Кредитно-финансовая система – средство управления

«Дайте мне управлять деньгами страны,

и мне нет дела, кто создаёт её законы».

Что такое бесструктурный способ управления – в самом общем виде было рассказано в главе 11. А как реализуется на практике бесструктурный способ управления в сфере экономики?

Вновь (как впрочем, и всегда) необходимо видеть схему управ­ления: объект управления, субъект управления, управляющее воз­действие, обратная связь… В нашем случае объект – народное хо­зяйство, субъект – государственные органы управления (рис. 14-2).

А вот управляющее воздействие – оно многоуровневое и в самом обобщённом виде для всех случаев жизни представляет со­бой знакомые шесть приоритетов управления. Способы же этого уп­равляющего воздействия могут быть как структурными, так и бес­структурными, а в реальной жизни они применяются в сочетании друг с другом – т.е. комбинированным способом.

Рынок, рыночный механизм управления (и в первую очередь самоуправления) – это преобладание во всей совокупности средств управления бесструктурного способа управления над структур­ным. Основой такого рыночного механизма, рынка, является кре­дитно-финансовая система.

Все предприниматели вынуждены подчинять свою деятельность платёжеспособному спросу населения. Обратите внимание – не «спросу вообще», а именно платёжеспособному спросу. Представь­те, что в «Подтянутой губернии, уезда Терпигорева, Пустопо­рожней волости», в городишке «Заплатове» («Дырявине, Разу­тове, Знобишине, Горелове, Неелове») или в деревне «Неурожай­ке» коренной житель Демьян (Пахом, Тихон) решил открыть юве­лирную лавку и продавать золотые и алмазные украшения. «Глу­пость» – скажете вы. И это будет верно и очевидно для всех.

А если Демьян откроет лавку по продаже шоколада и тортов? В этом случае тем, кто не знает жизнь людей в губернии, эта глупость будет уже не такой очевидной. В нищей «глубинке», которой стала почти вся Россия, особенно в деревнях, посёлках, районных центрах «специализированных лавок» по продаже дорогих товаров нет. И не потому, что деревенские детишки не любят шоколад и пирожное, а поселковые девчата не хотят купить золотые серёжки, а потому, что у них на всё это нет денег. То есть «спрос вообще» на всё это есть, но у простых людей на всё это нет платёжеспособности. Поэтому и торгуют в деревнях и райцентрах дешёвым китайским ширпотребом и ядовитыми китайскими игрушками, вредными для здоровья, а праздничные пироги с вареньем из ягод со своего сада-огорода и из соседнего леса (если его не вырубили и не продали ино­земцам) люди пекут себе сами.

А кто же и как формирует такой «платёжеспособный спрос», когда в «схеме продуктообмена» «у одних густо, а у других пус­то»? Такое формирование достигается применением кредитно-финансовой системы – системы циркуляции денежных средств, которая сопровождает циркуляцию продуктов и услуг.

КФС включает в себя:

1. Кредитование. Это объёмы (размеры) кредитов, их распре­деление по отраслям и производствам.

2. Дотации производителям. Дотация (фр.: dotation – пожерт­вование; лат.: dotatio – даяние) – денежные или материальные сред­ства, выдаваемые кому-то (физ.лицу, юр.лицу) безвозмездно госу­дарством или организацией.

3. Субсидии потребителям. Субсидия (лат.: subsidiura – по­мощь, поддержка) – пособие тем же «кому-то» в денежной или нату­ральной форме, предоставляемое государством.

4. Эмиссии средств платежа, их объём и способы реализации. Эмиссия (лат.: emission – выпуск, испускание) – выпуск в обращение бумажных денег, ценных бумаг.

Очевидно, что любой предприниматель, кроме «платёжеспособного спроса», вынужден также подчинять свою деятельность и КФС.

Отсюда следует, что КФС – одна из подсистем бесструктурного самоуправления общества. А кредиты, дотации, субсидии, эмиссии – это средства управления не только экономикой (народным хозяй­ством), но и средства управления обществом в целом. При их при­менении можно ввести экономику:

– в режим устойчивого рыночного самоуправления,

– в режим устойчивого «саморазвала»,

– в режим устойчивого перехода (манёвра) от «одного типа эко­номики» к «другому» типу экономики и т.п. (Е. Гайдар возглавляет «Институт переходного периода» и получают за это немалые деньги. За что?! Вот ведь негодяи, что делают!)

Всё зависит, как уже поняли уважаемые читатели, от того, в чьих руках находится КФС и какие цели преследуют эти «руки». «Руки» могут формировать вектор целей исходя из:

– практической мудрости,

– скрываемому ото всех «ноу-хау», («знаю как сделать, но ни­кому не скажу об этом»),

– строгой научной теории,

– сдуру.

При этом «сдуру» тоже может быть «устойчивый режим», правда это обязательно будет режим саморазвала экономики. Ведь в совре­менных условиях за спинами дураков от экономики неизбежно найдут­ся умники, которые используют дурь дураков в своих интересах. Пос­ле всего только что изложенного задумайтесь о том, что происходило с началом перестройки и происходит до сих пор с нашей страной во всех сферах жизнедеятельности и в экономике в частности.

Отсюда, кстати, приходит понимание того, почему существует край­нее неравенство уровней жизни в странах капитализма с «саморегуля­цией рынка». Задумайтесь, уважаемые читатели, ведь в Швейцарии действует капитализм и рынок, но и в Боливии тоже капитализм и ры­нок. Однако уровни жизни в этих странах значительно отличаются друг от друга, хотя природных богатств в Боливии несравненно больше, чем в Швейцарии, да и люди в Боливии не хуже, чем в Швейцарии. Подоб­ное сравнение можно провести между капиталистической Россией и капиталистическими США. Такое крайнее неравенство уровней жизни в странах капитализма свидетельствует о том, что глобальная мафия имеет в отношении каждой страны определённый вектор целей и свою определённую концепцию управления. Эти цели и свою несправедли­вую концепцию управления глобализаторы осуществляют через систе­му сионо-масонства и международные финансовые организации. Глобализаторам для управления странами нужны их ставленниками с «рылом в пуху». Поэтому глобализаторы поощряют и «продвигают» во всех странах на руководящие посты людей внешне приличных, но внутренне развращённых (это по-русски называется ханжество). И обязательно, чтобы на каждого такого «успешного» человека был ком­промат: от уголовно-преступного до безнравственно-аморального. Та­кой компромат позволяет держать таких «успешных» «на поводке». Сопоставьте это с тем, что произошло и происходит до сих пор после устранения Сталина. После этого интересного отступления вновь вер­нёмся к «платёжеспособному спросу».

