В которой нас не покидают клоуны, появляются новые данные о местечковом акробате и происходят встречи, которых не должно было быть.

Выпалив всё это Якову, я подумала о том, что хорошей женой быть очень вредно — от этого муж портится. Но ничего не успела сказать, потому что Яша прорычал мне в трубку:

— Знаешь, я всегда смотрел с лёгким очарованием на твои концерты, спектакли, слушал твои монологи, но в момент, когда вдруг оказывается, что Таволгин огрёб…

— А вот с этого момента поподробней! — Аж заикаться стала я от предвкушения.

Мне было очень интересно, что там такого устроил Бермак. Судя по его вечно сосредоточенной физиономии, он вообще не тот человек, который может взять и как-то пошутить. Поэтому я была заинтригована. И, несмотря на то, что Яша такая себе синичка, которая в клювике может принести что-то дельное, но сплетни он разносил вполне себе сносно.

— Что поподробней? Что поподробней? Это ты мне поподробней объясни, как такое, твою мать, произошло, что Таволгин решил пообедать с тобой, а вместо этого получил свиной рулькой?

Я расхохоталась звонко, искристо.

— Господи, не смеши меня. Я сегодня не усну.

— В смысле, ты не уснёшь? Ты в курсе, что твой полоумный адвокатишка запихал ему эту рульку за шиворот?

— Ну, знаешь, вообще-то слабую беззащитную женщину каждый обидеть может. Поэтому ничего удивительного, что у Роберта сдали нервы. Он, в отличие от тебя, единственный думает о моей безопасности. Так что давай-ка ты здесь не будешь мне звонить и орать про то, что что-то в моей жизни идёт не так. Это в твоей жизни идёт не так. Под тебя телку подложили для того, чтобы твоими капиталами воспользоваться. А сейчас ты не знаешь, как раскорячиться в акробатическом приёме, чтобы избежать этого. Браво, аплодирую, Яш. Флаг тебе в жопу.

Бросив трубку, я покачала головой и вздохнула.

Однако как всё интересно складывалось.

Вытянувшись на кровати, я поняла, что самое чудесное семейное положение — это когда вся постель моя.

Рано утром, собираясь на работу, я рассуждала о том, что мне непредвиденные ситуации абсолютно точно не нужны. Но они меня настигли в момент, когда я ещё даже не дошла до машины — звонок со старого номера.

— Майя Леонидовна, Майя Леонидовна! — проверещала в трубку ассистентка Корониной, которая владела тоже агентством праздников. Мы не конкурировали, хотя были примерно на одном уровне. Поэтому я спокойно решила пойти на диалог.

— Майя Леонидовна, я вас умоляю. То, что случилось, то…

— Сначала проблемы, потом выводы.

Тяжёлый вздох.

— Майя Леонидовна, я вас очень умоляю. Не самое приятное дело. На днях будет проходить съезд бизнесменов в загородном клубе. Наша ведущая, которая была забронирована за несколько месяцев, сломала ногу. Она, конечно, может и на инвалидном кресле провести этот вечер, но там такие люди будут, что им нужен конферансье с максимальной отдачей. Мне сказали попробовать договориться с вами. Я знаю, что у вас, скорее всего, всё расписано…

— Когда говоришь «съезд»? — заинтересованно произнесла я.

Я ещё та меркантильная тварь, которая для ради денег готова на всё. Даже сверхурочно поработать.

Мне сообщили даты, скинули всю информацию. Я коротко заметила:

— Доеду до работы, ознакомлюсь, уведомлю о своём решении. Дай мне около часа.

Когда двери лифта в моём офисе открылись, первое, что мне попалось на глаза, это вереница клоунов, которые были непосредственно в своей рабочей одежде: в разноцветных костюмах, с париками, с этими носами красными. Поймав одного из ассистентов, я тихо уточнила:

— Где вы этих дебилов нашли?

— Не знаю, у нас этим отдел кадров занимался, — развёл руками мальчишка и побежал дальше.

Но это был не самый главный затык сегодняшнего дня.

Яша старался прорваться с боем в мой офис. Причём об этом мне тихонько сообщил молодой человек в чёрной форме.

— Майя Леонидовна, ваш супруг желает отчаянно с вами пообщаться. У нас распоряжение от Роберта Андреевича о том, чтобы его не пускать. Если вы хотите сказать нам что-то иное — дайте знать.

