Или мир был добрей?

Но всегда пробирало ознобом

от его доброты. У дверей

оказаться б на выходе новом

да бежать поскорей.

Настоящее видишь из прошлого.

Но сегодня в другом измерении

открывается карта дорожная,

объявляется новое зрение.

Где Европа моя, где Америка —

вся подробная их машинерия,

опыт, сложенный, как палиндром?

Я смотрю изнутри недоверия:

возмещение или урон?

Я смотрю изнутри муравейника.