Застолье продолжалось с большим оживлением. Тай, не стесняясь, флиртовал с Пьерой, хотя его жёны сидели рядом. Удивительно, но они сохраняли спокойствие, хотя в их глазах иногда проскальзывал интерес. Либо им действительно было всё равно, либо они планировали устроить ему дома настоящий допрос.

Пьера же с готовностью отвечала на его заигрывания, её даже не смущали жёны Тая. Не зря говорят, что быстрые ноги не знают страха.

Мария начала делать мне откровенные намёки, из-за чего Джесси и Мэдлин смотрели на неё как на врага народа. Наташа о чём-то переговорила с Вандой, и их тон в разговоре был официальным.

Гвен решила покинуть нашу шумную компанию и, прихватив с собой Линду, умчалась куда-то наверх. Лидия о чём-то переговаривалась с жёнами брата и иногда бросала косые взгляды на него.

— Довакин, возможно, этот разговор покажется тебе слишком личным, но у тебя есть кто-нибудь? — слегка пьяным голосом спросила Мария.

— Ну, можно сказать, что некоторые отношения у меня есть, хотя назвать их полноценными я не берусь, — не вижу смысла ей врать, да и не люблю это дело, хоть и умею.

Она слегка погрустнела, но всё же продолжала улыбаться.

— Да, чтобы у такого мужчины и никого не было. А кто она хоть? — по её виду было заметно, что хмель сильно ударил ей в голову.

— Джессика.

Она перевела взгляд на девушку, но ни ревности, ни злобы я там не увидел, лишь немного грусти. Она ведь прекрасно знает, на что я способен, если обидят моих близких. Хотя Джесси я не могу назвать близкой, но и просто знакомой она уже не является.

— Она красивая.

Тут слово взяла моя дочь.

— Ага, отец над ней поработал.

— Так она выглядит... — с небольшим шоком она смотрит на Лидию — из-за Джона.

— Да, отец в этом деле мастер, я даже завидую его талантам, за что бы он ни брался, у него всё выходит просто мастерски.

— Да ладно тебе, дочка, ты у меня вообще умница, хоть и не жительница Нирна, но фору уже можешь дать многим целителям.

— Ага, только мне чтобы сравняться с тобой в школе восстановления потребуется ещё лет двести. Я уже не говорю про другие направления.

— Не забывай, что мой талант простирается исключительно от дара Акатоша, без него неизвестно, каким бы я был профессионалом во всём.

— Слабое оправдание конечно, ну да ладно.

– Скажи, – произнесла Мария, слегка замявшись, – ты бы мог изменить мою внешность?

– Зачем? Ты и так прекрасна! – ответил я искренне, особенно учитывая, как помолодела.

– Ты правда так думаешь? – спросила она, наклоняясь ко мне и демонстрируя декольте. Сейчас на ней было чёрное платье с глубоким вырезом на груди, и она сидела на соседнем стуле.

– Абсолютно.

– А я тебе нравлюсь? – она наклонилась ещё ближе.

В этот момент ко мне подскочила Джессика, заслоняя собой, а за моей спиной возникла Мэдлин.

– Воу, воу, подруга, ты ничего не попутала! – воскликнула Джессика, замахав руками перед ней. – Найди себе другого мужика, я же правильно говорю?

Она повернулась к полицейской, и та кивнула в ответ. Какое удивительное единодушие! Но этот фарс нужно заканчивать… Но не успел я и слова вставить, как заговорила Мария.

– Какие у тебя защитницы, вижу, что ты в надёжных руках. – Она тяжело вздохнула. – Ладно, пора собираться домой, Пьера, Ванда, уже пора.

– Я немного задержусь, – произнесла девушка с серебристыми волосами. – Тай обещал показать мне пару приёмов борьбы…

Магнета усмехнулась.

– А вы когда будете отрабатывать приёмы, хотя бы предохраняйтесь!

– Мама, это не то, что ты подумала, мы действительно обсуждали борьбу!

– Я тоже имела в виду борьбу. Ладно, Ванда, идём.

И они покинули помещение.

– Пап, мы тоже поедем, – сказал Тай, поворачиваясь к Пьере. – Заедем по дороге в спортзал, там я тебе всё и покажу.

– Разве они сейчас не будут закрыты?

– Пф, вообще-то у меня есть личный спортзал, который принадлежит мне.

– А, тогда у меня нет вопросов.

Тут Лидия взяла слово.

– Братец мой дорогой, скажи, а тебя ничего не смущает, например, две жены?

