– Простите, Джон, если не ошибаюсь, вы знакомы с мистером Логаном? – произнесла Ороро Монро, с удивлением глядя на нас.

– Ещё бы я не знал этого когтистого берсерка, – я ухмыльнулся и вновь повернулся к удивлённому Джеймсу. – Так ты меня всё-таки не узнал?

Слово взяла девушка.

– Простите, но у него действительно проблемы с памятью. Я предлагаю всем вместе проследовать в кабинет профессора.

Джеймс удивлённо смотрел на нас, явно не понимая, что происходит, но всё же нашёл в себе силы и кивнул. Поэтому мы всей дружной компанией отправились в кабинет директора.

Просторный кабинет профессора Ксавьера излучал атмосферу учёности и достоинства. Массивный письменный стол красного дерева занимал центральное место, за ним — кожаное кресло-каталка профессора, на котором восседал лысый мужчина. На столе аккуратно были разложены документы, старинная чернильница и несколько фотографий в серебряных рамках.

Стены от пола до потолка занимали книжные шкафы из тёмного дерева, заполненные старинными фолиантами и научными трудами. Между шкафами — карты мира и анатомические схемы мозга. Большое венецианское окно за спиной профессора выходило на ухоженный сад.

Перед столом стояли два удобных кресла для посетителей, обитых зелёным бархатом. В углу примостился антикварный глобус на подставке, а рядом — старинный телескоп на треноге. Камин с мраморной облицовкой добавлял комнате уюта, над ним висел портрет основателей школы. Довольно неплохая обстановка, приятная.

И вот в этот кабинет мы всей дружной компанией зашли. Помимо самого Ксавьера, в кабинете находилась молодая девушка с рыжими волосами, которая с интересом разглядывала нас. А рядом с ней стоял молодой парень в солнцезащитных очках, и это при том, что в кабинете сейчас царил полумрак. Интересно, его мутация как-то связана с глазами или с мозгом? Если с глазами, то солнцезащитные очки понятны, а если с мозгом, значит, он просто дебил.

– Добрый день, – поздоровался я, войдя в кабинет.

– Здравствуйте, – тихо проговорила Барбара.

А следом за нами зашли все остальные участники нашего разговора включая Джеймса, который с недоверием сейчас смотрел на меня.

– Здравствуйте, – поздоровался профессор, – моё имя вы уже прекрасно знаете, а кто это юное дарование?

– Барбара Дрейк, – произнесла девушка. – Я могу выпускать холод из рук.

– Интересно, а как вы, Барбара, узнали о нашей школе?

Сейчас он, видимо, хотел поговорить именно с ней и, судя по тому, какие вопросы он задаёт, он хочет понять, что она из себя представляет. И я не встревал в этот разговор.

– Меня Джон привёз, сказал, что здесь будет безопасно, – начала она говорить, едва не заикаясь и с опаской поглядывая на меня. И все в комнате прекрасно поняли, что девушка меня боится.

– Любопытно, а кем он тебе приходится?

– Он спас меня. – и замолчала.

Я же просто скрестил руки на груди и опёрся на один из шкафов.

– И что же произошло?

Девушка опустила голову, и по её щекам начали катиться слезы.

– Во время ссоры с родителями, у меня появились силы, вся вода в доме замёрзла, и родители едва тоже не замёрзли. Я убежала в свою комнату и заперлась там, а потом приехали дяди в военной форме, они мне рассказывали о том, что я больная, и забрали, а потом... – девушка начала натурально хныкать и давиться слезами.

– Ну Барбара, не бойся, здесь ты в безопасности и тебя никто не обидит.

Парень, который был в очках, подошёл к столу, налил стакан воды из бутылки и протянул девушке. Да судорожно выпила содержимое воды и даже начала немного успокаиваться.

— Мы можем продолжать или ты хочешь отдохнуть? — с деликатной заботой спросил профессор, которого Ороро называла именно так.

— Нет, я продолжу, — глубоко вздохнув, произнесла девушка, протягивая назад стакан. — Они... Они говорили, что лечат меня, но брали много крови, делали надрезы и часто что-то вкалывали. Хнык... А потом меня просто закидывали в камеру, в одиночную. Таких как я было много, нас всех держали в камерах. Периодически кого-то забирали, и не все возвращались.

— Хорошо, не переживай, Барбара, здесь все свои, и никто не причинит тебе вреда. Тебя больше никто никуда не заберёт. Теперь расскажи, как ты познакомилась с мистером Джоном.

Девушка взглянула на меня, и я кивнул ей в ответ.

