Глава 2. Человек, который не умел унывать

На следующий день я в зал не пошла, так как после работы мы решили отметить моё сокращение, а два бокала вина плохо сочетались с беговой дорожкой и любыми движениями быстрее спокойного шага.

В субботу я приехала ближе к обеду и почти убедила себя, что не ищу знакомую серую толстовку. Даниил обнаружился возле тренажёров. Он разговаривал с пожилым мужчиной, помогая настроить высоту сиденья, и заметил меня не сразу.

Я успела пройти мимо, когда за спиной раздался его голос:

— А я уже решил, что вы сменили клуб после кофейного происшествия.

Я остановилась и обернулась.

— Рассматривала такую возможность, но абонемент оплачен на год.

— Рад, что финансовые обстоятельства оказались на моей стороне.

Он тренировался рядом, однако не навязывался. Лишь однажды придержал тренажёр, когда я не справилась с фиксатором, и сделал вид, что не заметил моего недовольства. После занятия Даниил снова появился возле кафе, но на сей раз демонстративно держался подальше от стойки.

— Сегодня кофе забираете сами, — предупредил он. — Я дорожу остатками репутации.

Мы сели за маленький стол у окна. Разговор начался с тренировок, потом незаметно перешёл к работе. Я не собиралась рассказывать почти незнакомому мужчине об увольнении, но он вспомнил мой вчерашний ответ и спросил, удалось ли спасти дальнейшую жизнь новым капучино.

— Пока неясно. Через две недели останусь без работы, тогда и проверим.

Даниил перестал улыбаться.

— Сокращение?

— Агентство теряет клиентов. Моя должность больше не нужна.

— Чем занимаешься?

Переход на «ты» произошёл так естественно, что я заметила его лишь через несколько фраз.

— Веду проекты. Переговоры, подрядчики, сметы, сроки, бесконечные таблицы и попытки объяснить заказчикам, почему нельзя изменить половину концепции за день до запуска.

— Звучит знакомо.

— Тоже работаешь с людьми, которые всё меняют в последний момент?

— Постоянно, и признаюсь по секрету, что иногда сам отношусь к таким людям.

Он рассказал, что занимается коммерческими проектами, но название компании не упомянул, а я не стала расспрашивать. В тот момент Даниил казался мне человеком, который много общается, часто ездит на99 встречи и легко договаривается с кем угодно. Представить его владельцем крупной строительной компании я бы не смогла, даже если бы получила несколько подсказок.

В следующие две недели мы виделись почти каждый день. Иногда в клубе, иногда в кофейне рядом, а однажды Даниил встретил меня после работы, потому что оказался неподалёку и решил, что человеку в последние дни перед увольнением полагается ужин.

— Я ещё не уволена, — напомнила я, садясь в машину. — И не настолько несчастна, чтобы меня нужно было кормить из жалости.

— Жалость здесь ни при чём. Я голодный, а ужинать одному скучно. Можешь считать, что оказываешь услугу.

— Ты всегда находишь объяснение, которое устраивает тебя?

— Стараюсь подобрать такое, которое устроит обоих.

Он отвёз меня в маленькое кафе на набережной, где не было белых скатертей, официантов в перчатках и необходимости заранее изучать меню в интернете. Мы ели пасту, спорили о фильмах и рассказывали друг другу истории из детства. Даниил признался, что в школе подделывал подпись старшего брата в дневнике, потому что отец постоянно уезжал, а Максим слишком серьёзно относился к плохим отметкам.

— Он старше на семь лет и в детстве считал себя моим вторым родителем, — объяснил Даниил. — Если я опаздывал домой, отец мог не заметить, а Максим уже стоял у окна и собирался звонить в полицию.

— Вы близки?

— Очень. Хотя иногда мне хочется отправить его куда-нибудь в отпуск без телефона и возможности давать советы.

— Он настолько любит контролировать?

— Он любит, когда все живы, здоровы и не принимают решения, способные разрушить компанию. К сожалению, я регулярно нарушаю хотя бы два пункта.

После ужина Даниил предложил пройтись. Ветер с реки оказался сильнее, чем я ожидала, и через несколько минут я пожалела, что оставила шарф в машине. Он заметил, снял свой и протянул мне.

— Не надо, ты сам замёрзнешь.

— Я вырос рядом с Максимом. Он с детства закалял меня ледяным взглядом.

— Звучит так, словно твой брат ужасный человек.

— Нет. Просто у него лицо такое.

Я рассмеялась, а Даниил остановился, глядя на меня чуть дольше обычного.

— Что?

— Ничего. Тебе идёт смеяться.

— Очень оригинальное наблюдение.

— Зато честное.

Он не стал целовать меня. Проводил до машины, дождался, пока я сяду, и только потом попросил написать, когда доберусь домой, и такая сдержанность удивила сильнее, чем если бы он попытался приблизиться.

