Замах. Резкий и чёткий удар. Очередное тело валится на землю.

Внимание! Получено 11 СЕ. Текущее количество: 140/140 СЕ. Уровень: 6 (53/70 СЕ).

Сотое. Это было сотое умертвие, окончательно упокоенное мной. Не знаю, почему я решил их считать. Возможно, от скуки. Дело-то нехитрое: замах — удар, и к следующему. Вот я и начал вести счёт убитым мною существам. А ещё размышлял о выборе нового навыка для Ри. После того как я поднял её до шестого уровня, Система любезно предложила выбрать для неё один из десяти навыков.

И да, я решил прокачивать сначала Ри. На это у меня были две веские причины. Во-первых, она потенциально весьма мощная боевая единица, которую необходимо развивать как минимум до моего уровня. Во-вторых, чем ниже мой собственный уровень, тем больше СЕ я получаю за уничтожение умертвий. В общем, для фарма выгодно иметь низкий уровень. Главное, чтобы сил хватило на этот самый фарм.

Поэтому я и не поднимал уровень, оставаясь на шестом, а СЕ вкладывал во всё, что только можно. Проблема заключалась в том, что этих «всё» было не так уж и много. Прокачка Ри и четыре навыка — вот и весь выбор для вложения.

В итоге я полностью прокачал её уровень до доступного предела. Даже закинул задел на седьмой уровень, полностью заполнив шкалу. Навык, повышающий интеллект, у меня и так прокачан до максимума, а навыки ранга E: владение кровью и призыв фамильяра пока не поддаются прокачке. Туда нужно единовременно вложить 160 СЕ, а моё хранилище на текущем уровне вмещает только 140.

Оставался навык владения копьём. Но копья у меня не было. А даже если бы и нашлось, менять его на меч я бы стал лишь в случае, если оно не уступит ему в качестве. Я до сих пор не знаю, что за свойства у моего меча, но умертвий он прорубает, как раскалённый нож масло. Хотя это зависит от того, насколько высок уровень умертвия.

Есть ещё вариант кристаллизовать СЕ, преобразовав их в астрий. С учётом моего уникального магазина это весьма полезное решение. Но пока есть куда вкладываться, спешить с этим не стоит, так как обратный процесс весьма ограничен.

Ещё немного поразмышляв, стоя во дворе рядом с толпой зомби, я решил направиться в сторону подземной парковки. Кстати, больше мне нечего было бояться умертвий, по крайней мере, очень на это надеюсь, ведь мои глаза теперь скрыты. Я нашёл солнцезащитные очки в одной из машин. Разумеется, сначала проверил на одном из умертвий, работает ли моё предположение. Результат порадовал: зомби на меня вообще не реагировал. Я смотрел ему прямо в глаза, толкал, махал руками — ноль реакции. В конце концов я отрубил ему обе руки, и он... просто остался стоять. Не знаю, сработал бы этот фокус на Громиле или других монстрах с особенностями, но во дворе, где собралось несколько сотен умертвий, я для них словно невидимка.

Поэтому я не стал далеко уходить и начал зачистку ближайшего двора, рядом с подземной парковкой. Во-первых, мне требовалось безопасное место для отдыха, и знакомый паркинг, который я ранее зачистил, идеально для этого подходил. Во-вторых, это отличное место для фарма. Тут просто чудовищная концентрация зомби. Я уже уничтожил во дворе 67 штук, но визуально толпа нисколько не поредела. Ну и в-третьих, меня заинтересовало, что находится в центре этого столпотворения.

Я обошёл двор по кругу и заметил, что все умертвия были развёрнуты лицом к одной точке в центре толпы. Там находилось обычное двухэтажное здание. Стены из белого кирпича оплетены какой-то лозой, из крыши торчали две высокие трубы. Ничего примечательного, обычная котельная. Но что-то же их туда тянет...

Работал я по схеме: уничтожал около пятнадцати-двадцати умертвий, затем шёл отдыхать на паркинг. Там отсиживался около получаса и возвращался на очередной заход. Как и планировал, старался поддерживать себя в состоянии постоянной боевой готовности, не доводя до настоящей усталости. Даже попытался поспать, но, как и ожидал, безрезультатно. Попробую ещё раз ближе к ночи.

