Из «Важных размышлений мистера С. Ключиса»,

том 1: «Ключ от Времени».

Первое Правило Путешествий во Времени

(Включающее Правила Путешествий во Времени № 2—11)

НИКОГДА НЕ СТАЛКИВАЙСЯ СО СВОИМ ПРОШЛЫМ

– Я так и знала! – вскричала Дейзи, проталкиваясь мимо Луны. Она запрыгала на месте, пытаясь выглянуть в окно, и всё же увидела, как прошлая Луна ахнула, обернувшись и увидев вокруг себя пятерых развоображаемых ВД. – Вот почему я смогла найти только две кровати в этом жутком доме! У этой маленькой лгуньи и семьи-то нет – она развообразила их.

– Я не лгунья! – огрызнулась Луна. – Вы спрашивали меня, есть ли у меня развоображаемые друзья, а про развоображаемую семью не спрашивали!

– Слякоть и ненастье, целое семейство развоображаемых, – в задумчивости проговорил Скелет Ключис. – Мать, отец, тётя, дядя и братишка – прямиком из твоего воображения и настоящие, как шляпы! Я знал, что в Хаггард-Холле есть развоображаемый, но пятеро, и все развоображены разом? Неудивительно, что тик так растряс меня…

– Так, давай-ка напрямик, – сказала Дейзи, с подозрением уставившись на Луну. – До сегодняшнего дня, пока ты не вообразила себе маму, и папу, и того несносного мелкого, и остальных, в этом мерзком старом доме болтались только ты и старикан?

– Дедушка вырастил меня, – призналась Луна, глядя, как её прошлая «я» обнимает по очереди каждого члена своей «семьи». – Но он никогда не был ласков со мной, вот я и вообразила, что есть люди, которые были добры. Я придумала себе семью. Они были добрые, и заботливые, и внимательные, и они никогда не прогоняли меня и не велели убираться вон и оставить их в покое… ох, и ещё они ненавидели дедушку. Только они были ненастоящие. Пока…

– Пока ты не развообразила их сегодня днём, после похорон твоего дедушки, – мягко произнёс Скелет Ключис. – Бедненький росточек – тебе, должно быть, было ужасно одиноко.

– Ты упускаешь главное, Скелетон, – прорычала Дейзи, напирая на Луну. – Почему эта понурая Полли не сказала нам, что всё её семейство – плод её воображения? Почему они ничего не сказали? Кучка пронырливых, тратящих чужое время…

– Они не знали! – выпалила Луна. – Мне кажется, они догадываются, что я придумала их…

– О да, переход от воображаемого к развоображаемому, бывает, сбивает с панталыку. ВД вполне может вообразить, будто он всегда был настоящим, – пояснил Скелет Ключис.

– Я собиралась сказать им, но я не хотела, чтобы они подумали, будто они не настоящая моя семья, – проговорила Луна, глядя в окно на свою прошлую «я». – Я хотела, чтобы они были настоящими.

– Пока настоящими, хочешь сказать, – презрительно припечатала Дейзи. – Большинство из них не протянет до утра…

– Дейзи! – возмутился Скелет Ключис.

– Постойте, вот… вот же оно! – воскликнула Луна. – Папа, тётя Саммер, дядя Меривезер… я могу изменить то, что произошло… я помешаю им станцевать на могиле дедушки! Тогда дедушка не вернётся призраком и не станет преследовать нас!

– Но как ты не понимаешь, росточек-с-ноготочек? Это доказывает, что нет никакого призрака, – вмешался Скелет Ключис. – Благодаря твоему неуёмному воображению Хаггард-Холл полным-полнёхонек развоображаемыми. Один из них и должен быть в ответе за этого якобы призрака! Кто-то играет с тобой коварную и злосердую шутку…

– Нет! Нет, это дедушка! – закричала Луна, рванув к дверям часовни. – Я остановлю его – я предотвращу всё это!

– Стой! – воскликнул Скелет Ключис, подскочив к дверям часовни и раскинув руки. – Луна, тебе нельзя встречаться с твоей прошлой «я»! «Никогда не сталкивайся со своим прошлым» – вот первое правило путешествий во времени! И правила со второго по одиннадцатое, если уж на то пошло. Мне не хватит квалификации собрать воедино разбившуюся вселенную!