— Нет, я не хочу вам сказать ничего иного.

Но в это время начали приходить сообщения от Яши, что я стерва первостатейная, о том, что я совсем зазналась, и если в ближайшее время не поговорю с ним и не объясню всю ситуацию, которая произошла с Таволгиным, то могу пенять на себя.

Поскольку Яша очень сильно ошибался в том, что на себя я могу положить старый добрый хрен, то пенять на себя при любых обстоятельствах не планировала.

Отзвонившись Корониной о том, что готова вести этот вечер, мне тут же переслали сценарий вечера, и я стала искать быстро знакомые фамилии. Совершенно случайно наткнулась в списке приглашённых гостей на Ворошилова и вскинула брови. Хотя не было ничего удивительного — встреча была в гольф-клубе, а он там, походу, прописку себе оформил. Прикусив губу, я развернула сценарий и стала быстро ориентироваться по тому, где какие выступления, с кем из ребят, с оркестром надо будет переговорить. И уже через час я мчала на один из прогонов.

“Майя, если ты не ответишь на моё сообщение, — снова прилетела смска от Яши, — то я тебя из-под земли достану. Ты понимаешь, какую ситуацию создала?”

Я не понимала, какую ситуацию создала, но была готова к тому, что прольётся чья-то кровь.

А уже этим вечером Яков успел довести до белого коления Леру и мою маму, которая, позвонив мне, тяжело высказывала в трубку:

— Он совсем ополоумел. Приехал сегодня ко мне и кричит о том, что звоните Майе, пусть она приедет. Нам надо срочно с ней поговорить. Я сомневалась, что тебе настолько срочно надо было говорить с Яковом, поэтому рассказала ему витиеватый путь от меня до мест не столь отдалённых.

Я поблагодарила маму.

А следующим утром я поняла, что Яша не просто перегибает палку, а почти с ума сходит. Потому что, когда я садилась в машину, его тачка перегородила мне весь проезд. Яша выскочил из салона и размахивая руками, двинулся на меня.

— Открой немедленно! Нам надо поговорить! Ты понимаешь, что дело больших денег стоит?

Я сидела, взмахивала руками и губами шептала: «I don't understand you».

В этот момент парнишка из охраны, который был вчера на смене, оттеснил Яшу от машины, и я, задом сдав, поехала на работу. Потому что подготовка к съезду предпринимателей в этом гольф-клубе, плюс день рождения у Самсоновых. Клоуны эти опять-таки, которые слонялись у меня по офису, будто бы решили пустить в нём корни и тырили периодически то чай, то шоколадки из бара — всё это накладывало отпечаток общей нервозности.

И эта нервозность проявилась тем, что к вечеру у меня опять случилось незапланированное.

— Твою ж тo мать, — сидела, рассматривала свою руку на локтевом сгибе.

Лерка бегала вокруг меня с выпученными глазами.

— Это всё на нервной почве, мам. Ты же сама говорила, что все болезни от нервов и только…

— А вот сейчас потише, — тихо произнесла я, намекая Лере, что не надо при мне говорить про сифилис.

Дочка взмахнула руками и притащила мне мазь. Я очень надеялась, что моё нервное потрясение как-нибудь уляжется, потому что рано утром у нас первый прогон перед вечером.

Но потрясение не улеглось. Поэтому утром я встала и заметила, как пятна начали расползаться от локтя выше. Лера покачала головой.

— Слушай, давай просто обработаем антисептиком, и всё.

И, может быть, я была бы действительно спокойнее, если бы Яша не заделался на полставки дятлом и не долбил мне телефонными звонками, чуть ли не обрывая все линии. Психанув, я вообще заблокировала его. Но в этот момент он, набрав Лерку, кричал в трубку так громко, что это даже слышала я.

— Если мать не поговорит со мной и не объяснится, то я за себя не ручаюсь! Она вообще понимает, с каким человеком она обедала? Она вообще в курсе, кому её адвокатишка перешёл дорогу? Да, если она не принесёт свои извинения…

И в этот момент я поняла такую фигню — что в момент, когда я узнала про Яшину измену, в момент, когда я увидела его с другой, я тогда его ещё любила. Но, оказывается, вся моя любовь испарилась ровно в тот момент, когда он выбрал унизить меня, чтобы его Лине было уютно. Вот именно тогда пришло осознание, что я его больше не люблю.

