- Я вовсе не обязана перед тобой отчитываться, оправдываться или откровенничать!.. - начала она ледяным голосом, но Люк насмешливо покачал головой.
- Ты чего так завелась? Ведь вопрос-то чрезвычайно прост. Если, конечно, тебе нечего скрывать или стыдиться.
- Прекрати, Люк! Я не понимаю, куда ты клонишь, но мы с Эдвардом были очень близки, мы любили друг друга, у нас было много общего, и мы одинаково думали о семейной жизни...
- Что именно?
- Что брак - это навсегда! Брак всегда с тобой, и над ним надо постоянно работать. Для большинства мужчин жена - это только неплохой аксессуар, который потом, по мере необходимости, можно сменить на более совершенную модель. Женщины же хотят чего-то более стабильного, уверенности в завтрашнем дне...
- Не все женщины, Верити.
Он сказал это с каким-то мягким упреком, и она сердито скрестила на груди руки, догадываясь, куда он сейчас нанесет ей удар.
- Ты, видимо, искала тихую заводь, ни к чему не обязывающие отношения, прикрытие для последующих невинных любовных приключений, так ведь?
- Что? - кровь отхлынула от лица, но уже в следующую секунду, поняв его холодный намек, она опять побагровела. - Люк, как ты смеешь? Только из-за того, что...
- ...что у меня есть основания для подобных допущений? - безжалостно закончил он за нее. - Как жаль, что я не похож на Эдварда, Вериги. Добрый, нежный, надежный... и доверчивый?
- Я понимаю, что ты тогда обо мне подумал, - пробормотала она дрожащим от злости и ощущения собственной вины голосом. - Поверь, у меня тогда было какое-то помрачение рассудка... В первый и последний раз в жизни! Я была предана Эдварду до мозга костей! Наш брак обещал быть счастливым. Я всю жизнь была бы ему верна, как и он мне...
- Красиво сказано. Какая идиллия и какая проза! Вся эта надежность, уверенность, стабильность... и без любви? Без страсти? - прервал он ее с мягкой насмешкой.
- Ты ошибаешься, - возразила она, пытаясь держать себя в руках. - Нет ничего прозаического в желании быть уверенной в завтрашнем дне. И я любила Эдварда!
- Неправда. Эдварда ты никогда не любила. Если бы ты его любила, в тот вечер между нами ничего бы не произошло, - спокойно заявил Люк.
- Люк, это удар ниже пояса! Какое ты имеешь право говорить о любви? Кто еще так мило обошелся со своей женой? - задыхаясь, выпалила она.
В последовавшей звенящей от напряжения паузе все звуки, казалось, усилились - шум вентилятора на потолке, стрекотание цикад, далекая музыка меренге и шум прибоя возле террасы.
- С моей бывшей женой? - спросил он наконец угрожающе спокойно. - А что ты знаешь о моей женитьбе, Вериги? Кто тебе об этом рассказывал? Эдвард?
Вериги замотала головой.
- Нег, Эдвард тут ни при чем.
- Тогда кто же? - Его глаза излучали холод.
Она тревожно пожала плечами и попыталась еще раз встать на травмированную ногу, но сморщилась от боли, хотя и не такой острой, чтобы не позволить ей ходить. Но вот выйти из комнаты с достоинством ей явно не удастся. Вновь ее охватило отчаяние. Черт бы побрал эти золотые босоножки! Из-за них она оказалась теперь в плену у собственной гордости. Как на каком-нибудь допросе...
- Теперь уже и не припомню. Кто-то во Флориде в прошлом году. Но какое это имеет значение?
- Имеет, поскольку мне хотелось бы знать, кто перемывает мне косточки и распускает слухи о том, что я плохо обошелся со своей бывшей женой.
- Будь у тебя возможность, ты бы все отрицал! Но мне, честно говоря, вся эта история показалась вполне правдоподобной. Ведь твоя жена даже заболела!
Глаза Люка превратились в две сверкающие щелки. Вериги судорожно сглотнула, но продолжала:
- И настолько серьезно, что уже не могла тебя удовлетворять как жена. Скажешь, не так? Тогда-то ты и развелся и очень благородно предложил оплачивать расходы по уходу за ней. А как же клятвы быть вместе "в здоровье и боли"? Слишком уж много хлопот, да? Так за борт старье, и поищем себе что-нибудь новенькое, и плевать мы хотели на шумиху вокруг этого дела! Что, скажешь, неправда?
Смуглое лицо Люка побледнело, а весь он стал таким угрожающе холодным, что, услышав голос Эллиота, Вериги с облегчением вздохнула.
- Вериги, я спросил в отеле, и мне сказали, что ты здесь! - объявил он, входя в гостиную. - Ты сбежала, даже не попрощавшись! Как так можно? Боже правый, человек летит к черту на кулички, только чтобы тебя повидать, а ты...
Увидев повязку на ее ноге, он нахмурился.
- Что с тобой? Дотанцевалась? Вот с этим самым приятелем? - И он бросил на Люка уничтожающий взгляд.
