Я прописала весь план действий по проекту Тухманова. Такая большая работа была у меня впервые. Обычно неопытному специалисту попадались небольшие помещения, а тут огромный дом. Хотелось взяться за всё и сразу, но работу для эффективности решила разбить на этапы. Часть материалов уже была закуплена, и некоторая партия прибудет уже завтра после обеда. Завтрашний день уже расписан.

Ночные фонари уже освещали город, который потихоньку тонул в полумраке. Я неспеша шагала к дому. Приметив большую фигуру недалеко от подъезда, сжала железную цепочку своей сумочки.

Сердце тут же застучало в тревожном ритме, и адреналин поплыл по венам. Неприятности всё же в моей жизни накрывают своими волнами чаще, чем хорошие новости. Вполоборота, прислонившись к фонарному столбу, нахально сверлил взглядом Беликов.

Я остановилась и бросила взгляд на дверь подъезда.

— Вряд ли успею, — пронеслось в голове. — И проблему нужно решать, а не бежать от неё Маня.

Беликов направился в мою сторону, и я вообще приросла к тому месту, где я остановилась. Я тяжело выдохнула, стараясь успокоиться.

— Что с долгом, красавица? — хриплый голос с холодными металлическими нотками царапнул нутро очередной порцией страха.

— Могу часть отдать… — выпалила, уставившись на лицо Беликова, — только если скажешь, что будет процентами, а какая часть закроет долг.

Брови Беликова приподнялись, в неясном свете фонарей лицо мужчины выглядело пугающим. Не знаю, как у меня хватило сил стоять с невозмутимым видом.

— Какую сумму закрываешь? — деловым тоном спросил Беликов.

— Двадцать пять тысяч, — я остаюсь почти без денег, но — я уже достаточно выплатила тебе, а долг не закрылся ни на рубль.

Беликов хмыкнул.

— Пополам, — громыхнул в ответ. — Устроит?

— Устроит. Только оформим это письменно, — я решила и дальше

— Лады! — вскинув руки, ответил Беликов. — Оформим письменно, если зая так хочет.

— Я вам не зая, — отрезала тут же.

К страху, который всё еще плескался, добавился гнев и злость. Когда-то средства, полученные от Беликова Михаила, очень помогли моей бабушке, и, возможно, этим я и спасла её жизнь. Но теперь… Иногда мне казалось, что я в замкнутом круге.

— Охх! Простите, мудмаузаль, — засмеялся Беликов. — Будет вам расписка.

— Я отдаю деньги только после подписей на расписке, — в голове бухнуло от цепкого и откровенного взгляда Беликова.

— А ты совсем осмелела зая, –

— Мне тоже нужны гарантии, что я не буду пожизненно отдавать вам только проценты на долг.

— Я приеду завтра с распиской. Готовь всю сумму разом, и вопросы отпадут сами по себе, зая, — Беликов специально сделал акцент на слове «зая».

Развернувшись, мужчина быстро направился к своему автомобилю. Я выдохнула. От края прорасти я отступила на полшага.

Лестничный проём я пролетела бегом, словно Беликов не развернулся к своей машине, мчится за мной по пятам. И только когда дверь за мной закрылась, сползла по деревянному полотну. До пенсии Софьи Владимировны три дня. Постараюсь протянуть это время.

Переоделась в любимые спортивные штаны и широкую флюсовую рубаху. В ванной комнате прошлась влажным диском по утреннему макияжу.

— Такая красота оказалась никому не нужна, — попыталась себя подбодрить. Но тревога, которая засела в душе, точила безжалостно.

Я открыла холодильник и поморщилась. В емкости остатки рататуя, которые я завтра отнесу в больницу. Я достала турку и кофе, который тоже заканчивается, и поставила на огонь. К кофе порезала немного сыра и плюхнулась на кухонный стул.

От стука в дверь вздрогнула. Беликов? Кого принесло на ночь глядя? Как только Софья Владимировна съехала, визиты соседок прекратились. Все новости о моей бабуле я рассказывала во дворе или подъезде дома.

Я осторожно подошла к двери и выглянула в глазок.

Темный силуэт в подъезде сердце узнало раньше разума, бухнув от нахлынувшего чувства.

Тухманов…

В своем дорогом и строгом одеянии. Идеальный с головы до ног. Мой мужчина…

Всё перевернулось с ног на голову.

Что я для него, я пока гадала. Хороший и удобный секс? Есть там в внутри чувства? Хотя бы симпатия. Не к подруге, не товарищу, с которым можно поделиться чем-то сокровенным.

Я повернула ключ в замочной скважине и отворила дверь нараспашку.

— Маня, что с телефоном? — с порога начал Тухманов, с претензиями.

Я киваю головой, приглашая пройти внутрь.

— Привет, — отвечаю, пожимая плечами.

— Я набираю тебе больше часа, — продолжил Кирилл, по-хозяйски расстёгивая пальто и ставя на тумбу прихожей крафтовый пакет, от которого расплывается запах печённого мяса.

— Наверное, села батарея, — я несмело кладу руки на его грудь и млею, когда Тухманов подтягивает меня ближе к себе.

Губы, о которых я мечтала весь день, взяли в плен тут же. Так вкусно и нежно, что я вся тут же обмякла. Протолкнув язык внутрь, Кирилл ладонью нырнул в водопад моих волос.

Я обвила руками талию Кирилла. Даже под тяжелой тканью я чувствую сильное упругое тело, от которого голову кружит, как на карусели.

Флюсовая рубаха пала первой. За ней следом тонкий топ на бретелях, оставив меня обнажённой по пояс. Соски тут же затвердели от прикосновений к тёплой ладони и костюмной ткани.

— Кир, я по тебе соскучилась… — шепчу сквозь поцелуй, прижимая его к себе.

Я стянула с Тухманова пиджак и пробежалась ладонями по пуговицам рубашки. Подушечками пальцев дотронулась до желанного тела. От запаха его кожи и сексуальной энергетики тянуло по низу живота. Зажмурившись, подставила шею под горячие поцелуи Кирилла.

Дыхание стало рванным, а мурашки пробежались по позвоночнику.

— Маня… — Кир подхватил под ягодицы. — Расположение комнат не поменялось? — с усмешкой и хрипотцой спросил Тухманов.

— Ничуть, — шепнула ему на ушко.