужчина с добрыми глазами, который встретил ее вчера утром в поместье и которому она выдвинула свой ультиматум: «Или Луис Фелипе Санторо, или я с места не сдвинусь».

Кивнув, она попросила:

— Зовите меня просто Нелл.

— Сюда, пожалуйста, — сказал Рамон и подождал, пока Нелл двинется за ним. Он повел ее совсем не в ту сторону, куда ушел Луис, поясняя по дороге: — Дом очень большой, с непривычки очень легко заблудиться.

Следуя за Рамоном по лабиринту коридоров, Нелл размышляла, сложится ли так судьба, что она в один прекрасный день запросто начнет ориентироваться в хитросплетениях этих комнат и переходов. Кажется, что, даже если и случится так, что она поселится здесь, за всю жизнь ей не выучить всех этих межкомнатных и межэтажных развязок. А поселиться ей тут точно не придется. Значит, и ориентироваться тоже.

«Надо просто отдаться на волю судьбы и плыть по течению».

Рамон открыл дверь в кабинет Луиса. Нелл поблагодарила его, и он удалился.

Несколько минут спустя она уже стояла под горячим душем. Струи теплой воды освежали и будто даже немного смягчали душевные терзания. Нелл почувствовала себя гораздо лучше. Выйдя из душа, она с сомнением посмотрела на свою несвежую одежду. Но выбора не было. «В конце концов, должна же в женщине оставаться какая-то загадка. Нельзя предстать перед Луисом полностью обнаженной, что же он тогда будет срывать с меня в порыве страсти?»

— Оптимистка, — укорила Нелл свое отражение в затуманившемся зеркале.

Она старалась не смотреть на огромную кровать, красующуюся в апартаментах Луиса.

Но, когда она заметила на столике в гостиной поднос с чаем и бутербродами, настроение ее заметно приподнялось. Чай был сервирован на двоих, значит, Луис действительно сегодня еще объявится.

Девушка налила себе чая, взяла сэндвич и уютно устроилась на кожаном диване. Прошло совсем немного времени, как в комнате появился Луис. Сердце Нелл тут же бешено заколотилось. А Луис замер как вкопанный, увидев ее — свежую, умытую, с чашкой в руках, с влажными волосами, обрамляющими лицо.

— Спасибо за чай.

— Пожалуйста. — Луис кивнул, принимая благодарность.

— Я твоим душем воспользовалась, надеюсь, ты не возражаешь.

Если Луис против чего и возражал, так против того, что не участвовал в этом мероприятии.

— Как твоя бабушка себя чувствует? Ей что, хуже стало? — поинтересовалась она.

— Нет, с бабушкой все отлично. Мне из офиса позвонили, я по рабочим делам уходил.

— У тебя есть офис?

— Есть. Даже несколько.

— То есть ты человек богатый?

Луис пожал плечами. Похоже, кто-то проболтался.

— Скажем так, небедный.

— Это теперь так называется? Небедный? Когда состояние исчисляется в миллиардах?

Луис промолчал, и Нелл сказала:

— Понятно. А я-то думала, Франческо просто преувеличивает. — Она опустила взгляд на кольцо и продолжила: — Значит, ты на самом деле вовсе не охотишься за наследством? Значит, ты с самого начала говорил правду?

— Жаль, если разочаровал тебя. Мне извиниться?

Луис весь день не находил себе места. Снова и снова он пытался убедить себя, что с этой англичанкой его связывает секс, и ничего больше. Но все более склонялся к тому, что пытается себя обмануть. Однако верить в то, что мисс Фрост по-настоящему задела какие-то струны его души, никак не хотелось, поэтому старался всячески отвлекаться и не задумываться лишний раз на эту тему.

Нелл тем временем поставила чашку и спустила ноги на пол.

— Мог бы и сам мне все объяснить. Ты же видел, какого я о тебе мнения, и имел массу возможностей разубедить меня. Так нет, тебе нравилось наблюдать и чувствовать себя умнее всех! — со злостью проговорила она.

В ответ на ее возмущение он лишь пожал плечами и небрежно произнес:

— Да. Признаюсь, мне было любопытно посмотреть, как будет строиться динамика твоих оценок моей личности, если начала ты с того, что назвала меня ползучим гадом.