Ри всё это время кружила рядом и собирала кровавую жатву с уничтоженных мною целей. На данный момент её баланс составлял 449 ЕЭК. Параллельно, я поднимал ей уровни. Не сразу, но я обратил внимание на интересную особенность: каждый уровень Ри, в отличие от моих, приносил ей по два свободных очка характеристик. После поднятия пяти уровней у неё уже накопилось 33 нераспределенных свободных очка характеристик. Даже страшно представить, каким монстром она может стать к 30 уровню.

Я по-прежнему ломал голову над тем, какой из десяти представленных Системой навыков взять для Ри. В первую очередь нужно учитывать, какую роль она должна будет выполнять в дальнейшем. Да, я уже решил, что её развитие пойдёт по магическому пути, но магия крови, как оказалось, тоже бывает разной. Одни навыки чисто атакующие, другие защитные, а некоторые способны усиливать союзников или ослаблять врагов.

Приходится подбирать роль под моё собственное развитие. И тут встаёт другая проблема: я до сих пор не определился, кем хочу стать сам. Пока всё на уровне предположений и различных догадок. Ведь чтобы выстраивать своё развитие, нужно иметь представление об окружающем мире. А имеющейся информации у меня кот наплакал. Да даже из того, что есть, по большей части одни догадки и выводы из наблюдений, которые не факт, что верны. А в свою очередь, чтобы узнавать информацию о новой реальности, мне нужно развиваться и становиться сильнее. В итоге получается замкнутый круг.

Кстати, когда Ри достигла шестого уровня и Система по умолчанию предложила три возможных варианта, сработал скрытый протокол. Мой уникальный навык — системный магазин снова активировал расширенный выбор. Благодаря этому вместо трёх навыков передо мной, как и с выбором награды, открылось десять. Это многое изменило. Некоторые из представленных навыков выглядели весьма многообещающе. Один из них усиливал контроль над эссенцией крови, другой позволял создавать кровавые импульсы, третий активировал временную регенерацию.

Погрузившись в размышления, я заметил, как добрался до облюбованной мною машины. Устроился на заднем сиденье и принял решение пока отложить выбор навыка для Ри. Вместо этого решил прокачать свой навык владения копьём вплоть до третьего уровня. Пусть у меня и нет сейчас копья, но когда-нибудь оно может появиться. А с учётом количества зомби на улицах потеря сотни СЕ не критична.

Кроме того, если тенденция сохранится и после повышения до следующего уровня моё хранилище возрастёт до 160 СЕ, я смогу сразу вложиться в прокачку навыков крови и фамильяра. Это даст возможность довести уровень Ри до 12. Плюс стоит разобраться с восемью белыми кубами, которые скопились в моём хранилище. Именно столько Кубов Потенциала выпало мне из 67 уничтоженных из толпы умертвий. Это значит, что шанс дропа составляет примерно 12%. Немало… наверное. Но кубами займусь позже.

Сейчас — навык копья. Да, он бесполезен на текущий момент. Да, у меня нет копья. Но... это инвестиция. Закидываю СЕ в навык, повышая его сразу до третьего уровня, и мысленно соглашаюсь начать обучение.

В этот раз тьма не удерживала меня надолго. Почти мгновенно я оказался на знакомой арене — большой, песчаной и под палящим солнцем, в теле того самого парня, что и при первом видении. Начиналась новая тренировка.

Однако сейчас всё было иначе. Больше никаких одиноких ударов по воздуху. Теперь занятия шли в виде спарринга. Моим противником оказалась девушка. Она была ниже меня почти на голову, стройная, темноволосая и с миловидным лицом. Но парень, в теле которого я находился, не обманывался её внешним видом. Он знал, кем она была. Один из фаворитов. Одарённая.

Как только раздался крик наставника, её копьё будто выстрелило вперёд — настолько стремителен был её выпад. Парень каким-то чудом успел среагировать и увернуться вправо, но полностью избежать удара не удалось. Остриё копья оставило рваный порез на его левом плече.

«Вот же тварь!» — только и мелькнуло у меня в голове. Этот удар должен был прикончить меня. Ну или его... неважно.

Имени у него, кстати, не было. Здесь ни у кого из учеников не было имён. В этой школе после поступления каждый отказывался от имени — взамен получал номер. Сто третий. Таков был его — мой — номер. Девушка, пытавшаяся нас сейчас прикончить, носила номер Девять.

