Мария поспешно приняла душ и высушила волосы, стараясь не думать ни о чем, кроме предстоящей встречи с королем.

Это невозможно! Она в изнеможении присела на краешек кровати. Как она могла забеременеть? Каждый раз, когда они занимались любовью, Алекс пользовался презервативом. Кроме того, первого раза, почти три месяца назад. Той ночью все произошло так стремительно…

Мария застонала и закрыла лицо руками. Сколько раз она мысленно задавалась вопросом: как ее мать могла наделать так много ошибок? И вот теперь она знала ответ — очень легко, потому что ты не в состоянии ни о чем думать, когда тебя захлестывает страсть.

Как же она не догадалась раньше, ведь налицо все признаки: тошнота, головокружение, слабость, отсутствие критических дней!

Она сцепила руки на коленях и заставила себя сделать несколько глубоких вдохов-выдохов. Истерика не изменит существующего положения вещей. Кроме того, для нее просто нет времени. Самое главное сейчас — закончить колье. И прибыть на встречу с королем без опозданий.

Мария быстро оделась: черные брюки, черный кашемировый свитер, поверх — бледно-розовый жакет. Черные туфли на шпильках. После платья изумрудного цвета, в котором она была на обеде, Алекс подарил ей очень много всякой одежды, заказывая ее в самых дорогих бутиках Эллоса.

— Я не могу позволить, чтобы ты покупал мне вещи, — протестовала она, но Алекс поцелуем тут же заставлял ее замолчать.

— Мне нравится делать тебе подарки, agapimou, — отвечал он, и Мария знала, что это так.

Случилось то, чего она никак не ожидала. Мария проникла не только в постель Алекса, он впустил ее в свою жизнь. Она принимала подарки и с удовольствием наряжалась, когда они выезжали в ресторан, театр, казино.

Теперь же бесконечный ряд обновок в гардеробной комнате — его гардеробной комнате — напомнил ей о том, что это не просто подарки. Они — свидетельство того, что она является любовницей Александроса Каредеса.

Любовницы, как правило, не беременеют. У них не должно быть детей. Они не надеются на долгие отношения и совместное будущее. Особенно если речь идет о принце.

— Прекрати! — громко приказала себе Мария. Она должна была сосредоточиться на предстоящей встрече с его величеством. Она ведь шла к своему профессиональному успеху так много лет!

И сейчас это должно быть для нее самым главным.

Водитель, должно быть, знал, куда ее везти. Они въехали в ворота дворца, а затем во внутренний двор. Какой-то придворный, похоже конюший, поприветствовав, долго вел ее лабиринтами коридоров, пока не остановился у приоткрытых дверей в полутемную комнату.

— Мисс Сантос, ваше величество.

Король сидел за маленьким столиком. Перед ним лежал бархатный мешочек, стянутый шнурком. С другой стороны стола, напротив короля, стоял пустой стул. Мария моргнула. Позвольте, это и есть королевское хранилище? Она ожидала совсем другого — яркого света, камер наблюдения, охраны. А вместо этого маленькая, плохо освещенная комнатушка.

— Ваше величество… — начала она, но король прервал ее взмахом руки.

Еще одним взмахом он отпустил сопровождавшего ее слугу.

Эгей указал Марии на стул:

— Садитесь, мисс Сантос.

Тон его был властным и суровым и разительно не соответствовал внешнему виду. А выглядел король плохо — был бледным, на лбу пульсировала вздувшаяся вена.

— Вы хорошо себя чувствуете, ваше величество?

Эгей бросил на нее презрительный взгляд:

— Вы не только любовница моего сына, но еще и врач, мисс Сантос? Не смотрите на меня так испуганно. Я все-таки король и осведомлен обо всем, что происходит в моем королевстве.

— Тогда вы, должно быть, знаете, что я нахожусь здесь исключительно в качестве дизайнера подарка к юбилею королевы Тии. И больше ни в каком.

Она прекрасно понимала, что преступает границу дозволенного между обычным человеком и королем, но в этот и без того кошмарный день Мария была не в состоянии обсуждать свои взаимоотношения с Александросом. Даже с королем.

К ее удивлению, ею величество рассмеялся:

— Могу понять, почему мой сын так увлекся вами. Вы женщина красивая, умная, темпераментная… Какой мужчина устоит перед таким сочетанием?

