Воздух в зале сортировки казался спёртым, густым от въевшейся бумажной пыли и запаха старого металла. Пространство в центре, расчищенное от ящиков, теперь выглядело как эшафот.

Тайрен ждал. Инспектор стоял абсолютно неподвижно, заложив руки за спину, и его взгляд препарировал Каэна с пугающей методичностью. В этом взгляде не было ни издёвки, ни предвкушения чужой боли. Лишь холодная, как сталь крейсера, потребность в верификации данных.

Зуко раздражённо выдохнул, выпустив из ноздрей тонкие струйки сизого дыма.

— Чего ты ждёшь, Рэн? — резко бросил принц. — Выполняй приказ. Или твоя трусость парализовала тебя окончательно?

Каэн не ответил. Он смотрел на бракованный железный щит, прислонённый к стене в десяти шагах от него. Ржавчина въелась в края металла, по центру шла уродливая вмятина.

«Покажите мне ваше пламя. В полную силу».

Пульс ударил в виски. Внутренний интерфейс не заставил себя ждать, сухо и безжалостно подтверждая то, что Каэн и так чувствовал каждой нервной клеткой своей изувеченной руки.

[Критическое предупреждение.]

[Текущее состояние правой руки: перекрытие меридианов 87 %.]

[Принудительное формирование боевого пламени Ложного типа приведёт к термическому разрыву каналов.]

Если он попытается ударить так, как учат в Академии — на чистой ярости, мышечном усилии и желании уничтожить цель, — огонь застрянет в искалеченных протоках. Руку разорвёт изнутри. Он станет калекой прямо здесь, на каменном полу.

Но если он использует то, чему научился в котельной, если он применит Истинное Пламя, позволив огню течь мягко, опираясь на ровное дыхание…

«Тайрен не идиот», — лихорадочно соображал Каэн, делая медленный шаг к центру зала. — «Он ищет аномалию. Он ищет причину взрыва в ущелье. Если я выдам идеально ровный, контролируемый поток с перебитыми меридианами, это вызовет в сто раз больше вопросов, чем моя предполагаемая трусость».

Слишком слабый огонь — он бесполезен, и его отправят в штрафные роты за симуляцию.

Слишком чистый огонь — он покойник. Лабораторная крыса для исследователей Азулы.

Каэн встал в стартовую позицию. Правая нога отведена назад, левая рука для баланса, правая — рабочая — прижата к бедру. Мышцы плеча мгновенно отозвались тупой, пульсирующей болью.

Он прикрыл глаза на долю секунды. Ему нужно было совместить несовместимое. Сыграть роль жалкого, сломанного кадета, использующего классический агрессивный стиль, но внутри тела провести огонь по безопасному маршруту, не дав ему сорвать спазмированные каналы. Ему нужно было создать фасад.

Каэн сделал вдох. Резкий, рваный — так дышат от страха и напряжения. Грудь неестественно раздулась. Он намеренно напряг шею и плечевой пояс, имитируя зажим, блокирующий нормальную циркуляцию Ци.

— Форма «Рассекающий удар», — сухо напомнил Тайрен, доставая из рукава небольшую книжечку и графитовый стержень. — Приступайте.

Каэн начал движение. Он резко выбросил левую руку вперёд, перенося вес тела. Движение было правильным по геометрии, но деревянным. Он заставил себя сжать челюсти, имитируя гнев, которого не было.

Внутри же он отчаянно пытался удержать Искру от реакции на эту фальшь. Пламя сопротивлялось. Оно не хотело рождаться в зажатом, неестественном ритме. Каэн почувствовал, как жар скапливается в груди, угрожая вырваться наружу хаотичным взрывом. Он терял контроль над процессом. Внутренний диссонанс между внешним напряжением и внутренней потребностью в покое грозил сорвать фокус.

Дзинь.

Лёгкий, почти хрустальный звук разрезал тишину зала.

Дзинь.

Каэн на мгновение скосил глаза. Генерал Айро сидел на стопке архивных ящиков. Его лицо оставалось непроницаемым, но пальцы левой руки медленно, ритмично постукивали краем фарфоровой пиалы по деревянной поверхности.

Дзинь. Удар. Пауза в два такта.

Дзинь.

«Дыши», — говорил этот ритм. Это не было магией. Это не было вмешательством, которое мог бы заметить инспектор. Это был просто звук, дающий точку опоры в хаосе паники. Метроном для сорвавшегося сердца.

Каэн зацепился за этот ритм. На следующем постукивании он позволил внутреннему напряжению чуть ослабнуть, ровно настолько, чтобы Ци смогла протиснуться сквозь узкое горлышко здоровых меридианов. Он не стал зачерпывать пламя из гнева. Он взял ровно ту искру, которая всегда горела внутри, и толкнул её по руке, намеренно позволяя ей растерять плотность по пути.