Раз в год каждый из учеников мог пройти экзамен, успешное прохождение которого давало право на имя. Но попыток было всего две. Если не сдал с первого раза — можешь попробовать через год. Если и тогда провал — отчисление и клеймо. Что за клеймо, не знаю. Позора, наверное. Оно точно имело название, но было скрыто — будто вырезано из памяти.

А тем временем бой, если это можно было так назвать, продолжался. После отклонения влево сто третий попытался провести контратаку. Но всё было напрасно. Девятая ловко подтянула копьё и отбила удар тыльной стороной древка, а затем, не теряя инерции, направила острие прямо в голову. Слишком большая разница была в их силе, скорости и способностях. Наши навыки просто несопоставимы.

Темнота и новая тренировка. На этот раз противник был примерно равен сто третьему. Спарринг прошёл спокойно, без проблем. И вроде бы должен возникнуть вопрос: зачем показывать тот первый бой с Девятой, если он закончился почти мгновенно?

Но я понял, зачем. Он дал сто третьему искру. Искру, из которой разгоралось пламя. Пламя желания превзойти её во что бы то ни стало.

Но всё оказалось не так просто. Почти всё свободное от тренировок время младшие ученики, те самые номерные, коим и являлся мой подопечный, занимались работой. Разной, включая самую грязную. Иначе говоря, они были обслугой.

Хотя сто третьему, можно сказать, повезло: он трудился на кухне. Там пахло едой, а не канализацией, и было относительно спокойно и… сытно.

Шли дни. Тренировка за тренировкой. Он выкладывался по максимуму, мимолётно отслеживал прогресс Девятой и сравнивал их успехи. Но где он делал шаг вперёд, она делала два. Её талант был безупречен.

Главная проблема заключалась в том, что времени на тренировки у него катастрофически не хватало. Он пытался выжать максимум из каждой минуты, но этого всё равно было недостаточно.

И вот однажды во время очередной смены на кухне появился наставник. Он сообщил, что один из номерных, работавший в выгребной яме, провалил экзамен и был исключён. Его нужно заменить.

На кухне, кроме сто третьего, трудилось ещё девять учеников. Никто, разумеется, не вызвался добровольно. Работа в яме считалась худшей: грязная, тяжёлая, отвратительная. От неё выматывались так, что на тренировки сил не оставалось вовсе.

Наставник даже не стал долго ждать. Он просто ткнул пальцем в первого попавшегося. И, конечно, этим «счастливчиком» оказался сто третий.

На следующий день он шёл по канализации, вооружённый двумя вёдрами и длинной палкой с черпаком. Место его новой работы находилось за пределами школы — в нижнем секторе города. Здесь можно было встретить всё что угодно, но в большинстве своём преобладали находящиеся в беспамятстве тела. Кто-то был пьян, кто-то одурманен различными веществами, а некоторые, самые отвратительные, выжигали себе мозг белым маком. Ужасный наркотик, что был не только убийственен для разума, но и для тела. Такие отбросы общества здесь валялись буквально повсюду. Периодически здесь производили чистку старшие из их школы, но надолго это не помогало.

Одно из таких тел и обнаружил сто третий рядом с вверенной ему ямой.

— Нужно быстрее закончить и успеть на тренировку, — подумал он, осматривая завалы и вдыхая густую вонь.

Но как бы ни хотелось быстро расчистить теперь уже свою яму, у него не получалось. За отведённые четыре часа он попросту не успел. А это означало, что вечером работы станет ещё больше. Если он не справится и вечером — утро начнёт с долга. Если долг будет расти — его отстранят от тренировок, пока не справится. Вот оно, проклятие ямы.

Теперь он понимал, почему из десяти работающих в выгребных ямах только один проходил экзамен. У них банально не оставалось времени на развитие.

Как и ожидалось, вечером он тоже не успел. Более того, к моменту окончания смены яма была полнее, чем утром. Завтра его ждёт катастрофа. Придётся пропустить тренировку полностью, чтобы вычистить все отходы до дна.

На следующий день та же картина. Рабочее время подошло к концу, но яма была всё ещё заполнена. Пришлось оставаться дольше. Тренировку он уже пропустил.

Ещё несколько часов, и наконец вонючая масса обнажила дно. Но в школе тренировки почти завершились. Значит, он будет попадать туда только через день. Выходит, его развитие станет вдвое медленнее. Так он не то что не догонит Девятую, он банально не сможет сдать экзамен.