Мария глубоко вздохнула:

— Ваше величество, корона…

Эгей подвинул бархатный мешочек к центру стола, но сверху положил на него руку:

— Обычно она находится в специальной витрине вместе с другими королевскими украшениями.

— Да, сэр. По правде говоря, я удивлена…

— Ваше удивление меня не волнует, мисс Сантос. Я пригласил вас сюда, чтобы максимально упростить ситуацию и избежать огласки. — Король выразительно посмотрел на свои часы, потом на Марию. — У вас есть пять минут.

Мария кивнула и протянула руки к бархатному мешочку. Король убрал с него свою руку и откинулся на спинку стула. Вена на его лбу вздулась еще сильнее.

Мария развязала шнурок и извлекла корону. У нее перехватило дыхание — корона была поистине великолепна.

— Как красиво, — прошептала Мария.

— Да. — Эгей кивнул и протянул руку за короной.

— Подождите! — Мария быстро притянула корону к себе.

— Вы забываетесь, мисс Сантос! — Король надменно смотрел на нее, а багровая вздувшаяся вена на лбу, казалось, вот-вот лопнет.

— Извините… Подождите, пожалуйста, ваше величество.

— Зачем? Вы увидели все, что вам нужно.

— Я хочу внимательнее изучить розовый алмаз, ваше величество.

Мария вытащила из своей сумки маленький шелковый мешочек, в котором всегда носила драгоценные камни. Она открыла его и достала два розовых бриллианта, один из которых должен был украсить колье. Король едва взглянул на камни:

— Любой подойдет. Они одинакового цвета.

Мария покачала головой:

— На самом деле нет, сэр.

— Да! И ваши пять минут…

Но Мария уже не слушала. Она подняла корону к единственному источнику света в комнате — голой лампочке.

— Нельзя ли сделать свет поярче, ваше величество? — сдавленным голосом спросила она.

— Нет! — прозвучало в ответ.

— А можно взять корону и перейти в более освещенное помещение?

— Нет! И повторяю — ваши пять минут… Что вы делаете?!

У Марии тряслись руки, но она решила не отступать. Уложив два розовых бриллианта в свой шелковый мешочек, она спрятала его в сумку, из которой извлекла маленький фонарик и лупу. Вставив лупу в глаз, она включила фонарик и направила его на алмаз Стефани.

— Мисс Сантос! — Тон короля был очень резким — Этот камень бесценен. Я не желаю, чтобы вы тыкали в него фонариком и вообще ковырялись…

— Это подделка! — Эти ее слова, казалось, взорвали стены маленькой комнатушки. — То, что должно быть половиной алмаза Стефани, вообще не алмаз.

И без того бледное лицо короля стало совсем бескровным. Он вскочил на ноги:

— Отдайте корону!

— Ваше величество, этот камень — подделка. Похоже, это цирконий. Великолепная подделка, но… подделка. — Марию трясло, как в лихорадке. — Ваше величество, у меня в мастерской есть инструменты, я могу более тщательно исследовать камень…

— Отдайте корону! — взревел король. Он выхватил ее из рук Марии и стал запихивать обратно в бархатный мешочек, как вдруг странный звук вырвался из его горла, рука, выпустив мешочек, стала царапать грудь там, где сердце, и Эгей рухнул обратно на стул.

Мария вскочила, бросилась к двери и распахнула ее.

— Помогите! — закричала она. — Помогите, королю плохо!

Мгновенно пустой до этого коридор заполнился людьми. Мария прижалась спиной к стене, а кто-то уже смахнул все, что было на столе, — лупу, фонарик, бархатный мешочек, — в ее сумку, сунул сумку ей в руку и, подхватив под локоть, быстро вывел ее из дворца и усадил в лимузин.

Только в тишине гостевого дома Мария поняла, что в ее сумке оказалась и корона королевства Аристо.

Что делать человеку, если он, можно сказать, украл королевскую корону? Вернее, вынес ее из дворца и скрылся?

Мария сидела за своим рабочим столом, смотрела на корону и пыталась разобраться в том, что случилось за этот день.

Во-первых, она поняла, что беременна. Во-вторых, обнаружила, что половина знаменитого алмаза Стефани, вправленная в королевскую корону, — подделка. На ее глазах, после ее слов о подделке, у короля Эгея случился приступ.

