Три дня пролетели как в тумане.

Мы готовились. Я подбирала наряд — не слишком яркий, чтобы не злить других дам, но и не слишком скромный, чтобы не выглядеть жалко. Я выбрала ханбок цвета бледной лаванды с серебряной вышивкой. Цвета траура, замаскированные под весеннюю свежесть.

Уджин тренировал свою магию. Он сидел в полной темноте, часами. Я приносила ему еду, но он почти не ел. Он учился растворяться. Сначала у него получалось только прятаться в углах, но к исходу второго дня он смог втянуться в собственную тень.

Это выглядело жутко. Его тело теряло объем, становилось плоским, черным пятном на полу, которое могло скользить по поверхности.

— Это выматывает, — признался он, материализуясь обратно. Его лицо было серым, из носа текла кровь. — Я смогу продержаться так часа три, не больше.

— Этого хватит, — я вытерла кровь с его лица своим платком. — Банкет длится два часа, потом фейерверк. Во время фейерверка мы уйдем.

Наступил тот самый день.

Карета была готова. Я стояла перед зеркалом, вкалывая в прическу острую шпильку — бинё. Это было не просто украшение, а тонкий стилет, смазанный парализующим ядом. Мой последний аргумент.

— Уджин, — позвала я тихо.

— Я здесь, — его голос раздался ниоткуда.

Я посмотрела вниз. У моих ног, на полу, тень была чуть гуще, чем следовало бы при таком освещении. Она дрогнула и замерла, приняв форму, отдаленно напоминающую человека.

— Пора, — сказала я тени.

Я вышла из дома с гордо поднятой головой. Слуги кланялись, никто не заметил, что у моей тени сегодня странные, хищные очертания.

****************************************

Императорский дворец Кёнбоккун ослеплял своим великолепием.

Красные лакированные колонны, зеленые черепичные крыши с фигурами защитных зверей, мощеные белым камнем дворы. Повсюду цвели лотосы в огромных каменных чашах. Аромат цветов был таким густым, что от него кружилась голова.

Музыка лилась отовсюду — звуки каягыма и флейт. Сотни придворных в шелках всех цветов радуги напоминали стаю экзотических птиц.

Я шла по центральной аллее, вежливо кивая знакомым, но не останавливаясь для разговоров. Я чувствовала тяжесть в ногах — тень Уджина тянула меня к земле. Он был здесь, со мной. Эта мысль придавала мне сил.

— Леди Ён Бора! — раздался мелодичный голос.

Ко мне подошла группа девушек. В центре была Леди Мина — дочь военного министра, моя давняя соперница. Она была в ярко-алом платье, слишком вызывающем.

— Мы думали, ты умерла от скуки в своем поместье, — пропела она, прикрывая улыбку веером. — Или от страха? Слышали, у тебя проблемы с бандитами. Может, твоему отцу не стоило экономить на охране?

— Мой отец ценит качество, а не количество, — ответила я с ледяной вежливостью. — В отличие от некоторых, кто предпочитает окружать себя толпой пустоголовых крикунов.

Леди Мина позеленела от злости, но ответить не успела.

Загремели гонги.

— Его Высочество Наследный Принц Ли Хон!

Толпа склонилась в поклоне.

Принц шел по проходу, окруженный свитой. Ли Хон был красив. Высокий, статный, в темно-синем одеянии с вышитым золотым драконом. У него было лицо ангела и глаза змеи. Холодные, оценивающие, скучающие.

Он прошел мимо склонившихся людей, не глядя на них, но когда Принц поравнялся со мной, он остановился.

Я смотрела в пол, чувствуя, как тень у моих ног напряглась. Уджин тоже почувствовал его. Врага.

— Леди Ён, — голос Принца был бархатным. — Поднимите голову.

Я медленно выпрямилась и встретилась с его взглядом.

Он улыбнулся.

— Слухи не врали. Вы похожи на зимнюю луну. Холодная и недоступная.

Принц протянул руку и, нарушая все правила приличия, коснулся моего подбородка пальцами в кольцах.

— Говорят, вы завели себе цепного пса, — прошептал он так, чтобы слышала только я. — Интересно. Любите диких зверей? Может, вам стоит попробовать укротить дракона?

У моих ног тень забурлила. Я физически почувствовала ярость Уджина. Он хотел вырваться, хотел откусить эту руку.

«Нет! — мысленно крикнула я ему. — Сидеть! Не сейчас!»

— Ваше Высочество шутит, — я мягко, но решительно отстранилась от его руки. — Я всего лишь слабая женщина, которая ищет покоя.

— Покой — это скучно, — Принц потерял интерес и пошел дальше. — Найдите мне вино. Этот праздник утомляет.

Я выдохнула. Первый раунд прошел, я жива.

Банкет начался. Столы ломились от яств, а вино лилось рекой. Но я не притронулась ни к чему. Я сидела за дальним столиком, делая вид, что пью чай, а сама следила за выходами.

Тень подо мной становилась всё беспокойнее. Уджину было больно, его время истекало.

— Нам нужно уходить, — прошептала я в чашку.

Вдруг ко мне подошел слуга.