Накатившая злость перехлестнула. Он с силой ударил черпаком по пустому ведру, сбив его. Пару секунд смотрел на результат, затем... его осенило.

Он может тренироваться прямо здесь. Да, не на арене. Да, не с партнёром. И даже не с копьём, а с черпаком на палке. Но ведь это лучше, чем ничего. Гораздо лучше.

До ужина оставалась ещё пара часов, и один из них он мог потратить на отработку техники. Решено.

Он перехватил черпак, как копьё, и начал движение. Рука за рукой. Вдох, выдох. Выпад. Защитная стойка. Отработка.

— Кха-кха... ха-ха... кха-кха! — раздалось из угла. Хриплый, мерзкий смех вперемешку с кашлем.

Звук исходил от тела, всё того же, что валялось рядом со входом. Оно, как оказалось, не было безжизненным.

— Кто тебя, бездарность, так научил держать палку? — прохрипело из темноты. — Неудивительно, что с такими руками ты даже яму с дерьмом выгрести не можешь! — и тут же последовал очередной приступ мерзкого хохота.

— Что это животное себе позволяет? — подумал сто третий. Применять силу вне стен школы было запрещено. Но запугать, просто замахнувшись, можно.

Он перехватил черпак, словно копьё, и пошёл в сторону бездомного.

— Может, хочешь проверить на себе, как я держу оружие? — процедил он, подходя ближе.

Сначала мне показалось, что пьяница просто смеётся. Но я ошибался. Он буквально корчился от хохота, схватившись за живот. Это было уже похоже не на смех, а на хриплое карканье.

Сто третий не стал медлить. Подойдя вплотную, он резко нанёс выпад. Черпак должен был остановиться в нескольких сантиметрах от лица бездомного. Но что-то пошло не так.

Пол и потолок поменялись местами. Время словно замедлилось. Я видел, как приближается грязный каменный пол. Слышал тот же мерзкий смех. И... темнота.

Пробуждение было… мягко говоря, отвратительным. Лицо сто третьего оказалось вдавленным в вязкую зловонную жижу, которой была перепачкана вся канализация. Голова жутко раскалывалась, а в горле поднималась волна тошноты. Трудно было понять, что её вызвало: удар или тот кошмар, в котором он сейчас валялся.

— Ну что, бездарь, успокоился? — донёсся голос от стены. — Да-а-а уж... давненько я так не смеялся.

— Как?.. — только и смог прохрипеть сто третий, с трудом поднимаясь на локти.

— Что «как»? — изобразив невинность, переспросил бездомный, всё так же сидя, прислонившись к стене.

— Как ты это сделал?! — выдавил он сквозь стиснутые зубы, борясь с гневом, вновь подступающим изнутри.

— А, ты про свой «удар»? — насмешливо хмыкнул тот. — Движения твои больше похожи на судороги умирающего, чем на выпад. Я уже говорил: ты бездарь. Даже с ямой дерьма не справляешься.

Сто третьему понадобилось несколько долгих секунд, чтобы сдержать нарастающую ярость. Этот старик... он не так прост. Один только факт, что он даже не заметил его движения, уже тревожный звоночек.

— И что же я сделал не так?

— С чего бы начать... — протянул бездомный. — Хотя, знаешь, правильнее сказать: всё. Ты всё сделал не так. Ты неправильно стоишь, неправильно держишь копьё, дышишь неправильно. Даже смотришь не туда.

— Это ты про мой удар?

— Нет, это я про яму с дерьмом. С ударом всё гораздо хуже. Ха-ха-кха-кха... — он вновь засмеялся с задором не меньше прежнего. Но парень смог подавить поднимающуюся из груди ярость.

— Тогда скажи, как правильно. Научи меня, — сто третий говорил спокойно, но в голосе слышалась решимость. Он уже обдумал всё, что услышал. И пусть это звучало дико, но он чувствовал, что перед ним не простой пьяница.

— Зачем?

— Потому что я должен стать сильнее. Есть тот... кого я должен превзойти. Во что бы то ни стало...

— Стоп-стоп-стоп, — бездомный перебил его. — Это всё хорошо: цель, путь, решимость, вот это вот всё... Но ты не понял вопрос. Зачем это нужно мне?

— Чтобы... быть хоть чем-то полезным, — только произнеся эту фразу, сто третий осознал, что ляпнул лишнего.