Жив ли король? Неужели ее слова убили его?

Мария позвонила во дворец. Безрезультатно. У нее был личный номер секретаря королевы, но и по нему отвечал лишь автоответчик. Чтобы справиться с отчаянием, Мария заставила себя заняться делом — она решила проверить камень из короны всеми возможными способами, страшась и надеясь, что ошиблась.

Сложное электронное устройство, которое она привезла с собой, было достаточно простым в обращении. Если исследуемый камень был настоящим бриллиантом, при прикосновении к нему щупом загоралась зеленая лампочка, если же нет…

Мария снова и снова повторяла проверку, но зеленая лампочка не загорелась ни разу. Камень в короне был великолепной подделкой, способной обмануть всех, кроме специалиста.

Но может быть, она все же ошибается? Может быть, упустила что-то из виду? Ведь все возможно.

Она подняла трубку телефона и набрала номер. На другом конце света Хоакин ответил после первого же звонка.

— Мария! — обрадовался он, узнав ее голос. — Как твои дела? Села вот только что говорила…

— Хоакин, мне нужна твоя помощь.

Мария рассказала Хоакину о своем открытии, перечислила тесты, которые провела. Ответив на все его вопросы, она услышала тяжелый вздох друга.

— Не завидую тебе, малышка. Ты как тот гонец, которому предстоит принести дурные вести.

Мария грустно усмехнулась:

— Уже принесла.

— Позвони мне, если я тебе понадоблюсь, — после паузы произнес Хоакин. — Села велела передать, что, так и быть, обойдется без меня несколько дней. Мы оба любим тебя, ты же знаешь.

Мария улыбнулась:

— Я тоже люблю тебя, Хоакин…

— Как удобно!

Мария резко обернулась. В дверном проеме, прислонившись к косяку, стоял Александрос с холодным и отчужденным лицом.

— Александрос, я не слышала, как ты вошел.

— Ясное дело, что нет. Но ради бога, не прерывай столь увлекательную беседу из-за меня.

Мария быстро попрощалась с Хоакином и положила трубку. Соскользнув с высокого табурета, она подошла к Алексу. Тот не пошевелился. Не улыбнулся. Никак не отреагировал, когда она коснулась его.

— Твой отец…

— Я знаю.

— Он… он…

— Он в больнице. У него был сердечный приступ. — Алекс поджал губы. — Из-за тебя.

— Я не думала…

— Что ты ему сказала? Что ты спишь со мной, пока твой любовник ждет тебя в Нью-Йорке?

— Александрос, послушай…

— Лгунья! — Он схватил ее за плечи и приподнял, едва не оторвав от пола. — Ты с ним же разговаривала тем утром три месяца назад? — Когда Мария промолчала, он закричал: — Отвечай мне, черт тебя возьми!

— Я разговаривала с Хоакином, да. Но…

— Это без него ты не можешь прожить и нескольких дней?

— Александрос, — голос Марии дрогнул, — ты ошибаешься на его счет.

— Я ошибался на твой счет!

— Я уже говорила тебе, что Хоакин работает на меня. И он женат!

— Для такой женщины, как ты, это не имеет значения.

Эти оскорбительные слова, словно нож, вонзились в ее сердце. Мария вырвалась из его рук и отступила — лицо белее мела, глаза полны слез.

— Я этого не заслужила, — прошептала она.

«Заслужила», — мстительно подумал Алекс. Заслужила это и еще кое-что похуже. Он занимался с ней любовью, держал в объятиях, оберегая ее сон. Будил ее поцелуем. В эти недели он разделил с ней не только постель, но и свою жизнь. Дурак! Он дошел до того, что стал заботиться о ней. Позволил, чтобы она стала нужна ему так, как никто и никогда прежде…

Алекс даже думал предложить Марии остаться с ним после того, как она закончит здесь свою работу.

Он отвернулся, пытаясь взять себя в руки. Она просто еще одна женщина, с которой у него был секс. Пусть, может быть, и красивее других. Умнее. Остроумнее. В целом же точно такая, как все они. И с ним она была только потому, что он… это он, принц, а не просто мужчина. Он — это власть и деньги, так привлекающие женщин. Ему не стоило забывать об этом.

