– Государственая измена? – Октав Дэбрэ сполз по стене. – Не может быть! Миристен слишком глуп, чтоб замыслить такое!

– И тем не менее, – ответил дон Данкайра. – Заговор, похищение магички, мечты о троне. Вы же читали протоколы. Сами маг, слепки видели. Старательный глупец может принести вреда больше, чем ленивый хитрец.

– Сын, – простонал Октав. – Единственный сын!

– У вас еще племянники есть, – напомнил дон Данкайра.

– Позвольте мне его увидеть.

Дон Данкайра развел руками.

– Рад бы, да не могу, его уже перевезли в Варнбад.

Дон Данкайра солгал.

Миристена не перевезли. Только собирались. Но черный маг же! Проклянет сынка и вместо обвиняемого будет у них куча разлагающеся плоти. А у них отчетность, у них процесс готовится, король на личном контроле дело держит. Не пустит он Дэбрэ к сыну.

Не пустит!

***

– Говорите, в этом районе? – глаза короля блестели, как у мальчишки, сбежавшего с уроков.

– Точно так. Очнулся пастушонок здесь у озера, вон старое кострище. Сталбыть, нам полдня в гору, – проводник указал на высоченные черные ели. – Примерно туда. Ущелье Ста Голосов.

– Почему Ста Голосов?

– Потому как будто кто-то на ухо шепчет всякое, а слов не разобрать. Плачет, стонет. Начинаешь вслушиваться, голову кружит и оземь брякаешься, а горы же! Провалы, пропасти, река там быстрая, снесет, побъет, а внизу водопад Волчий зуб. Перемолотит, как сноп, – проводник поежился.

– Ну, сюда подбросим группу, нет у меня времени на лошадях трястись. Камилло! Строй всех кучно, портом пойдем. Патрик! Готов?

– Готов, ваше величество, – огромный лысый здоровяк с черной бородой хрустнул пальцами.

Проводник сделал обережный знак.

Это что же творится-то на их тихой окраине? Нешто и правду король? Мужчина видный, спору нет, бабы в поселке глаза бы сломали, но одет уж больно скромно. Не по-королевски. Военная куртка серо-зеленая, штаны стеганые, ботинки шнурованные чуть ли не до колен на толстой подошве. Разве короли так одеваются?

Впрочем, не его дело. Его наняли, он ведет. А уж расскажет в трактире! Никто из поселка портами не ходил. И не видывали, и не трогали тех порталов. Боязно, но похвастаться страсть, как охота.

Проводник вздохнул и шагнул в радужную мерцающую пленку.

***

Тяжелая мохнатая тушка плюхнулась на колени. Аймар вздрогнул и открыл глаза, машинально запуская руки в теплую шерсть.

– Кто тут такой наглый? – спросил он белого кота с черным хвостом.

– Это Маркиз, – Зебио взмахнул полотенцем, на что кот и ухом не повел. – Феникс и Персик всю твою рыбу сожрали прямо с тарелки, пока ты прикемарил. Устал? Я тебе сейчас горяченького подам. А кофе бы на ночь не надо. Взвару дам фруктового. И до Малиновой улицы провожу.

– Я сам, – вяло возразил Аймар. Боль ввинчиваалсь в виски, била изнутри в глазные яблоки, колола иглами беззащитный мозг.

– Сам он, – проворчал Зебио. – Ты сколько сегодня рыл просмотрел?

– Двенадцать.

– А положено не больше восемь в день взрослому менталисту! Взрослому! Сожжешь рецепторы, – рассердился Зебио и поставил на стол плошку с медом. – Лопай. При истощении менталиков мед первое дело.

Аймар сладкое не любил, но зачерпнул ложкой густой золотистый мед. Маркиз презрительно фыркнул. Ничего голокожие в еде не понимают.

Аймар ел мед и думал, что его не зря сюда послали. Пойдут теперь аресты по всему Гедарефу и окрестностям. В Омеруру, Цехейме, Берсебе. Интереснее работы коронного дознавателя ничего на свете нет. Никто не знал аон теперь знает! Больше короля, больше начальника управления, больше старшего следователя.

Колючки внутри головы постепенно исчезали, боль утихала.