— Меня перевозили в другое место, а потом в городе какая-то машина подрезала нас, из-за чего мы врезались в фонарный столб. Я воспользовалась моментом и убежала, но, к сожалению, меня быстро догнали и окружили... Потом появился Джон, он сказал военным отпустить меня, и они отпустили.

— И прям так просто отпустили? — хмыкнул Джеймс. — Он типа просто попросил?

Все присутствующие перевели взгляд на меня.

— Я бываю довольно убедительным, — произнёс я с ухмылкой.

И тут же я почувствовал, как в мою голову полезли чьи-то ментальные щупальца. Это было крайне бесполезное занятие, если только они не были Даэдра или Аэдра. Но сам факт вторжения в личное пространство был уже если не смертельным приговором, то как минимум суровым наказанием. И что забавно, в мою голову лез не профессор, а рыжая девушка. В моей руке моментально появился призванный даэдрический меч, который оказался возле самой шеи рыжеволосой.

— Слушай, рыжик, тебя часом не учили, что в чужую голову лазить крайне нехорошо, особенно для здоровья?

Между пальцев Монро забегали электрические разряды, парень в очках положил свою руку на эти самые очки, а Джеймс выпустил когти, и к моему большому удивлению они были стальные, а не из кости.

— Хватит! — рявкнул профессор и с укором посмотрел на рыжую. — Джина, о чем мы с тобой говорили, ни в коем случае не вторгаться в чужие мысли!

— Ну профессор, он же какой-то мутный, и в мысли я не смогла его пробиться, словно в монолитную стену стучала!

— У нас с тобой, юная леди, будет очень серьёзный разговор. — профессор повернулся в мою сторону. — Джон, я прошу простить мою нерадивую ученицу, она ещё очень молода и не понимает многих принципов.

Я немного помедлил, а потом всё же убрал клинок от её шеи.

— Вы пожалуйста предупредите свою ученицу, что она может очень сильно пострадать, особенно если наткнётся на того, кто не будет столь милосерден, как я.

— Я обязательно проведу беседу по этому поводу.

— Этот меч, — произнесла Ороро, с расширенными глазами глядя на клинок. — Мы же сегодня только проходили эту тему с учениками... Вы чёрный ангел?

В кабинете повисла гнетущая тишина, и эта тишина была настолько осязаемой, что даже было слышно ветер за окном.

— Да он самый только я бы попросил не называть меня этим прозвищем.

— Невероятно, — вновь сказала девушка, и искры из её рук прекратились.

— Вот как? — произнёс профессор, опираясь на стол. — Это очень любопытно, как вам удалось открыть в себе столько способностей.

— Они всегда у меня были, — я пожал плечами. — Там, откуда я родом, это в порядке вещей.

— Ух, неужели там была какая–то методика по развитию сил? — спросила Монро.

— В каком-то смысле.

Тут профессор слегка приподнял голову, словно к чему-то прислушиваясь, а после он повернулся в сторону одной из стен и громко произнёс.

— Китти Прайм, вас случайно не учили, что подслушивать нехорошо?

За стенкой раздался какой-то грохот, а потом было слышно звук как множество ног начали разбредаться в разные стороны, видимо в соседнем помещении сейчас собралась довольно большая толпа, видимо ученикам очень любопытно кто здесь находится.

Профессор Ксавьер тяжело вздохнул, а затем в разговор вмешалась Джин, рыжеволосая девушка:

— Профессор, так что же мы будем делать?

— Принимать новую ученицу, — пожал плечами профессор.

Неожиданно в разговор вмешался Джеймс:

— Скажи, ангелок, мы же были знакомы, где мы виделись?

В голове невольно всплыли воспоминания.

— Впервые мы встретились под Варшавой, когда ты был в команде одноглазого Рэдгара, который сейчас директор Щита. Тогда ты был ударной силой, шёл напролом, не обращая внимания на пули. Делал дикие глаза, выпускал когти и бросался вперёд, даже на мины, — я невольно усмехнулся, вспоминая тот момент. Ты настолько надоедал противникам, что у них просто кончались патроны. А когда я тебя лечил и накладывал усиливающие заклинания прямо во время боя, они и вовсе приходили в ужас. Иногда мы с тобой вместе прорывали линию обороны, и нам нужно было добраться только до вражеских траншей. Там мы устраивали настоящий хаос, ты налево, я направо, и в итоге зачищали всё, особенно когда к нам подключался Капитан Америка и другие. Иногда мы могли провозиться до вечера. Ну что когтистый, ты вспомнил что-нибудь? — спросил я.

Джеймс задумался:

— Не очень. Какие-то смутные образы, но ничего конкретного. Помню взрывы, лица солдат, которые с яростью смотрели на меня, а потом они покрывались кровью...