Мария Сантос была его любовницей, купленной и хорошо оплачиваемой. Она не была его возлюбленной — в его постели она оказалась не по собственной воле, а потому, что он вынудил ее.

Сделав глубокий вдох, Алекс вновь повернулся к Марии.

— Что ты сказала моему отцу? — холодно спросил он. — В начале вашей встречи он был вполне здоров.

— Не был. Король выглядел больным.

— Отвечай на вопрос! Что же ты ему сказала, чтобы спровоцировать приступ?

Она обхватила себя руками за плечи, вздернула подбородок и заставила себя посмотреть Александросу в глаза.

— Я сказала ему о короне. И это огорчило его. Мне очень жаль, но я сама была настолько шокирована, что мои слова… вылетели непроизвольно.

— Какие слова?

Мария сглотнула ком, забивший горло. Ее возлюбленным был принц королевского дома Каредес. И он имел право знать правду.

— Я сказала королю Эгею, что половина алмаза Стефани в короне Аристо — подделка.

После долгого и красноречивого молчания Алекс расхохотался. И это испугало Марию.

— Ты сказала, что бесценный камень в его короне — подделка? — Смех оборвался так же резко, как и начался. — И как он назвал тебя? Лгуньей? Дурой? Идиоткой?

— Алмаз ненастоящий, — тихо, но решительно повторила Мария. — Это великолепно выполненная подделка.

Лицо Алекса помрачнело.

— Он должен был вышвырнуть тебя за порог после этих слов!

— Послушай, Алекс…

— Нет, glykamou, это ты меня послушай! Я не знаю, чего ты хотела добиться этой ложью, но…

— Камень фальшивый! — Мария схватила корону со своего рабочего стола вместе со стопкой бумаги и сунула ему в руки. — Вот корона…

— Ты взяла ее из дворца?!

— Я не хотела, но так получилось. Посмотри мои записи. Я провела множество тестов, а затем позвонила Хоакину, чтобы он подсказал мне, не упустила ли я чего-то из виду. Оказалось, что ничего не упустила. Розовый камень в короне — вовсе не алмаз!

Алекс смотрел на Марию во все глаза. Потом стал перебирать бумаги, сначала быстро, потом медленнее, внимательно вчитываясь в написанное ею.

Наконец он поднял на нее взгляд:

— Не понимаю. Кто мог сделать это? И как? Корона всегда находится в хранилище.

Мария развела руками:

— У меня нет ответов, Александрос. Но я точно знаю, что алмаз в короне — подделка.

Алекс положил корону и бумаги на стол и провел руками по волосам.

— Ты уверена? Ошибка исключена?

— Я сертифицированный и опытный эксперт по драгоценным камням, Александрос. И Хоакину я позвонила потому, что он очень компетентен в этом вопросе и абсолютно надежен.

Губы Алекса презрительно поджались.

— Не стану спорить.

— Черт возьми, Алекс! Не будь глупцом. Тем утром я звонила ему из твоей квартиры, чтобы сообщить, что у меня хорошие шансы выиграть конкурс, потому что знала, как много это значит для него и его жены. Он мне не любовник и никогда им не был. Хоакин женат на моей лучшей подруге. Я доверяю ему и знаю, что он сохранит тайну.

На щеке Алекса дернулась мышца. Мария была права. Необходимо держать новость в тайне. Этот алмаз бесценен не только с точки зрения своей стоимости, но и как символ государства. Ни один правитель не короновался без короны. Кроме того, это было завещанием деда — короля Кристоса, который верил, что две половинки алмаза Стефани будут когда-нибудь снова соединены в короне Адамаса как символе единения двух королевств — Аристо и Калисты.

Но кроме этой проблемы была еще одна. Мария Сантос.

Мария, принесшая ему столько радости, сколько не приносил никто и ничто. Она приехала в Аристо, потому что он принудил ее… Но это все в прошлом. Она здесь, с ним, потому, что они оба этого хотели. Алекс уже не мог представить себе, что в конце дня они не стоят, обнявшись, наблюдая закат солнца. Не мог представить, что просыпается утром, а ее нет рядом.

