Глава 8

Утро понедельника сделало из меня окончательно уверенной в себе женщиной. Я смотрела на себя старое зеркало в гостиной и уже знала, как поступлю сегодня.

Мой муж, а точнее, уже бывший, так и не удостоился позвонить мне вчера вечером и объяснить, что случилось. А ведь он прекрасно понял, с кем разговаривала Альбина, когда стучалась к нему. Зато мне позвонила сама Альбина и начала спрашивать о том, что же у нас произошло с Зарубиным, и почему в нашей квартире совершенно чужая женщина.

Как бы всё странно ни звучало, но почему-то именно тот факт, что в моём доме, который я покупала со своим мужем, жила чужая женщина, отрезвил окончательно. Жестокая, отрезвляющая реальность, которая заставила включить мозг и вспомнить все странные моменты из нашей семейной жизни. Насколько же может быть жесток человек, который живёт рядом с тобой и делит с тобой пищу.

Прикрыла глаза на несколько секунд, прогоняя морок тяжёлых мыслей, а открыв, улыбнулась себе в зеркало с полной уверенностью того, что я сегодня последний день буду работать в компании, которая за столько лет стала для меня вторым домом. Я вышла из дома и оглянулась вокруг. По логике, мне нужно хандрить, а я не могу. В памяти всплывают моменты, когда я действительно страдала, а ещё слова, которые я сама себе тогда сказала:

— Я больше никогда не буду страдать!

Да, всё-таки старенький дом бабушки как-то по-новому оживил меня! Но вот то, что мне теперь нужно будет довольно долго добираться до работы, немного расстроило.

После того, что случилось со мной когда-то давно, я так и не решилась сесть за руль ни машины, ни мотоцикла. Больше я ничего не водила в своей жизни, но сегодня я поняла, что, возможно, надо было себя как-то переселить, потому что идти сначала пятнадцать минут до остановки, а потом толпиться в общественном транспорте — это довольно долго.

Не могу сказать, что это непривычно для меня, но всё же сложно, учитывая, что до работы, по предварительным расчётам, нужно добираться около полутора часов. С такими мыслями я дошла уже почти до середины улицы, когда услышала сзади размеренный шум колёс.

Обернулась и застыла. Через переднее стекло чёрного высокого внедорожника на меня смотрел серьёзный взгляд Ярослава. Он просто смотрел, но столько было сказано в этом его взгляде, что мне снова стало не по себе. Я его вчера так и не увидела. Только Ульяна и Ольга Николаевна, с которыми гуляли вместе.

Ярослав вышел из машины. Сделал несколько шагов ко мне и остановился, засунув одну руку в карман пальто.

— Доброе утро, Ева, — поздоровался он, и лёгкая улыбка коснулась его губ.

— Привет, — ответила я, поправляя воротник куртки и смахивая невидимые пылинки с рукава. — Как твои дела? Вчера тебя не увидела, чтобы поблагодарить, но я рада, что ты принял на работу Ольгу Николаевну, — начала говорить, даже не понимая, нужны ли мне ответы.

— Я так понимаю, ты спешишь на работу, — уточнил Ярослав, покачнувшись на пятках. И так странно это выглядело, но до того знакомо, что я тяжело сглотнула.

— На работу, — кивнула я. — А ты готов меня подвезти? — спросила и теперь даже попыталась улыбнуться, склоняя чуть голову.

— Рад, что это в тебе не изменилось, — в ответ губы Ярослава растянулись ещё шире, а бровь поползла вверх.

Мир застыл. И вроде не было этих нескончаемых длинных лет, в которых я была уверена, что он просто трус и предатель. Не было этой боли в груди, которая пожирала меня столько времени. На меня смотрел тот Ярослав, которого я помнила. Только старше, мужественнее. Ах да, и не мой.

— Садись, я тебя довезу. Нам всё равно по пути, — сказал Ярослав, даже не спрашивая, готова ли я с ним куда-то ехать.

— Спасибо большое, но я лучше сама, — ответила и проглотила снова образовавшуюся горечь во рту.