– И не спи, снова все стащат и сожрут, – Зебио поставил на стол дымящуюся тарелку жареной рыбы.

Поклеп на честнейшего кота! Маркиз негодующе мяукнул и хлестнул хвостом по бедру человеческого мальчишки. Зачем красть, если податели еды обязаны подносить ее мохнатому хозяину по первому требованию?

Он же пришел, честно грел и мурлыкал, снимая боль? Значит, давайте жрать!

***

Габриэль не запомнил, как вылетел из дворца. Кто-то к нему подходил, кажется, давешняя блондинка пыталась прижиматься выдающимися полушариями, выскакивающими из декольте. Он ее просто послал, грубо и незатейливо. Она что-то пыталась пищать, но он окутался темной аурой, и блондинка с вытаращенными глазами отступила. Внутри тяжелой волной ходил гнев, вязкий, густой, горячий. Хотелось убить кого-нибудь. Разорвать. Как бы не развеять дуру мелким пеплом! И вообще любого, кто сунется под горячую руку.

Габриэль не помнил, когда так злился. Королева просто посмеялась над ним! Он хотел поступить честно и пошел официальным путем. И его намерения осыпались обрывками на ковер у ног королевы.

Он почти бежал по мосту, миновал площадь, рынок, набережную. Пришел в себя, совершенно запыхавшись и выбившись из сил. Куда его занесло?

Он неважно знал столицу, бывать ему в ней редко приходилось, учился он в Аминуэйсе и Омеруру, а детали и узлы прекрасно доставлялись почтовыми порталами, ему и не нужды не было появляться тут. И еще сто лет не приедет! Габриэль пнул камень, составлявший часть бордюра у какого-то дома.

Двухэтажные домики с острыми крышами, со стрельчатыми окнами. Табличка на ограде дома подсказала, что находится он на Горчичной улице. Так он добежал почти до академии! Ничего себе!

Габриэль вытер платком вспотевшее лицо.

На углу Горчичной и Песчаной стоял полицейский и нехорошо к нему приглядывался.

Габриэль направился прямиком к нему.

– Скажите, любезный, где здесь лучший ювелир? – серебряной рыбкой мелькнул далер.

– Лучшие на улице Мод. Там известные магазины. – обстоятельно ответил служитель закона. – Но если вам действительно нужен толковый мастер, то на Пшеничной есть мастерская. Вверх по улице и на правой стороне третий дом. Он поставляет камни в артефакторый центр архимага Ямбира, не прогадаете.

Раз его вынуждают поступать нечестно, он так и поступит!

На миг ему стало жарко и стыдно. Пылать страстью, прижимая девушку к раскройному столу… не сдержался. Сам бы себе оплеух надавал. Повел себя, как дикарь. Как животное. Но его просто сорвало, когда он услышал это томное «Фабиан». Он столько времени искал эту девушку! А она была рядом…

Малакаль остановился и огляделся. Так, вот вывеска. Надо отдышаться и пригладить волосы, а то люди подумают, что он пришел грабить магазин.

Сначала он извинится, потом предложит выйти за него замуж и подарит Ирме кольцо. И завтра же они пойдут в храм. Пусть королева кусает локти, сделать уже будет ничего нельзя! В Кэллавейне очень не одобряют разводов, и на каждый случай необходимо разрешение, которое довольно трудно получить.

Нет, сначала он спросит, от кого она носит ребенка. Не от него же, в самом деле! Он должен знать, кто еще претендует на Ирму. Он его в порошок сотрет! Потому что Ирму он никому не отдаст. Она его и должна быть с ним. Он и так слишком долго разбирался в себе. Больше он не допустит ни малейшего промедления. Хватит бегать от него!

