Глава 8 - Когда гаснет свет

Меня окружала боль. Она была осязаема и буквально везде. В том ничто, куда я рухнула.Хотелось кричать от боли, но сухие, как пергамент, губы пропускали лишь слабый стон. И я не была уверена, что там, в живом мире, этот стон кто-то слышал.А может и нет больше того мира. Может вот это белёсое ничто - и есть загробная жизнь. Наполненная боль как физической, так и душевной.Я не могла сосредоточиться, только понимала, что пора приходить в себя, пора выбираться. Потому что там, в мире, я кому-то должна помочь. Я должна что-то сделать.Но, что именно?На этот вопрос я ответить не могла. Оставалось лишь собирать себя по кусочкам, с силой сжав зубы.

– Не сопротивляйся, - шепнул кто-то. Я даже не смогла разобрать, какого пола говорящий. – Расслабься.

Я саркастически усмехнулась.Легко говорить, когда мышцы не сводит судорогой каждую минуту. Расслабиться? Не сопротивляться?

Я сойду с ума от боли, если поддамся боли хоть на мгновение.

– Глупая, - в этот раз шепот сопровождался смешком. – Позволь силе расширить каналы. Ты сильная, иная. Выдержишь.

– Помоги, - шепнула через силу, надеясь…

Да я и сама не могла понять, чего прошу. Чтобы уняли боль или добили, избавив от мучений?

– Прими её! - рявкнули громом, заставляя оцепенеть от животного ужаса.А может попробовать? Всего несколько мгновений я смогу удержать своё тело в расслабленном состоянии. Смогу же?

Сделав глубокий вдох, резко выдохнула, насильно заставляя мышцы расслабиться. Глубокий вдох и медленный выдох сквозь зубы. И счёт…

Раз… Два…Вдох.

Три… Четыре…Выдох.– Молодец, - прозвучало одобрительно. – Скоро всё закончится.

Закончится?Ещё немного… Я смогу!И снова глубокий вдох и медленный выдох. Раз… Два… Три… Четыре…

Всё закончилось внезапно. Боль отпустила резко, словно её и не было. Я чувствовала только подрагивающие от усталости мышцы.

А ещё через несколько минут я резко вдохнула и… Распахнула глаза.

Я не сразу поняла, где нахожусь. Лишь спустя несколько минут, когда глаза привыкли к темноте, увидела и очертания печи, и наш стол.

– Ведана, - позвала шепотом, обнимая себя руками.В доме прохладно. Видимо, печь давно остыла. Непонятно, сколько я была без сознания. Может несколько часов, а может и несколько дней.Аккуратно поднявшись, прислушалась к себе. Вроде, ничего не болит. Кроме локтя, который, похоже, содрала о край печи, когда падала.Поморщившись, прижала ладонь к локтю, стараясь унять жжение. И тут же испуганно отдёрнула руку.Там, где была ободрана кожа,сейчас было лёгкое свечение с зеленоватым оттенком, как от фосфора. Через несколько секунд жжение прекратилось, а свечение исчезло.– Да что за… - прошептала и тут же осеклась, не договорив мысль. В памяти всплыл совет странного голоса там, в забытьи.Позволь силе расширить каналы…Дрожащими руками нащупав свечу, потянулась за огнивом. Тихий скрежет и, кухня озарило тусклым светом.

Оглядевшись, тронула рукой печь. Холодная…– Ведана! - вскрикнула, вспомнив, в какой момент потеряла сознание и к кому рвалась из забвения.Обогнув стол, замерла, не в силах пошевелиться. Та, что стала мне самым родным человеком, лежала на полу не подавая признаков жизни.– Нет-нет-нет, - зашептала, опускаясь на колени рядом с телом.Мне не надо было прикладывать руку к шее в поисках пульса. Стоило взглянуть в потускневшие, распахнутые глаза или на лицо, словно выточенного из алебастра.

Сжав сухую, холодную руку, я опустила голову и разрыдалась. Оплакивая свою потерю, но не задаваясь вопросами, почему так вышло.Магия… Я чувствовала, что мир вокруг изменился. Он стал насыщенным, красочным. Казалось, что воздух можно потрогать, настолько он стал плотным.Я выдержала эти изменения, впитала часть сил, как того потребовал голос. А травница не смогла. Магия убила её.Мне залечила рану, а её убила.

