— Довольно, Стефани, — повторил он твердо. — Поговорим утром. Спи и смотри, чтобы никаких кошмаров.

Вслед за этим Хингис вышел из комнаты. Боль разочарования пронзила Стефани. Как он мог так спокойно отринуть ее, когда она не могла отказать ему ни в чем? Ведь он должен был почувствовать это — тело ее до сих пор наполнено истомой от его ласк. Неужели Алекс просто равнодушен к ней?

Нет! Всем своим женским чутьем она угадывала, что этого быть не может. Алекс тоже хотел ее. Тогда, возможно, его отказ от нее — просто расчет, забота о ней, нежелание позволить ей сделать то, о чем позднее она пожалеет? Почему-то в голове опять всплыли подозрения насчет того, что Алекс мог оказаться тем маньяком, преследующим ее.

Способен ли Сэм, который, по словам Алекса, одержим, на подобные действия? Если, конечно, эта видимая забота о ней не является холодным расчетом, впервые продемонстрированным ей в доме отца. Тогда Хингис по своему желанию управлял ее страстями. Неужели и сейчас он хотел еще раз доказать, что, в отличие от Сэма, он может остановиться в критический момент? А если так, то почему?

И все же, что представляет собой настоящий Алекс? Или каким она хочет его видеть?

Боже правый! Стефани не знала, что ей и подумать.

Глава 11

Первое, на что Стефани обратила внимание, наконец спустившись в холл после бессонной ночи, был висевший на деревянной вешалке жакет розового цвета, который она непременно бы запомнила, если бы видела раньше.

Девушка в недоумении смотрела на этот неожиданный здесь наряд, когда до нее донеслись голоса: низкий голос Алекса, звучавший необычно мягко и ласково, и звонкий женский смех. Стефани распахнула дверь кухни и увидела сидящего за столом с кружкой кофе в руке Алекса, а напротив него — симпатичную темноволосую девушку, чьи глаза лучились весельем.

 — О, привет!

Прежде чем Стефани успела заметить брошенный на нее хитрый взгляд Алекса, незнакомая девица широко ей улыбнулась.

 — Вы, должно быть, Стефани. Надеюсь, вы не возражаете, что я приехала. Я просто должна была с вами познакомиться. Мне очень нравится ваше шоу. Я понимаю, что в шестнадцать лет я для него старовата, но я всегда смотрю его со всем выводком Беллы, мы без ума от вашей программы. Так что, когда Ал позвонил и сказал, что вы здесь, я просто должна была посмотреть на вас.

«Ал», с удивлением отметила про себя Стефани. Ей трудно было представить, что

Алекс мог позволить кому-либо называть себя так. Интересно, кто эта девица?

 — Успокойся! — строго бросил Алекс. — Стефани только встала, а по утрам она особенно ранима. Если ты еще не догадалась, Стефи, это — моя младшая сестра, Кэт. Она сейчас гостит у дедушки с бабушкой неподалеку.

Но Стефани наконец осознала, сказанное Кэт.

 — «Когда он позвонил!» Итак, для меня одни правила и совершенно другие для тебя, — яростно набросилась на Алекса Стефани, с удовольствием увидев, что он густо покраснел.

 — О, я не в счет, — вставила Кэт, очевидно не отдавая себе отчета в происходящем. — Я член семьи. Верьте, я никому не скажу, даже папе с мамой. Хотя я уверена, дорогой братец, папа понимает, что ты достаточно взрослый, чтобы поселить у себя подружку.

Ага, Алекс все же не сказал сестре настоящей причины ее приезда, поняла Стефани, и поэтому Кэтрин подумала черт знает что.

 — Ну ладно, хватит болтать! — проворчал Алекс. — Стефи, ты будешь завтракать?

 — Благодарю, только кофе.

Стефани все не могла решить, стоит ли ей радоваться неожиданному визиту Кэтрин. По крайней мере, ее присутствие некоторым образом сглаживало щекотливую ситуацию после событий этой ночи.

 — Не понимаю, как вы можете пить кофе в такую жару! — воскликнула, обмахиваясь рукой, Кэтрин. — Я просто сварилась.

 — Чтобы свариться, на тебе недостаточно одежды, — бросил Алекс, кивком указывая на коротенькое открытое платье сестры. — Эта вещь — просто неприлична.

 — Ну, а наряд твоей Стефани, конечно, очень скромный, да?

Ну спасибо, Кэти, подумала с иронией Стефани, когда Алекс пристально посмотрел на нее, отчего ей захотелось схватить полотенце и прикрыться им.

Сегодня утром она решила одеться, принимая в расчет жаркую погоду. Сквозь тонкую ткань белой рубашки без рукавов с вышивкой проглядывало тело, да к тому же Стефи туго завязала рубашку узлом под грудью, обнажив загорелый живот. Короткие желтые шорты выгодно подчеркивали изящество ее длинных ног.

В ее спальне этот наряд выглядел по-юношески легкомысленным, немного игривым, но сейчас, заметив прищуренные глаза Алекса, путешествующие по обнаженным участкам ее тела, Стефани почувствовала, что одета она просто вызывающе.