Впрочем, и сам «платёжеспособный спрос», как мы установили, формируется также под воздействием КФС. Простейший пример. Предпринимателю надо обновить оборудование своей хлебопекарни. Своих денег для этого у него не хватает. Он вынужден брать кредит. Причём кредит под проценты. Он идёт в банк за кредитом. А банк – частный. Банк может дать ему кредит, и тогда наш «собственник» пекарни останется «предпринимателем» и «бизнесменом». А если банк не даст кредит? Тогда «ку-ку, Гриня …», как глумился атаман Лютый над одним из «неуловимых мстителей». Ну, и где здесь «сво­бода рынка»? Бежать в другой банк? Но они все связаны друг с дру­гом информационно…

Но даже если кредит получен, то условия его выплаты в наше время исключительно кабальные и при честном ведении бизнеса они практически невыполнимы.

В предельно простой форме механизм ростовщичества изложен в народной присказке. «Зашёл как-то Иван к соседу-ростовщику одолжить 100 рублей на год. Тот отозвался на его просьбу с условием выплаты 100% ростовщического дохода и передачи в залог топора. Отдал Иван топор, получил деньги. А ростовщик ему говорит, что мол 200 рублей в конце года тебе Ивану будет сложно отдать, поэтому отдай половину этой суммы сейчас. Иван подумал, что действительно трудно будет сразу отдать и вернул первую половину сразу. Идёт домой и размышляет: «Как же так? Денег нет. Топора нет. И ещё 100 рублей должен!». Но самое интересное для нас заключается в том, что всё это сделано было строго «по закону».

Именно по таким же «законам» за годы «реформ» был разорён производящий комплекс России. Неужели не понимало руководство страны и особенно руководство Центрального банка, что оно вгоняет каждого отечественного предпринимателя, любую промышленную структуру, собственный трудовой народ в дикое ростовщическое раб­ство, устанавливая учётную ставку в 210% годовых? Попытки эко­номических темнил объяснить устанавливаемый ими ссудный про­цент наличием инфляции – это прямая подмена причины и следствия, грубый обман, рассчитанный на непонимающую толпу. Такие толко­вания сродни попыткам объяснить причину появления ветра качаю­щимися ветвями деревьев. Инфляция потому и возникает, что в фи­нансовом блоке «самопроизвольно», без создания чего-либо обще­ственно полезного, а лишь на основе ростовщичества, возникает «до­ход» и вытекающая из него покупательская способность.

Подобный вопрос касается и внешних заимствований под про­цент. При общественно-полезном управлении любые внешние заим­ствования должны производиться на беспроцентной инвестиционной основе. Инвестор должен претендовать не на проценты из воздуха, от бездарно растраченных или разворованных денег, а лишь на долю от реальной прибыли, которая будет получена в стране с участием средств инвестора. В противном случае происходит элементарное ограбление стран и народов: Бразилия должна мировой финансовой мафии $42 млрд., Мексика – $40 млрд., Венгрия – 20% от ВВП (валовой внутренний продукт), Индонезия – 18,6% от ВВП, Аргенти­на – 9% от ВВП. Для сравнения отметим, что во времена так назы­ваемого «монгольского ига» Русь была обложена данью в 10% от производимого продукта. Международным банкирам (т.е. мировой мафии) – хозяевам ТНБ – очень выгодно давать взаймы руководи­телям различных стран. Это выгодно не только с финансовой точки зрения. Понимая суть 4-го приоритета ОСУ, можно сделать вывод о том, что это выгодно хозяевам ТНБ и с точки зрения управления странами. Ведь руководители страны-должника вынуждены согла­шаться и на другие, не связанные с финансами, предложения хозяев ТНБ. Это касается и проводимой страной-должником политики, и ведением боевых действий, и многого другого. Почему после разва­ла соцлагеря был расстрелян вместе со своей семьёй ген.сек Румы­нии Чаушеску? Расстрелян без суда и следствия якобы возмущённой толпой («масло подорожало»). Других руководителей соц.стран никого не тронули, а Чаушеску расстреляли… Да, безусловно, он что-то себе приворовывал, слов нет … Но и все другие «ген.секи» были не безгрешны. Главное в том, что только одна Румыния не имела долгов у западных банков! А следовательно была независима от вли­яния «закулисья». Именно это и было причиной скорой расправы над Чаушеску, который стремился осуществлять в Румынии свою, неза­висимую ни от кого, внутреннюю политику. А как теперь понимают уважаемые читатели книги сделать это без своей глобальной поли­тики невозможно.

Из вышеизложенного очевидно, что ростовщичество в любом виде является ни чем иным, как воровством. Специфика этого воров­ства лишь в том, что на основании умышленно сформированных «эко­номической наукой» ложных представлений правила этого воров­ства были когда-то узаконены законодателями по заказу миро­вой финансовой мафии. А вдобавок были «освящены» якобы Свыше «священным писанием» – Библией: «Не давай в рост брату свое­му (иудею) а иноземцу (не иудею) давай в рост …». Нынешние же наши законодатели по разным причинам боятся посягнуть на зап­рет этого узаконенного воровства. Кто-то из депутатов ничего не смыслит в «экономической науке», у кого-то «рыло в пуху» и он боит­ся, что его рыло обнажат перед людьми, кто-то сам кормится с про­центов от ростовщичества и т.п.. Если вытащить из кармана соседа 100 рублей, то это преступление. Если же отобрать их по законным правилам «культурного сотрудничества», то это – «предприниматель­ский доход». Разница между «чрезвычайно высокими» процентщи­ками и умеренными точно такая же, как между взломщиками сей­фов и ворами-карманниками. В терминологии же экономических тем­нил одни именуются ростовщиками, а вторые банкирами-предприни­мателями, хотя и те, и другие получают воровские доходы, не свя­занные с процессом труда, а только с размером ими же устанавли­ваемого ссудного процента. Ведь объём работы банковского учреж­дения не меняется от того, выдаётся ли кредит под 1% или он выдаёт­ся под 100% годовых, а вот доходы изменяются ровно в 100 раз.

В общественно-полезной экономике ростовщичество должно быть запрещено законом, а ссудный процент должен быть строго равен нулю. Здесь некоторые задают недоуменные вопрос: На что же будет существовать банковская система?» Ответ таков. Банковская сис­тема, как сфера обслуживания, должна на договорных началах за кон­кретную работу получать часть от того дохода, который создаётся производственно-потребительской системой. Возможен и режим бюд­жетного финансирования банковской сферы. Так было при Сталине. Может она получать и предпринимательский доход, работая в режиме инвестиционных фондов и иметь свои доходы лишь как оговорённую часть дохода, совместно заработанного в секторе реального производ­ства в процессе создания общественно-полезного продукта. Кстати, именно так работают исламские банки и банки Японии.

Сейчас банки в России с учётом своих банковских «накруток» дают кредиты фактически под 20% годовых! То есть если предпри­ниматель взял на создание или развитие своего дела 1 миллион, то через год он должен вернуть в банк уже 1млн.+200 тысяч. Но всему миру известно, что даже в благополучных странах рост производ­ства не превышает 3-5% в год. И определяется этот рост в первую очередь ростом мощности первичных электроустановок, поскольку сейчас все товары и услуги создаются в первую очередь с помощью «электрической тяги» (а не лошадиной и не мускульной силой чело­века). Таким образом, честным путём при 20% годовых работать невозможно никому. Но и это ещё не всё.