— Леди Ён, Его Высочество желает видеть вас в Павильоне Лунного Света. Для частной беседы, прямо сейчас.

Павильон Лунного Света находился на острове посреди озера. Изолированное место. Идеальное для того, о чем не должны знать посторонние.

Отказать Принцу — значит оскорбить королевскую семью, а пойти — значит сунуть голову в пасть тигру.

Я встала.

— Ведите.

Мы шли по мосту через озеро, луна отражалась в черной воде. Слуга остался у входа на мост, я вошла в павильон одна.

Внутри было темно, горели лишь несколько свечей. Принц Ли Хон сидел на подушках, держа кубок с вином. Его верхнее одеяние было распахнуто, он уже был пьян.

— Заходи, Бора, — он не использовал титулы. — Ближе.

Я остановилась у входа.

— Ваше Высочество хотели обсудить дела моего отца?

Он рассмеялся, громко и неприятно.

— К черту твоего отца. Скучный старик. Я хотел обсудить тебя.

Он встал и нетвердой походкой направился ко мне.

— Ты знаешь, почему я не женился до сих пор? Я искал ту, у которой есть зубы. Все эти придворные куклы… они скучные. Они сразу раздвигают ноги, а ты… ты смотришь на меня так, будто хочешь ударить кинжалом.

Он подошел вплотную, от него разило вином и вожделением.

— Покажи мне свои зубки, — он резко схватил меня за плечи и прижал к деревянной колонне.

Я дернулась, пытаясь вырваться.

— Ваше Высочество, вы пьяны! Отпустите!

— Нет, — он грубо поцеловал меня в шею, его рука скользнула вниз, к моему поясу. — Ты станешь моей наложницей. Сегодня. И твой папаша будет счастлив.

Я потянулась к шпильке в волосах. Если я ударю его — меня казнят, но я не позволю ему…

В этот момент свечи погасли, все разом, павильон погрузился в абсолютную темноту.

— Что за черт? — Принц отстранился, озираясь. — Стража!

— Стража не придет, — раздался голос из темноты.

Из пола, прямо между мной и Принцем, выросла черная фигура. Тень обрела плоть.

Соль Уджин материализовался. Он был страшен. Тьма клубилась вокруг него, как плащ, его глаза горели красным в темноте. Он тяжело дышал, удерживая форму из последних сил.

— Ты?! — Принц отшатнулся, споткнувшись о подушку. — Ты тот самый раб! Как ты попал сюда?!

— Ты тронул Хозяйку, — прорычал Уджин.

Он не стал использовать магию, просто шагнул вперед и ударил Принца открытой ладонью в грудь.

Принц отлетел к стене сбив столик с вином. Грохот, звон разбитой посуды.

Ли Хон закашлялся, хватая ртом воздух. Он был в шоке, никто и никогда не смел его ударить.

— Я убью тебя! — заверещал он, пытаясь встать. — Я сварю тебя в масле!

Уджин шагнул к нему, занося руку для добивающего удара. Он собирался оторвать ему голову.

— Уджин! СТОЙ! — я бросилась к нему, повисла на его руке. — Нет! Нельзя!

— Он враг, — Уджин смотрел на принца с ненавистью. — Он хотел осквернить.

— Если ты убьешь его сейчас, мы не выберемся из дворца! Нас всех убьют! Моего отца, Пака, няню!

Уджин замер. Упоминание других людей его не трогало, но моя паника дошла до него.

— Уходим, — скомандовала я. — Быстро!

— А он? — Уджин кивнул на принца, который пытался нащупать меч на стене.

— Он ничего не вспомнит, — я выхватила из прически свою отравленную шпильку.

Я подбежала к Принцу, он попытался отмахнуться, но был слишком пьян.

— Ты… — прохрипел он.

— Спи, Ваше Высочество, — я вонзила шпильку ему в плечо. Не глубоко, но достаточно, чтобы яд попал в кровь.

Это был не смертельный яд, а яд «Забвения и Снов». Он вызывает галлюцинации и провалы в памяти. Завтра он проснется с адской головной болью и будет думать, что напился до чертиков, упал и разбил себе грудь.

Принц обмяк, его глаза закатились.

— В тень! — крикнула я Уджину. — Стража бежит по мосту!

Снаружи уже слышался топот сапог и крики: «Что за шум в павильоне?!»

Уджин покачнулся, у него не было сил снова стать тенью.

— Я… не могу… — прошептал он, оседая на пол. Кровь хлынула у него из носа ручьем.

Мы были в ловушке. Принц без сознания и раб-демон, истекающий кровью. И стража в десяти метрах.

Я огляделась, окно выходило на озеро.

— Прыгаем, — решила я.

Я схватила тяжелого, полуживого Уджина за пояс.

— Давай же! Помоги мне!

Мы с трудом дошли до окна. Стражники уже были у двери.

— Простите, Хозяйка… — прошептал Уджин. — Я испортил платье.

Мы перевалились через подоконник и рухнули в темную, холодную воду императорского пруда.

Вода сомкнулась над головой, заглушая крики.

Мы были живы, пока что. Но война с дворцом только что началась по-настоящему. И первый удар нанесли мы.