Нахмурив брови, покачала головой, намекая Лере, что я ни перед кем извиняться не буду и с отцом разговаривать не буду.

— Я прекрасно знаю, что сегодня у неё важный вечер. Поэтому, если она со мной до этого вечера не встретится, я приеду и прилюдно поволоку её за волосы к Таволгину.

— Пап, — тяжело вздохнула Лера и посмотрела на мобильник. — А ты не боишься, что тебя тоже кто-то за что-то может поволочь прилюдно, заставив опозориться?

Лера кинула трубку.

А я поняла, что поведение Яши переходит все границы — он совсем чокнулся со своей Линой и с её родственниками. То ли его прессуют неплохо так, то ли у него есть какой-то меркантильный интерес в этих отношениях — я не знала.

Лера помогала мне собираться. Концертное платье длинное в пол, тёмно-вишнёвое, переходящее на подоле в чёрный цвет. Волосы уложены идеальной волной. Я села в нанятую машину и отправилась в загородный гольф-клуб, который ещё некоторое время назад как раз сама и открывала.

Пока гостей не было. Были техники, были выступающие артисты, был оркестр. Первый прогон начался с проверки звука и всё шло достаточно приятно. А в четыре часа начали появляться первые гости. К этому времени меня уже заново собрала визажист, поправила мне укладку, поправила макияж. Девушка, которая выполняла роль костюмера, порхала между стеллажами с вешалками и отпаривала костюмы. Ко мне несколько раз подбежала ассистентка Корониной и продолжала благодарить:

— Спасибо огромное, что вы нас так выручили. Такой съезд! Такой съезд!

Выглянув на сцену, я заметила в первых рядах вальяжно расхаживающего с каким-то депутатом Ворошилова. Арс, как обычно, в своей привычной манере слегка снисходительно смотрел на собеседника, а по глазам было понятно, что он думает про него плохое. Примерно тоже, что про большую половину людей, о том, что все тупые.

Я улыбнулась, пожала плечами.

В начале пятого вечер открывался. Поэтому я появилась на сцене перед десятками глаз и счастливо произнесла:

— Здравствуйте, господа предприниматели, сильные мира сего. Сегодня мы с вами встретились для того, чтобы провести этот вечер максимально продуктивно и приятно для каждого из нас. А в честь открытия этого вечера наш чудесный оркестр во главе с Михаилом Гавриловым желает исполнить хорошую песню. Поаплодируем, господа!

Дальше, после первой музыкальной паузы, шло представление гостей. У меня был список, кого надо было назвать в первую очередь. И когда я оказалась возле микрофона, то стала по очереди представлять каждого:

— Многоуважаемый господин Грачёв и его прекрасная супруга Антонина! Сегодня мы рады приветствовать вас на нашем вечере. Надеемся, вам будет также хорошо и приятно, как нам в вашей компании.

Вереница фамилий. Про каждого я говорила что-то особенное, что-то тёплое, что-то хорошее. Мне аплодировали.

Сад гольф-клуба был украшен в лучших традициях американских свадеб: приглушённое освещение, где-то ваза с цветами, курсировали между столиками постоянно официанты.

Мне казалось, что ничего не может нарушить течение этого вечера.

Если бы не короткий взгляд в сторону кулис. Яша стоял разъярённый, лицо красное. Он смотрел на меня как на самого злейшего врага. Я спотыкнулась. Язык заткнулся о зубы. Медленно повернувшись, я облизала губы и перевела взгляд на ещё одну фамилию гостя.

— А сейчас я хотела бы вам представить одного из самых уважаемых людей северной столицы.

Сердце забилось чаще, потому что любое напоминание о Питере у меня теперь вызывало странные чувства.

— Господин Олег Анатольевич Новиков — инвестор, владелец магазинов, заводов, пароходов. Мы рады вас приветствовать в нашей уральской столице.

Но я почему-то не могла найти глазами этого самого Новикова. И только, когда снова бросила осторожный взгляд на кулисы и вернулась к гостям, навстречу к сцене шёл высокий, поджарый, хорошо сложенный молодой человек. Короткая стрижка, мальчишечий блеск в глазах. Когда он взбежал бодро на сцену и остановился возле меня, забирая микрофон, я приоткрыла рот от удивления, испытывая шок, панику. И что-то внутри сжалось.

Это… это…

Но в этот момент со стороны кулис раздался рёв:

— Ах ты, сука! — прохрипел Яша, вылетая на сцену.