Давайте представим себе такую картину. Собрался в огромном зале весь народ нашей страны: и «физические лица», и «юридические лица», и «частники», и корпорации, и … То есть все! У каждого «фи­зического» и «юридического» лица есть какая-то сумма денег. У кого 100 руб. в кармане (и всё!), а у кого – 1000 руб., а у кого 1 миллион (или даже миллиард).

На сцене перед всеми ними лежит огромный-преогромный торт, как олицетворение всех материальный благ, которые есть сейчас в стране. И каждый из присутствующих, отдав все свои деньги, имеет полное право отрезать от торта кусок, соответствующий его сумме денег. У кого-то это будет совсем маленький кусочек, у кого-то это будет огромный кусок.

А теперь представьте, что всего двое человек из огромного чис­ла людей в зале заключают между собой сделку кредитования. Один берёт у другого 1 миллион, обязуясь при этом вернуть 1 млн. 200 тыс. Всё это они делают в соответствии с законами и проводят свою сделку по соответствующим бумагам. В результате всех бумажных оформ­лений общая сумма денег в обществе (см. схему продуктообмена) возросла на 200 тысяч. А торт-то остался прежним в размерах! И в результате этого у каждого из присутствующих в зале на чуть-чуть обесценилась имевшаяся сумма денег (уменьшилась его «удельная платежеспособность»). Вследствие этого каждый человек в зале сможет теперь отрезать кусок торта, который будет уже чуть-чуть меньше того куска, который он смог отрезать до сделки двух людей, обратите внимание: сделку сделали всего двое, но в результате этой сделки все остальные стали чуть-чуть беднее, то есть фактически эти двое обобрали всех остальных!

Получается, что если «одно лицо» дало «другому лицу» некую сумму денег под проценты на некоторый срок, то по истечении этого срока это «другое лицо» возвращает первому ту сумму денег, кото­рую он взял, плюс к ней сумму денег, соответствующую процен­там. Этот «плюс» взявший и отдавший кредит может «вернуть» себе:

– или из своей платёжеспособности (из своих собственных дохо­дов, т.е. «оторвать от себя»),

– или за счёт окружающих.

Откуда большинство берущих кредит будут брать деньги для погашения кредита – пояснять не надо.

Отсюда видно, что:

– Кредитор – это «пахан».

– Тот, кто взял кредит – «карманник», шастающий по карма­нам окружающих его людей.

– Все остальные – «лохи» (толпа), по карманам которых шас­тают карманники.

И всё это – в полном соответствии с марксистской «трудовой тео­рией стоимости», рыночными «экономическими теориями», мнениями «авторитетных титулованных учёных-экономистов», авторитетных и любимых народом руководителей России. Причём «карманник» жи­вёт тем лучше, чем чаще шастает по карманам. А вся «толпа» ло­хов – это стадо дойного скота, если люди не пытаются разобраться, как их грабят, смирились и терпят такой «институт кредита».

А «банковский процент» по вкладам, выплачиваемым «вкладчикам»? В этом случае это выглядит как процесс пойла ча­сти дойного стада выдоенным из них же «молочком».

Что касается денежных отношений между странами, то предос­тавление «развитыми» странами денег в долг под проценты «разви­вающимся» странам, ежедневно перечисляя 100 млн. долларов в сред­нем, позволяет получать с них в виде процентов и возвратов 200 млн, долларов (М. Кеннеди «Деньги без процентов и инфляции», Lilalex, Швеция, 1993 г.). Именно на таком паразитизме основаны «экономи­ческие успехи» «развитых» стран.

И действительно. Если вы взяли в долг 100 тыс. рублей под 15% годовых, то через 7 лет вам предстоит вернуть уже 205 тыс. рублей. Если же основной долг не возвращается вообще, то вы и ваши внуки всю жизнь будете работать на предоставившего вам ссуду ростов­щика. Он вам дал 100 тыс. рублей один раз, ваш же род (страна) за 100 лет должен выплатить ему пятнадцатикратную сумму и по-пре­жнему остаться должником. Для того чтобы финансовое вымогатель­ство через предоставление внешнего займа было не так очевидно, не так заметно, заинтересованность в таком займе «научно» обосновы­вается и приписывается той стране, которую банкиры направляют в ростовщическую петлю. При этом финансовую «элиту» страны-за­ёмщика убеждают в недопустимости выпуска потребного количе,-ства своих собственных денег, используя для этого подходящие «на­учные теории», которые на самом деле являются ложными теория­ми. Однако элементарная экономическая азбука, сконцентрирован­ная А.С. Пушкиным в стихотворной форме:

указывает путь от разорения к достатку – деньги должны печа­таться под простой продукт (газ, лес, нефть, электроэнергия), которо­го в России (в отличие от Европы) на одного жителя приходится в 30 раз больше, чем на среднестатистического жителя нашей планеты.

А юридическая сторона кредитования? Договор о кредите заключают всего два лица. Но расплачивается утратой своей плате­жеспособности все! При этом не выполняется библейская заповедь «не укради!» Между прочим, все религии мира выступают против воровства. И это обстоятельство является нравственным основани­ем для отказа от выплаты процентов по кредитам (в том числе и в масштабе расчётов между государствами)! Организация синхрон­ного одновременного отказа множества стран от выплаты по процен­тному кредитованию в международных масштабах неминуемо лик­видирует паразитизм транснациональных банков (ТНБ). Но это дол­жен кто-то организовать… Кто? Или «само получится», как ут­верждают некоторые? «Само» не получится! А организовать это могут только руководители той страны, которая является самодос­таточной по всем вопросам жизни и способна противостоять глоба­лизаторам. Такой страной в наше время на планете Земля является лишь одна Россия. Но её руководство не хочет предъявить всему миру свою глобальную политику.

Банкиры в существующей ныне КФС – это клопы мироеды. Посмотрите на рисунок 14-3, памятуя о «схеме продуктообмена» (рис. 14-1).

Банкир «вплёвывает» в народное хозяйство кредит в размере «К», а «высасывает» из народного хозяйства уже сумму «К+%». Вот где наглядно видна причина инфляции! А теперь представьте, что народ­ное хозяйство облепило огромное множество «клопов». Что будет с такой страной? Ответ очевиден.

Вывод: запущенный в глубокой древности и пропагандируемый Библией институт кредита со ссудным процентом (ростовщи­чество) – это своего рода «вечный двигатель» к которому не­видимыми цепями прикован «вечный жид».

Для установления справедливости в обществе людей необходи­мо в законодательном порядке запретить кредитование под процен­ты, установив ставку кредитования равной нулю. Именно это требу­ет в своей программе КПЕ.