Сколько я провела рядом с бездыханным телом – неизвестно.Когда слёзы кончились, оставляя только судорожные всхлипы, я поднялась на ноги и дошла до кровати Веданы. Сдёрнув старое покрывало, вернулась на кухню и укрыла старушку с головой.Всхлипнув, отвернулась.

Сколько раз я видела вот это? В жизни, в фильмах… Покрытое с головой тело, и только ступни немного выглядывают из-под тряпки.Каждый раз я молилась всем богам, которых знала, чтобы в моей жизни такого не случилось. Но, видимо, боги не услышали.Я не до конца осознавала, что делаю. Как робот.Рваными движениями сдёрнула накидку с вешалки и накинула себе на плечи. Обула мягкие сапожки. Задула свечу и вышла из дома, прислонив к двери пенёк.Подняв голову, я взглянула на звёздное небо. Уже далеко за полночь, опсно разгуливать одной. Но и в доме оставаться нет сил.А пойти я могу лишь к одному человеку. К тому, кто поклялся заботиться обо мне.Я не пошла через деревню, не желая нарваться на деревенских и отвечать на вопросы. Не могла я сейчас…

Потому, выскользнув в неприметную калитку, ведущую в лес, побрела по узкой тропинке. Лунный свет пробивался сквозь деревья, освещая дорогу.В мыслях – обрывки воспоминаний. Не мои – Милены. Как она несколько месяцев назад вот так же шла через лес. Торопливо, выбиваясь из сил, брела от дерева к дереву. Спасаясь от погони, в искренней надежде встретить тех, кто поможет.

Где-то вдалеке послышался волчий вой. Лес жил своей жизнью, издавая звуки даже глубокой ночью. Но эти звуки не пугали. Почему-то сейчас мне страшнее было встретить людей, кому я не могу доверять. Потеряв защиту Веданы, я осознала, что деревня меня пугает.– Я поняла, – прошептала в никуда, наконец осознавая, почему Ведана настояла на отъезде.Старая травница, прожившая целую жизнь, прекрасно всё видела и понимала. Жаль, что я осознала это только после её смерти.

Я как в бреду добралась до дома охотника. Стоило мне открыть калитку и сделать шаг во двор, как Ветер тут же уткнулся мне холодным носом в ладонь и тихо заскулил.– И мне тяжело, милый, - шепнула еле слышно, поглаживая влажный нос.Волк понимал… Не знаю, он просто зверь или какое-то магическое создание, но он точно понимал, что происходит. Отойдя от меня на пару шагов, Ветер сел, поднял голову и громко завыл. Где-то вдалеке ему вторила дикая стая, подхватывая волчью песнь.

Дверь сторожки распахнулась, выпуская охотника. Увидев меня, мужчина нахмурился и, широко шагая, подошел.

– Милена, что случилось?

– Ведана, - прошептала я, опустив голову.Не в силах произнести то, что должна.

– Ведана что? Ей стало плохо? Её обидели? Милена, отвечай! - Никита схватил за подбородок и потянул вверх, вынуждая запрокинуть голову и посмотреть в его глаза. – Что с Веданой?

– Умерла, - шепнула одними губами.Но и этого хватило. Опустив руку, Никита пару секунд растерянно стоял, а после обнял меня.Грубовато и сильно, словно медведь. Уткнув меня лицом в свою грудь, охотник положил широкую ладонь на мою голову и принялся поглаживать.Жалел, как жалеют маленьких детей. Но это оказалось именно то, чего мне так нехватало.

Подхватив меня на руки, мужчина зашагал к дому. Там, в сторожке, уложил на свой топчан, предварительно скинув мои сапожки.

Как-то засуетился растерянно. Сдёрнул котелок с крюка, кинул в него несколько веточек ромашки и велеса, кинул несколько пластинок сахара.

– Пей, девочка, пей, - протянув мне кружку, пробормотал Никита. – Это тебя успокоит. Пей и засыпай.

