Вы говорите: "Ненавидим".

Вы говорите: "не простим".

А я отвечу:

— Чёрт бы с ним!

Мы вас не знаем и не видим.

Вы умереть для нас смогли,

чтобы врагами возродиться.

Мурла́ми^[25] стали ваши лица,

с тех пор, как зверски вы сожгли,

в своём оставшись интересе,

невинных

заживо

в Одессе.

С тех пор как, прыгая, кривляки

про "москаляки на гиляке",

по вашим городам и весям

противным хором мракобесят.

С тех самых пор, когда детей

в обстрелах подлых убивают,

а вы, уроды, это зная,

кричите: "Так их, сепарей!"

Теперь

и мы вас ненавидим.

Мы не забудем.

Не простим.

За преступленья отомстим.

И никогда их не развидим.