— Я... я собиралась провести день у бассейна, — поспешила оправдаться девушка.

— Великолепная идея! Я иду с вами. — Кэт вскочила с места. — Алу надо сделать несколько деловых звонков, так что мы посекретничаем, а потом искупаемся.

Ни за что, подумала Стефани, с трудом изображая на губах улыбку. После оценивающего взгляда Алекса она еле удержалась, чтобы не убежать к себе наверх и не переодеться в джинсы и рубашку с длинными рукавами.

К счастью, Алекс проговорил по телефону все утро и присоединился к девушкам только за ланчем. Великан выглядел задумчивым, и только болтовня Кэти не позволяла ланчу проходить в полном молчании. Когда они закончили есть, Кэти отодвинула стул и встала.

— Ну, мне пора. Я обещала бабушке и деду, что вернусь трехчасовым автобусом, а уже третий час. Не подвезешь меня до города, дорогой Ал?

— Вызови такси, — бросил ей Алекс. — Я заплачу.

— А почему бы тебе не отвезти ее? — вставила Стефани.

 — Тебе известно почему.

Да, известно, но так же хорошо известно, что ей просто необходимо побыть одной. Она всегда любила одиночество, а уже две недели приходится терпеть постоянное присутствие Алекса. Даже счастливые супружеские пары не проводят вместе столько времени.

 — Послушай, уже долгое время ничего не происходило. Не было никаких телефонных звонков...

Но тут Стефани вспомнила, что Кэти неизвестна истинная причина ее пребывания на ферме, и оборвала начатую фразу, отдавая себе при этом отчет, что Алекс и так прекрасно поймет, что она хотела сказать.

 — Не думаю... если только ты не поедешь с нами, — отозвался Алекс.

Стефани лишь покачала головой.

 — Нет, я хочу отдохнуть: я плохо спала ночью.

Если Алекс и понял почему, то не подал виду.

 — Ну, отвези меня, пожалуйста, Ал, — взмолилась Кэтрин, сверля мрачное лицо брата своими зелеными глазами.

Она может делать с ним что угодно, подумала Стефани, когда выражение лица ее всегда сурового телохранителя смягчилось.

— Ну хорошо, — сказал Алекс, отмахиваясь от сестры, как от назойливой мухи. — Если ты уверена...

— Все будет в порядке, — заверила его Стефани. Ведь Сэм не знает, где она находится. — Я пойду в свою комнату, запру дверь, опущу занавески и буду сидеть там тихо-тихо, как мышка.

Это заявление окончательно убедило Алекса, и мужчина энергично поднялся на ноги.

— Пойду подгоню машину, — сказал он сестре. — Возьми свой жакет и будь через пять минут готова.

— Он не хочет покидать вас, — с хитрым видом сказала Кэтрин, когда Алекс вышел. — И я его не виню за это. Видно, сильно в вас втюрился, и очень давно.

— Не поняла? — Стефани не верила своим ушам. — Вы хотите сказать...

— А разве он не говорил? — Улыбка Кэти так же лишала Стефани самообладания, как и улыбка ее брата. — Нет, я знаю Ала, он не скажет, пока полностью не будет уверен в ваших чувствах. Но, между нами, он давно влюбился в вас, с прошлого ноября, когда мы были у Беллы и он вместе с нашими племянниками смотрел детскую передачу и впервые увидел вас по телевизору.

Телефонный звонок, разнесшийся по пустому дому, мгновенно разбудил Стефани. Ничего не соображая со сна, она вскочила с дивана и, не успев толком открыть глаз, уже бежала в холл. Спать, вообще-то, она не собиралась, но, видимо, бессонная ночь все же взяла свое, и, стоило на минутку прилечь, как она заснула.

Кто бы это мог быть? Наверное, кому-то понадобился Алекс, а может, он сам звонит? Застрял где-то, или машина сломалась. Во всяком случае, здесь, затерянная в глуши Пенсильвании, она может спокойно отвечать на телефонные звонки.

 — Привет, Крошка... — Ненавистный искаженный голос, звучащий еще более мерзко, оттого что она давно не слышала его, заставил Стефани сжаться от страха.

Мгновенно вернулся весь ее прежний ужас.

— Ты покинула меня, сучка...

— Нет... я...

— О да, ты сделала это, Крошка.

Возможно, потому, что она давно его не слышала, но на секунду Стефи показалось, что ей знаком этот проклятый голос, но она не могла вспомнить никого конкретно.

— Ты сбежала, но это ничего тебе не даст. Я знаю, где ты находишься. Я знаю, и я иду...

— Нет!

В панике Стефани бросила трубку на рычаг, но затем подняла ее и бросила рядом с телефоном на сундук. По крайней мере, так Сэм не сможет вновь позвонить. Не шевелясь, Стефани стояла, слушая прерывистые гудки, доносившиеся из трубки.

«Я знаю, где ты находишься... и я иду...»

Если бы вернулся Алекс, ей было бы не так страшно. Ну почему он уехал именно сейчас? Ну надо же, стоило ему впервые покинуть дом и... ужасное совпадение...

А совпадение ли это?