– М? – он недоуменно посмотрел сначала на неё, а потом на своих жён. – Так они же с нами поедут.

– А? – кажется, она на секунду застыла. – То есть вы действительно едете в зал заниматься?

– Так погоди, – Тай начал махать руками. – Ты думала, что я… Капец ты испорченная.

Лидия залилась краской, а после произнесла лишь одно слово.

– Говнюк.

Мой сын залился громким смехом. Кажется, он специально создавал эту ситуацию, чтобы загнать её в краску. Он всегда это умел и любил, из-за чего Лидия сделала большой скачок в школе разрушения, особенно когда гонялась за ним по дому и пыталась искрами подпалить его пятую точку. Я даже сделал для сына амулет с сопротивлением к магии.

— Знаешь, пап, я рад, что ты возвращаешься к привычной жизни и даже нашёл себе таких замечательных защитниц. — Он кивнул в сторону Джессики и Мэдлин. — Они даже не побоялись выступить против Эрики.

— А разве её зовут не Мария? — спросила Джесси. — Да и чего её бояться?

— То есть погоди, ты не знаешь, кто это? — Девушка отрицательно покачала головой, как и её «подруга». Тай рассмеялся. — А я то думал, какие вы смелые.

— Что это с ним? — тихо спросила Мэдлин.

Мне не пришлось объяснять, так как мой сын, отсмеявшись, начал говорить:

— Ту, которую отец называет Марией, зовут Эрика Леншерр, она же Магнета и предводительница сестринства мутантов.

Кажется, до них дошло, в какой опасности они оказались. Глаза у обеих девушек стали огромными, и они раскрыли рты от удивления.

— То есть я... — Джессика с растерянным видом начала тыкать пальцем в дверной проход. — нагрубила одной из самых могущественных и самых разыскиваемых мутанток... Ой блять... Это пизда! Мне конец, мне конец...

— Но она не похожа на ту, что в ориентировках... — произнесла полицейская с видом потерянного котёнка.

— Конечно, не похожа, потому что по ней сразу видно, что отец её омолодил.

Джессика вскочила с места и начала ходить по комнате.

— Да ладно не переживай, — сказала бегунья. — мама хорошая, она не станет причинять вам вреда.

Но её, кажется, не слышали. После того как Джессика навернула ещё пару кругов по комнате, она повернулась ко мне.

— Сегодня я сплю у тебя... — Она на секунду замялась. — И эту полицейскую возьмём с собой, я уже к ней привыкла.

Рты пораскрывали по моему все присутствующие. А мне оставалось только помассировать виски.

— Театр абсурда какой-то, пойду, пожалуй, проветрись.

Я вышел на улицу и, вдыхая морозный воздух, устремил взгляд в ночное небо. Мне было интересно, как далеко отсюда Нирн и существует ли он вообще тут. К сожалению, я вряд ли узнаю ответ на этот вопрос.

Я стоял один, любуясь ночным небом, подняв голову вверх. Примерно через двадцать минут рядом со мной появилась Наташа.

— Красивое небо, редко такое можно увидеть в большом городе, — тихо произнесла она.

— Согласен... Скажи, ты же видела весь этот абсурд, что ты думаешь по этому поводу? — спросил я.

Девушка пожала плечами.

— Ну, компания у тебя собралась довольно необычная: предводительница мутантов, капитан полиции, бывшая бандитка, две дочери предводительницы клана якудзы...

— Чего? — на последних словах я даже опешил.

— А ты не знал? — мне был задан встречный вопрос.

— Не знал, и даже не буду спрашивать, откуда ты знаешь. Надеюсь, мой сын не решил связаться с криминалом.

— Нет, по крайней мере, насколько мне известно.

Я облегчённо выдохнул. Я понимал, что следят не только за мной, но и за моими детьми. Но это может оказаться и большим плюсом. По крайней мере, если что-то случится с моими детьми, я узнаю об этом первым. Потому что если не узнаю, одноглазый редгар станет полностью безглазым, уж я об этом позабочусь.

— И что это за якудза?

— Клан дракона... — на её лице появилась улыбка. — Забавно, не правда ли, что сын драконорождённого вошёл в клан дракона.

— Ага, очень забавно даэра их дери, я надеюсь, если что-то случится, вы меня предупредите.

— Обязательно. А ты кстати подумал о нашем предложении?

— Подумал. Видишь ли, Наташа, я всегда был вольной птицей. Для меня ближе выполнить задание и получить за это награду. Но главное, я не хочу связываться с самым величайшим злом, которое есть в этом мире.

