Ярослав

– Яр, прости, но это она, – произносит Костя, протягивая мне папку с документами, где написано, что то сгоревшее тело было моей женой.

– Ты уверен?

– Да. Саша, как узнала, сразу поехала в больницу и забрала тело к нам. Я тогда туго соображал, а она всё сделала быстро. Они ведь были подругами. Можно, конечно, сходить на опознание, но там мало что осталось. Это ведь её? – произносит Костя, и я разворачиваюсь и смотрю на два колечка в руке друга.

Подхожу и забираю их.

– Это Мари, – шепчу, сжимая ладонь в кулак, и опять возвращаюсь к окну.

– Яр, она была и мне дорога! Мне тоже больно и пусто без неё!

– Знаю, и всё же я любил её сильнее. Но спасибо, что ты сказал мне это.

– Не за что. Когда похороны?

– Послезавтра. Мне нужно подготовиться, – шепчу, облокачиваясь о витражное окно гостиницы, в которой я живу вот уже два дня. Просто не могу вернуться в дом, где всё напоминает о ней.

– Хорошо. Мне сообщить всем или ты сам?

– Я сам.

– Держись, Яр. Мари бы загрустила, увидев тебя такого слабого, – это точно. Перед расставанием она хотела, чтобы я был сильным. Странно это.

– Пока, Костя, – говорю, намекая другу, что хочу побыть один.

Первая волна отчаяния и боли ушла, голова стала включаться, и я пытался вернуться к жизни. Но как это сделать, когда ты не знаешь, ради кого жить?! Мари была не просто смыслом, но и опорой. Она помогала мне не увязнуть во тьме, которая буквально пожирала меня. Но теперь моей малышки нет. Мне хочется крови и стонов, моя ярость растёт с каждой минутой, и она пугает меня.

Стук в дверь, и входит Олег. Только сейчас понимаю, как он бывает надоедлив.

– Мне ничего не нужно!

– Может, хоть выпить принести?

– Нет! Я ей обещал, – кажется, я вообще больше пить не смогу. Даже смотреть на алкоголь тошно. Если бы я не пил, Мари бы не уехала! Мы бы поговорили, или я бы скрасил её время, но нет, работа меня поглотила. Жена сбежала не от Светы, от меня.

– Яр, тебе нужно сбросить напряжение. Может, деву…

– Уходи! Что ты такое говоришь?! Как я могу к кому-то прикоснуться?!

– Мари мертва!

– Нет! Она жива! – кричу, хватаясь за грудь, и говорю тише: – Здесь она всё ещё жива!

– Хорошо. Если что – зови.

Друг уходит, а я смотрю на город и не вижу его. Пустой он теперь, неинтересный, как и моя жизнь.

Разворачиваюсь и, шатаясь, иду в душ. Странные мысли не дают мне покоя, нужно срочно перегрузить голову. Но как это сделать, если перед глазами только Мари?

Раздевшись, встаю под ледяные струи воды. Тело вмиг оживает, и я начинаю тяжело дышать. Одновременно с этим на меня накатывают обрывки воспоминаний.

– Яр, ты не против, если я сегодня отдохну? Мне нужна разрядка, – сказал Олег в день аварии. Когда он вообще брал у меня выходной? И как он добрался до аэропорта так быстро? Мимо проезжал?

– Нет, просто я от всего устала. Мне, как и тебе, нужен перерыв, – эти слова жены до сих пор не дают покоя.

– Будь сильным, – и этот её печальный взгляд. А что если она знала?

– Света, Мари умерла, – сказал я по телефону Барской, а та в ответ усмехнулась и повесила трубку! Я тогда подумал, что это всхлип, но вспомнив…

Вода всё ещё стекает по мне, а я смотрю на свои руки, которые упираются в стенку, и быстро думаю о прочих странностях.

– Сэр, простите, но в системе видеонаблюдения был сбой, и мы не нашли того, кто приближался к вашему самолёту. Проверку запрашивал только Олег пару дней назад.

И опять я не обратил на это внимание. Но зачем Олегу проверять самолёт заранее, если Мари решила улететь спонтанно? Да и у меня никаких поездок не было запланировано.

А камеры… Я знаю только одного умельца! И он, кажется, должен завтра жениться! Как я это узнал? Так мои парни пробили его и выяснили, что в ЗАГС поданы документы от Стрелецкого Ильи Олеговича и некой Власовой Алисы Сергеевны. Вроде Илья и занят, но откуда вдруг невеста?

Картинка складывалась в нечто нереальное.

И слова Кости об экспертизе, которую провела подруга Мари! Откуда она ночью узнала, куда едет тело и как так быстро его перехватила?