Нервничая, Нелл снова схватила чашку и поверх нее наблюдала за своим соблазнителем. А тот встал, прислонившись к подоконнику, и скрестил ноги, устраиваясь поудобнее. И было сделано это, как обычно, с небывалым изяществом и шиком.

Не давая сбить себя с толку, девушка с вызовом возразила:

— Ну и назвала. Это не помешало мне переспать с тобой. И тебе со мной, кстати, тоже. — В то же время она начала отдавать себе отчет в том, что ее ни на чем не основанное предубеждение против Луиса — всего лишь своего рода защитная реакция. Чтобы не было больно расставаться, Нелл просто обязана была найти в нем хоть какой-то недостаток. А теперь, получается, он все же идеал, рыцарь без страха и упрека, прекрасный и неотразимый.

— Не помешало, это ты верно заметила. И если тогда не помешало, то теперь, когда твое мнение о моей персоне наверняка изменилось в лучшую сторону…

Взгляд Луиса вспыхнул манящим огнем, и Нелл отвела глаза, пробормотав:

— Ты выглядишь усталым.

— Конечно, кое-кто помешал мне выспаться прошлой ночью, — откликнулся Луис, втайне надеясь, что и сегодня помешает. Ему жутко не хватало ее объятий, он скучал по ее телу весь день, и эта очевидная зависимость просто сводила его с ума.

Нелл решительно вернула разговор в прежнее русло:

— Значит, когда ты говорил, что денег в наследство не будет, то тоже не лукавил?

— Я так сказал? — удивленно спросил Луис.

Нелл кивнула, потому что буквально дословно помнила все, что он говорил с момента Их знакомства.

— Знаешь, это все твое влияние. При тебе я почему-то начинаю вслух произносить то, чего говорить не следовало бы. В общем, да, тогда я не лукавил. Денег никаких не предвидится. Поместье долгое время управлялось не лучшим образом, никаких новых технологий, в общем, было чуть ли не в упадке. К тому же бабушка послушала недобрых советчиков и вложила немалую сумму в одну провальную финансовую схему.

— Ты хочешь сказать, поместье на грани разорения? — Нелл не верила своим ушам. То, что ей довелось повидать за эти два дня, никоим образом не свидетельствовало ни о разрухе, ни об упадке.

— Скажем так, были определенные проблемы, но мы с Рамоном не стали посвящать бабушку в подробности и сами предприняли некоторые шаги по выправлению ситуации. Открыли несколько счетов, положили туда хорошую сумму, чтобы снимать проценты и использовать их на решение хозяйственных вопросов. И еще я профинансировал ремонтные и восстановительные работы.

— Получается, ты не только не рассчитывал поживиться на наследстве бабушки! Напротив, ты сам вложил деньги в это поместье? — В очередной раз с момента знакомства с Луисом Нелл подумала, что никогда еще не оказывалась в столь глупом положении.

— Это были такие долгосрочные инвестиции, если хочешь.

— Долгосрочные — не то слово. Ты тратишь собственные средства на это поместье, наверное, не один год!

Луис потер рукой небритый подбородок.

— Я должен был спасти бабушку от унижения, предотвратить беду. Ведь утрата поместья, если бы его продали за долги, просто убила бы ее. В этом поместье — вся ее жизнь. Учитывая ее роль в моей судьбе, это было самое меньшее, что я мог сделать. Знаешь, ведь бабушка заменила мне и мать и отца, когда те в один прекрасный день просто бросили меня у нее и укатили путешествовать. Правда, я их не виню. Родителей можно понять: чахлый капризный пацаненок не вписывался в их бурный образ жизни. Они никогда подолгу не сидели на одном месте, без конца мотались из одного уголка планеты в другой.

Нелл почувствовала прилив жалости и с трудом сдержалась, чтобы не подойти и не погладить по голове внезапно проступившего сквозь черты сильного, уверенного в себе мужчины мальчишку — брошенного родителями, нежеланного, нелюбимого, оказавшегося ненужным самым близким людям. Ее возмущению не было предела: что может оправдать людей, которые так просто пренебрегли своими родительскими обязанностями, отказались от собственного сына! И что еще поражало Нелл, так это удивительные невозмутимость и спокойствие, с которыми Луис поведал ей этот факт своей биографии.