— И каким же? — она вопросительно подняла бровь.

— Бюрократией.

— Оу, с этим не поспоришь. Так вы решили полностью отказаться от этого предложения?

— Не совсем так, как я говорил, мне проще выполнять контракты. Я думаю, что если где-то понадобится силовое вмешательство, то вы можете рассчитывать на меня.

— Значит, внештатный консультант, хорошо, это конечно не то, на что мы рассчитывали, но я думаю, такой вариант вполне устроит директора...

Не успела она договорить, как у неё зазвонил телефон.

— Романофф слушает... Да... Да... Нет... Поняла... Да... Хорошо... — а после она положила трубку. — К сожалению, для меня этот вечер перестаёт быть хорошим, мне нужно идти, всего хорошего, мистер Дова.

– Удачи Наташа...

***

Гвен Стейси.

Сейчас я летела по городу на своей паутине. Прошло уже много времени с тех пор, как я обрела свои силы, но это невероятное чувство полёта до сих пор захватывает дух.

Ветер бил в лицо, когда я отрывалась от крыши небоскрёба. Секунда свободного падения — и мой желудок подпрыгивал к горлу. Выстрел паутиной — и резкий рывок! Моё тело превращалось в маятник, подчиняясь законам физики и моей воле одновременно.

Боже, этот момент никогда не надоедает!

Отпускаю одну нить, выстреливаю следующей. Город размывается в пятна цвета. Я — между небом и землёй, в собственной вселенной скорости и свободы. Адреналин выбрасывается с каждым взмахом, с каждым рывком паутины.

Это как танец с гравитацией — она ведёт, но я выбираю движения.

Внизу люди превращаются в точки. Здесь, на высоте, я чувствую себя по-настоящему собой. Не Гвен-студенткой, не Гвен-дочерью шефа полиции. Просто... собой.

Мои руки вытянуты вперёд, готовые выстрелить новой порцией паутины. Я выбираю цель — водонапорную башню — и позволяю себе падать, наслаждаясь секундным чувством невесомости.

Вот оно! Этот момент между падением и полётом — чистое совершенство.

Паутина цепляется, я делаю мощный рывок и взлетаю над авеню. Мимо проносятся витрины магазинов, отражая мой бело-чёрный силуэт. Город поёт для меня симфонию из гудков, разговоров и шума машин.

Я делаю сальто в воздухе, переворачиваясь между двумя зданиями, и выпускаю двойную паутину, создавая идеальную траекторию полёта. Мои мышцы работают в унисон, тело превратилось в инструмент чистой свободы.

Никто не видит моей улыбки под маской, но я улыбаюсь во весь рот.

Мир вокруг становится размытым калейдоскопом, но я вижу всё с кристальной ясностью. В эти моменты я по-настоящему живу. В эти моменты я — настоящая Гвен Стейси.

Сделав красивый пируэт в воздухе, я приземлилась на одно высотное здание.

— Фух, — громко выдыхаю я, присаживаясь на самый край крыши.

В голову снова начали лезть воспоминания двухнедельной давности. А именно Рождество...

Помню, как та женщина по имени Мария кидала взгляды на Довакина, из-за чего невольно сжимались кулаки. После я вообще покинула застолье, прихватив с собой Линду. Но я быстро одергивала себя, осознавая, что мы даже не пара. Да и если подумать, то мама к нему тоже неровно дышит, а её счастье я не хочу забирать.

Всё-таки он необычный мужчина, дело даже не в том, что он является легендой, просто как мужчина он очень... Просто очень. Сейчас я стараюсь меньше времени проводить дома и не встречаться с ним взглядом, хотя, сказать по правде, меня очень сильно тянет к нему. Но мама... Как же она смотрит на него, сколько же она говорит о нём, и постоянно воюет за внимание с этой бандиткой, из-за чего мне иногда хочется подвесить её на паутине где-нибудь на двадцатом этаже. Она просто не заслуживает такого как он...

— Господи Гвен, что ты несёшь... — тихо проговорила я про себя.

Та бандитка вроде старается исправиться, можно сказать, Джон её перевоспитал, и то какими глазами она смотрит на него — это просто не передать словами, там уже начинается что-то наподобие фанатизма. Что же касается матери, то она старается всячески проявить к нему внимание, а он вроде бы и не отталкивает её, но и не делает в её сторону каких либо шагов. По ему видно, что он довольно долго сближается с людьми, хотя сам по себе он довольно открытый человек и не утаивает ничего, рассказывая о своей жизни. А ещё один момент, который меня сильно напрягает, это то, что он догадывается кто я, хотя может быть стоило бы ему признаться? Нет, не сейчас, может быть когда-нибудь потом.