— Да уж, мы с тобой насмотрелись такого, что из памяти не стереть даже с помощью амнезии.

— Так ты называл меня Джеймс? — задумчиво протянул он.

— Джеймс Хоумлетт, по крайней мере, именно так ты мне и представился. Правда, когда мы с тобой разговаривали недолго, но это из-за того, что я тогда плохо знал ваш язык. А потом в начале 45-го ты просто куда-то исчез, с тех пор я о тебе ничего не слышал... — Я задумался, посмотрев на профессора: — Слушай, у вас же есть профессиональный мозгоправ.

Профессор Ксавьер взял слово:

— Вы правы. Я мог бы попробовать восстановить его память, но неизвестно, как это может обернуться. Будет лучше, если он сам всё вспомнит.

— В принципе это не лишено логики, всё-таки ты не такой гандон, как вас описывала Кая.

Профессор тяжело вздохнул и произнёс:

— Тогда я поступил так, как должен был поступить, потому что она могла навредить себе и другим...

— А то, что её родня вредила ей, вам было как-то безразлично?

— Джон, тогда я был ещё слишком молод и не понимал многих нюансов. Я поступил немного опрометчиво, не спорю, но мной в тот момент двигало желание помочь, пусть это и вышло немного не так, как я хотел.

Я махнул рукой:

— Ладно, профессор, это ваши с ней разногласия. Вы мне лучше скажите, что я вам буду должен за Барбару.

Профессор повторил:

— Ничего.

— То есть абсолютно ничего?!

— Абсолютно ничего, — повторил профессор. — Но с вами я хотел бы кое-что обсудить наедине.

Все присутствующие поняли намек и с недовольными лицами начали покидать помещение. Только Джеймс перед выходом обернулся и произнес:

— Слышь, пернатый, ты потом не сваливай, ещё поговорим с тобой.

— Поговорим, старый ты склерозник, — я невольно улыбнулся.

— Пф, — фыркнул он, но было заметно, что он тоже улыбается.

Когда все покинули помещение, профессор сложил руки домиком и обратил свой взгляд на меня.

— Скажите, мистер Дова, вы являетесь носителем икс-гена?

— Нет, не являюсь.

Он кивнул чему-то своему.

— Понятно, вы не подумайте ничего плохого, мне просто было крайне любопытно это узнать. Ведь многие поколения мутантов выросли на историях о вас и ваших силах, и было бы неприятно разрушать их представления о героях.

— Я понимаю, к чему вы клоните на эту тему, я уже разговаривал с Марией, ну ту, которую вы называете Магнетой.

— А, Эрика... — он довольно крепко задумался. — У нас с ней немного разное видение будущего. Когда-то мы были хорошими друзьями, сейчас пусть мы и не являемся врагами, но друзьями нас назвать уже нельзя. В общем, мистер Дова, я хотел бы вас попросить не раскрывать пока свой секрет.

— Я из этого никогда не делал секрет, пусть меня считают мутантом, мне как-то всегда было наплевать на то, кем меня считают.

— Премного благодарен вам. Скажите, а убийство Фиска того стоило, того чтобы вас заклеймили как преступника? Я не знаю всей вашей истории, но мне искренне хотелось бы знать.

— Этот урод был королём преступного мира, а также убил мою женщину. Вышло, конечно, немного топорно, не так как я планировал, но главное я добился цели — он сдох.

— Королём преступного мира...

— А вы разве не влазите в голову, уже бы давно знали кто он и чем является и с помощью своих сил могли бы всё сделать лучше.

— Простите, мистер Дова, но я давно зарёкся не лезть в местную политику, а уж тем более лазить по их головам, в принципе как и всем остальным. Вы поймите, там могут оказаться другие телепаты, а также существуют методики по закрытию разума. А если они увидят, что я пытался кем-то манипулировать, то мне даже страшно представить, какие последствия могут ожидать всю мою школу вместе с детьми.

— Ну что же, я понял вашу точку зрения... Школа вместе с детьми, блин.

— Вас что-то тревожит?

— Видите ли, недавно я отбил у вампиров кучу детей, все они являются сиротами, а большинство из них из детского дома, где вампирам их отдали сами воспитатели и директора...

— Так это вы поубивали этих воспитателей и директоров?

— А по вашему мнению такие твари достойной жизни?

Он задумался, явно пытаясь подобрать слова. Ему было прекрасно видно, что он миролюбивый человек, но ситуация с детьми была довольно двузначной. С одной стороны, те должны были ответить по закону, но с другой они отдавали детей прямо в лапы вампиров, а уголовный кодекс по поводу этого не сильно прописан.

