17: Урок баллистики

Ущелье Красных гор встретило нашу колонну плотной, холодной стеной тумана. Наша первая центурия двигалась в авангарде экспедиционного корпуса. Шаг легионеров был мерным, глухим, заглушаемым влажной глиной дороги. Никаких песен, никаких разговоров — только тяжелое дыхание сотен мужчин, скрип кожаных ремней портупей и негромкий стук копыт вьючных мулов.

Я шел на левом фланге первой шеренги, держа командный шест на плече. Моя новорожденная эфирная искра в груди ровно и спокойно вращалась, а серебряный торквес на шее приятно холодил кожу, гася любые паразитные колебания внешней среды. Мое «эфирное зрение» работало в фоновом режиме, сканируя окружающие скалы на предмет затаившихся дозоров Пепельных племен. Пока все было чисто — горы казались вымершими, хотя я понимал, что это затишье перед бурей.

Справа от меня, демонстративно игнорируя грязь под ногами, шла Валерия Децима.

Её дорожная тога из фиолетового шелка уже успела промокнуть на подоле, а изящные кожаные сандалии покрылись слоем желтой глины. Но она упрямо продолжала идти пешком, отказываясь садиться на грузовую телегу, куда по моему приказу перегрузили её вещи. Её лицо было бледным от усталости, но в серо-стальных глазах по-прежнему горел холодный огонь упрямства.

— Ты думаешь, что победил вчера, дикарь, — негромко, так, чтобы слышал только я, заговорила она, не поворачивая головы. — Ты думаешь, что твои крестьянские сказки про «заземление» делают тебя умнее магов Академии. Но ты всего лишь мелкая сошка. Настоящая сила Эфира недоступна твоему ничтожному разуму.

Я бросил на неё короткий взгляд. В эфирном спектре вокруг её жезла, который она упрямо сжимала в правой руке, непрерывно клубилось фиолетовое марево. Она тратила колоссальное количество энергии просто на то, чтобы поддерживать свой жезл в «боевой готовности». Это было глупо и неэффективно — словно водитель на Земле постоянно держал бы ногу на педали газа при затянутом стояночном тормозе.

— Госпожа Децима, — спокойно отозвался я. — Настоящая сила — это не то, сколько энергии вы можете выпустить в воздух в виде красивых фиолетовых искр. Сила — это то, какой процент этой энергии достигает цели и совершает полезную работу. С точки зрения физики, ваша боевая магия — это катастрофический пример неэффективности.

Валерия резко остановилась. Легионеры в строю позади нас слаженно обошли её, даже не повернув голов — мои тренировки приучили их держать строй и темп при любых обстоятельствах.

— Что ты сказал? — её голос задрожал от гнева. — Моя магия неэффективна?! Я — фульгуратрикс! Моя молния может расколоть вековой дуб или испепелить десяток твоих солдат за долю секунды!

— Дуб не умеет маневрировать, госпожа Децима, а мои солдаты умеют строить «черепаху», — я тоже остановился, повернувшись к ней лицом и оперевшись на свой офицерский шест. — Давайте разберем ваш вчерашний удар по шаману в ущелье. Вы выпустили направленный электростатический разряд мощностью около пятидесяти мегаджоулей. Красивое зрелище. Гром, молнии, запах озона. Но каков был реальный результат?

— Шаман отступил! — бросила она.

— Именно. Он отступил, отделавшись легким испугом и потерей нескольких костяных гончих, — я покачал головой. — А вы потратили половину своего суточного эфирного резерва. Почему? Потому что вы не знаете законов баллистики и сопротивления сред.

Я указал концом своего шеста на плотный туман, висевший между скалами.

— Воздух — это не пустота, госпожа Децима. Это газовая смесь, обладающая определенной плотностью, влажностью и диэлектрической проницаемостью. Когда вы выпускаете свою молнию, она движется не по прямой линии. Она ищет путь наименьшего электрического сопротивления. В условиях высокой влажности и тумана этот путь становится хаотичным. Ваша молния ветвится, распадается на десятки мелких разрядов, которые уходят в скалы, в сырую землю и просто рассеиваются в воздухе в виде тепла и светового шума.

Я сделал шаг ближе к ней, глядя на её жезл.