— Справедливости ради надо заметить, что путешествия — неотъемлемая часть их работы. Они журналисты, снимают документальные фильмы про разные страны, — добавил Луис, и в голосе его мелькнула то ли досада, то ли горечь.

— Не знаю, как можно бросить собственного ребенка. В голове не укладывается, — резко произнесла она и поняла, что всей душой ненавидит родителей Луиса, хотя никогда их даже и в глаза не видела.

Какое-то странное выражение промелькнуло во взгляде Луиса, и он прежним спокойным тоном откликнулся:

— Не сомневаюсь, что ты на такое не способна. Но не у всех такие же крепкие моральные устои, как у тебя.

Нелл в порыве чувств вскочила на ноги, прижимая руку к груди, и воскликнула:

— Да при чем тут моральные устои! Все дело в способности любить! — Тут она вдруг засмущалась своей бурной реакции, села обратно на диван и уже намного тише добавила: — И если любить не умеешь, нечего детей рожать.

Луис пожал плечами:

— Им всегда хватало общества друг друга.

Нелл презрительно фыркнула:

— Я считаю, что это признак эгоизма и недалекости.

— Как ты категорична в своих оценках. Помнишь, меня ты тоже было в негодяи записала?

Нелл покраснела.

— Записала, — согласилась она. — Но ты, в отличие от своих родителей, никогда бы не допустил, чтобы твоего ребенка воспитывал кто-то другой.

Взгляд Луиса посерьезнел.

— Да, Нелл, я бы такого не допустил. Но в свое время я отказал жене в ребенке, о котором она так мечтала. Это тоже говорит о крайнем эгоизме.

— Это говорит о том, что ты нормальный живой человек, а не ангел небесный. Все имеют право на ошибку, глупый ты человек!

Пылкость Нелл удивила Луиса, он поднял брови и заметил:

— Да? А большинство называет меня весьма умным.

— Как я только что сказала, все мы иногда ошибаемся, — хмыкнула девушка. — Смотри, жена твоя умерла, но ведь твоей вины в этом нет, правильно? — Нелл увидела, как лицо Луиса каменеет, как на нем проявляется холодная отстраненная маска.

— Она погибла в автокатастрофе, когда ехала из Барселоны.

— Значит, ты не причастен никоим образом, — настойчиво повторила Нелл. — Она погибла, но ты жив, Луис.

Испанец глубоко вздохнул и внезапно ощутил, что это замечание сейчас справедливо как никогда. Он действительно чувствовал себя так, словно вернулся к жизни после долгого тяжелого сна.

— Жив, — согласился он и сделал шаг к Нелл.

Сердце девушки забилось быстрее, она боялась поднять глаза и не отрываясь следила за его блестящими кожаными туфлями, которые неумолимо приближались. Немного не дойдя до дивана, мужчина остановился и произнес:

— Нелл, буду с тобой предельно откровенен.

Нелл подняла взгляд и теперь внимательно изучала джинсы на его коленях. Дыхание ее участилось.

— Есть два сценария, по которым может пройти оставшийся вечер.

Глаза Нелл переместились на его грудь.

— Сценарий первый: если хочешь, я закажу тебе номер в гостинице рядом с аэропортом и отвезу тебя туда. Сценарий второй, мне, честно скажу, он нравится намного больше: на эту ночь ты остаешься здесь со мной.

Нелл судорожно вздохнула и посмотрела Луису прямо в глаза. Увидев пламя желания, горевшее в его взгляде, девушка вздрогнула. А испанец, не отрывая глаз от ее лица, склонил голову в сторону шикарной кровати, видневшейся через открытую дверь в спальню, и хрипло добавил:

— И проведешь ее в этой вот постели.

Нелл перевела взгляд на кровать, на Луиса и снова на кровать. Сердце билось с такой силой, что девушка слышала каждый удар.

— Только ты должна понимать, Нелл: я не стану врать и притворяться, не буду говорить, будто чувствую то, чего на самом деле нет.