И это не утопия. Истории человечества известны периоды, когда ростовщичество запрещалось и сурово каралось. Например, Англия лишь в 1854 году отказалась от законодательных запретов на рос­товщичество, действовавших с 15 века.

Коран, в отличие от Библии, категорически запрещает ростовщи­чество. «Те, которые пожирают рост, (пользуются плодами рос­товщичества), восстанут только такими же, как восстанет тот, кого повергает сатана своим прикосновением (речь идёт о суд­ном дне). Это – за то, что они говорили: «Ведь торговля – то же, что рост». А Аллах разрешил торговлю и запретил рост (ростовщичество) …» (Сура 2. аят 276). Кроме этого аята в Коране ещё не раз напоминается о запрете ростовщичества и наказании за это. В наше время исламские банки осуществляют кредитование на беспроцентной основе. Аналогично работают банки и в Японии, где они входят в состав финансово-промышленных групп и получают оп­ределённую долю от доходов производства реальной продукции. По­добное делается и в Китае, где ставки кредитования при необходи­мости доходят даже до минусовых значений (минус 10% годовых).

КФС – кровеносная система

Итак, изначальное общественно-полезное предназначение КФС сводится к согласованию:

– объёмов потребления каждого из субъектов производствен­но-потребительский системы (ППС) с

– размером его вклада в формирование необходимого всему обществу объёма товаров и услуг.

При этом, манипулируя финансовыми потоками, рычагами нало­гов и дотаций, КФС должна обеспечивать «сборку» отдельных пред­приятий и отраслей в единую, увязанную по взаимным поставкам, бескризисно функционирующую производственно-потребительскую систему (ППС) страны.

Любому перемещению продукта (сырья, полуфабрикатов, либо товаров или услуг в ППС должен сопутствовать встречный поток соответствующей ему (продукту) денежной массы. То есть мыс­ленно представьте, что в одну сторону по кругу «крутятся» товары и услуги, а в противоположную сторону «крутятся» деньги. Поэтому должно быть соответствие «товарной массы» «денежной массе». Поэтому специалисты КФС должны научиться решать школьные за­дачки по перетоку воды из большого резервуара (КФС) и перерасп­ределению её между несколькими бассейнами-отраслями так, что­бы ни один из них не пересох, и чтобы вода не плескалась через край на счета западных банков). Нужно всего-то рассчитать диаметр каждой трубы, связав его с интенсивностью потока воды (денег) в конкретный бассейн. Аналогом такой системы является кровенос­ная система человека с сосудами соответствующих диаметров и регулируемыми пульсом и давлением в зависимости от нагрузки.

Кровеносной системой народно-хозяйственного комплекса как раз и является КФС. И страна, также как и человеческий организм, с неизбежностью идёт к краху, если хотя бы в одном из звеньев прекра­щается кровообращение или резко изменяется кровяное давление (гипо­тония или гипертония). Деньги, при таком понимании их назначения, ока­зываются связаны с циклами ППС и являются, по сути, технологичес­кой средой, неспособной породить инфляцию. Из элементарного здраво­го смысла становится, очевидно, что количество эмитированных (вве­дённых дополнительно в уже имеющуюся денежную массу) денежных средств должно строго соответствовать технологическим потребнос­тям ПП. Отсюда следует простой вывод о том, что увязка денежной массы с золото-валютными резервами Центрального банка лишена эле­ментарного здравого смысла. Такая «увязка» применяется исключитель­но для искусственного создания дефицита собственных средств плате­жа и удовлетворения нужд ростовщиков.

Сегодня в стране во многих технологических системах есть энер­горесурсы, сырьё, оборудование, персонал, рынок потребления, но нет оборотных средств – бумажных денег с нарисованными цифрами, которые бы обеспечивали производство будущих продуктов в ППС. Для их выпуска нужны лишь бумага, краска и немного государствен­ного ума. У нас в России всё есть, кроме последнего. На начальном этапе т.н. «реформ» денежная масса страны была сжата до такой сте­пени, что лишь 15-20% товарного перемещения сопровождалось де­нежными потоками, всё остальное – бартер, расписки, векселя, задол­женности – как в эпоху средневековья. Все несуразности соотно­шения денежной и товарной массы сохраняются и по сей день.

При справедливом распределении доходов всего общества в де­нежной форме, любой денежный поток в ту или иную сферу (отрасль) должен, как уже было отмечено, соответствовать поступлению из этой сферы (отрасли) на потребительский рынок товаров либо услуг. Однако, руководствуясь принципом: «Сидеть у ручья и не напить­ся?», банкиры научились формировать внутри себя, как на «поле чу­дес», «самовозрастающую стоимость», соответствующую якобы «возросшей» «денежной массе», которой на самом деле нет. Один миллион в течение года «прокручиваемый» в банковских вкладах, в ГКО и прочих «финансовых инструментах», трансформируется в два миллиона. Полученная из воздуха баснословная прибыль выплески­вается на рынок, порождая инфляцию. При этом темпы самообога­щения, не связанного с созданием чего-либо общественно полезного, хозяева КФС устанавливают сами, по своему произволу, манипули­руя размером ссудного процента и получая собственные баснослов­ные процентные доходы от всех денег, которые такая КФС «созда­ёт». Источником, «задающим генератором» инфляции, выступает ссудный процент. Он обеспечивает доходность спекулянтам «финан­совых рынков». Но эта «доходность» через выдаваемый производи­телю кредит включается в себестоимость продукции, что резко уве­личивает его цену. Чем больше ссудный процент, тем богаче стано­вятся спекулянты– «финансисты» и беднее те, кто сеет хлеб, варит сталь, добывает уголь. Именно по этой причине в народе исстари известно: «Трудом праведным не наживёшь палат каменных». Настал момент положить этой поговорке конец.

:Тайна «инфляции»: «инфляция» – дело рук дураков

«Инфляция – не закон развития,

а дело рук дураков, управляющих государством»

«Инфляция» (англ. inflation – «вздутие»; лат. inflatio, inflare – «вздутие»):

– либо обесценивание бумажных денег вследствие их чрезмер­ного выпуска,

– либо сокращение массы товаров при неизменном количестве находящихся в обороте денег.

Такое определение даёт «Большой словарь иностранных слов», ЗАО «Центрполиграф», 2005 г. Однако чёткого и ясного понимания причин «вздутия» денежной массы «экономическая наука» не даёт.

Одна из экономических энциклопедий называет аж семь причин ин­фляции: повышение заработной платы, избыток денег, рост издержек, увеличение спроса и т.п. дурь. Однако с этих «научных» позиций невоз­можно объяснить ситуацию в нашей стране. Бензин, стоивший 15 лет назад 7 «старых» копеек за литр, сейчас стоит более 20 «новых» рублей, т.е. цены выросли почти в 300000 раз. Ни один из традиционно называе­мых «инфляционных параметров» (а точнее – причин инфляции), ни все они вместе взятые, не могут быть первопричиной таких фантастичес­ких ценовых скачков, ибо диапазон их изменений – десятки процентов и даже разы. Там где растёт, к примеру, зарплата, то это означает всего лишь попытку угнаться за галопирующей инфляцией. Элементарный анализ свидетельствует, что каждая из этих «причин» по факту явля­ется всего лишь прямым следствием инфляции.