Он видел, как улыбка медленно сползает с лица бездомного.

— Катись к демонам, — коротко бросил тот. Встал и, пошатываясь, побрёл в сторону выхода, опираясь на стену.

— Я идиот... — стиснув зубы, подумал парень. — Надо же было ляпнуть такое...

Стыд окатил его с головой. Он выбежал из помещения, где находилась яма, и рванул в туннель. Но бездомного там уже не было. Исчез.

— Куда он делся?..

Сто третий тяжело выдохнул. Решил, что при следующей встрече обязательно извинится. Собрав вёдра, палку и прочее, он отправился в сторону школы.

После ужина, перед вечерней сменой, он заскочил на кухню. Собрал приличные запасы еды и воды, всё, что мог унести, не вызывая подозрений, и снова отправился в канализацию.

Когда уже подходил к своему участку, услышал негромкий храп чуть дальше по туннелю. Решил проверить.

На конечном отрезке, как он и предполагал, валялось тело его сегодняшнего «учителя». Пробовал растолкать, бесполезно. Даже сквозь смрад канализации пробивалась резкая вонь перегара.

Понимая, что извиниться сегодня не получится, сто третий аккуратно оставил рядом с ним еду, воду и небольшой лист бумаги. На нём было выведено всего одно слово: «извините». После этого он вернулся к своей яме и продолжил разгребать скопившееся за день.

На следующее утро, придя на смену, сто третий уже знал: что-то изменилось. Его ждали. В углу сидел тот самый бездомный. Взгляд спокойный, голос хриплый, но уверенный.

— Я буду тебя тренировать, — сказал он, не меняя позы, — но взамен ты выполнишь одну мою просьбу.

— Какую? — вопрос прозвучал автоматически.

— Ха, нет. Пока не скажу. Ещё не готов ты её услышать.

Сто третьему понадобилось всего пару секунд, чтобы принять решение. Он не знал, чего хочет этот человек. Но и терять ему было нечего. Без должной подготовки экзамен он не сдаст. Два провала — и вылет. А дальше?.. Только присоединиться к таким, как этот старик. Людям с клеймом.

— Я согласен, — произнёс он.

— Вот и славно. Держи, — бездомный легко кинул ему копьё. — С твоим черпаком далеко не уедешь.

— Сначала я должен закончить с очисткой ямы, — проговорил парень, подбирая копьё. — Интересно, откуда оно у него? — пронеслось в голове.

— Зачем?

Вопрос застал его врасплох. Он даже запнулся.

— Чтобы меня не отчислили. Если я не справлюсь с работой, вылет будет ещё до экзамена.

— Ты опять не понял. Голос бездомного стал чуть жёстче. — Я спрашиваю: зачем работать руками?

Он встал и направился к противоположной от выхода стене.

— Идём.

Сначала сто третий не понял, что от него хотят. «Он что, с ума сошёл?..» — промелькнуло в голове. «Как можно вычерпать отходы, не используя руки?» Но всё же, движимый любопытством, последовал за бездомным.

Тот подошёл к стене, провёл рукой по каменной кладке, нащупал что-то и слегка нажал. Один из участков кладки с лёгким скрежетом отошёл в сторону, открывая узкий проход. За ним скрывалось небольшое помещение.

Сто третий хотел было задать вопросы: что это, откуда, как... Но бездомный опередил его:

— Мало кто знает, но наш город куда старше, чем кажется. Этим канализациям более тысячи лет. Древние, что строили их, были куда умнее нынешних обитателей. Они создавали вещи, до которых сейчас просто не додуматься.

Он бросил короткий взгляд на сто третьего и продолжил:

— Здесь находится механизм управления сливным шлюзом одиннадцатого коллектора.

— Из всей фразы я понял только слово «одиннадцатого», — честно признался сто третий.

— Верю. Проще один раз показать, чем пытаться объяснить, — сказал бездомный. Он подошёл к выступающей из стены железной палке и потянул за неё.

Послышался скрежет. Глухой, глубокий, как будто ворочался огромный металлический заслон.

— Да… — усмехнулся он, — давненько никто этим не пользовался.

Звук длился несколько секунд, после чего бездомный отпустил рычаг и дождался, пока шум утихнет. Затем он вернул металлическую палку в исходное положение. Раздался повторный скрежет, тише и короче.

