Утро выдалось жарким и таким сладким! Возможно, поэтому сейчас я сижу за столом и улыбаюсь как дурочка, намазывая на булочку джем, а Ярослав, расположившись напротив, попивает кофе и не сводит с меня довольного восхищённого взгляда. И пусть друзья мы пока не очень сносные, этот мужчина знает, как угодить девушке и поднять ей настроение.

– Больше не хандришь?

– Нет! У меня отличное расположение духа!

– Это хорошо. Есть планы на день? Кстати, когда тебе на учёбу?

– Не знаю. Я пока отложила её. Нужно съездить и оформить документы, – отпиваю чаю и замечаю, что Яр хмурится.

– Ты бросаешь учёбу из-за Романа?

– Нет. Я просто поняла, что мне это не очень интересно. Учёба даётся довольно легко, но это теория. На практике же… Я всем вены исколола, от одного вида трупа падаю в обморок, да и вообще поняла, что не смогу работать, если кто-то умрёт у меня на руках. Понимаешь, я не могу взять на себя такую ответственность!

– Я думал, что когда ты поступала, то понимала, что…

– Понимала! Но одно дело – думать, а другое – пережить в реале. Знаешь, ухаживая за Костей, я наблюдала за врачами, которые постоянно приходили к нам и проверяли его. Видела, как они волнуются. Я не смогу так же! Косте повезло. А вдруг кто-то не проснётся после операции? Я буду ходить к пациенту, надеясь, что он очнётся, ведь он доверил мне свою жизнь, а окажется, что я не справилась! Я слабая? – спрашиваю, опуская взгляд и нервно сжимая пальцы в кулачок.

– Нет, наоборот. Только сильнейшие признают свои слабые стороны. Молодец, что поняла это сейчас, а не через несколько лет во время операции. Тогда ты винила бы себя ещё сильнее, – Яр обнимает мои руки, и я чувствую ту самую поддержку, в которой нуждаюсь. – Тогда чем ты хочешь заняться? – голос звучит бодрее, и я улыбаюсь в ответ.

– Буду искать себя! Я мечтала помогать людям, но ведь это можно делать разными способами. И мне нужно решить – каким. Вот ты как бы мог помочь?

– Я убиваю плохих дядь и тёть, чем не хорошее дело? – усмехается Яр, а я качаю головой. Как он может спокойно говорить об этом?

– Ты невыносим. Кстати, а тебе когда на работу?

– Думаю, завтра или послезавтра. Поверь, мои подчинённые будут только счастливы, узнав, что у меня выходной. Это минус день без взбучек для них!

– Удивляюсь, как они вообще ещё живы. Ладно, твои дела пусть остаются при тебе. Как мне найти себя?

– А ты займись чем-нибудь нейтральным. Поготовь или порисуй. Может, в голову что-то и придёт. Я вот в бильярд играю, когда ищу ответы.

Идея заманчивая, но готовить мне не хочется. Да и вообще, вряд ли шеф-повар Соболева меня даже на порог кухни не пустит. Мужчина он хоть и приятный, но после меня всегда кавардак. А вот порисовать… Помнится, я раньше любила пейзажи. Может, попробовать портрет?

– Ярослав, а ты не хочешь мне попозировать?

– Голым? – спрашивает, улыбаясь, а я, смеясь, закатываю глаза. Кажется, у него сегодня мыли только в одну сторону работают.

– Нет! Я просто хочу проверить, как у меня обстоят дела с портретами. Как раз и отвлекусь.

– Почему бы и нет? Пойдём в зал. Я тогда поработаю за компьютером, заодно и попозирую тебе.

– Отлично!

Быстренько поев, мы, как и решили, размещаемся в просторной светлой гостиной. Помощник Олег приносит мне альбом и карандаш, а Ярославу – ноут, в который тот тут же погружается с головой.

Открываю первый лист, поудобнее располагаюсь напротив дивана в кресле и делаю первые штрихи.

– Ты, главное, сильно не шевелись, а то прибью! – спокойно говорю мужчине, который делает наигранно испуганное лицо. Олег же тихо посмеивается в сторонке. Странное дело, кажется, я неплохо лажу со всеми помощниками мужей. Даже с медсестрой Сашей, которая сохнет по Косте, и то подружилась.