Чтобы разобраться в сущности процесса инфляции, стоит начать с понимания буквального смысла этого слова. «Инфляция» – это «вздутие». Этот термин и даёт ключик к пониманию существа инф­ляционных процессов. Якобы «самопроизвольное» вздутие денеж­ной массы через ссудный процент без создания этой денеж­ной массе соответствующих товаров и услуг, наделённых по­требительской стоимостью, и является причиной, генерато­ром инфляции.

То есть первопричиной инфляции является система кре­дитования деньгами под проценты (ростовщичество).

Действие этой системы удобнее рассмотреть в миниатюрном мас­штабе. Представим себе 5 человек, оказавшихся на необитаемом ос­рове. Четверо из них выпускают в год по 5 единиц своего вида необ­ходимого всем товара. Пятый взят ими на содержание и уполномочен на распределение произведённого между всеми «обитателями остро­ва». Напечатав 20 бумажек, каждая из которых эквивалентна 1 едини­це товара, и распределив их поровну, включая себя (то есть по 4 бу­мажки на каждого), он успешно справился с поставленной перед ним задачей на основе здравого смысла. Каждый из 5-ти на соответствую­щую бумажку получит соответствующей бумажке товар.

А теперь представим, что этот пятый оказался человеком, име­ющим высшее экономическое образование и нравственность, соот­ветствующую нравственности руководителей нашей страны, её фи­нансового блока и Центрального Банка. Решив работать «по научно­му», он выпустил в обращение ГКО (государственные казначейские облигации) с доходностью 50% годовых и выдал каждому трудяще­муся в начале года по одной бумажке под те же скромные 50% годо­вых. А так как простому труженику было не до ГКО (он в это время был в поле), то все оставшиеся у него бумажки он также вложил в ГКО. После этого все инфляционные «первопричины» очень скоро автоматически всплывут на этом малообитаемом «Острове Невезе­ния» как прямое следствие ростовщичества. И первой «первопри­чиной» будет увеличение денежной массы. Доход-то от ГКО и ссудного процента будет начислен, а его выплата в принципе невоз­можна без дополнительных бумажек! Ведь увеличения товаров-то не произошло. Каждый из 4-х работающих как выпускал ранее поло­женный ему товар, так и выпускал его при появившихся новых бу­мажках ГКО. Вот вам и истоки «обесценивая бумажных денег вслед­ствие их чрезмерного выпуска…». Вот вам и причины появления «стабилизационного фонда».

Ведь зачем нужны деньги? Они нужны для обеспечения «круго­ворота товаров и услуг» в обществе. То есть денег должно быть ровно столько, сколько государство может предоставить то­варов и услуг.

Если денег больше, чем товаров и услуг, то это – инфляция.

Если денег меньше, чем товаров и услуг – дефляция. Дефля­ция (лат. deflatio «выдувание») – уменьшение денежной массы.

А поскольку наше народное хозяйство практически разрушено, то своих товаров и услуг у нас производится мало. Поэтому и денег из «Стабфонда» людям не дают. Что делать? Надо организовать работу народного хозяйства так, чтобы оно выпускало много това­ров и услуг. Но наши дураки-рыночники в соответствии с «экономи­ческой наукой» считают, что «рынок сам всё организует». По этой «научной» причине в нашей стране торжествует дурь демократиза­торов, что в результате привело к нищете основную массу людей.

А теперь в порядке контрольного задания попросим руководите­лей нашей страны ответить на вопрос: «Сколько живых останется на острове, если процентную доходность увеличить с 50% до 210% годовых, как это было сделано в России с началом пере­стройки и демонократических ре-форм?». Вот вам и «нарушения общественного воспроизводства». А чтобы выжить самому «эконо­мисту», он, предотвращая гибель тех, кто его кормит и одевает, по своей «доброте» увеличивает им зарплату до двух бумажек за еди­ницу товара. Так появляется ещё одна «первопричина» инфляции, Вызванная «повышением заработной платы».

Если кто-то полагает, что рассмотренная модель слишком гру­бое приближение к действительности, то он ошибается. К середине 1998 года объём рынка ГКО составил свыше 300 млрд. руб. при денежной массе в стране около 370 млрд. руб. При этом нам не удалось зафиксировать ни одного землепашца, сталевара, шахтера и даже учителя в качестве «участников рынка ГКО». Замечу нашим читателям, что количество проживающих на «Острове Невезения» изменяет лишь масштаб, но никак не влияет на характер происходя­щих процессов, описанный для 5-и человек. Однако те «экономисты» и руководители, в результате дури которых разрушена и разграблена страна и миллионы людей опущены в нищету, все они благополучно и безбедно живут и возглавляют крупные участки работы. А новые руководители, пришедшие им на смену, этих негодяев к ответствен­ности за содеянное не привлекают. Более того, эти «новые руководи­тели» продолжают тот гибельный курс, начало которому положили первые демократизаторы.

Уместно будет также и сказать о том, что большинство постра­давших не хотят самостоятельно разобраться с причинами произо­шедшего со страной и с ними. Пострадавшие хотят, чтобы какие-то «добрые дяденьки» сделали так, чтобы им, пострадавшим, «стало хорошо» без их собственных усилий. Но этого не произойдёт. Надо действовать самим пострадавшим.

Настала пора и администрации Президента России задать эконо­мическим темнилам вопрос: «Может ли на этом «острове неве­зения» сократиться инфляция, если ссудный процент будет ра­вен 20% годовых, как это фактически существует в России се­годня?» И другой вопрос: «Как так получается, что при повыше­нии мировых цен на нефть, следствием чего должна бы быть дефляция, сопровождающаяся снижением цен в России, у нас цены наоборот – растут?»

Рост тарифов естественных монополий также неизбежно «рас­кручивает» инфляцию. Вместе с системой ростовщичества это об­разует замкнутый круг: ростовщичество – инфляция – повышение тарифов – инфляция – ростовщичество. Выйти из этого замкнутого круга невозможно без законодательного запрета либо на ростовщи­чество, либо на увеличение тарифов на продукцию естественных монополий, а лучше на то и другое вместе. В США пересмотр тари­фов естественных монополий принадлежит Конгрессу. В условиях современной России с её коррупцией и грызнёй кланов осуществить запрет на ростовщичество и рост тарифов естественных монополий возможно Указом Президента.

На примере только одной этой «частности» с инфляцией вам дол­жно стать понятным предназначение всех псевдопатриотов типа Зюганова, Глазьева, Рогозина и пр. Вот уж поистине «знает кошка, чьё мясо съела». Ни одного намёка на Центральный банк, ссудный процент и прочие почему-то «незаметные» для их глаз обстоятель­ства вы от них не услышите.