– Там Ведана, одна, - всхлипнула я, обнимая чашку.

– Ничего, я сейчас схожу и… Я всё сделаю.

– Вы похороните её сами? Без меня?

Охотник поморщился, опустился на стул и с силой потёр лоб.

– Нехорошо это, согласен. Да и деревенские захотят проститься. Ты это… Постарайся заснуть. Нам ещё нескоро предстанет возможность выспаться.

Согласно кивнув, допила успокаивающий отвар и легла, закрывая глаза.

Следующие дни слились в один.

Никита разбудил меня на рассвете и повел обратно в деревню. Попросив побыть на улице, он перенес Ведану на её кровать и задернул шторку, отгораживая.

– Я к старосте и гробовщику схожу, - буркнул Никита. – Позже женщины придут, помогут приготовить поминальный обед и тело обмыть.

– Я не смогу, - прошептала, бледнея.И тут же мысленно дала себе подзатыльник.В смысле не могу? На кой я тогда на врача училась?

Тряхнув головой, кивнула, давая понять, что со всем справлюсь.Вскоре и правда пришли женщины. Как всегда шумные, охали и причитали. Но в тоже время шустрые. Пока я сидела растерянная на скамье, они уже и печь растопили, и воды натаскали.А после стругали и лепили не забывая упоминать, какой была Ведана.А на следующий день вся деревня вышла провожать ту, что лечила всех от мала до велика. Вереница людей медленно двигалась в сторону погоста, вслед за мужчинами, которые несли наспех сколоченный гроб.Помню, как меня обнимала Ульяна, поддерживая и успокаивая. Помню, как ехидно ухмылялся Ефим, и как утирал красные глаза староста.

Столы накрыли на улице, во дворе. Но я ушла в дом. Холодный и пустой. Сегодня его не топили. Надо бы, но я не могла найти в себе силы. Могла только сидеть на её кровати и растерянно рассматривать дом.

– Милена, завтра уезжаем, - тихо сообщил охотник, зайдя в дом. – Я уже договорился с Гаврилой о лошади, так что сегодня собери вещи.

– Я не умею держаться на лошади, - шепнула, криво усмехаясь.

– Что же, придётся научиться, - вздохнул Никита, присаживаясь рядом. Кровать под его весом жалобно скрипнула. – Нам предстоит долгая дорога. Ведана просила увезти тебя подальше. Дороги ещё размыты, с телегой будем продвигаться слишком долго. Пойдём через лес.

– Хорошо, - шепнула, не пытаясь понять, как это - идти через лес, ещё и верхом.– Собери вещи. Но многое не бери, лишний вес будет нас тормозить. Всё самое ценное, иначе, разворуют.

Я слышала шум с улицы. По моему, кто-то уже забылся под влиянием алкоголя, и начал петь песни. Для меня это кощунство, но…Не обращая внимания, принялась собирать вещи. Парочка тёплых подштанников, парочка платьев. Бельё на смену и запасные сапожки. Травы сложила отдельно, как и довольно редкие лекарства, которые делала Ведана. Книгу трав и рецептов бережно упаковала и хорошенько припрятала, надеясь, что до неё не доберётся влага.Остальное отдам старосте. К сожалению, деревня останется без целительницы.К платью подшила мешочек с монетами, которые Ведана бережно хранила. Туда же закинула и пару колец. Откуда они травница не говорила, да и какая разница.В самую последнюю очередь отодвинула половицу и достала дневник и артефакт. Артефакт обжег холодом даже через тряпицу. Пришлось спешно прятать на самое дно сумки и надеяться, что никто не полезет туда.Я возилась до самого вечера. Когда уже стемнело, раздался короткий стук в дверь.Никита…

Охотник оглядел мой багаж и коротко кивнул.

– Завтра на рассвете выдвигаемся. Но ночевать я тебя здесь не оставлю, не будем рисковать.Подхватив мешки, мужчина вышел из дома.Ещё раз оглядевшись, я погладила тёплое дерево и, прикрыв глаза, попрощалась.

Я не вернусь сюда. Почему-то, я была полностью в этом уверена.