— На помощь! — раздался крик в переулке. Я посмотрела вниз и увидела, как три девушки, одетые как бандитки, забирают сумочку у четвёртой. Она кричала и сопротивлялась, но другие лишь смеялись над ней, толкая в разные стороны.

— Здесь тебя никто не услышит, ори сколько влезет...

— Не надо... — пропищала молодая девушка.

Я поняла, что это обычное ограбление. Моментально спустившись с помощью паутины на уровень второго этажа, я заговорила:

— Эй, дуры набитые, вам парни не дают, и вы решили к девушкам поприставать? — начала я их провоцировать.

Обычно, когда такая шпана замечает меня, они тут же разбегаются как тараканы в разные стороны. Но на этот раз всё оказалось не так, как я ожидала.

Одна из бандиток приложила пальцы к уху.

— Паучиха тут, — произнесла она, а затем все девушки, включая пострадавшую, достали из-под одежды короткое автоматическое оружие. Моё чувство опасности взвыло сиреной.

Стоило мне отпрыгнуть от стены, как в неё моментально ударилось сразу с пару десятков пуль, а одна даже слегка зацепила плечо, но эта царапина заживёт у меня ближе к вечеру. Ещё в полёте до следующей стены я выпустила сразу несколько паутин, часть из них ушла в молоко, но некоторые достигли своей цели и залепили лица нападавшим. Пока двойка девушек пыталась отодрать мою паутину от лица, остальные продолжали вести по мне огонь. Из-за этого мне приходилось прыгать с места на место, попутно стараясь их обезвредить. И вот когда я спеленала последнюю бандитку и начала подвешивать её к зданию, моё чувство опасности заревело с новой силой. Я отпрыгнула в сторону чисто по наитию, и в следующую секунду там, где находилась я, прилетела какая-то зелёная субстанция, которая начала растворять даже каменную кладку дома.

В переулке появилась девушка-Скорпион, представлявшая собой устрашающее зрелище. Её стройное тело покрывал комбинезон тёмно-зелёного оттенка с чёрными сегментами, блестящий в свете уличных фонарей. Лицо сохраняло человеческие черты — острые скулы, миндалевидные глаза с вертикальными зрачками янтарного цвета.

От поясницы отходил массивный хвост с ядовитым жалом, покачивающийся за её спиной словно живое существо и, кажется, способный разрезать даже сталь. На плечах виднелись хитиновые наплечники.

Её движения сочетали женскую грацию с пугающей скоростью хищника. Тонкая талия и изгибы тела контрастировали с бронированными конечностями. Волосы, похожие на тёмно-красные жгуты, обрамляли лицо, на котором играла хищная улыбка, обнажающая острые зубы.

— Так вот ты какая, паучиха, хех. Как же я давно хотела тебя увидеть.

— Прости, но сегодня автографы не раздаю, запишись на другой день.

— Смешная, посмотрим, как ты сейчас будешь смеяться.

— Прежде чем начнём драться, мне хотелось бы спросить. Судя по всему, твой комбинезон тонкий, а за что крепится хвост, невозможно понять. Так вот... Ты его купила в сексшопе, и он держится с помощью... ну ты поняла?

Почему-то она не спешила мне ответить, а лишь глухо зарычала, и в мою сторону понеслись новые сгустки слизи. Стреляла она почти как из пулемёта, что меня немного напрягало. Я старалась уводить выстрелы туда, куда не ходят простые люди, главное, чтобы ущерб инфраструктуре был меньше, так как мать не раз на это жаловалась.

Всё когда-нибудь заканчивается. Один из её выстрелов попал в паутину, которая удерживала одну из бандиток на уровне второго этажа вниз головой. Я бросилась к ней, уворачиваясь от следующего большого выстрела, который попал в здание и его капли разлетелись во все стороны. При этом очень много этой дряни попало на меня, из-за чего моя кожа начала шипеть, и я потеряла концентрацию. Но в последний момент я ухватила женщину, не давая ей упасть вниз головой.

Только я собиралась аккуратно опустить её, как мне прилетает мощный удар хвостом по ногам. Он достал меня почти на уровне второго этажа, и я почувствовала боль и хруст моей голени. Из-за резкой боли я начала падать и ударилась спиной об мусорный бак, скатившись на асфальт. Моя противница нависла надо мной, а за её спиной был хвост, из которого сейчас торчало лезвие.

