Из «Развоображаемых приключений старины мистера Ключиса, № 1012»

«Вроде как призрак Луны Мун»

Ключис о друзьях, врагах и страхах вам расскажет

И чудовище чудовищно накажет.

Тайны Луны будут вовремя раскрыты,

Горести и беды будут позабыты.

Развоображаемые призваны из небытия,

И теперь они – Лунина семья!

– Он… он точно ушёл? – спросила Луна, так крепко прижимая к себе Санни, что тот едва мог дышать. Скелет Ключис распахнул дверь в жутькоридор – там не было ни мистера Маларки, ни чудовищ, ни одержимых портретов. На самом деле с лестничной клетки просачивался утренний свет, отчего коридор выглядел совсем не так устрашающе.

– Ушел, – подтвердил Скелет Ключис. Он взглянул на свои руки, которые мгновение назад были костлявыми куриными крылышками. – И его чары ушли вместе с ним.

– Ага, похоже, – Дейзи указала на банку с супом, валявшуюся на полу.

Банка гремела, перекатывалась, а затем – ПОП! – вспышка света, и консервная банка исчезла, а на её месте возник оторопевший дядя Меривезер.

– О чём я говорил? – пробормотал дядя Меривезер, потирая брюшко. – Что-то о пироге…

– Дядя Меривезер! – обрадовалась Луна, бросаясь в его объятия.

– Хо-хо, я тоже рад тебя видеть, солнечный лучик! – засмеялся дядя Меривезер, а там и Санни присоединился к обнимашкам. – А знаете, у меня во рту стоит престранный вкус, – прибавил он, пошлёпав губами. – Вкус… супа.

– Я потом всё объясню, – сказала Луна, и глаза её наполнились слезами счастья. Руки у неё дрожали от облегчения, и она крепко-крепко обхватила Санни и дядю Меривезера.

– Давайте же согреемся обнимашками! Кто-то напустил холоду… – произнёс знакомый голос. Луна обернулась и увидела в конце коридора спешащую к ним маму, а за ней и папу, и тётю Саммер. Как только мистера Маларки постигла его чудовищная судьба, к ним вернулся их человеческий облик.

– М-мама? Папа? – воскликнула Луна, по щекам её катились слёзы счастья. – Тётя Саммер!

Луна умудрилась броситься бегом по коридору, не выпуская Санни и дядю Меривезера. Они встретились на полпути в таком тёплом групповом объятии, какого Скелет Ключис и Дейзи ещё не видели.

– Фу, – бросила Дейзи. – Лучше отошлите меня в Мир, Где Все Абсолютно Чудовища, не хочу видеть никаких больше обнимашек.

– Это можно устроить, – хохотнул Скелет Ключис.

– Как думаешь, Мрачнодевица расскажет своей семейке, что они развоображаемые? – поинтересовалась Дейзи.

– Я ожидаю, что рано или поздно речь об этом зайдёт… а времени у них много, – сказал Скелет Ключис. Долгое мгновение двое развоображаемых смотрели, как Луна обнимает свою новую семью, по лицу девочки текли слёзы счастья, смех летел по жутькоридору. – Хотя сомневаюсь, что от этого они станут реже обниматься, – прибавил скелет.

– В таком случае, давай убираться отсюда, – предложила Дейзи, не сводившая глаз с семьи. Скелет Ключис почесал затылок и сделал что-то вроде глубокого вдоха.

– Улыбательная мысль, – откликнулся он. Затем сунул свой ключевой палец в замочную скважину… и остановился. – Дейзи, наверное, так подействовали все эти разговоры о семье и дружбе, но я хочу, чтобы ты знала: я бесконечно признателен за твою помощь – и за твою дружбу – какая уж она есть.

– Во-первых, мы не друзья, я твоя напарница, – поправила его Дейзи. – Во-вторых, у тебя костяной лоб и куриные мозги, и без меня ты не протянешь и дня. – Кривая усмешка осветила её лицо – на одно лишь мгновение. – Так что, пожалуй, нам лучше держаться друг друга… тебе и мне.

– Не могу не согласиться, – ответил Скелет Ключис с застывшей на лице зубастой улыбкой. И с этими словами он повернул палец – ЩЁЛК-ЧПОК. – Тогда вперёд! – возгласил он, открывая дверь. – Вперёд, к следующему приключению!

Ну вот и всё, нехочухи-хитрюхи! Взаправду невероятная, невероятно правдивая история вроде как призраков Луны Мун. Разве я не говорил, что это диво динь-дивное? Семьи и друзья, как и развоображаемые, похоже, бывают всех форм и размеров. И давайте не будем относиться к ним как к чему-то само собой разумеющемуся, а то, глядишь, не превратились бы они в жестянку супа.

Ну а Старина Ключис не почивает на лаврах – я уже чувствую тик в своих косточках. Кто знает, куда он меня приведёт? Быть может, меня ждёт история до того невероятная, что она, невероятным образом, просто должна быть правдивой. Ибо, как уже говорилось, и тут ничего не попишешь, престранные вещи происходят, когда воображение не знает уёма…

До следующего раза, до следующей истории, прощайте!

Готовый услужить вам своими историями,

– С.К.