Те же. Анна Кеннеди и остальные камеристки врываются с выражением ужаса. За ними следует шериф с белым жезлом в руке. В глубине, сквозь открытую дверь, видны вооруженные.

М а р и я

Что, Анна? Верно, мне пора идти?

Пора на казнь идти? Пора прощаться?

Вон и судья с жезлом. Иду. Иду.

Прощайте все.

Женщины в безутешном горе обнимают ее.

(Мельвилю.)

Прошу вас, Мельвиль, Анна,

Свесть под руки меня в последний раз.

Позвольте им пойти со мною, Берли.

Б е р л и

На это у меня приказа нет.

М а р и я

Вы мне откажете в ничтожной просьбе?

Не может быть, чтобы моя сестра,

Стыдливости моей не чтя, желала,

Чтобы мужские руки палачей

Меня раздели в страшную минуту.

Б е р л и

Не место для служанок эшафот.

Подымутся их крики и рыданья.

М а р и я

Кормилица моя не закричит.

За выдержку души ее ручаюсь.

Не разлучайте с ней меня, милорд.

Пусть будут в смерти мне опорой руки,

Которые и в жизнь меня внесли.

П а у л е т (к Берли)

Уважьте эту просьбу.

Б е р л и

Я согласен.

М а р и я

Вот, кажется, и все.

(Берет и целует распятие.)

Спаситель мой!

Ты, на кресте свои простерший руки,

Мой дух, в них предающийся, прими.

Хочет идти, но в эту минуту встречается взглядом с Лестером, который при ее движении невольно смотрит на нее. При виде его Мария вздрагивает, колени подгибаются под ней, она готова упасть. Лестер подхватывает и поддерживает ее. Она молча и значительно смотрит на него, он не может вынести ее взгляда, наконец она говорит.

Граф Лестер, вы сдержали ваше слово.

Вы обещали руку мне свою,

Чтоб вывесть из темницы, и явились

Меня сегодня проводить на казнь.

Лестер стоит униженный.

(Продолжает ласково.)

Вы мне сулили не свободу только,

Я счастье с вами думала найти,

Благодеянье обновленной жизни.

Теперь, перед уходом, без стыда

Могу я в этой слабости признаться.

Живите же, и если в силах вы

О счастье думать, наслаждайтесь счастьем.

Вы, домогавшийся двух королев,

Какое сердце предали на муку!

Елизаветы милости и гнев

Не стали бы вам карой и наукой!

Уходят — шериф впереди, Мельвиль и Кеннеди по бокам ее, позади Берли и Паулет. Остальные, плача, смотрят вслед, пока она не скрыва-ется, и затем расходятся через боковые двери.