Обугленный комок пергамента глухо ударился о разложенную на столе карту. Края бумаги всё ещё тлели крошечными оранжевыми искрами, источая едкий запах жжёного дерева и сургуча.
Тишина на мостике стала осязаемой. Она давила на плечи, словно толща воды перед началом шторма. Лишь приглушённо, где-то в самом чреве повреждённого крейсера, натужно кашлял правый двигатель.
Каэн замер у металлической переборки, стараясь дышать ровно и не привлекать внимания. Его правое плечо дёргало тупой, пульсирующей болью при каждом ударе сердца. Внутренние каналы руки, забитые пеплом от недавнего срыва, казались налитыми свинцом. Одно неосторожное движение — и боль простреливала до самых кончиков пальцев, напоминая о цене «Кредита ярости».
— Принцесса Азула, — медленно, словно пробуя слово на вкус, произнёс генерал Айро. Он сидел в своём кресле, но привычная мягкая расслабленность исчезла из его позы. Пальцы генерала задумчиво оглаживали керамическую чашку с давно остывшим чаем. — Это многое усложняет.
Зуко резко обернулся. В свете тусклых масляных ламп его шрам казался воспалённым, а здоровый глаз лихорадочно блестел.
— Усложняет?! — голос принца сорвался на рык. Он шагнул к столу, опираясь на него обеими руками. — Это не просто усложняет, дядя! Это приговор! Ты знаешь, что это значит. Отец не отправляет её проверять отчёты. Она идеальна. Она всегда была идеальной. Если она здесь, значит, он считает меня ничтожеством, не способным поймать мальчишку с палкой!
Каэн прикрыл глаза, делая медленный вдох через нос. На четыре счёта — внутрь, на четыре — задержка. Он должен был держать ритм.
Угроза Азулы. Для него, попаданца, это имя когда-то было лишь частью истории на экране. Интересный персонаж, гениальный тактик, безумный подросток с синим пламенем. Но сейчас, стоя на вибрирующей палубе пахнущего гарью корабля в теле слабого кадета-неудачника, Каэн ощутил, как по позвоночнику скользнула струйка ледяного пота.
Азула была не просто сестрой Зуко. Она была живым воплощением идеалов Народа Огня. Идеальным орудием доминирования. Если Зуко был опасен своей нестабильностью и отчаянием, то Азула пугала абсолютным, безжалостным контролем. Она видела людей насквозь. Она чуяла ложь, страх и слабость так же ясно, как акуло-медведь чует кровь в воде.
Если она поднимется на борт этого корабля, его прикрытию конец. Она не поверит в «неудачника, которому просто повезло выжить под завалами». Она увидит странное дыхание. Задаст пару вопросов. И выжжет из него правду вместе с душой.
[Внимание: Сбой дыхательного цикла. Пульс превышает норму. Обнаружен триггер страха.]
[Рекомендация: Восстановите базовый ритм. Страх провоцирует возврат к паттернам Ложного Пламени.]
«Заткнись», — мысленно огрызнулся Каэн, силой заставляя себя расслабить мышцы живота и выдохнуть.
— Адмирал Джао не глупец, — голос Айро был тих, но отчётливо разносился по всему мостику. — Он знает, как использовать имя принцессы. Джао пишет тебе не для того, чтобы помочь. Он предлагает свои ресурсы, прикрываясь её интересом, чтобы взять наши поиски под свой контроль. Если ты откажешься и потерпишь неудачу — он доложит Азуле, что ты отверг помощь флота. Если согласишься — он станет главным в охоте на Аватара.
— Я не отдам ему Аватара! И не позволю Азуле смотреть на меня сверху вниз! — Зуко ударил кулаком по стене. Металл жалобно гуднул. — Мы найдём его первыми. Сегодня же мы выступаем. Проложить курс по последним координатам воздушного кочевника!
Тяжёлые железные двери мостика со скрипом разъехались в стороны. На пороге стоял лейтенант Джи. Его броня была покрыта копотью, под глазами залегли глубокие чёрные тени, а правая рука неловко прижимала к боку планшет с рапортами.
— Принц Зуко, — лейтенант коротко поклонился, бросив быстрый взгляд на Айро, а затем на измятое письмо на столе. — Корабль не может продолжать преследование.
Зуко медленно выпрямился. Его ноздри раздулись, выдыхая тонкую струйку серого дыма.
— Что ты сказал, лейтенант?
Джи сглотнул, но взгляд не отвёл. Он был старым воякой, и сейчас преданность экипажу перевешивала страх перед гневом изгнанного принца.
— Обшивка правого борта критически повреждена после столкновения с магами земли. Давление в котлах падает. Третий отсек затапливает. Экипаж не спал больше двух суток, люди валятся с ног. Если мы попадём в малейший шторм, корабль пойдёт ко дну. Нам нужно в ремонтный док в ближайшей колонии.
— Мы не пойдём в док! — рявкнул Зуко, его голос сорвался на подростковый фальцет, полный отчаяния. — Аватар не будет сидеть и ждать, пока вы выспитесь! Если мы остановимся, Джао доберётся до него! Азула доберётся до него!