Люк медленно поднялся со стула, возвышаясь над Эллиотом на добрых четыре дюйма. Кривая ухмылка на его губах не предвещала ничего хорошего. Самодовольное выражение как-то само по себе потихоньку сошло с лица Эллиота.
- Лично я убежден, что, танцуя с вами, Грозвенор, Вериги подвергалась значительно большей опасности. Кстати, вас сюда никто не звал. И я бы посоветовал вам выйти вон.
- Что? Что? - Глаза у Эллиота вылезли из орбит, и он смотрел на Люка с таким ошарашенным видом, что при других обстоятельствах Вериги просто покатилась бы со смеху.
- Эллиот, только не сейчас... - начала она устало, поднимаясь на ноги и держась за спинку софы. - Давай оставим разговоры на завтра.
- Погоди-ка... - пробормотал он, переводя взгляд с раскрасневшихся щек Верити на бесстрастное лицо Люка. Затем добавил: - Я чтото не понимаю, между вами что-то есть?
- Нет, между нами ничего нет и, честно говоря, Эллиот...
- Вы слышали, что вам сказала молодая леди? - резко вмешался Люк. Так что либо поищите себе какое-нибудь другое развлечение, либо смените отель!
- Послушайте, - вскричал Эллиот, - такого оскорбления мне еще никто никогда не наносил.
Люк далеко не ласково выпроводил Эллиота из комнаты. Когда же вернулся, внешне все такой же невозмутимый, но со злорадным блеском в глазах, Верити кипела от возмущения.
- Твой друг совсем забыл о том, что пересек несколько часовых поясов, - сказал он, небрежно растягивая слова и глядя на ее сжатые от ярости кулаки.
- По всему видно, что тебе доставляет удовольствие оскорблять людей. Ты со всеми своими клиентами так обращаешься? - начала она запальчиво.
- Пошли его ко всем чертям, Вериги, - грубовато отрезал он.
Люк смотрел на нее так сурово, что ей пришлось собрать все свое мужество, чтобы выдержать этот взгляд. Смуглолицый, элегантный в своем бежевом смокинге, он источал холодную властность, будто она находилась под его арестом, и это ее просто взбесило...
- Кто тебе дал право мной командовать?! - закричала она срывающимся голосом. - И Эллиот, и я уже совершеннолетние, и как свободные граждане Соединенного Королевства мы имеем полное право поступать так, как считаем нужным... А может, тебе самому лучше отправиться в Аргентину поиграть в поло?
В его глазах было столько холодного презрения, что она замолкла на полуслове.
- Ну, а дальше? - спросил он с язвительной усмешкой. - И позволить тебе дурачить Эллиота, как ты дурачила Эдварда?
Она была вне себя.
- Как ты смеешь? - только и смогла выдавить она, задыхаясь и не веря своим ушам.
- Смею. Ведь только что ты сама обвиняла меня в бессердечном и жестоком обращении с моей больной женой. Basta! Хватит! Отправляйся в постель, Вериги, - свирепо сказал он с таким видом, будто едва себя сдерживал. - Мы вернемся к нашему интереснейшему разговору как-нибудь в другой раз...
- Какому разговору? - прошептала она, дрожа от злости.
- К тому самому, что прервался с приходом твоего друга Грозвенора. Ты рассказывала мне, как я поменял жену на более здоровую модель. Я просто жажду услышать продолжение. Но в другой раз. Не теперь. Сегодня я больше не доверяю собственному самообладанию!
Скривив губы в некое подобие улыбки. Люк резко развернулся и вышел.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Захваченная водоворотом чувств. Вериги еще долго недвижно смотрела на дверь, в которую вышел Люк. Она была настолько сбита с толку и ей было так плохо, что она чувствовала себя просто парализованной. Очень хотелось забраться под холодный душ, чтобы немного остыть, но повязка на ноге сковывала движения, и она с трудом доковыляла до постели, на которой не было ни единой морщинки.
Отдохнув, она добралась до ванной, автоматически умылась и почистила зубы, вернулась к кровати и растянулась на спине. События дня с неумолимой четкостью медленно поплыли перед ее мысленным взором вплоть до прощальной сцены с Люком...
Приезд Эллиота шокировал ее. После всех усилий сблизить их с Сарой свалиться вот так ей на голову с претензией на какие-то отношения, которых и в помине не было, с его стороны просто неприлично.
Но ссора с Люком - это ужасно!
Только теперь она поняла, насколько он ее презирает, и это причиняло ей боль. С нее было достаточно того чувства вины, что преследовало ее с прошлого года. И кто ее судит? Люк Гарсия!..
Вериги передернуло, и она повернулась на бок, не обращая внимания на пульсирующую тупую боль в лодыжке. В общем и целом ничего страшного, завтра она уже сможет ходить. Отчаиваться из-за такого пустяка было не в ее привычках.