— Ева, я должен тебя отблагодарить за то, что ты нашла отличную няню для Ульяны, — начал спокойно говорить Ярослав, смотря прямо. — Я не знаю, что было бы сегодня, если бы мне пришлось тащить дочь с собой. Поэтому давай я просто отвезу тебя до работы.

Несколько секунд я смотрела внимательно на Ярослава. Кивнула, обошла машину и села на пассажирское сиденье.

Зачем усложнять и дальше? Машина плавно тронулась с места, но Ярослав ведёт себя уверенно, маневрируя между машинами и вливаясь в поток так, будто это его постоянная работа.

— Яр, я не сказала, куда ехать, — начала было я, но он бросил мимолётный взгляд, улыбнулся и спокойно ответил:

— Я знаю, где ты работаешь, не волнуйся. Мы успеем вовремя.

И почему мне показалось, что в его словах прозвучал какой-то двойной смысл? Я замолчала. Нет никакого смысла дальше развивать разговор, который не приведёт ни к чему. Мы с ним чужие друг другу люди. Всё, что было когда-то — прошлое.

Я смотрела на мелькающие мимо дома, машины, улицы, и пыталась придумать, как же мне жить дальше? Что мне делать? Как мне заставить себя найти новое место? И надо ли оно мне вообще? Столько философских вопросов я никогда не задавала себе, даже когда думала, что никогда не встану на ноги.

Через полчаса Ярослав остановился напротив офисного здания, где была расположена компания «Гранд-строй», в которой я работала. Отличное место, хороший коллектив, как я думала. Замечательный босс, который никогда никого не обижал, но всегда был требовательным. Сегодня, вероятно, я приехала сюда в последний раз, хотя не нужно забывать трудовой кодекс, по которому я обязана буду отработать две недели.

— Мы приехали, — ответил Ярослав и развернулся ко мне всем корпусом, положив руку на руль.

— Спасибо большое, — кивнула я ему. — И откуда ты знал, что я здесь работаю?

Ярослав усмехнулся и ответил:

— В наше время можно узнать всё что угодно, главное — знать, где искать.

Я вздрогнула и не удержалась от колкости.

— Да, жаль, что когда-то нельзя было узнать так же быстро всё, что происходит вокруг.

Ярослав замер, посмотрел на меня несколько секунд и кивнул. Я молча вышла из машины и, не оборачиваясь, пошла к офису. Утро — время, когда вокруг суета. А утро понедельника только добавляет шума и беготни вокруг. Я поздоровалась с охранником. Но только подошла к стойке администратора, за которой я работала последние три года, как ко мне сразу же подбежала запыхавшаяся Лиза, секретарь заместителя по финансовой части.

Её огромные глаза, рыжие волосы, яркие губы, которые даже без помады выглядят сногсшибательно, просто кричали, что сегодня нас ждёт что-то сверхъестественное.

— Ева, ты почему так долго? Времени осталось совсем немного. И где твой муж? — начала тараторить Лиза, поправляя свою юбку-карандаш.

— Доброе утро, Лиза, — ответила я, стараясь не обращать внимания на то, что в груди неприятно кольнуло от воспоминаний о муже. — Что случилось? Почему ты такая всполошённая? Неужели у нас здесь пожар? — спросила я вместо того, чтобы отвечать на вопросы Лизы.

— Здесь не просто пожар! — зашептала Лиза, придвигаясь ко мне ещё ближе. — У нас полный дурдом с утра. Шеф позвонил ни свет ни заря и приказал явиться. Я уже больше часа на работе, привожу всё в порядок, — быстро продолжила говорить Лиза. — Ты же знаешь, что наш главный босс собирается уходить? — спросила она.

— Догадываюсь, — ответила я, а сердце снова пропустило болезненный удар.

— Так вот, оказывается, это случится сегодня! — заговорщически добавила Лиза. — Сегодня наш Григорий Акимович назначит преемника! Уже все собираются в конференц-зале! — и столько эмоций было вложено в голос Лизы, что у меня внутри всё опустилось.

