Мия

Выстрел арбалета совпал точно с первым озвученным приговором.

— Леонид Гейко. Приговор — смерть. — быстро и коротко произнесла Мия и нажала на спусковой механизм два раза подряд с промежутком в доли секунд, но с двумя разными радиусами направления.

Ее целью не было убить двух альф одновременно. На это она была не способна, как бы она ни хотела. Точнее, точнее, она просто не смогла бы это сделать, ведь те, кто стояли за своими лидерами, были не простаками и понимали опасность куда лучше, чем те самые альфы, которые верили в свою неприкосновенность. Как правило, именно им приходилось разгребать все последствия решений своих глав.

Не стоило упускать из виду также их звериную реакцию, а поэтому Мия приняла решение выстрелить дважды в одно и тоже направление в того, кто без сомнений заслуживал смертный приговор, и попасть наверняка, чем впустую потратить свой шанс на неожиданную атаку вовсе. К тому же мало кто из них имел с собой оружие, ведь они, по сути своей, уповали на свою звериную сущность, что сейчас лишь облегчало ее задачу дать им отпор.

Выстрелы достигли своей цели еще до того, как его основная охрана успела хоть что-то предпринять, а толпа его хоть как-то предупредить. Все слушали их наглые высказывания и гордыню, и уверенность в свое превосходство, что для самой Мии звучало лишь как эхо столь привычных обвинений в ее адрес.

Все желали представления и долгих выяснений их отношений, однако самой девушке это было не нужно. Она и так узнала все необходимое, и, в отличие от Земли, ей не нужно было слушать их лживые объяснения и уверения, что такое больше не повторится. Это было излишним, да и если бы она была не права, Природа сумела бы ее остановить, если бы очень захотела. Ну а так как она еще ни разу никак не высказала свое недовольство, то все, что оставалось Мии — это принимать свои собственные решения и нести их груз самой.

Толпа, палачи и сами приезжие так зациклились на том, чтобы поддержать свой имидж, что даже не подумали, что она нанесет удар еще до того, как начнется сама битва. Они не ожидали такой наглости, что лишь напомнили Мии, что ей и вправду стоит играть грязно, чтобы добиться результата, ведь именно так обычно действовали ее противники. Отплатить их же способом было именно то, что она и собиралась сделать, и сделать это красиво.

Выстрел последовал с промежутком менее пары секунд, но отточенные навыки до совершенства не позволили ей ошибиться, а интуиция подсказала, что не стоит стрелять в сердце сразу, ведь успех был также не гарантирован. Слишком большая вероятность того, что кто-то встанет у первой стрелы на пути.

Первый выстрел поразил самого шустрого приспешника Леонида, который, как выяснилось, обладал отличной реакцией и рефлексами, попав ему в правую ногу, тем самым заставляя его потерять равновесие и освобождая ей путь до истины цели. Пусть он и попытался спасти своего альфу, заслонив его своим телом и тем самым придав этому двуликому некую ценность в этом мире, но это не отменяло того, что приговор был уже оглашен и обратно свои слова Мия брать не собиралась.

Послышался первый крик боли, и сам, не желая этого, пострадавший потерял равновесие, чем привел все в движение. При падении он попытался хоть как-то удержаться, но единственным вариантом был его альфа. Понимая это, он даже в таком состоянии решил не рисковать и упал точно у того перед ногами, тем самым блокируя его в кольце. Кольцо, которое должно было его защитить, но вместо этого оно стало его ловушкой, без возможности увернуться при необходимости, так как перед был открыт, чем Мия и воспользовалась.

Пострадавший мужчина был ранен, пусть и не смертельно, но наличие яда на острие гарантировало его смерть спустя считанные минуты. В любой другой раз это время Мия могла потратить, чтобы решить, стоит ли спасать раненого или позволить ему умереть. Сейчас такой вопрос не стоял, так как приговор для каждого из них был уже предрешен. Раз они решили быть частью того, что творил Леонид, то был шанс, что если главарь и умрет, то они продолжат без него. Всего лишь шанс, но и этого шанса сейчас было достаточно, чтобы не тратить время на их спасение и переключиться на остальных.

Решение было однозначным — любой, кто попробует ей помешать, умрет! Они станут малой жертвой, чтобы совершить перемены. Без этого обойтись было никак, да и спасти всех она не смогла бы, как бы того ни желала.

Вторая стрела была отправлена под другим углом и попала точно в сердце Леониду, который все еще вещал, как мало она значит для него и как он готов ее растоптать за своего брата. Перед самой смертью он все же успел понять, что в него летит стрела, но тот, кто собирался ему помочь, как раз и стал тем, кто его замедлил и не позволил вовремя увернуться от прямого попадания. Он и договорить-то-толком не успел, как его глаза остекленели, кровь начала растекаться по его одежде, а тело, подвластное силе притяжения, начало заваливаться на спину.

Время для его приспешников как будто остановилось, так как им нужно было не только осознать, что их альфа непросто ранен, а мертв, но и принять решение, что делать дальше. Наконец, придя к какому-то решению, они попытались схватить его, в чем преуспели, но толку от этого было мало. Спасти его было уже совершенно невозможно.

Кто-то зло зарычал, кто-то лишь с лютой ненавистью поднял свой взгляд, чтобы им же попытаться убить ее на месте, но там, где она стояла всего мгновение назад, ее уже не было. Стоило ей лишь выстрелить, как ее ноги уже несли ее в направлении второго противника. Для нее бой начался в тот момент, когда она решила воспользоваться своим арбалетом, и теперь время играло против нее. Каждая секунда была важна, и лишь от нее зависело, как она их потратит.