Как-то, выступая на телевидении, «лучший банкир» всех времён и народов В.В. Геращенко с многозначительной улыбкой парировал попытку «невежд» задать вопрос по поводу причин инфляции: «Инф­ляции не бывает только на кладбище». Точность этого афоризма вызывает большие сомнения, этот афоризм справедлив исключительно в библейских воровских догматах, когда «вздутие» денежной массы считается само собой разумеющимся источником личных и корпо­ративных «доходов» от воровства, освящённого Библией.

История хранит иные примеры. Осмысливший причины инфля­ции и уничтоживший схемы глобального ростовщического ограбле­ния, И.В. Сталин, опередив время, впервые в истории человече­ства продемонстрировал возможности безинфляционного разви­тия экономики страны, опираясь при этом на закон сохранения де­нег как той технологической среды, которая обслуживает товарообо­рот, т.е. циркуляцию товаров в обществе. Именно так и должно быть в государстве, которое исключило в общественных отношениях на­рода своей страны паразитирование бездельников и неумех на труде честных людей, тружениках. Повышение качества управления, вне­дрение технологических достижений должны с неизбежностью вес­ти к систематическому неуклонному снижению цен на произво­димую всем обществом, всеми людьми, продукцию. При этом именно прейскурант цен и является численной мерой вектора ошибки управле­ния народно-хозяйственным комплексом – чем ниже цены, тем выше качество управления. По этим критериям и следует оценивать спо­собности к общественно-полезному управлению высших руководите­лей страны и в первую очередь министров экономики и финансов.

Афоризму Геращенко противостоит афоризм Людвига Эрхарда: «Инфляция – не закон развития, а дело рук дураков, управляю­щих государством». В отличие от Геращенко, под руководством (управлением) которого разрушено народное хозяйство страны, под руководством Эрхарда была возрождена из послевоенных руин За­падная Германия. В исторической литературе это возрождение было названо «германским чудом». И хотя с точки зрения КОБы в созда­нии «чуда» есть много «тонкостей» (о них разговор отдельный), но отрицать очевидное невозможно. Геращенко – разрушил страну, Эрхард – возродил. Так чей афоризм в отношении инфляции авто­ритетнее? Вот по Л. Эрхарду и получается, что нашей страной пра­вят дураки, что и было оглашено в 2006 году Путиным и Фрадковым, правда не так откровенно, а завуалированно – «профнепригод­ность». В связи с этим вспоминается «Песенка о дураках» Булата Окуджавы:

Очень долго основная масса нашего народа считала, что среди тех, кто «эй, вы, там, наверху…» дураков не держат, что там одни умные. А эти «умные» считали, что народ – это быдло, что там одни «дураки». Однако по Закону Времени всё, бывшее ранее долгое время тайным, сейчас становится явным. Мало кто из наших сограждан знал о том, что в середине прошлого века сказал Л. Эрхард о руководите­лях страны, где торжествует инфляция. Теперь будут знать все. Да и сами правители стали говорить о своей «профнепригодности».

Тайная схема организации хозяйства любой страны

Перед вами на рисунке 14-4 «схема продуктообмена».

1. Основное место на схеме в самом центре занимает «рынок сферы производства» (РСП).

2. Справа на рисунке – «рынок конечного потребления» (сфера личного платного потребления, «рынок платного потребления» – РПП).

3. Сверху на схеме наёмный персонал и все непредпринима­тели, задействованные на РСП и пользующиеся РПП.

4. Снизу – предприниматели, не подчинённые государству. Они также, как и не предприниматели, задействованы в РСП и уча­ствуют в РПП.

5. Слева – «государственный аппарат», который должен осу­ществлять управление всеми процессами (либо вводить их в режим самоуправления), а также вооружённые силы, выполняющие специ­фические задачи.

Обратите внимание на два «квадратика» в РСП: в правом верх­нем углу – «бесплатные фонды общественного потребления», а в ле­вом углу – «сфера негосударственного кредита, страхование, рэкет и другие виды гешефтмахерства отдельных лиц, мафий и иных госу­дарств», которые могут действовать на РСП.

Между этими 5-ю основными квадратиками показаны потоки денежных средств и раскрыто их содержание.

На «рынке» сферы производства (РСП) чётко видно три основ­ных потока, направленных на «рынок» конечного потребления (РПП):

1. Поток продовольствия.

2. Поток производства энергии и доставки её потребителям.

3. Поток добычи сырья, его переработки и доставки результа­тов производства потребителям.

Наука, связь, транспорт, утилизация отходов – каждая из этих сфер не только обеспечивает и совершенствует три основных потока, но и является или самостоятельным производством, или услугой на «рын­ке» конечного потребления.

Эта «схема продуктообмена» не является схемой какой-то конк­ретной общественно-экономической формации. Напомню, что разли­чия между общественно-экономическими формациями заключают­ся в разном распределении функциональной нагрузки (обязанностей людей) в общественном объединении труда в различных обществен­ных структурах и социальных группах. Представленная «схема про­дуктообмена» – функциональная. И эта схема пригодна для всех известных общественно-экономических формаций:

1. Для откровенно невольничьего строя, где часть населе­ния является средством производства (говорящие орудия).

2. Для феодализма, где часть населения является средствами производства в период отбывания людьми феодальных повинностей.

3. Для капитализма, при котором всех людей можно отнести либо к наёмному персоналу, либо к предпринимателям.

4. Для псевдосоциализма, при котором, в отличие от капита­лизма, считается что «все равны», но всё же «одни равнее других».

Вот вам краткое описание того, как в ходе истории толпо-элита­ризма совершенствовался невольничий строй:

– невольниками становились всё более широкие слои, а

– система подавления становилась всё более изощрённой.

Представленную «схему продуктообмена» можно применить:

1. В глобальном масштабе при рассмотрении деятельности всех ТНК (транснациональных корпораций) на планете Земля и межгосудар­ственном разделении труда («народное хозяйство» планеты Земля).

2. В масштабе одного государства («народное хозяйство» Рос­сии, или какой то другой любой страны).

Прежде, чем продолжить изложение материала по «схеме орга­низация хозяйства страны», читателям полезно будет узнать о пла­нах «мирового закулисья» на организацию хозяйства всего человече­ства на планете Земля.