Решение пришло само. Утром она первым делом позвонит в аэропорт и закажет билет в Лондон. Здесь ей делать больше нечего. Ведь ясно: Люк вытащил ее сюда только для того, чтобы поизощреннее поиздеваться над ней. "Чувство долга" перед Эдвардом и все эти разговоры об отдыхе не больше чем предлог... Люк просто садист! Она вообще начинала подозревать его в женоненавистничестве. Взять хотя бы то, как он обошелся со своей женой!
Пусть поищет кого-нибудь другого для своих пыток. А Эллиот - ничего с ним не будет, не сахарный. Ее это больше не интересует...
Отогнав от себя воспоминания о прогулке с Люком по берегу и о холодном блеске его глаз перед уходом, она вдруг сразу уснула и всю ночь проспала как убитая.
Утром ее разбудил телефон. Приподнявшись на локте, она нащупала и сняла трубку.
Голос Сары звучал так, будто она говорила из соседней комнаты.
- Сара, как я рада тебя слышать! - Еще не совсем проснувшись, Вериги тем не менее остро почувствовала, как ей не хватает подруги. Страшно захотелось домой. Что она здесь делает? Какой-то едва знакомый и вовсе не импонирующий ей мужчина докучает ей так, что она не знает покоя...
- Надеюсь, я тебя не слишком рано разбудила? - спросила Сара то ли возбужденным, то ли взволнованным голосом. Вериги взглянула на циферблат - было только шесть часов утра по местному времени.
- Уже рассвело, - успокоила она подругу, сдерживая зевок, и тут же озабоченно спросила: - Что-то случилось, Сара? Что-то с фирмой?
- Да ничего не случилось! - весело рассмеялась Сара. - Только хорошее! С какой новости начать? С хорошей или с очень хорошей?
- Гм... Давай начнем с хорошей.
Верити села на кровати, откидывая золотистые волосы с глаз и с надеждой шевеля пальцами ноги.
- Помнишь, мы как-то работали в НортДауне на благотворительном матче поло-клуба?
Улыбка так и застыла на лице Верити. Когда Люк бывал в Англии, он посещал именно нортдаунский клуб. Он что, задумал задушить ее своими зловещими благодеяниями?!
- Верити? Ты меня слышишь?
- Да, слышу. Припоминаю. Ты хочешь сказать, что мы им понравились? И что у нас есть шанс получить еще один заказ?
- Именно. Дело в том, что двое из их комитета были не так давно на еще одном нашем банкете, и их это так впечатлило, что они решили подписать с нами контракт на все их мероприятия на целый сезон!
Вериги нахмурилась.
- Прекрасно... но что это может означать на практике? - Она тянула время, пытаясь унять свои эмоции.
- У них есть несколько спонсоров, как, например, станкостроительные предприятия, импортеры вина и так далее, которые дают им деньги на организацию матчей, где рекламируют свою продукцию. Эти спонсоры оплачивают банкеты - обеды и ужины, помещения и все остальное. А поло-клуб поручает все банкеты нам!
- Тебе не кажется, что это как-то уж слишком гладко выходит?.. А их прежние партнеры не возражают?
- В нашем деле, как в любви, все средства хороши! Не беспокойся, здесь все чисто. Так что, будь добра, передай твоему бесподобному Люку Гарсии мой горячий поцелуй, хорошо, дорогая? Пользуясь ситуацией, я только что заказала себе билет в Австралию и Сингапур. Надеюсь, ты обойдешься без меня в конце августа? Мне бы хотелось увидеть младенчика Тома и Трины до того, как он станет сорванцом!
Том - это брат Сары, вспомнила Верити, чувствуя, как голова у нее бешено заработала, мгновенно пересматривая прежние планы. Сара так довольна и возлагает столько надежд на их бизнес... А почему бы и нет, в конце-то концов? Они работают не покладая рук и стали прекрасными кулинарками. А принимая во внимание постоянное присутствие за кулисами Люка Гарсии с его тайными ниточками, опасаться нечего и можно надеяться, что новые заказы так и будут сыпаться как из рога изобилия, несмотря на довольно жесткую конкуренцию в их бизнесе...
И хотя во все это трудно поверить, может, ей удастся сохранить такое положение вещей? Ведь единственное, что для этого требуется, так это не обострять отношения с Люком Гарсией. Но какова же его тайная цель? Неужели она была права, когда еще при первой встрече подумала, что в нем есть что-то от параноика? А что, если все это какой-то чудовищный шантаж?
- Ты что, не рада? - возмутилась Сара.
- Извини... просто еще действительно очень рано, Сара. Все это прекрасно...
- Ну, а как твой рабочий отпуск? Могу поспорить, что работаешь ты далеко не целый день...
- Что верно, то верно, - вяло согласилась Верити. - Расскажу, когда вернусь. Смотри, много наговоришь, Сара. Как бы нам не пришлось сокращать накладные расходы. До встречи, и особенно не надрывайся...
Она еще долго сидела на кровати, прижимая к уху телефонную трубку, терзаемая разноречивыми чувствами: не могла она подвести Сару и в то же время ей хотелось как можно дальше убежать от Люка.