Габриэль остановился у крыльца ювелира и потер лоб. А если Ирма не хочет за него замуж? Вообще-то девушки обычно очень хотят замуж, но его первая невеста сбежала, а он выгорел… хоть целитель и наплел ему тогда с три короба. Про партнершу, про идеальную совместимость…

Габриэль выпучил глаза, уставившись в витрину и совершенно не видя, что в ней выставлено. Девушка-то была девственницей! В этом нет никаких сомнений. А если целитель не соврал…

Габриэля обдало горячей волной. Он же это учил! Парные магические взаимодействия и единственный редчайший случай, когда восстанавливается энергетическая сетка и рубцуется маноядро. Исключение из правила! И последствием такого взаимодействия является отказ всех противозачаточных амулетов и заклинаний! Выжигаются при резонансном слиянии из-за огромного количества энергии. Она как-то завихряется и умножает сама себя, он в это никогда не углублялся, считая ненужным забивать голову.

Даже стишок какой-то смешной был по этому поводу… он его читал на полях учебника геометрии тонких потоков. Сам учебник читал по диагонали, а стишок помнит! Болван! «Будь внимателен, студент, есть опасный элемент. Восстанавливая силы, если стал ты очень хилым, лег в постельку ты с подругой, а поднимешься супругом. Резонанс вас исцелит и ребенком наградит!». Что-то в этом роде там и было нацарапано.

Значит, Ирма беременна… от него? Габриэль ощутил сильнейшее удивление.

– Дон! – раздался возмущенный голос. – Что вы мечетесь перед моим крыльцом, как огнеройка на привязи?! Покупатели боятся зайти в лавку!

Габриэль повернулся.

В дверях мастерской стоял сухонький старичок и гневно сверкал глазами.

– Убирайтесь немедленно!

– Простите мастер, – кротко ответил Габриэль. – Я жениться собрался и…

Старичок моментально сменил гнев на милость. Закивал понимающе:

– И вас гнетут вполне понятные сомнения?

– Никаких сомнений! – Жарко возразил Габриэль. – Мне нужно самое красивое и дорогое кольцо из всех, что у вас имеются!

– О-о-о! Заходите, дон, заходите! У меня огромный выбор! Она не сможет устоять!

– Это мне и требуется, – пробормотал Малакаль и решительно прошел внутрь магазина.

***

– Пятые сутки пошли, – нукер[1] почтительно склонил голову.

– Знаю, – нетерпеливо отозвался Керим, отхлебывая из золотой чаши вина. Невольница гладила ему ноги, перед ним дымилось блюдо плова. Ну мало ли какие причины были у дяди задержаться?

Как бы он не появился из каменного окна с захваченной в плен королевой Кэллавейна! Дядя может. Нет предела его интригам и планам.

Дядя будет лучшим правителем Катабии, чем его кривоногий отец. Керим даже подозревал, что дядя на самом деле ему не дядя, но не спросишь же мать о таком! Все равно правды не скажет. А он и похож, и характер у него такой же. Он рано понял, что слабее остальных мальчиков, и дядя посоветовал ему напрягать голову. Нет, не вовсе забрасывать физические занятия, но полагаться на ум и хитрость.

Дядя всегда его отличал, хвалил и натаскивал. Правда, Альшама он тоже ценил. За торговую хватку и умение договориться с кем угодно. Хоть с ученым магистром, хоть с диким кочевником, хоть с самым голодным восьмилапом. Но Альшама больше нет, и это хорошо. Когда дядя спихнет с трона отца, Керим станет главным визирем. Пусть дядя усмиряет бунты и волнения. А когда его власть укрепится, лет через пять, и настанет время для него.

Альшам не смог, а он смог выскользнуть из передряги невредимым. Потому что покинул отряд раньше, чем началась заварушка. Он хитрый, он знал, что воины, оставленные в ущелье Трех Братьев – смертники, и бросил там тех, кто вызвал его недовольство. Сам же с пятеркой доверенных нукеров скрылся в горах, где в условленном месте ждал его дядя Фандир.

Керим недовольно посмотрел вверх, на скальный пик, нависший над небольшой луговиной, где они встали лагерем. Горы ему не нравились. Никуда не пройдешь прямо, нужно заложить восемь петель, идти полдня, чтоб оказаться на десяток метров выше того места, откуда пустился в путь. Но здесь древние маги создали невидимые двери, зная секрет которых, можно шагнуть сразу на многие лиги, оказаться на другом краю земли.