Неожиданная мысль так поразила Стефани, что ноги не удержали ее и она тихо сползла по стене. Тревожная загадка завладела сознанием. Кто, кроме Алекса, мог знать, где она находится? Кто... кроме Алекса?

 — О Боже! — вырвался у девушки сдавленный крик.

Подобные мысли и раньше приходили ей голову, правда, она гнала прочь эти догадки. Но теперь этот ужасный звонок, словно лучом прожектора, высветил новые доказательства вины Алекса.

Мысли продолжали тревожно метаться, постепенно выстраиваясь в логическую цепочку. Хингис сам напросился в дом ее отца, там он услышал, что Джефри собирается в Китай и якобы ответил на звонок Сэма. Но — у Стефани перехватило дыхание — подтверждением тому, что звонил ее мучитель, были лишь слова Алекса.

Это могла звонить Лора, могла быть ошибка или что угодно. Но поскольку Хингис повторил слово «Крошка», она безоговорочно поверила, зная, что это имя известно только полиции и самому маньяку. Очень странное совпадение, что Сэм впервые позвонил в дом ее отца именно тогда, когда в доме находился Алекс.

Голова Стефани чуть не гудела от страшных мыслей. Тот телефонный звонок оказался последним ударом, сломившим ее волю. Он заставил девушку отбросить все сомнения в отношении Алекса и принять его услуги телохранителя. Но что, если все это было игрой?

 — Письмо!

Наконец она смогла подняться с пола и в отчаянии устремилась вверх по лестнице в комнату Алекса, распахнула дверку шкафа и вытащила куртку, в которой он был в тот день, когда они ездили к ней домой за вещами. Трясущимися пальцами Стефани стала шарить по карманам — дикий крик вырвался у нее, когда она нащупала полиэтиленовый пакетик.

 — О, Алекс, нет!

Письмо по-прежнему лежало на месте. Алекс так и не отправил его в полицию, как обещал, чтобы выявить отпечатки пальцев ее преследователя. И потом, когда они вернулись в дом отца, Хингис первым вошел туда. А она, идиотка, даже испугалась за него. А он в это время сбросил с веревки ее белье, разложил прищепки и спрятал вещи в ее комнате — ведь он был наверху, когда она вошла. А потом не дал ей даже как следует собраться, чтобы она не увидела, что лежит у нее в шкафу.

 — О, Алекс... — Ноги Стефани подогнулись, и девушка тяжело опустилась на кровать.

 — Стефи!

Она не услышала, как подъехала машина, как открылась дверь, но из холла вдруг послышался голос Алекса. Слышно было также, что он положил и телефонную трубку на рычаг.

 — Стефи! Где ты, черт возьми?

Она услышала, как Алекс бежит вверх по лестнице, но не могла заставить себя пошевелиться. Кроме того, она не успела бы спрятаться в своей комнате, потому что буквально через мгновение в дверях появился встревоженный Алекс.

 — Телефон? — резко бросил он. — Что?.. Стефи, он звонил сюда?

Потрясенная, Стефи смогла лишь поднять голову. Ее глаза внимательно изучали лицо Алекса.

— Он звонил? — Эхом прозвучал его вопрос в устах девушки. — Зачем спрашивать, если ты знаешь ответ.

— Так он...

Она не дала ему продолжить.

— Он! — вновь сказала Стефани. — О, Алекс, не пора ли бросить эту игру. Я все знаю.

— Какую игру?

Боль пронзила сердце Стефани при мысли, что он может так убедительно врать, даже когда его разоблачили, продолжая этот ужасный фарс.

 — О чем ты говоришь, черт побери, Стефи? Что ты знаешь?

Слезы ярости обожгли глаза Стефани, но она сумела сдержать их. Не в состоянии произнести ни слова, девушка лишь молча протянула ему письмо в полиэтиленовом пакете.

 — Ах, это!

В глазах Алекса читалось явное облегчение. Неужели он подумал, что она ничего не понимает?

— Да, я не отдал его полиции, но у меня на уме были тогда более важные вещи. Я хотел...

— Знаю я твои «важные вещи»! — От обиды к Стефани вернулся голос. — Ты хотел остаться со мной вдвоем, чтобы соблазнить меня.

— Ничего подобного!

 — А что же тогда, Алекс? Скажи мне... хотя не стоит, хватит с меня твоей лжи. Не говори, что я тебе безразлична, потому что я не верю тебе. Кэтрин сказала мне...

 — Черт побери, у этой девчонки язык без костей, болтает всякую ерунду.

От реплики Алекса последняя недостающая часть этой мозаики встала на место.

Ноябрь прошлого года... Кэтрин утверждала, что Алекс впервые увидел ее по телевизору в ноябре прошлого года. Первое письмо от Сэма пришло в декабре.

— Ты же не собираешься отрицать того, что сказала твоя сестра, Алекс? — Стефани не узнавала своего голоса.

— Что отрицать? — Хингис безразлично пожал плечами. — Я знаю Кэти, она не станет лгать.

По крайней мере, здесь он честен. Сердце Стефани разрывалось на части, во рту появился неприятный привкус. Так же как раньше она, сейчас он не выдержал ее пристального взгляда.