Какой он все-таки глупец! Обвиняя ее во всех грехах, он ведь в глубине души знал, что она не лжет. Мария никогда так не поступила бы. Он немедленно должен сказать ей о том, как много она для него значит, что он не хочет, чтобы она покидала его.

— Я жалею только о том, — срывающимся голосом произнесла Мария, — что не сообщила твоему отцу о подделке как-то по-другому. Если бы я…

— Все в порядке, glykamou.

— Нет, Александрос. Я огорчила его, и его сердце…

— Да, у него был приступ. Отец еще в больнице, но уже в сознании и весьма бодр.

— Слава богу! — И Мария заплакала.

— Дорогая моя! — Алекс схватил ее в объятия. — Не плачь!

Мария разрыдалась еще горше, уткнувшись ему в плечо. Алекс чувствовал, как от ее слез промокает его рубашка.

— Прости меня за то, что обвинил тебя в случившемся с отцом. Должно быть, новость о фальшивом камне в короне оказалась для него шокирующей.

Мария подняла к нему заплаканное лицо:

— Это было ужасно. Ужасно, Александрос! Я сама никак не могу поверить в это. Только поэтому я и позвонила Хоакину…

— Порой я сначала говорю, потом думаю, — хрипло произнес Алекс, беря ее лицо в ладони. — Ты простишь меня?

Их глаза встретились, его — полные муки, ее — слез. Простит ли она его? Как она может не простить? Она любит этого человека всем сердцем. А он, должно быть, испытал шок, узнав о том, что случилось с отцом.

И она же носит его ребенка…

Она должна сказать ему об этом! Мария понимала, что должна, ведь эту маленькую, хрупкую жизнь они сотворили вместе.

Не важно, какими будут последствия ее признания. Александрос имеет право знать о ребенке. Она — не ее мать, а он не такой, как ее отец.

— Мария, скажи, что ты простишь меня.

— Ты же знаешь, что прощу, — нежно ответила она, улыбаясь сквозь слезы.

Алекс облегченно вздохнул:

— Дорогая, мы должны поговорить о нас.

— Да, должны.

— Но не сейчас. — Он прижал ее крепче. — Следующие несколько дней будут просто сумасшедшими. Я должен сообщить семье правду об алмазе Стефани.

Нужно будет собрать совет, чтобы решить, как быть. И еще, конечно, юбилей матери…

— Нельзя ли отложить празднование?

— Отец настаивает на том, чтобы все шло по плану.

— Но он же болен.

— Это национальный праздник, дорогая. Долг перед народом превыше всего. — Алекс нахмурился. — Теперь, когда я знаю о короне… Если с отцом, не дай бог, что-то случится и должна будет состояться коронация… До этого необходимо найти настоящий алмаз и возвратить его на место в короне. Ты меня понимаешь?

Алекс наклонил голову и поцеловал ее. Потом долго шептал нежные слова у самых ее губ. Руки Марии крепко обнимали его шею.

«Сейчас!» — велела она себе. И не важно, что нет времени для долгого, обстоятельного разговора. Пусть только он попросит ее остаться с ним, и тогда она скажет ему о ребенке…

Резко зазвонил мобильный телефон. Алекс побледнел и выхватил его из кармана.

— Да? — бросил он в трубку.

Оказалось, что это звонит Андреас. Разговор был кратким, но по окончании его Алекс привлек Марию к себе и сказал:

— Я не могу остаться. Должен встретиться с Себастьяном и Андреасом. Нам многое нужно обсудить, в том числе и ситуацию с алмазом.

Мария кивнула:

— Скажи им, что я очень сожалею.

— Тебе не о чем сожалеть, дорогая. — Он ободряюще улыбнулся. — Но если ты мучаешься раскаянием и горишь желанием искупить свою вину, позже я предоставлю тебе такую возможность.

Она рассмеялась и поцеловала Алекса. А он прошептал нечто, весьма и весьма непристойное, что заставило ее покраснеть.

— Вечером, — пообещала она.

Алекс собрал бумаги и взял корону. Обняв Марию за талию, подвел ее к двери.

— Вечером, — напомнил он.

Но после этой ночи прошла еще одна и еще… Исчезновение алмаза, болезнь короля, тщательная подготовка к празднованию юбилея королевы… Алекса закружил вихрь проблем, и он почти не покидал дворца.

Ни на что другое у него практически не оставалось времени.