Он делал свой огонь хуже. Он активно, с хирургической точностью калечил собственный удар.

Шаг. Разворот корпуса. Правая рука взмыла вверх и с силой обрушилась вниз, направленная на железный щит.

Внешне это выглядело как отчаянная, болезненная попытка выжать из себя максимум. Каэн скривился, издав хриплый выдох.

Огонь сорвался с его кулака. Это не было лезвием. Это не было даже плотным шаром. Это был рваный, шумный, перенасыщенный кислородом сгусток грязно-оранжевого пламени, который с громким хлопком ударил в центр щита.

Пламя растеклось по металлу жидким пятном, не оставив ни вмятины, ни пробоины. Лишь широкое, уродливое пятно чёрной копоти.

Каэн тяжело осел на одно колено, прижимая правую руку к груди. Боль была реальной — протащить даже ослабленный огонь через 87 % блокады оказалось мучительно, мышцы свело судорогой, а вены на предплечье вздулись. Он тяжело, со свистом дышал, глядя на дымящийся щит.

В воздухе повисла звенящая тишина.

А затем, в оседающих искрах на полу, Каэн увидел это. Крошечный, едва заметный язычок пламени, отколовшийся от основного удара, внезапно перестал чадить. Он стабилизировался, очистился, и на какую-то долю секунды его сердцевина полыхнула чистым, режущим глаз золотом.

Сердце Каэна пропустило удар. Если Тайрен увидит…

Каэн резко дёрнул ногой, стирая искру сапогом и одновременно издавая сдавленный стон, словно от невыносимой боли в руке. Золотистая вспышка исчезла под подошвой, смешавшись с золой.

Тайрен медленно опустил графитовый стержень. Он подошёл к щиту, провёл пальцем по копоти и задумчиво посмотрел на испачканную перчатку.

— Жалкое зрелище, — нарушил тишину Зуко. Принц отвернулся, скрестив руки на груди. — Столько шума из-за ничего. Его меридианы сожжены, инспектор. Он не может выдать даже базовую плотность. Вы удовлетворены? Этот кадет — просто обуза.

Тайрен не смотрел на Зуко. Он смотрел на Каэна, который всё ещё стоял на колене, пытаясь унять дрожь в руке.

В поле зрения Каэна беззвучно вспыхнули полупрозрачные строки.

[Анализ завершён.]

[Контроль выброса энергии перенастроен.]

[Диагностика: Выявлено умение искусственно занижать качество пламени без дестабилизации Искры.]

[Система фиксирует новый навык: Маскировка ритма (пассивно).]

Каэн моргнул, смахивая пот со лба. Значит, контроль — это не только идеальная форма. Это ещё и способность быть несовершенным тогда, когда этого требует выживание. Способность носить маску слабости, не ломая при этом внутренний стержень.

— Вы правы, принц Зуко, — голос Тайрена звучал ровно, как ход часового механизма. — Боевая ценность этого кадета в данный момент стремится к нулю. Демонстрация подтверждает структурные повреждения каналов. Теплоотдача нестабильна, фокус рассеян.

Каэн медленно поднялся, стараясь не выдать облегчения. Он смог. Он прошёл по самому краю.

— Однако, — Тайрен повернулся, закрывая свою книжечку. — Меня интересует другой аспект.

Инспектор подошёл к Каэну вплотную. От него пахло холодом и чернилами.

— Во время нашего разговора, кадет, вы продемонстрировали поразительную аналитическую точность в описании собственного срыва. Вы трусливы в бою, но ваш разум работает… необычно структурно для рядового пушечного мяса.

Каэн молчал, глядя в подбородок инспектора.

— Физическая слабость — это изъян, — продолжил Тайрен, поворачиваясь к Зуко и Айро. — Но Народ Огня не разбрасывается ресурсами. Если шестерёнка не может крутить вал двигателя, её можно поставить в счётный механизм.

Зуко нахмурился, не понимая, к чему клонит аудитор. Айро перестал постукивать по пиале и чуть наклонил голову.

— Вы запрашивали доступ к архивным данным для инвентаризации крейсера, — Тайрен заложил руки за спину. — Поскольку боевые тренировки кадету Рэну сейчас противопоказаны, я принимаю решение.

Инспектор посмотрел прямо в глаза Каэну, и в этом взгляде скользнула тень стального капкана, который только что захлопнулся.

— Я полагаю, что Каэна стоит временно прикрепить к архивной группе. Для проверки дисциплины. И для работы с отчётами под моим личным надзором. Вы приступите к обязанностям немедленно. Посмотрим, насколько хорошо вы справляетесь с бумагами, если не можете справиться с собственным пламенем.