– Выпустите меня! – кричала Луна. – Вы ошибаетесь! Дедушка вернулся!

– Луна, прости… но я не могу, – сказал Скелет Ключис. Затем он сунул Ключ от Времени в замочную скважину и повернул.

ЩЁЛК.

ЧПОК.

– Нет! – закричала Луна. Она оттолкнула прочь Скелета Ключиса и распахнула дверь. Семейство Луны и её прошлое «я» исчезли. Вместо них она увидела ночное небо, усыпанное звёздами, и падающий снег.

Одним поворотом ключа скелет вернул их в настоящее.

– Зачем вы это сделали? – бросила Луна, выбегая на мороз. Она потащилась сквозь сугробы к надгробию. – Я могла спасти их!

Скелет Ключис вышел за ней в темноту.

– Луна, твой дедушка не повинен в происходящем, – начал он. – Твой дедушка…

– Не говорите этого! Не говорите, что он умер! – завопила Луна. – Не может быть! Не может быть, что его больше нет…

– А тебе не плевать, что старикан дал дуба? – фыркнула Дейзи. – Я думала, ты ненавидишь его.

– Кроме него, у меня никого не было! – воскликнула Луна. Она снова бухнулась на колени. Осознание пришло к ней холодной волной грусти – несмотря на чёрствость старика, несмотря на все его жестокие слова и поступки, он воспитывал её и берёг. Он был её семьёй… а она его. Она что угодно сделала бы, лишь бы вернуть его.

– Мне очень жаль, росточек, – мягко проговорил Скелет Ключис.

Луна посмотрела на звёздное небо.

– Дедушка привёл меня сюда один только раз, – сказала она. – Единственный раз, когда я видела, что он покидал дом. Он дождался самой холодной ночи в году. Он привёл меня через сугробы на вершину холма и указал на звёзды. Он произнёс: «Я не люблю звёзды. Все считают, будто это что-то особенное, но звёзды повсюду. Во вселенной звёзд больше, чем пыли». Затем он указал на луну и произнёс: «Но ты – Луна. И ты только одна». – Луна шмыгнула носом и посмотрела на небо. – Он – это всё, что у меня было… но и, кроме меня, у него никого не было.

И тут наконец слёзы покатились по щекам девочки. Через мгновение она уже безудержно плакала. Луна оплакивала своего дедушку, пока не изнемогла, и её тёплые слёзы капали на свежий снег. Она рыдала, пока слёзы не иссякли.

– Плакса, – пробормотала краешком рта Дейзи. Скелет Ключис велел ей помолчать, приложив к зубам заканчивающийся ключом палец, и присел рядом с Луной.

– Твоего дедушки больше нет, Луна, но мы ещё можем спасти твою развоображаемую семью, – предложил он. Луна утёрла нос рукавом и шмыгнула носом. Дважды.

– Как? – поинтересовалась она.

– Как хорошо, что ты спросила! – отозвался скелет. Затем он почесал череп. – Не имею ни туманнейшего понятия.

– Ты точно занимаешься этим уже две сотни лет, костяная башка? – зацокала языком Дейзи. – Давайте смотреть правде в лицо: осталось только два подозреваемых – мама и второй нюня.

– Подозреваемых? – переспросила Луна. – Но ни один из них не стал… не мог бы проделать такое!

– Откуда ты знаешь? – спросила Дейзи, пожимая плечами.

– Они моя семья! – возмутилась Луна. – Я придумала их!

– Один мозговитый друг-приятель сказал мне однажды, что если исключить невозможное, то, что останется, и будет правдой, сколь бы развоображаемым оно ни казалось[2], – проговорил Скелет Ключис. – Хотя он ещё говорил, будто лошади могут чихать, а это оказалось полной…

– ПОМОГИТЕ!

Крик долетел до вершины холма со стороны дома.

– Санни? – ахнула Луна, тяжело поднимаясь. – Это Санни!

– Палки да камни, малыш росточек-с-ноготочек в беде! – вскричал Скелет Ключис. – Обратно в Хаггард-Холл, нехочухи-хитрюхи, пока не поздно!