В ходе глобализации шёл объективный процесс сосредоточения управления всеми процессами, протекающими в обществе людей, в том числе и в экономической сфере. Сейчас степень этого сосредото­чения (концентрации) управления исключительно высока и подконтроль­на глобализаторам в лице руководителей ТНБ и ТНК. Поэтому гло­бальный системный кризис, о котором рассказано в начале книги, зас­тавляет глобализаторов «принимать соответствующие меры». Дела­ют они это по своему произволу. Что касается экономики, то они приня­ли решение переделать «трудное хозяйство» планеты Земля таким образом, чтобы с одной стороны, снять экологическую напряжённость за счёт локализации производства, вредного и опасного для здоровья и окружающей среды (обработка, металлургия, химия и т.п.), в местах, близких к сырьевым источникам, а с другой стороны, максимально использовать все регионы планеты с т.з. их рентабельности. Напри­мер, в Воркуте можно построить завод по производству телевизоров. Но такой завод в Воркуте должен иметь толстые стены, толстые тру­бы отопления, а рабы этого завода должны ходить в тёплой меховой одежде, унтах и т.п. Это всё потому, что в Воркуте холодно. Но точно такой же завод можно построить где-нибудь в Юго-Восточной Азии. Стены этого завода – из цементно-стружечньгх плит, отопления не надо, а рабы могут ходить в сандалиях и набедренных повязках. Накладные расходы – вот что определяет принятие решений руководителей ТНК и ТНБ по развитию, инвестированию и строительству производствен­ных мощностей различного отраслевого характера! Сказанное надо учитывать при оценке перспектив развития России по планам мировой финансовой мафии. А теперь вернёмся к теме.

На представленной «схеме продуктообмена» при внимательном и детальном её рассмотрении можно чётко проследить, что вся про­изводимая продукция и услуги «двигаются» в одну сторону, а сред­ства платежа (деньги) «двигаются» в другую, противоположную сторону. Из этого опять же следует сделанный ранее вывод: коли­чество денег должно строго соответствовать количеству про­изводимых товаров и услуг.

Сделать такой вывод в марксистско-ленинской политэкономии невозможно, поскольку в ней другая «схема», состоящая из «группы А» и «группы Б»:

1. Сфера производства средств производства («группа А»).

2. Сфера производства предметов личного потребления(«группа Б»)

И между этими двумя «группами» по «теории политэкономии» происходит «обмен капиталом».

Но вот конкретных отраслей, обслуживающих «группу А» и «груп­пу Б» в марксистско-ленинской политэкономии нет. И хотя по умол­чанию «рынки»:

– сферы (а не средств») производства,

– сферы конечного потребления

всё же присутствует в «политэкономике», но видеть в них только производство средств производства» и «производство предметов лич­ного потребления» без конкретных отраслей – это, значит, смот­реть на весь народно-хозяйственный комплекс с точки зрения потре­бителя благ, непричастного к организации и управлению многоот­раслевым производством. Вот вам доказательство того, что схема марксистско-ленинской политэкономики, состоящая из «групп А» и «групп Б» – есть фикция, хи-мера (хи-хи-мера), а вся марксистско-ле­нинская политэкономия – это не наука, а объяснение «объективных» (якобы) процессов, происходящих в этой химере. Вот вам одна из стра­тегических причин краха системы развития народно-хозяйственного комплекса СССР, когда «каждый делал честно своё дело» и не думал о стране в целом. И это касалось не только исполнителей (токарей и пекарей), но и руководителей всех уровней. Каждый «тянул общее для всех одеяло на себя». То есть такие и руководители, и исполнители были, по сути, теми же «частными предпринимателями», которые сей­час предстали пред всеми нами в обнажённом виде, но с той лишь разницей, что тогда (до перестройки) они не думали о своей частной денежной выгоде (как это существует сейчас в среде «частников»), а мечтали о «премиях» и о «повышениях» по службе (хотя даже тогда кое-кто уже начал «работать» на себя лично).

Если на схеме продуктообмена внутри «квадрата» РСП и внутри «квадрата» РПП вы, уважаемые читатели, стрелки продуктопотоков обозначите одним цветом, а стрелки денежных потоков обозначите дру­гим цветом, то это будет «СХЕМА КРЕДИТНО-ФИНАНСОВОЙ СИСТЕМЫ», наложенная на все отрасли народного хозяйства. И если в такой «схеме КФС» провести детализацию вплоть до каждого человека, то окажется, что через каждого человека проходят:

– и какие-то реальные продукты (вполне определённые),

– и какие-то средства платежа (деньги), соответствующие этим продуктам и услугам (вполне определённым).

А теперь представьте каждый себя в этой «схеме КФС» и «ЧТО» через вас проходит как в ту, так и в другую сторону (деньги и соответствующие им товары и услуги). Представили?

А теперь задумайтесь: почему уборщица в банке получает больше, чем учительница в школе? Можете себе представить и другие подобные примеры из вашей жизни, из круга ваших знако­мых. И вы должны прийти к выводу, что такая несоразМЕРная оп­лата труда людей зависит только от произвола тех, кто устанав­ливает определённый порядок взаимоотношений между людьми, и ни от чего-либо другого. То есть это зависит только от концепции жизнестроя, от концептуальной власти, которых всего две (справед­ливая и несправедливая).

А произвол этот определяется либо нравственностью, либо без­нравственностью людей, осуществляющих управление какой-либо сферой жизни людей, отраслью или участком работы, каким-то про­цессом общественной жизни и руководствующихся определённой кон­цепцией управления. Таким образом, получается, что и функциони­рование КФС есть следствие определённой концепции уп­равления (нравственной или безнравственной). И Кредитно-финан­совую Систему любого государства с реальным производством и распределением продуктов и услуг не связывает ничего, кроме нрав­ственности (безнравственности).

Вот теперь и задумайтесь: «хороший» или «плохой» был К. Маркс, а соответственно и его учение, которое всё это скрыло от людей. И не только скрыло, но более того, это учение привнесло в экономику «научный туман» мраксизма («Синий туман похож на обман…»).

Но кроме этого есть ведь ещё закон(!) Густава Роберта Кирхго­фа, который должен знать любой, кто окончил обыкновенную сред­нюю школу. Ведь все мы решали подобные задачи «про бассейн с трубами, по которым втекает и вытекает». Карл Маркс попытался опровергнуть и этот закон, хотя на этом законе были основаны все финансовые ревизии на протяжении веков. С этой целью Маркс ввёл «постоянный» капитал в структуру «общественного» капитала. Это действо звучит в политэкономии как «Карл Маркс опроверг дог­му Адама Смита», о котором писал А. С. Пушкин в «Евгении Онеги­не»: «Зато читал Адама Смита и был глубокий эконом…».

:Карл Маркс против Адама Смита: кто прав

Адам Смит утверждал, что весь «общественный капитал» – это деньги. И этот «общественный капитал» распадается на 2 части:

1. Переменный капитал – доходы наёмного персонала.

2. Прибавочная стоимость – доходы предпринимателей, кото­рые идут на:

– выплату налогов государству,

– личное потребление капиталистов,

– оплату труда наёмного персонала, задействованного в «работе на перспективу» (расширение и модернизацию производства).

Из «догмы Смита» чётко и ясно следует, что все деньги идут на выплату зарплаты:

а) персоналу,

б) управленцам-капиталистам.

То есть реально в обществе циркулирует только два вида зарпла­ты (смотрите на «схему продуктообмена», представьте наложенную на неё «схему КФС» и постоянно помните о законе Киргхгофа).