Керим и ждал дядю у такой двери. Портальная арка, называл это забитый раб-маг. У-у-у! Зачем Альшам его с собой потащил! Мог и без него обойтись! Раб отлично держал купол от насекомых и не давал упасть на него ни одной дождинке. Раб сказал, что это очень, очень редкие места, где арки сохранились и продолжают работать. Повторить никто не может, даже коллегия архимагов, а древние так путешествовали, без скарба и охраны. Шагнул, и ты в другом городе, зачем тебе сундуки и вьючные животные?

Дядя сказал, что привезет ценного пленника королевской крови и Кэллавейн пойдет на уступки с проходом к заливу и залежам электрума в провинции Барбанус. Это же просто несправедливо, что все им! И море с синими жемчужницами, и ценный магический минерал марилий, золото, серебро и драгоценные камни, рассеянные по земле, будто Премудрый забыл зашить прохудившуюся суму!

Пусть вернут, что забрали по Шалубскому договору. Шахты с марилием, Чародейный лес, крепость Луангва и город Опуса, территория вплоть до Варнбадских источников – все принадлежало Катабии каких-то двести лет назад. Вейнцы начали войну и захватили чужое, так написано в книгах. Правда, Керим любовью к чтению не отличался и считал, что бумага все стерпит. Какая разница, кто начал? Главное, чтобы все снова досталось им.

Хитроумный дядя красиво и убедительно обоснует любой поход и любую войну. Дураки пойдут сражаться за справедливость, а умные – за ресурсами.

Жаль, что он не маг. На вид арка просто ровный кусок скалы, даже стесанный не особенно ровно. Древние закорючки, выбитые в камне, маг говорил не трогать, это адрес. Не зная точных рун, можно случайно активировать их и оказаться на дне моря или в жерле вулкана.

Дядя дорого купил секрет и должен придти со своей стороны. Правда, Керим был уверен, что дядя не купил, а поймал мага, долго пытал его, и так получил запретное знание. Ждать его нужно было шесть суток. Пошли пятые. Что же, он подождет. Керим уже подумывал, не приказать ли невольнице пойти в шатер и ждать его на ложе, как старые камни засветились.

– Дя… – Керим приветливо улыбнулся, и улыбка еще не исчезла с его лица. Только в проем шагнул не дядя.

– Наше вам! – весело сказал черноволосый зеленоглазый мужчина в охотничьей куртке.

– Ваше величество! – невольница кинулась к нему и обняла за бедра. – Какое счастье! Меня и еще двух девушек захватили в Гамбеле, и везут в Катабию!

– С работорговцами у нас разговор короткий. Не плачь, милая. Разберемся.

Наглая тварь! Керим потерял дар речи. Он же берег ее! Подумаешь, несколько раз высек, но это воспитание, чтоб знала свое место. Да он вообще, кроме особо доверенного нукера, ее никому не давал! Ну, пару раз только растянул втроем. Как можно обходиться без женщины? Он к такому не привык! Неблагодарная! Тем двум девкам пришлось обслуживать всех остальных солдат, никто не собирался тащить их в Катаб, у них там свои гаремы есть! Лгунья! Клеветница!

Однако, помимо языка, у него руки и ноги тоже отказались шевелиться.

А подлая дрянь уже рассказывала, кто они, и зачем тут, и кого ждут. Надо было сразу отрезать ей язык! Никто особо не разводил секретов, девки предназначались на убой, и сколько же она успела подслушать! Кто теперь поверит, что они мирные торговцы?

Даэнир довольно потер руки.

– Камилло, у нас сегодня отличный улов!

– Так точно, – отозвался Камилло, доставая связку наручников.

– Откуда, Камилло? Ты что же, знал заранее?

– Запас карман не тянет, ваше величество, удобнее же, чем веревка, это дичь кусачая, ее надо паковать правильно. – Меланхолично пояснил Камилло, заковывая наручники на неподвижно застывших нукерах.

– Отомри, – скомандовал Даэнир, а пленники задергались и заорали. Кое-кто и сопротивление пытался оказать. Их уже успокаивал великан Патрик Бум, легонько встряхивая, как щенков, за шкирку.

[1] Нукер - дружинник, воин на службе у вельможи, из особо приближенных, исполняющий помимо воинской службы функции управленцев.