Нелл оторвала взгляд от кровати, попыталась убрать волосы с лица, но руки не слушались. По телу расползлась странная слабость. Прерывисто вздохнув, она выговорила:

— Да, я понимаю. — Можно ли было выразиться яснее?

— Итак, какой вариант ты выбираешь? — непринужденно, будто его вовсе не волнует ее ответ, поинтересовался Луис. Однако лицо и вся фигура его были напряжены, Нелл видела это совершенно ясно.

— Я выбираю ночь с тобой в этой постели, — ответила она.

Луис закрыл лицо рукой, и Нелл, к большому своему сожалению, не могла отследить реакцию мужчины. Оставалось ждать, что он скажет. И он сказал:

— Слава богу!

Луис убрал руку от лица, и Нелл увидела хищное выражение его глаз, от которого сразу сладко заныло внизу живота. Одним шагом он преодолел оставшееся расстояние и возвышался теперь над ней — огромный, красивый и опасный.

«Боже, что я творю?» — в смятении подумала Нелл.

Он стоял так близко, что видны были лучики морщинок в уголках его глаз. Нелл дико захотелось протянуть руку и коснуться их, но она только сжала пальцы в кулак и медленно произнесла:

— А наша сделка…

— Матерь Божья, Нелл! — воскликнул нетерпеливо Луис. — Занятия любовью — это не часть сделки. И вообще, сколько можно твердить «сделка, сделка», все, давай забудем и начнем все с чистого листа.

— Хорошо, давай, — смиренно согласилась Нелл и протянула к нему руки.

Луис мгновение смотрел на нее, а потом схватил за запястья своими сильными длинными пальцами и резко притянул к себе. Тела их оказались близко-близко.

— Ты даже представить себе не можешь, как я рад, что ты согласилась остаться, — страстно проговорил испанец и стал целовать ее глаза, щеки, изгиб шеи, а затем устремился ко рту и прижался к ее губам так крепко, с такой жадностью, что у Нелл перехватило дыхание и закружилась голова.

— Так покажи мне, — прошептала она, обвивая руками его шею и прижимаясь к нему еще теснее, — продемонстрируй всю силу своей радости. Прошу тебя…

— Я покажу тебе. Покажу, как все должно быть. На этот раз все будет по-другому, — пообещал он, поглаживая ее волосы. — А прошлой ночью… — И Луис запнулся, его красивое точеное лицо выражало досаду.

Нелл легонько поцеловала его в уголок рта, поднялась на цыпочки и жарко зашептала:

— Не нужно так убиваться, Луис. Ты был великолепен. Все было прекрасно! — И она крепко поцеловала его в губы.

Издав стон нетерпения, Луис подхватил ее на руки и отнес в спальню. Рухнув на кровать, они неистово стали буквально сдирать друг с друга одежду, шепча нежные слова и постанывая от нетерпения. И вот наконец оба, тяжело дыша, лежали рядом обнаженные. Глаза Нелл сияли, словно драгоценные камни, когда она медленно провела пальцем по щеке и губам Луиса. Ее восхищали его мужественные черты, он был просто великолепен.

— Какие у тебя красивые губы, — тихо улыбнулась она, — и все остальное, конечно, не хуже.

Луис не улыбался. Серьезный взгляд его пылал, завораживал, казалось, будто в глубине зрачков пляшет пламя. Не сводя глаз с Нелл, он взял ее руку и стал по очереди посасывать каждый пальчик. Новое ощущение прошло по телу девушки подобно разряду тока. Она зажмурилась и услышала, будто со стороны, собственный стон. Ей казалось, что она воспарила в воздух и что нижняя часть ее тела расплавилась.

Луис мягко прижался к ее губам и стал осторожно покусывать их.

— Весь день мечтал об этом, — хрипло признался он.

— И я, — откликнулась Нелл. Она прикрыла глаза, когда язык Луиса, обследовав контуры ее рта, стал погружаться глубже. — Боже мой, Луис, — простонала Нелл, когда он прервал поцелуй.

— Ты доверяешь мне? — спросил Луис, глядя ей прямо в глаза.

— Полностью, — выдохнула Нелл.

Тогда испанец навис над ней, словно ощупывая взглядом все изгибы ее стройного тела. Дрожащей рукой он убрал прядь волос с лица Нелл с такой нежностью, что у нее чуть слезы на глазах не выступили.