Что делает К. Маркс? К двум составляющим «общественного» капитала («переменный капитал» и «прибавочная стоимость») он добавляет третью составляющую: «постоянный капитал». По утвер­ждению К. Маркса «постоянный капитал» соответствует стоимости продукции, приобретаемой каким-то предприятием для себя от других предприятий. Однако как вернуть («вставить») этот «постоянный капи­тал» в оборот денежных средств (чтобы выполнялся закон Кирхгофа) К. Маркс не знает (поскольку это просто невозможно сделать).

То есть прав был Адам Смит! Ибо его «догма» соответствовала закону Кирхгофа. Ведь чтобы финансовая система представленной «схемы продуктообмена» была работоспособна, она должна быть снабжена определённой «технологической средой», которой в нашем случае являются «средства платежа» (деньги). А в замкнутых сис­темах (к которым относится наша «схема продуктообмена») неукос­нительно выполняется закон сохранения «технологической среды». Т.е. вновь повторим: количество денег должно строго соответ­ствовать количеству товаров и услуг.

Отсюда очевиден вывод в виде формулы:

Пояснения:

«Эмиссия СП» – это когда в денежную массу, которая сопро­вождает «круговорот» товаров и услуг в «схеме продуктообмена», «вбрасывается» (добавляется) некоторое количество денег, кото­рое увеличивает «крутящуюся» в «схеме продуктообмена» денеж­ную массу на определённую величину (для чего это делается – это отдельная тема).

«Убыль СП» – это наоборот, когда из денежной массы, которая сопровождает круговорот товаров и услуг в «схеме продуктообме­на», изымается какое-то количество денег. Это может быть как ес­тественная убыль (износ денежных купюр, их порча и т.п.), так и це­ленаправленное изъятие.

Тайна прибыли, убыли и конкуренции

Из приведённой чуть выше формулы и «схемы продуктообмена» следует, что любая частная «прибыль» (в смысле не только одно­го «физического» лица в «схеме», но и какой-либо группы лиц, корпо­рации и т.д., т.е. какой-либо части «схемы», какой-либо отрасли) – это всегда и обязательно есть чья-то «убыль» (убыток) плюс ка­кая-то доля эмиссии (если она была).

Из этого также следуют важные выводы:

1. Прибыль любой отрасли:

а) Это «частная» прибыль этой отрасли.

б) Это убытки каких-то других отраслей (обязательно!)

2. Убытки какой-либо отрасли могут привести к полной утрате платёжеспособности этой отрасли, что в свою очередь приведёт:

а) к выпадению этой отрасли из общественного объединения труда в «схеме продуктообмена», что в свою очередь может привести

б) к развалу всего народного хозяйства, поскольку продукция отрасли-банкрота всё же необходима другим отраслям.

Кстати, забастовка в какой-то отрасли может привести именно к такой ситуации. Поэтому «мировое закулисье» для решения своих за­дач в какой-либо стране создаёт условия для возникновения забасто­вок и руководит ходом их проведения. Для этого «закулисье» умело использует патриотов, которые не понимая глобальной политики само­отверженно «работают» на своих поработителей. Вспоминайте забас­товочное движение шахтёров в России при Ельцине в начале 90-х го­дов, которое положило начало развалу народного хозяйства страны. Запомните, уважаемые читатели, что все забастовки и все профсою­зы – это инструменты «закулисья» для решения своих задач. Управле­ние ими осуществляется в основном бесструктурным способом.

А из всего этого вполне очевидно следует, что:

3. Государство обязано перед народом своей директивно-ад­ресной политикой, то есть путём целенаправленного управления 1) налогами, 2) дотациями, 3) субсидиями, 4) кредитами:

а) обеспечивать эффективное использование мощностей во всех отраслях народного хозяйства;

б) обеспечивать занятость населения;

в) устранять взаимно-отраслевую конкуренцию (конкуренцию между отраслями) за денежную прибыль (а именно из-за этого и на­рушаются требования, изложенные в предыдущих пунктах а) и б).

Если государство этого не делает, то оно или антинарод­но, или богоотступно. Это так, поскольку:

1. Даже из здравого смысла следует, что неизбежно КТО-ТО должен принимать решение по постановке задач общегосударствен­ного уровня значимости каким-либо отдельным отраслям и по координации усилий всех отраслей между собой при решении этих задач.

2. Человек без работы оказывается, без денег, то есть без средств к существованию. Поэтому тезис демократизаторов о том, что без­работица нужна, поскольку она является «стимулом» для всё более и более качественного труда людей – это тезис античеловечный. Напомню, что «стимул» – это палка с заострённым концом, которой по­гонщик тычет в зад буйвола, чтобы тот быстрее двигался. Кто у нынешних демократизаторов должен быть «буйволом», а кто – «по­гонщиком», я думаю комментировать не надо. Но самым удивитель­ным для наших марксистов из КПРФ будет то, что тезис ненавиди­мых КПРФ-никами демократизаторов о необходимости безработи­цы полностью совпадает с теорией так любимого КПРФ-никами К. Маркса, который утверждал, что «деньги – отчуждённая сущность труда и бытия». Но это не так! К. Маркс в этой своей словесной формуле в слове «деньги» смешал разнокачественные понятия.

«Деньги» (в смысле средств платежа) при купле-продаже чего-либо есть сущность, порождённая обществом, а не взятая из приро­ды. И в рассматриваемом случае:

а) Наличие денег (особенно больших) может взаимоотчуждать

– человека от труда и бытия в обществе, а

– труд и бытиё от человека.

б) Отсутствие денег ставит человека

– вне общества (вне труда при безработице),

– вне бытия (самоубийства и преступность).

3. И, наконец, не могут конкурировать друг с другом за уро­вень жизни:

– люди, занятые в сельском хозяйстве и

– люди, занятые на транспорте (или космической отрасли и в дру­гих отраслях).

Ведь каждая отрасль производит продукцию, которая предназна­чена для различных потребностей.

Конкуренция отраслей – это конкуренция их персонала за ка­чество уровня жизни. А это ни что иное, как антагонизация обще­ства изнутри, стравливание групп людей друг с другом изнутри (и здесь – «разделяй и властвуй»).

Конкуренция производств терпима (но не необходима) только внутри отраслей, производящих схожую продукцию (в какой пекар­не булочки выпекаются вкуснее и дешевле?).

Взаимно-отраслевая конкуренция внутри государства в услови­ях глобализации неизбежно перетекает в глобальную внутриотрас­левую конкуренцию между государствами. Отсюда читателям должно быть очевидным, например, для того, чтобы процветали фер­меры в США, наши крестьяне в России должны быть нищими.

Что делать? Устранить взаимно-отраслевую конкуренцию в ус­ловиях толпо–«элитаризма» невозможно. Устранение возможно в ус­ловиях анти-толпо-элитарного общества, общества, где главенствует справедливость и человечный строй психики, то есть в условиях тор­жества правильной и справедливой концепции жизнеустройства.