Земля просты́ла…

Всё посты́ло…

Меж просты́нь

у постéли

мертвеца —

слёзы, слёзы —

капли пота

журч и журч

в три ручья…

А за стенкой

постный дождик!..

Возле моста

на посту

столб[2]

стоит пиита,

стонет-стюнет,

нюнет-мюнит,

волосы стрижё-о-от —

между ними рифму

ша-а-ря —

изменила ему Варя!..

И торчали меж торца-а-ми

перепевы без концов…

Рёбра стыли,

брови в мыле.

Глаза смешны-ы-е.

Всё унылей и

уны-ы-лей

ивуумыынь.