Под его горящим страстным взглядом она почувствовала, как усиливается ее желание, и вся выгнулась навстречу Луису, когда он начал целовать ее тело сверху от груди и все ниже и ниже. Наконец он добрался до бедер. Умелые движения его рук и губ полностью лишили Нелл контроля над собой, ей было так хорошо, что казалось, еще чуть-чуть — и она не выдержит, задохнется от нахлынувших сладостных ощущений. И когда она подумала, что сейчас взорвется от возбуждения, Луис вошел в нее, словно заполнив пустоту, стал с ней одним целым.

Нелл обхватила его ногами и стала двигаться в такт. Когда Луис почувствовал, как первые волны экстаза пробегают по ее телу, он закрыл глаза. Каждый нерв, каждый мускул в нем были напряжены до предела и требовали разрядки. Тут Луис услышал, как хрипло вскрикнула Нелл. Он посмотрел в ее огромные, расширившиеся от страсти глаза и стал снова двигаться, касаясь ее бедрами, снова вызывая в ней сладостные волны.

Наконец Луис перестал сдерживаться и дал волю всему своему до сих пор сдерживаемому напряжению. В этот момент Нелл тоже — повторно — захлестнуло шквалом наслаждения, ничего не осталось вокруг, все перестало существовать. Осталась одна правда, одна истина: она и этот мужчина стали единым целым.

— Это было прекрасно, — без сил проговорила девушка.

— Да, прекрасно, — откликнулся Луис. Казалось, он тоже потрясен силой пережитого.

Очень скоро Луис, изнеможенный страстными любовными играми, уснул, сжимая Нелл в объятиях. Но Нелл вовсе не хотелось спать. Слишком много впечатлений, слишком много эмоций. Да и как можно спать, когда Луис так близко, когда хочется смотреть и смотреть на него бесконечно.

Нелл немного отстранилась, убрала волосы с лица и устроила голову на подушке так, чтобы можно было наблюдать за крепко спящим рядом мужчиной. Его лицо производило на нее какое-то гипнотизирующее действие. Нелл старалась запомнить каждый миллиметр, запечатлеть в памяти мельчайшие подробности его внешности. От нежности в горле встал ком. Нелл не видела в любовнике ни единого изъяна, все в нем казалось ей совершенным: от ловких чувственных пальцев, которые умели нежно ласкать, от сильных широких плеч до каждого спрятавшегося под темными завитками жестких волос шрамика на крепкой груди. Придется ли ей когда-либо узнать, откуда у него эти шрамы, покрывающие кожу, как ледяные узоры стекло в морозный день?

Луис беспокойно повернулся, пробормотав что-то по-испански. Нелл прижалась к нему поближе и прошептала на ухо:

— Спокойной ночи, любовь моя. И тут она заметила, как лицо его разгладилось, а напряженные мускулы будто обмякли, словно он услышал ее слова, и они успокоили его.

Нелл нежным жестом откинула с его лба прядь волос. Вдруг совершенно неожиданно Луис открыл глаза. Казалось, он смотрит прямо на Нелл, застывшую с поднятой рукой, но было очевидно, что Луис не очнулся ото сна, взгляд его был неосмысленным, каким-то туманным.

— Роза, — тихо, но совершенно отчетливо позвал Луис и снова закрыл глаза, оставив Нелл один на один с резким чувством унижения, обиды, разочарования.

Всего одно слово, и не осталось ничего. Слезы потекли из глаз Нелл. Неужели, когда они занимались любовью, Луис тоже мечтал о своей погибшей жене? Было больно думать об этом, все внутри сжималось от горя и отвращения.

Нелл осторожно сняла его руку со своей талии и перекатилась на другой край кровати. Села, прижала руку к дрожащим от сдерживаемых рыданий губам. Ведь до этого момента она чувствовала себя рядом с Луисом настоящей принцессой — прекрасной, особенной, желанной. Оставаясь собой, она в то же время оказалась кому-то нужной, для кого-то притягательной. Ей было комфортно с Луисом.

А как же его удивительная нежность? Как же его ласки? Неужели все это не по-настоящему? Нелл казалось, ее изгнали из только что обретенного рая.