Первый поцелуй случился через несколько дней, в мой последний рабочий вечер. Утром я приехала в офис за оставшимися вещами, сложила их в небольшую коробку и долго прощалась с коллегами. Оля плакала, Андрей Сергеевич ещё раз пообещал рекомендации, а охранник отдал мне кружку, которую я забыла на кухне.

На парковку я вышла уставшая, с коробкой в руках и телефоном, зажатым между плечом и ухом. Даниил писал, что задерживается на встрече, а я пыталась одновременно ответить ему и открыть машину.

Когда из коробки выпала папка, я машинально шагнула назад. Рядом резко затормозил чёрный внедорожник.

Машина остановилась в нескольких сантиметрах от меня. Я замерла, потом отступила, чувствуя, как страх почти сразу сменяется злостью.

Водительская дверь открылась. Мужчина вышел быстро, обошёл машину и внимательно посмотрел на меня.

Он был высоким, темноволосым, в сером пальто и деловом костюме. На левой руке блеснули часы. Лицо казалось слишком спокойным для человека, который едва не сбил кого-то на парковке.

— Вы не пострадали?

— Нет.

Он опустил взгляд на мои руки, словно проверял ответ.

— Тогда объясните, почему вы идёте спиной по проезжей части и смотрите в телефон.

— Может, сначала объясните, почему вы едете так близко к людям?

— Я ехал медленнее десяти километров в час и остановился сразу, как вы шагнули назад.

— Поздравляю с хорошими тормозами.

Мужчина несколько секунд молчал, и чем спокойнее он выглядел, тем сильнее мне хотелось доказать, что виноват не только телефон в моей руке.

— Телефон лучше убрать, — сказал он. — В следующий раз водитель может смотреть в другую сторону.

— А вам лучше не разговаривать с незнакомыми людьми как с провинившимися сотрудниками.

Я наклонилась за папкой, но он поднял её раньше и протянул мне. Потом подхватил коробку, которая уже начала разваливаться снизу.

— Отдайте.

— Дно не выдержит до машины.

— Справлюсь.

— Не сомневаюсь. Вопрос лишь в том, сколько вещей придётся собирать по дороге.

Он донёс коробку до моего автомобиля, поставил в багажник и только тогда отступил. На костюме осталась пыль от картона, но мужчина словно не заметил.

— Спасибо, — выдавила я, потому что воспитание всё же победило раздражение.

— Не за что. В следующий раз сначала осмотритесь.

— В следующий раз постарайтесь не читать лекцию человеку, которого едва не напугали до смерти.

В его взгляде что-то изменилось, и возможно, он только сейчас понял, что я действительно испугалась.

— Хорошо, — произнёс он уже мягче. — Простите.

Я не ожидала извинения и не успела ответить. Мужчина вернулся в машину и уехал, оставив меня возле открытого багажника с ощущением, словно спор закончился не в мою пользу.

Даниил приехал почти через час. Я уже успела отвезти вещи домой и переодеться, но злость ещё не прошла, поэтому половину дороги рассказывала о самоуверенном незнакомце с парковки.

— И он действительно понёс коробку? — уточнил Даниил.

— Да, хотя я не просила.

— Возможно, хотел помочь.

— Можно помогать без приказного тона.

— Согласен. Но ты ведь тоже могла посмотреть по сторонам.

Я повернулась к нему.

— Ты на чьей стороне?

— На твоей, конечно. Просто пытаюсь представить, что скажет страховая, когда узнает, что ты вышла под машину ради ответа на моё сообщение.

— Я не выходила под машину.

— Шагнула назад, не глядя. Разница есть, но если честно совсем небольшая.

Он улыбался, и возмущаться всерьёз не получалось. В ресторане Даниил поднял бокал за мою будущую работу, а после ужина признался, что уже несколько дней хочет задать один вопрос.

— Какой?

— Ты согласишься сходить со мной на настоящее свидание?

Я посмотрела на свечу между нами, потом на него.

— А все предыдущие встречи чем были?

— Разведкой. Я собирал сведения и проверял, насколько ты опасна.

— И каковы результаты?

— Опасна. Особенно возле автомобилей.

Я толкнула его ногой под столом, а он поймал мою руку и уже без улыбки спросил:

— Так что насчёт свидания?

— Соглашусь.

— Хорошо. Тогда сегодняшнее можно считать первым.

— Очень удобно.

— Я же говорил, что подбираю объяснения, которые устраивают обоих.

Возле моего дома Даниил вышел из машины и проводил меня до подъезда. Мы ещё несколько минут стояли у двери, обсуждая планы на выходные, хотя оба уже сказали всё необходимое.

— Алиса, — позвал он, когда я потянулась к ручке.

Я обернулась, и Даниил поцеловал меня. Без красивых предупреждений и долгих пауз, но осторожно, словно оставлял возможность отступить.

Отступать я не захотела.

В ту ночь мне казалось, что знакомство с Даниилом стало единственным хорошим событием за последние недели. Я ещё не знала, что самоуверенного мужчину с парковки тоже скоро увижу.

И на сей раз уйти после ссоры не получится.А как Вам такая первая встреча?