Я только хотела подняться, как она наступила мне на руку, чуть не сломав её. Я же собиралась выстрелить в неё паутиной, но её лезвие пробило мне вторую руку, пригвоздив её к асфальту. Из моего рта вырвался крик... Неужели это конец?! Умереть так глупо, я не хочу умирать...

– Фус-Ро-Да...

В следующее мгновение мою противницу уносит в сторону, впечатывая ту в стену.

Поднимаю голову и вижу его... Джона... А это был именно он, его легко можно узнать по фигуре и глазам. Он как всегда был в тактических штанах и тяжёлых ботинках, а на тело была накинута чёрная кожаная куртка. На его лице был обычный строительный респиратор. Скорпия начала вставать на ноги, при этом матерясь на чем свет стоит.

– Кто ты нахер такой? Ты хоть знаешь, на кого ты пасть раззявил? – её хвост покачивался из стороны в сторону, а лезвие было направлено в его сторону. Он ничего не ответил, а лишь начал подходить к ней, по мне лишь слегка мазнув взглядом. Девушка моментально сорвалась с места, а её хвост тут же был занесён для удара. Она больше не стреляла той дрянью, видимо, боезапас кончился. И вот казалось бы, сейчас его грудь пронзит лезвие... Но он в последний момент просто хватается за само лезвие голой рукой, из-за чего оно останавливается буквально в считанных сантиметрах от его тела. Джон же просто и без зазрения совести свободной рукой нанёс рубящий удар по хвосту, тем самым отсекая его. А в следующий момент он наносит сильный удар своим берцем ей в живот, из-за чего она отлетает назад к стене.

Он вытягивает руку в сторону противницы, и вижу как сквозь его пальцы начинает идти белоснежная дымка, словно от сухого льда... В следующую секунду из его руки вырывается сосулька, которая летит в голову противницы, но та повернув её в сторону избегает от удара, и тот лишь слегка царапает ей щеку. Он поднимает сразу обе руки, я понимаю, что он хочет её убить, потому целой рукой выстреливаю паутиной в его сторону, и дёрнула на себя, из-за чего следующие сосульки прошли чуть дальше от противника. Скорпия воспользовалась моментом, быстро поднялась и начала бежать, перепрыгивая через железную ограду, после скрылась за поворотом. Джон переводит на меня взгляд.

– Какого фалмера ты творишь?

– Нельзя... Убивать... – прохрипела я и чувствую как силы начинают меня покидать, похоже, в том лезвие был яд. Он видя, что я начинаю терять сознание, вытянул руки в мои стороны... А я же напряглась, готовясь к худшему...

Волна тепла мгновенно разливается по телу, когда его заклинание исцеления начинает действовать. Сначала — покалывание в кончиках пальцев, словно тысячи крошечных иголочек проникают под кожу. Затем ощущение распространяется вверх по рукам, к груди, заполняя каждую клетку тела золотистым свечением.

Боль от ран быстро сменяется приятным теплом, похожим на погружение в горячую ванну после долгого зимнего дня. Рваные раны затягиваются на глазах — сначала останавливается кровотечение, потом края ран сближаются, ткани срастаются, оставляя лишь едва заметные шрамы.

Сломанные кости срастаются с характерным хрустом — неприятно, но терпимо. Внутренние повреждения исчезают, словно их никогда и не было. В голове появляется лёгкое головокружение, сменяющееся ясностью мысли.

Заклинание длится всего несколько секунд, но кажется, будто время растягивается. Когда золотистое свечение исчезает, остаётся приятная бодрость и лёгкая эйфория, будто заново родился.

— Дома у нас будет серьёзный разговор, — произнёс он строго.

— Я не понимаю, о чём вы говорите...

— Гвен, если ты будешь продолжать притворяться, то, клянусь Акатошем, я начну воспитывать тебя, как и Джесси. Ещё бы немного, и ты могла бы отправиться в Совнгард, и ты хотя бы могла изменить свой голос.

Из меня вырвался писк.

— Но вы ошибаетесь...

— Я всё расскажу твоей маме.

— НЕ НАДО!!!

— Вот так-то лучше. Приводи себя в порядок, я жду тебя возле строительного магазина. Поможешь мне донести инструменты до дома.

***

P.S. если кому нибудь интересно то на бусти уже 4 глава 2 тома)))