– Яр, а как ты понял, чем хочешь заниматься? – спрашиваю, продолжая делать эскиз. Выходит, кстати, не очень, и мне постоянно приходится что-то стирать.

– К чему тянуло, тем и занимался. Но если честно, до армии была только растерянность. Отец хотел, чтобы я пошел по его стопам и унаследовал некие дела, а я хотел найти свой путь.

– Но у тебя, по сути, разношёрстные интересы. Где отели и где твои особые заказы? Я уж молчу о том, как к этому приписать безопасность.

– Поэтому у меня всего и много. У Кости и Глеба с этим попроще, они пошли по стопам родителей. А у тебя кто родители?

– Мама – сметчик, папа – экономист. Я тоже люблю цифры, но почему-то хотела пойти в медицину. Хотя… причина была. Иван.

Бывший, который учился в другом вузе, тоже хотел быть врачом. Каким, правда, я так и не поняла. То его тянуло к хирургии , то к гинекологии, а потом он вообще сказал, что хочет принимать роды. А перед свадьбой заявил, что думает стать пластическим хирургом. Теперь-то я понимаю, что его тянуло туда, где много женщин. А я шла вслепую следом и не замечала, как увязаю в его желаниях.

– Ну, теперь он точно хирургом не станет, – усмехается Яр, а я замираю.

– Чёрт! Что ты сделал?

– Я? Ничего!

– А твои люди? – и перевожу взгляд на охрану, которая отвечает мне недоумёнными взглядами.

– Мари, поверь, я и мои люди тут ни при чём. Ты лучше свою подружку спроси. Она, как оказалось, очень мстительная особа. Её бы братьям у неё поучиться. То есть Света тебе не говорила?

– Нет, – отвечаю шёпотом.

– Помнится, она с ним расправилась, ещё когда ты только встретилась с Глебом. Друг, правда, не объяснил, что стало причиной, но сказал, что твой бывший получил за дело и за длинный язык. Родная, может, хоть ты скажешь, что случилось?

Яр спрашивает, а я переношусь в прошлое. Вспоминаю, как приехала с Глебом за вещами и встретилась там с женихом. Точно, в тот день было слишком много охраны, да и Света вела себя странно. Так это были её люди?

– Мари, что он сделал?

– Не сделал, а сказал, – вздыхаю, возвращаясь к рисунку. Пора бы давно забыть Ивана, но этот гад так и всплывает в памяти.

– Родная, или ты сама всё расскажешь, или я пойду пытать Глеба!

– Иван сказал, что я фригидная, и расписал это во всех красках. Честно, я думала Глеб уйдёт… Зачем ему такая больная? Яр, я не хочу вспоминать ни тот день, ни этого предателя! Тема закрыта, и к ней мы больше не возвращаемся! – говорю строго и отворачиваюсь, внося правки в рисунок.

– Пожалела его Светка, только руки сломала. А по мне, нужно было и язык выдрать. Ничего, это поправимо, – спокойно и очень холодно чеканит мужчина, смотря на своего помощника. А тот кивает!

– Эй, без глупостей! Я просто хочу его забыть!

– Мы и забудем!

Вот, чую, зря я вообще вспомнила про Ивана. Но если я не смогла отомстить за себя, может, стоит дать сделать это другим?

– Поступай как знаешь.

– Всё будет окей, даже не сомневайся! Кстати, у нас гости, – Яр кивает на окно, за которым видно, как к дому подъезжают три машины! Чёрный джип Глеба, синий гоночный седан Кости… А чья же тогда серебристая красавица с дверями, которые поднимаются наверх?

– А это любопытно, – усмехается хозяин дома и кивает Олегу, который тут же удаляется.

– Они к тебе?

– Скорее к тебе! Это ведь не я игнорировал их звонки.

– Мне нужно было отдохнуть. Ото всех, – бурчу, забывая про рисунок. Хлопает входная дверь, но к нам пока никто не входит.

– Знаю. Если хочешь, я отправлю их обратно. Только скажи.

– Нет, пусть заходят, – мы не враги, да и последняя встреча выдалась не очень удачной. Всё же это я отхлестала букетом Костю, а он, как оказалось, не был причастен к спектаклю на свадьбе. Зря только злилась на него, нужно извиниться.