О, это довольно сложный вопрос. Страна очень быстро меняется и процессы, которые были устроены одним образом года два назад, сейчас выглядят совершенно по-другому. Поэтому я постараюсь рассказать о том, что остаётся неизменным.

По моему опыту, как и десятилетия назад, в Королевстве огромное значение по-прежнему имеют связи и личное отношение. Нет, это не про «сунуть пачку купюр» важному лицу. Это про то, насколько вы умеете выстраивать долгосрочные связи с людьми, которые много лет спустя могут вспомнить вас как хорошего человека и доверить вам совместное дело.

Вот моя история.

Я познакомилась с человеком из Саудовской Аравии в 2017 году, когда моя российская начальница пригласила своего бывшего коллегу прилететь к нам в бизнес-школу СКОЛКОВО для обмена опытом. В несусветную рань — восемь утра (а значит, надо проснуться максимум в шесть, чтобы успеть собраться и доехать до офиса) — доброжелательный американец средних лет уже сидел в кафе на кампусе и увлечённо рассказывал нам про исследования своей команды. Но меня и других коллег интересовали и другие вопросы. Дождавшись перерыва, мы атаковали нашего гостя: «Как, у вас и женщины тоже работают? А правда, что там человека даже казнить могут? Как, и ваша дочка живёт с вами? А что она делает после школы?»

Через какое-то время, устав отвечать на этот неиссякаемый поток вопросов, Брендон (назовём нашего американца так) со смехом сказал: «Приедете к нам в гости на семинар — сами всё увидите!» Тогда я была уверена, что это обычная американская вежливость.

А несколько месяцев спустя, когда мы уже дописали совместное исследование, мне вдруг пришло «письмо счастья» — приглашение на семинар в Эр-Рияд через две недели. И, видимо, звёзды для меня сложились в этот день самым счастливым образом, потому что другие приглашённые из нашей команды никак не могли его принять — моя начальница как раз этим вечером улетала в длительную командировку, а моя старшая коллега через неделю должна была уйти в декретный отпуск. Поэтому-то презентовать наше исследование на семинаре назначили меня.

Через две недели я стояла на выходе из международного аэропорта имени короля Халида в Эр-Рияде, ёжась от неожиданной вечерней прохлады. Был конец октября, и, если бы я посмотрела на термометр, то очень удивилась бы, узнав, что он показывает всего 18 градусов. Но я в свои 22 года нечасто смотрела на прогноз погоды — ведь всем известно, что в Саудовской Аравии круглый год жарко и пальмы!

Скажу честно, мне было очень страшно. В то время в русскоязычном Интернете о Королевстве было крайне мало информации (да, ещё меньше, чем сейчас — можете это представить?), и я знала только разве что о похищении людей в сексуальное рабство и для трансплантации органов. Ещё я знала, что в этой стране до сих пор силён клановый строй и есть множество верблюдов. Так я и представляла себе эту картину: аэропорт посреди пустыни, а мимо снуют караваны, подбирающие и перевозящие прибывших к нужному пристанищу из разноцветных шатров. Поэтому я была шокирована, когда выбралась из толчеи прибывших и увидела перед собой полноценную асфальтовую дорогу, по которой лавировали, издавая непрерывные гудки, десятки дорогих и дешёвых, безукоризненно чистых и изуродованных долгой жизнью автомобилей, микроавтобусов и шаттлов.

«Мадам Сергеева?» — меня вывел из задумчивости голос филиппинца в пиджаке и при галстуке. Он подхватил мой потрёпанный чемоданчик и повёл меня к БМВ, который прислал местный институт за каждым из участников семинара. Через 15 минут я уже была на кампусе института и, уставшая, просто повалилась в кровать.

Моё выступление прошло на «ура». Наше исследование вызвало большой интерес среди участников, и к концу дня я перезнакомилась почти со всеми присутствующими. Больше всего мне понравились презентации команды Брендона — того самого американца, который летом прилетал к нам в Москву. Его сотрудники занимались действительно важными темами, и качество их работы меня очень впечатлило. А ещё я поняла, что хотела бы поработать в их коллективе.

После окончания семинара я подошла к воодушевлённому Брендону, который был одним из организаторов, и, поблагодарив, без обиняков сказала: «Послушай, у тебя очень классные ребята. Я бы хотела поработать с ними. Возьмёшь меня к себе в команду?»

Он внимательно посмотрел на меня, а потом кивнул: «Давай попробуем». Через несколько дней, когда я вернулась в Москву, бюрократический процесс уже вовсю пошёл.

И это было бы похоже на прекрасную сказку — в которую ты, дорогой читатель, ни за что бы не поверил, если бы уже через несколько месяцев я жила в Эр-Рияде. Но этого не произошло. Через неделю саудовские кадровики вынесли вердикт: «Без диплома магистратуры мы вашу кандидатуру рассмотреть не можем. Было приятно иметь с вами дело, всего наилучшего, до свидания».