— Вы тратите до восьмидесяти процентов своей энергии на преодоление сопротивления воздуха и ионизацию пространства вдоль траектории. Ваша баллистика ужасна. Ваша молния — это не стрела, это неуправляемый веник.

Валерия смотрела на меня, её губы слегка приоткрылись от изумления. Формулировки вроде «диэлектрическая проницаемость» и «сопротивление сред» явно взламывали её картину мира, но её природный ум, который, надо отдать ей должное, был весьма острым, жадно цеплялся за логику моих слов.

— Но… но как иначе? — растерянно спросила она, и в её голосе впервые не было прежней злости. — Молния всегда ветвится. Это её божественная природа. Нельзя заставить силу Неба лететь по прямой линии, как стрела из баллисты.

— Можно, — коротко ответил я. — Если использовать закон сохранения энергии и создать для нее искусственный волновод. Проводник с меньшим сопротивлением, чем окружающий воздух.

— Проводник? Но из чего? — нахмурилась она. — Мы не можем протянуть медную проволоку до врага среди боя!

— Медная проволока не нужна, госпожа Децима. Нам нужен ионизированный канал. Струя электролита, — я указал на её флягу с поской, висевшую на поясе. — Кислый винный уксус, разбавленный водой — это отличный электролит. В нем содержится огромное количество свободных ионов водорода (H+) и ацетат-ионов (CH3COO−).

Я взял свой офицерский шест обеими руками, демонстрируя тактическую схему.

— Если вы создадите тонкую, направленную струю этой жидкости под давлением в сторону цели, а затем пропустите свой электрический разряд прямо по этой струе… Что произойдет?

Валерия замерла, её глаза расширились. Её великолепный аналитический мозг эфирника мгновенно просчитал физику процесса.

— Электрический ток… — прошептала она, — пойдет по водному следу… потому что его сопротивление в тысячи раз меньше, чем у тумана.

— Именно, — кивнул я. — Закон Ома в действии. Вся энергия вашего разряда, без малейших паразитных потерь на ветвление и нагрев воздуха, ударит точно в цель. Вместо широкого, бесполезного веера искр вы получите тонкий, как игла, плазменный ланцет колоссальной пробивной силы. И для этого вам понадобится не половина вашего резерва, а всего три-четыре процента. Закон сохранения энергии: мы уменьшаем массу носителя, увеличивая его плотность и скорость.

Я повернулся, собираясь продолжить марш.

— Подумайте об этом, госпожа Децима. Боевой маг — это не тот, кто громче всех кричит и ярче всех светится. Боевой маг — это высокоточный инструмент. А инструмент должен быть эффективным.

— Подожди! — Валерия сделала быстрый шаг вперед, хватая меня за рукав кольчуги.

Её пальцы слегка дрожали, а фиолетовое марево вокруг её жезла практически исчезло — она наконец-то догадалась отключить свой бесполезный «боевой режим» и перевести энергию в режим энергосбережения.

— Откуда… откуда ты знаешь все эти законы? — её голос звучал тихо, почти умоляюще. — Этого не учат в Академии. Хранители формул говорят о «настроении Эфира» и «воле богов». Но то, что говоришь ты… это работает как песочные часы. Кто ты такой на самом деле, Луций? Ты не можешь быть простым лигурийским крестьянином.

Я мягко освободил свой рукав из её пальцев.

— Я тот, кто хочет выжить в этой бойне и вернуть своих солдат домой, госпожа Децима, — спокойно ответил я, глядя на уходящую вперед колонну. — А для этого мне нужно, чтобы мой боевой маг умел стрелять точно в цель, а не греть воздух за счет Империи. В строй, госпожа. Нам нужно держать темп.

Я зашагал вперед, быстро догоняя свою центурию.

Валерия шла чуть позади меня. Она молчала, но её взгляд, устремленный в мою спину, изменился окончательно. В нем больше не было высокомерия или злости. В нем появилось глубокое, почтительное любопытство ученика, который внезапно обнаружил, что мир устроен гораздо сложнее и красивее, чем его учили всю жизнь. Наш урок баллистики подошел к концу, и я был уверен, что следующее её заклинание будет гораздо более смертоносным для наших врагов.