— Принц Зуко, — мягко, но с нажимом произнёс Айро, поднимаясь с кресла. — Корабль — это продолжение нашего тела. Вы не можете требовать от сломанной руки, чтобы она держала меч. Лейтенант прав. Нам нужна стоянка. Хотя бы для того, чтобы заделать пробоины и дать людям горячий паёк.
Зуко замер, тяжело дыша. Его взгляд метался от спокойного лица дяди к упрямому лицу Джи. Он ненавидел признавать их правоту. Это ощущалось как слабость, как ещё одно доказательство его никчёмности в глазах отца.
И тут взгляд принца метнулся в сторону. Он остановился на Каэне.
Каэн внутренне подобрался. Он чувствовал этот взгляд кожей — тяжёлый, подозрительный, ищущий мишень для выплеска накипевшего гнева.
— А ты, — процедил Зуко, делая шаг к кадету. — Рэн.
Каэн вытянулся по стойке смирно, несмотря на стреляющую боль в плече.
— Слушаю, принц Зуко.
— Ты всегда оказываешься рядом, когда всё идёт прахом, — Зуко подошёл вплотную. От него пахло раскалённым металлом и скрытой истерикой. — На палубе во время шторма. В котельной. В скалах, где ты не смог удержать позицию и обрушил камни, вместо того чтобы сжечь врага.
— Мальчик действовал инстинктивно, племянник, — попытался вмешаться Айро, подходя ближе. — Он спас…
— Я не спрашивал тебя, дядя! — огрызнулся Зуко, не сводя глаз с Каэна. — Мой экипаж истощён. Мой корабль разваливается. Джао дышит мне в затылок, а моя идеальная сестра уже, возможно, плывёт сюда, чтобы лично забрать мою единственную надежду на возвращение домой! И среди всего этого у меня на борту есть кадет, который отказывается быть нормальным магом огня.
Каэн смотрел прямо перед собой, на золотой узор нагрудника принца.
«Только не смотри ему в глаза. Не показывай страх. Страх провоцирует хищника».
— Я исполняю приказы, мой принц, — ровно ответил Каэн.
— Исполняешь? — Зуко горько усмехнулся. — Ты слаб. Но ты выживаешь там, где должен был сгореть. Ты прячешься за спиной моего дяди. Я не могу позволить себе держать на борту балласт. Тем более сейчас, когда любая ошибка будет рассматриваться под лупой Джао и Азулы.
Зуко резко отвернулся и направился к столу.
— Лейтенант Джи! Проложить курс к ближайшей колонии Царства Земли. Малый ход. Мы починим обшивку и пополним запасы угля. У вас двенадцать часов с момента швартовки.
Джи выдохнул с заметным облегчением и ударил себя кулаком в грудь.
— Будет исполнено, принц Зуко.
— А ты, — принц снова указал на Каэна обугленным пальцем. — Если ты утверждаешь, что не саботажник, а просто солдат моего корабля — ты докажешь это.
Каэн почувствовал, как внутри всё сжалось.
— Завтра утром. На тренировочной палубе, — отчеканил Зуко, и в его голосе больше не было истерики, только холодная, жёсткая сталь. — Личная проверка техники боевого пламени. Я сам посмотрю, какие формы ты изучил. И если твоё пламя окажется таким же жалким, как твои оправдания, или если ты снова покажешь мне фокусы с обрушением камней… я спишу тебя на берег. Оставлю в колонии как некомпетентного труса. С глаз долой.
Слова повисли в душном воздухе мостика. Айро нахмурился, открыл было рот, чтобы возразить, но Каэн опередил его. Он знал, что любая защита со стороны генерала сейчас только сильнее разярит принца.
— Так точно, принц Зуко, — хрипло, но твёрдо сказал Каэн, низко кланяясь.
Угол наклона заставил мёртвые, забитые пеплом меридианы правой руки вспыхнуть новой порцией агонии. Каэн стиснул челюсти так, что скрипнули зубы, но не издал ни звука.
— Пошёл вон, — бросил Зуко, отворачиваясь к карте.
Каэн развернулся и чеканным шагом покинул мостик. Лишь когда тяжёлые створки закрылись за его спиной, отсекая напряжённый шёпот Айро, он привалился спиной к холодной металлической стене коридора и судорожно выдохнул.
Колени дрожали. Он посмотрел на свою правую ладонь. Пальцы мелко подрагивали, а кожа казалась неестественно бледной.
[Статус: Правая рука. Меридианы перекрыты на 87 % продуктами распада Ложного Пламени. Пропускная способность критически снижена.]
[Предупреждение: Принудительное формирование боевого пламени в текущем состоянии приведёт к термическому разрыву каналов.]
Завтра на рассвете. Проверка техники перед Зуко.
Каэн закрыл глаза, вслушиваясь в гул умирающего двигателя под ногами. У него не было Ложного Пламени — рука была забита пеплом его собственной ярости, и он больше не мог генерировать огонь из страха. Но у него была таинственная, слабая золотистая искра, рождённая без гнева на рассвете. Истинное пламя.
Если он покажет слабость и не выдаст огонь — Зуко вышвырнет его в колонии, где его легко может достать Джао или люди Азулы. Если он выдаст золотистый огонь — Зуко увидит аномалию, и это привлечёт ещё больше смертельного внимания.
— Завтра утром, — прошептал Каэн в пустоту коридора, чувствуя вкус пепла на языке. — Завтра будет весело.