Глава 48. Дом

Алина

Через несколько дней мы возвращаемся в Москву. Отдохнувшие, загорелые и довольные. Остаток отпуска мы с Яном провели вместе как пара. Занимались сексом и спали в одной кровати. По утрам к нам приходил Миша и залезал посерединке.

В течение дня мы не проявляли друг к другу чувств на публике. Мне казалось, это бы выглядело так, как будто мы вместе, а мы не вместе на самом деле. У меня вообще нет подходящего слова, чтобы описать наши с Яном отношения. Курортный роман? Похоже на то. Да и перед сыном было неудобно обниматься. Вдруг бы он стал задавать вопросы? Хотя в том, что мы с Яном спим в одной кровати, сын ничего подозрительного не видел.

Наш самолет приземляется в Москве, Ян берет такси, и мы едем в мою с Мишей квартиру.

- А это мне что, завтра надо будет идти в садик? - разочарованно спрашивает меня сын.

Я с сожалением вздыхаю.

- Да, Миша. Тебе в садик, а нам с папой на работу.

- А давайте вы с папой не пойдете на работу, а я не пойду в садик, и мы все останемся дома? - восклицает с таким восторгом, словно ему в голову пришла гениальная мысль.

Даже таксист добродушно посмеивается.

- Это было бы идеально, но, к сожалению, так нельзя.

Целую Мишу в макушку, чтобы сильно не грустил.

На улице начинается дождь. Крупные капли шумно барабанят по окнам и автомобилю. Деревья гнутся под порывами ветра. Мы из лета приехали в осень, хотя на дворе только начало августа. Бррррр. От мыслей о холоде я покрываюсь гусиной кожей.

Пока мы с Мишей быстро бежим под крыльцо подъезда, чтобы не намокнуть, Ян достает из багажника такси наши чемоданы. Мы заходим в квартиру, и Миша радостно несется к своим игрушкам, по которым успел соскучиться.

- Пообедаешь с нами? - спрашиваю Яна, когда он заходит следом за мной на кухню.

- Да, с удовольствием, - улыбается.

Он подходит ко мне вплотную и вжимает в кухонный гарнитур.

- Что ты делаешь?

- Весь день мечтаю поцеловать тебя.

Он обнимает меня и накрывает мои губы. У меня нет сил оттолкнуть Яна. Да и желания тоже нет. Я обвиваю его шею и охотно отвечаю на поцелуй. На задворках сознания появляется страх, что в любой момент на кухню может ворваться Миша, но… Я все равно не могу оттолкнуть Яна.

Он оставляет мои губы и целует лицо. Делает это так жадно, как будто мы год не виделись. Потом переходит к шее.

- Алина… - выдыхает мое имя.

Он останавливается, поднимает свое лицо к моему и смотрит в глаза. Мы не дышим. Время остановилось, весь мир остановился. Я тону в нем. Я чувствую, как это происходит прямо сейчас.

Из оцепенения нас выводит топот детских ножек по коридору. Ян отскакивает о тменя ровно в тот момент, когда на кухню врывается Миша.

- Я хочу кушать! - восклицает.

- Да-да, сейчас приготовлю.

Я начинаю суетиться по кухне, открываю и закрываю шкафчики, холодильник. Еды, естественно, нет. Мы уезжали на две недели. Перед отъездом я специально готовила мало, чтобы ничего не осталось и не пропало за время нашего отсутствия. Я лезу в морозилку достать фарш, когда Ян берет меня за руку.

- Успокойся, сядь. Не надо ничего готовить. Я закажу доставку из ресторана.

- Я хочу картошку фри! - просит сын.

Он опережает меня. Я не успеваю возразить Яну. Перевожу взгляд на сына.

- Сколько можно ее есть? Отпуск закончился и вредная еда вместе с ним. - Снова смотрю на Яна. - Закажи ему, пожалуйста, борщ.

- И картошку фри, - добавляет Миша.

- Нет, сегодня без картошки фри. Ты вчера ее ел. И позавчера.

Миша недовольно дует губы, а я без сил падаю на стул. Ян достает из кармана телефон и тыкает по экрану.

- А ты что будешь? - спрашивает меня.

- Не знаю, - машу рукой. - Без разницы. Что закажешь, то и буду.

Через сорок минут в нашу дверь звонит курьер. Ян принимает от него несколько больших бумажных пакетов. Кухонный стол заполняется горячими блюдами и закусками. Мы обедаем в такой же прекрасной расслабленной атмосфере, как и все две недели на море. А ещё я очень благодарна Яну за то, что избавил меня от готовки. После отпуска и после долгого перелета меньше всего хочется стоять у плиты. А он столько еды заказал, что можно будет ничего не готовить ещё два дня.

Съев борщ и несколько кусочков шашлыка, Миша уходит к себе в комнату, а Ян помогает мне убирать со стола. Затем он становится к раковине и начинает мыть посуду руками. У меня нет посудомойки.

- Да ладно, оставь. Я попозже помою.

Ян игнорирует мои слова и продолжает намывать тарелки. Больше ничего ему не говоря, складываю контейнеры с едой в холодильник. Близится момент, когда Яну надо будет уехать к себе, и мы оба это чувствуем по нарастающей неловкости.

- Спасибо, что помог с посудой, - произношу, когда он домывает последнюю вилку.

Ян выключает воду, вытирает руки полотенцем и в дин большой шаг преодолевает расстояние между нами. Снова обнимает меня и прижимает к себе. Но не целует.

- А что ты делаешь завтра после работы?

Неожиданный вопрос.

- То же, что и всегда: забираю Мишу из садика и иду с ним домой.

- А тебе есть кого попросить посидеть с Мишей один вечер после садика?

Ещё удивительнее.

- Нет.

- Вообще?

- Вообще.

- А твоя подруга Настя?

Я вздыхаю.

- Ну, в теории она могла бы, наверное, но с ней надо договариваться сильно заранее, чтобы она и свои планы подстроила. А почему ты спрашиваешь?

- Я приглашаю тебя на свидание.

Я изумленно таращусь на Яна. Он сказал «свидание»? Я не ослышалась?

- Но сначала нам нужно куда-то пристроить Мишу на вечер, - продолжает. - Можем на один вечер нанять няню, если хочешь.

- Нет, няня на один вечер - это не очень хорошая идея. Миша не останется надолго с человеком, которого видит впервые.

- Тогда ты можешь попросить Настю?

Мне нужно решить, не готова ли я попросить Настю. Мне нужно решить, хочу ли я идти на свидание с Яном.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Алина, ты пойдешь со мной на свидание?

Я нерешительно молчу. А потом все же сдаюсь:

- Я попрошу Настю.