— Что бы вы ни сделали этого уже не вернуть, — сказал профессор. — Правильно ли вы поступили или нет я судить не стану, ну дети хотя бы сейчас в безопасности?

— Относительно, встреча с клыкастыми оставила у них довольно сильный отпечаток на душе... Вам же известна такая организация как «рука»?

Профессор кивнул.

— Да, когда-то давно у меня вышел с ними конфликт.

— Да я знаю об этом, мне рассказала одна из пальцев.

— Вот как, вы с ними сотрудничаете?

— Нет, я ими командую.

Глаза моего собеседника расширились, и кажется, он сейчас готовился к обороне, но я решил продолжить говорить, чтобы не возникло недопонимания.

— Командовать я начал имя совсем недавно лишь по той причине, потому что они пытались меня убить. Я обезглавил их организацию, а всех остальных я подчинил. Правда, с остатками я ещё вожусь, не все захотели идти под мою руку, пусть даже я и убил их так называемого бога, хотя по силам он тянул максимум на сильного Дремора, или как вы любите говорить демона.

— Демоны... Знаете, мистер Дова...

— Пожалуйста, зовите меня просто Джон.

— Хорошо, Джон. Я наслышан об этом Звере. К сожалению, я знаю о них больше, чем многие мои знакомые. Существование вампиров и демонов для меня не является секретом... Но вы хотели поговорить о детях.

— Да, пусть их сейчас и обучают, но это не школьная программа. Мне бы хотелось, чтобы дети, хотя бы те, кто сможет, жили обычной жизнью. К сожалению, у меня нет таких специалистов. Я подумал, что мы могли бы помочь друг другу. Я хотел бы, чтобы кто-то из ваших людей помогал в обучении подрастающего поколения, а я, в свою очередь, могу оказать поддержку в виде боевой единицы или финансов.

Я подошёл к его столу и взял фигурку — обычный металлический конь на подставке размером с ладонь. Я обратил фигуру с помощью заклинания трансмутации в золото и поставил на место.

— Как вы поняли, я могу обращать металл в золото. Если вашей школе понадобится финансирование, я могу помочь, только вот реализовать золото вам придётся самостоятельно. Хотя я уверен, что с вашими способностями это не составит труда.

Профессор взял фигурку со стола и внимательно рассмотрел её, после чего поставил назад на стол.

— Оставлю на память. Что касается обучения детей, то я непременно помогу вам. У детей действительно должно быть нормальное образование. Думаю, можно организовать что-то наподобие выездного репетиторства. Пусть сейчас у меня серьёзный кадровый голод, я уверен, мы что-нибудь придумаем.

Он вновь сложил руки домиком и уставился на меня.

— В финансах наша школа пока что не нуждается, вот по поводу боевой поддержки...

Было видно, как он что-то решает для себя, а потом произнёс:

— А боевая поддержка могла бы оказаться весьма кстати, особенно такого опытного воина как вы. Видите ли, я недавно начал собирать свою команду. Правда, они пока очень импульсивные и могут натворить много неприятностей. Сейчас, после того как Пиро убил сенатора, на людей с геномом Икс начались гонения. Мы стараемся спасти кого можем, а некоторых даже приходится вырывать с боем. В основном это подростки и дети, которые из-за стрессовых ситуаций активируют ген. Не сложно представить, что они могут натворить. Сейчас моя новоиспечённая команда как раз этим и занимается. Часть этой команды вы уже видели в этом кабинете. Как вы поняли, большинство из них подростки. Поэтому в этом вопросе я хотел бы обратиться к вам за помощью в случае необходимости.

— Я согласен. Дети не должны страдать от глупости взрослых, неважно, простые они или носители гена. Да и я, в свою очередь, собираю вокруг себя довольно обширные силы, но лишь для того, чтобы больше не лишаться тех, кого я люблю.

— Понимаю вас и полностью поддерживаю.

Я взглянул за окно и невольно скривился. Похоже, до города мне придётся добираться ночью, ведь с Джеймсом я ещё не разговаривал. Пусть пока до заката ещё довольно далеко, ну я уверен что наш разговор быстро никак не пройдёт.

Профессор, вероятно, заметил моё смятение и предложил:

— Если хотите, можете остаться у нас на ночь. Гостевые покои в вашем распоряжении.

Я кивнул, отметив про себя, что необходимо связаться с Муриками. Иначе они могут собрать отряд и отправиться на мои поиски.

— Благодарю вас, буду очень признателен.

— Не стоит благодарности. Это я благодарен вам за всё, что вы сделали во время Второй мировой и продолжаете делать, даже если ваши методы порой кажутся излишне жестокими. Если у вас возникнут какие-либо вопросы, не стесняйтесь обращаться.