Сменяю воду на горячую и начинаю смеяться, так как ничему уже не верю. Тру лицо руками и улыбаюсь, оттого что становится легче. Вот ведь хитрецы! Они все меня одурачили!

Выйдя из душа, обматываюсь полотенцем и едва поспеваю за мыслями. Где она? Зачем ушла? Почему именно так? Ничего, сейчас всё выпытаю у помощника!

Открываю дверь и замираю, увидев изящную фигуру в чёрном, которая так по-родному улыбается мне вместо приветствия. Невероятно!

– Как давно ты узнал? – спрашивает Мари, облокачиваясь об окно и протягивая мне руку.

– Только что!

– Эх, не получилось удивить!

– Зачем? Родная, для чего этот спектакль? Ты меня больше не любишь? Бросаешь? – говорю, подбегая к ней.

– Глупенький! Я сделала это именно потому, что сильно люблю! И твоя боль от выбора, который ты не мог сделать, била и по мне! Я видела, как ты грустишь, как отстраняешься, пьёшь… Ты стал смотреть на меня с грустью в глазах, и я больше не смогла этого терпеть.

– И ты ушла! – кричу, сжимая её в объятьях.

– Нет! Даже не мечтай! Я исчезла на время, чтобы ты решил эту проблему! Я даю тебе тридцать дней, Соболев! Ровно через месяц мы проверим, кто тебе дороже: я или твоя империя!

– Ты! Для меня существуешь только ты!

– Нет, есть и работа. Если бы была только я, ты бы не мешкал. И тебе, Соболев, очень повезло, что я такая понимающая. Другая бы на моём месте просто развелась. Цени!

– Я и ценю. Родная, ты невероятна!

– Именно за это ты меня и полюбил! – говорит мягче и обнимает за шею.

Сжимаю её и вдыхаю такой родной аромат. Моя!

– Значит, месяц?

– Именно! Ты разберёшься со своими проблемами, а я отдам долги. Знаешь ли, разыграть собственную смерть дорого стоит! – начинаю смеяться, понимая, что всё хорошо.

Холод отступает, и я понимаю, что снова жив. Да, я злюсь, но больше на себя. Я мешкал, верно. И Мари понимает даже больше, чем я сам. И я благодарен ей за такой невероятный шаг.

– Олег взял с тебя деньги?

– Нет, конечно. Ради тебя он готов на всё. Даже меня взорвал! Ты бы видел его лицо, когда он нажимал на кнопку.

– Так вы ещё и вместе были?

– Ты смеёшься? Мы такое шоу устроили! И прости за ту боль. Я видела тебя, но не могла подойти. И сказать раньше не могла. Вы, парни, плохие актёры, а так всё вышло реалистично. Кстати, я хочу шикарные похороны!

– Сделаю! – говорю, отстраняясь, и смотрю в личико невероятной женщины. Кто ещё ради меня согласится умереть?

– Так что запросил Илья?

– Как ты догадался?

– Другие с тебя точно ничего брать не будут. А вот он тёмная лошадка!

– Яр, присядь! – а вот теперь мне это совсем не нравится!

– Где он?

– Кто?

– Илья!

– Молится в соседнем номере!

– Зови его!

– Зачем? Чтобы ты его убил? – вот точно что-то опять задумала!

– А я должен?

– Ну… ты можешь это сделать! Так, не заговаривай мне зубы и слушай. У меня есть ещё пять минут. Прости, но это максимум, который он мне дал. Сам понимаешь, нам нужно исчезнуть из города.

– Значит, ты не останешься?

– Считай это своим наказанием за молчание! А теперь самое главное. Я не буду звонить, но Илья напишет, как проходит его медовый месяц. Где он и что делает. Это и будет моим посланием тебе.

– Стоп, Мари! Ты ведь не хочешь сказать, что… – вскрикиваю, подскакивая.

– Да, завтра я выхожу за него замуж, и у нас впереди шикарный медовый месяц!

– Убью!

– Даже не мечтай!

– Ты моя жена!

– Официально ты теперь вдовец! Родной, спектакль продолжается, так что не смей всё портить. Ведь я старалась ради тебя! А сейчас смирись. Я выходу замуж, и точка!

– Фиктивно! Ты выйдешь за него только фиктивно!

– А это, родной, зависит лишь от тебя. Решай свои проблемы, и я вернусь. Или… – и так хитро смотрит на меня.

– Даже не мечтай!

Притягиваю малышку к себе и дарю ей долгий и сладкий поцелуй, ведь мы расстаёмся на целый месяц!

Вот почему она выбрала именно этот вариант? Похоже, дело в Илье! Этот паршивец решил украсть у меня жену!