Так быстро! Не думала я, что всё случится в какие-то несколько дней. А может, я слишком увязла в своей семье, в своём доме, в себе самой, что пропустила всё!

Можно было бы сказать, что всё слишком неожиданно, и странно, что Дима перестал со мной делиться в последнее время всем, что происходит на этаже управления, но нет. Как оказалось, всё шло точно так, как и было задумано. Только не мной!

— Собрание через пятнадцать минут, — добавила Лиза. — И нужно быть всем! Григорий Акимович очень строго приказал, чтобы все присутствовали.

— Хорошо, — сказала я и сразу же сообразила, что нужно сделать рассылку, чтобы все увидели письмо.

И в этот момент центральная дверь открылась, и в неё вошёл Дима, а точнее, Дмитрий Иванович Зарубин, мой бывший муж, вместе с Эльвирой Волковой, дочкой нашего пока ещё действующего босса.

Они вошли, держась за руки, и Дима что-то нежно зашептал ей на ухо. Весь первый этаж в здании замер. Все смотрели на эту картину с открытыми ртами, а меня опалило стыдом и очередной порцией боли. Только в этот раз отрезвляющей! У кого-то что-то упало, где-то разбилась то ли чашка, то ли стакан, непонятно. Тишина образовалась такая, что слышно было, как тонкие каблучки Эльвиры цокают по кафелю.

Дима и Эльвира прошли мимо всех. И если Зарубин кивнул обалдевшему охраннику, то Эльвира бросила на меня такой высокомерный и ликующий взгляд, что мне стало противно от собственного бездействия. Они вдвоём подошли к лифтам, а через несколько секунд уже спрятались за створками одного из них.

Кожу обожгло десятком взглядов, к щекам прилила краска стыда, а в голове зашумело.

— Ева-а-а-а! — протянула шокировано Лиза и развернула меня за руку к себе так, что я почувствовала её ногти сквозь блузку. — Это что сейчас было? Это как?! Это был твой муж?! Ты это видела?

И столько негодования, шока, ярости в голосе Лизы, что мне стало даже не по себе. Вот Лиза среагировала, как все нормальные женщины. Не зря говорят — рыжие самые темпераментные.

— Да, Лиза, я это видела. И да, я знаю, что ты хочешь сказать дальше, но я ничего не могу с этим сделать, — ответила я Лизе, уже набирая объявление для рассылки в корпоративном чате. — В пятницу я, оказывается, стала официально бывшей женой. Поэтому ничего не могу сделать.

Лиза закрыла рот ладошкой, выпучила на меня огромные глаза и нависла так, что мне пришлось вжаться в рабочее кресло.

— Да ты должна была ей выдрать все волосы, а его вообще убить! — зашипела она так, будто это её муж прошёл только что мимо с любовницей. — Или стулом прибить! Или можно было ему на голову что-нибудь уронить. Кирпич! — выкрикнула она и пальцем ткнула вверх для убедительности. — Вот самое лучшее средство, чтобы наказать… Да как вообще ты стала бывшей?! Он же тебя среди недели забирал с работы и улыбался здесь всем? — непонимающе уставилась вперёд Лиза, будто вспоминая всё, что происходило между мной и Димой. — Вы же даже не ссорились!

— Не ссорились, — подтвердила я Лизе. — Но это, как оказалось, не спасает от подлости.

— Давай я его машиной перееду! — зашипела Лиза, и столько злости проскользнуло в её голосе, что меня это в какой-то момент просто позабавило, и я прыснула от смеха, прикрыв рот ладошкой. — Это нервы, — со слишком умным выражением лица ответила Лиза, смотря на меня сочувствующим взглядом.

— Не нужно ничего делать, — ответила я мирно. — Может, это и хорошо, что так всё произошло. Жаль только, что никто не сказал, насколько это будет неприятно.