— Вот и всё, — сказал он, выходя обратно в туннель. Несколько движений, и стена снова стала цельной, как будто ничего и не было.

— Что «всё»? — не понял сто третий.

— Всё. Яма очищена.

Парень едва не усомнился в здравомыслии своего собеседника. «Старик тронулся. Такое не объяснишь…» — подумал он, но всё же решил проверить. Подошёл к яме, заглянул внутрь и замер.

Пусто. Абсолютно. Только вонь и потёки нечистот на стенах намекали на недавнюю вонючую катастрофу.

— Что это?.. Как ты… Вы это сделали?

— Возможно, однажды расскажу, — отозвался бездомный. — Но не сейчас. Сейчас у тебя тренировка.

Он вернулся к своему привычному месту, сел, опершись о стену, и жестом подозвал сто третьего.

— Сколько ты уже учишься?

— Почти четыре месяца.

— Значит, через восемь экзамен, — задумчиво произнёс наставник. — Четыре месяца. И такие жалкие результаты... Чему же вас там учат?

— Как к вам обращаться? — решился спросить сто третий, пытаясь выстроить хоть какое-то подобие уважительного диалога.

— Как хочешь, — равнодушно отмахнулся тот. — У меня давно нет имени.

— Мой номер — сто третий, — представился он, а потом, сделав вдох, добавил: — Мастер... я не сомневаюсь в ваших способностях. Но... даже если вы лучший наставник в мире, за восемь месяцев подготовиться к экзамену невозможно. В лучшем случае через год. В худшем… у меня есть два года и восемь месяцев. Не больше.

Он не преувеличивал. Экзамен проводился в формате поединка с одним из наставников. Пусть они и не сражались всерьёз, пройти его было невероятно трудно. Оценивающие подходили к ученикам предвзято. Сомнений быть не могло.

Система обучения в школе была жёсткой. После зачисления каждый ученик терял имя и получал номер. Спустя год он мог попытаться сдать экзамен. Если не чувствовал себя готовым, имел право перенести его на год. Но попыток было всего две.

Три года. Две попытки. Не сдал — прощай. И клеймо.

— Ты будешь готов через полгода, — отрезал наставник. Голос звучал не как предположение, а как приговор. — У тебя больше нет обратного пути.

И тут он улыбнулся. Жуткая, хищная, не предвещающая ничего хорошего улыбка. Сто третий невольно отступил на шаг назад.

— Начнём настоящее обучение, — проговорил наставник. — С самых азов.

С этого момента жизнь сто третьего разделилась на «до» и «после». Всё его дневное время уходило на пребывание у ямы. Он покидал её только ради приёма пищи и чтобы собрать припасы для своего нового учителя.

Сто третий до конца не понимал, кем был этот человек. Но то, что некогда он был настоящим мастером, сомнений не вызывало. Его тренировки были чудовищны. Упражнения — истощающие. Часто он возвращался в школу практически в беспамятстве, едва держась на ногах.

Уже через неделю он начал жалеть, что согласился. Но… слишком поздно. Путь выбран. Отказаться — значит всё потерять.

Школьные занятия он теперь полностью игнорировал. Но никого это не удивляло. Все знали, какая судьба ждёт чистильщиков ям. Никто больше не ждал от него успехов.

Наставник, как и обещал, начал с самого начала. Более того, потребовал забыть всё, чему его учили раньше. Полностью.

Недели шли одна за другой. Сто третий заново учился держать копьё. Учился стоять, дышать, двигаться. Он узнавал, как контролировать тело, как сохранять энергию, как дышать так, чтобы усталость откатывалась. В школе о таком вообще не говорили.

Он проходил силовые упражнения, растяжки, укреплял корпус и учился чувствовать копьё как продолжение руки. И к назначенному сроку его движения стали точными. Уверенными. Каждое выверено. Каждое выстрадано.

— Азы изучены, — произнёс наставник после очередной тренировки. — Теперь ты готов к настоящему обучению.

В этот момент что-то дрогнуло.

Темнота мигнула, и я понял, что снова сижу на заднем сиденье автомобиля. Осознать это помогло уведомление от Системы.

Внимание! Навык «ученик копья [ранг F]» улучшен до 2 уровня.

Внимание! Навык «ученик копья [ранг F]» улучшен до 3 уровня.

Текущее количество: 40/140 СЕ. Уровень: 6 (53/70 СЕ).