Я вздохнула и потянулась за чистым листом бумаги. Взяла ручку и села писать заявление по собственному. Всё же лучше будет мне больше не появляться здесь больше. Если Дима позволил себе так спокойно прийти сюда вместе с Эльвирой за руку, обозначая их отношения, мне здесь делать нечего. Я не готова выносить на себе сочувственные взгляды и тихое шушуканье за спиной.

— Ты что делаешь? — закричала Лиза, выдёргивая лист у меня из-под руки. — Не смей этого делать! Никакого заявления, Ева! Пусть он уходит сам.

Я посмотрела на Лизу внимательно, улыбнулась нежно и ответила:

— Лиза, ты прекрасно видела, с кем прошёл только что Дима, и поверь, в этой ситуации я уже не знаю, что для меня лучше. Хотя, начать сначала и не здесь — отличный вариант.

— Это не ты должна начинать сначала! — закричала Лиза, а мне стало даже приятно, что здесь, на работе, у меня есть человек, который поддержит и даже будет переживать. — Пусть он катится… — Лиза для убедительности ткнула пальцем в сторону выхода, но продолжить не успела — на стойке ресепшена зазвонил телефон, и я на автомате подняла трубку.

— Доброе утро. Гранд-строй приветствует вас. Чем я вам могу помочь? — доброжелательный тон, выработанный годами, сработал отлично.

С другой стороны послышался серьёзный голос личного помощника Григория Акимовича.

— Ева, быстро поднимайтесь наверх в конференц-зал. Босс ждёт всех. Время уже заканчивается. Всех, кого увидите, тоже прихватите, пожалуйста, — уже спокойнее добавила Виктория Леопольдовна. — Сегодня будут представлять нового босса.

— Хорошо, мы сейчас будем, — ответила я и положила трубку.

Руки задрожали, желудок неприятно свело, и тошнота поступила, но я попыталась успокоить дыхание и прикрыла глаза.

Встала и, повернувшись к Лизе, постаралась снова улыбнуться.

— Лиза, идём. Нас уже ждут.

Лиза вздохнула, покачала головой, но пошла рядом со мной. Её голос не затихал, пока мы поднимались наверх. Я слушала, но не вникала в её слова. Сердце ускорились до предела, пока мы поднимались, я знала, что сейчас увижу Диму, и понимала, что меня будет ждать.

И почему же стыдно мне, а не ему? Почему унижение чувствую именно я?

Мы вышли из лифта и первой, кого увидели, была Эльвира. Она стояла у кабинета Димы и смотрела в сторону лифта, будто знала, что я сейчас приеду.

— Помочь? — громко спросила Лиза, останавливаясь рядом со мной.

— Иди, я сейчас догоню, — отвечаю Лизе и смотрю на Эльвиру, которая идёт ко мне походкой от бедра.

— Давай, я передам папе, — Эльвира протягивает руку и шевелит в воздухе пальцами с красным маникюром.

— Что я должна тебе передать? — спрашиваю я растерянно.

— Заявление, Ева. Не тупи! — фыркает Эльвира. — Хотя лучше продолжай в том же духе. Всё равно тебя здесь завтра не будет.

Вскидываю бровь и смотрю на Эльвиру. У меня даже получается улыбнуться.

— О каком заявлении идёт речь, Эльвира? — спрашиваю я, начиная понимать, что всё, что делал Дима, это была её заслуга. — И почему я должна тебе что-то передавать? Ты здесь не сотрудник.

— Я тебя могу уничтожить, если захочу, — зашипела Эльвира, понижая голос и делая ещё один шаг ко мне. — Так что не заставляй меня показывать, что я могу.

— Разрушать чужие семьи? — раздаётся вопрос за спиной, а я вздрагиваю, совершенно не ожидая услышать этот голос здесь. — Ты всегда была талантлива, Эля!

И мне на талию ложится рука Ярослава.

— Привет ещё раз. Прости, задержался. Пока припарковал машину, думал, поседею, — и это всё он отвечает мне.

— Ярик? Ты что здесь делаешь? — спрашивает севшим голосом Эльвира, а я понимаю, что она знает его настолько, что может назвать Яриком, а он её Элей.