Подробностей из своего — своего! — главного бухгалтера я так и не вытащил, профессиональная гордость, да ещё и густо замешанная, как я понял, на профессиональных же суевериях и приметах, не позволила. Мало того, он ещё и интригу подпустил! В ответ на мой предположение, что лицензионные отчисления так рванули за счёт военного бюджета Империи, он усмехнулся и ответил:
— И да, и нет, но не совсем. Сюрприз будет!
В отместку я всё же вымучил из него полный отчёт по основному производству. Ну, тому, что считалось основным производством рода ещё пару лет назад, по спиртному. И здесь тоже не обошлось без сюрпризов, пусть частично и ожидаемых, но, тем не менее… Одно дело, представлять тенденции в общих чертах, и совсем другое — увидеть конечный результат в точных цифрах.
Я постоянно, планомерно, начиная ещё с третьего курса, вносил изменения в производство, сперва небольшие, потом более масштабные. Другие штаммы дрожжей, которые теперь уже научились разводить сами — это только начало. Другая технология подготовки солода или зерна, магическая обработка сусла, которая позволяет использовать зерно более полно, взять из него больше питательных веществ на кормление грибков и меньше оставить в отходах. Более быстрое брожение. Другие котлы, с большей эффективностью и производительностью, другие колонны. Старые ректификаторы, тарелки в которых я когда-то модифицировал, пусть и имели несколько выходных патрубков, но сепарационными не были. По сути, они просто служили аналогом змеевика, который просто перестаёт эффективно работать, начиная с определённых значений диаметра трубки и производительности. Конденсат со всех тарелок сливался по одному общему патрубку. Сейчас же колонны, внешне только подрастя на полметра в высоту, стали совсем другим оборудованием. Например, сивушные масла и прочая гадость, что отсекалась вместе с «головами» и «хвостами» сейчас осаждается на отдельных тарелках и сливается в отходы, которые потом используются в составе топлива для подогрева котлов.
Побочным эффектом от новых колонн стало очередное брожение умов вокруг «Бураковки», которая официально — «Сахарная». Совершенно внезапно для меня после существенного улучшения качества сбыт… упал! И началось недовольное бурчание, вновь грозящее волнениями в определённой среде. Причина? Совершенно, на мой взгляд, парадоксальная: водка стала слишком чистой! Мол, «бездушная» стала, обычная, без привычного вкуса. Эстеты, блин. Пришлось изгаляться с конструкцией колонн и подбором режимов, чтобы отделить ароматические масла от сивушных и влить их потом обратно в готовы продукт. Водка, оставаясь чистой, приобрела отчётливый вкус сахарного бурака, словно отрезал ломтик от чуть тронутого морозом корнеплода и жуёшь его. На удивление приличный продукт в итоге получился, со вкусом и запахом, соответствующим ожиданиям «ценителей», но без головоломного похмелья. Если норму знать, разумеется.
Каждое нововведение само по себе не сворачивало горы и не создавало каких-то прорывов или кратного увеличения производительности, нет. Но там десять процентов, тут тридцать, где-то двадцать, и все они — когда суммировались, а когда и перемножались, и было их немало. В итоге завод в Курганах на той же площади и с теми же людьми стал давать в два с половиной раза больше продукции! И потребляя почти вдвое больше сырья. Это с округлением в меньшую сторону два с половиной, и производство упёрлось в логистику: подвоз, вывоз, розлив. Сейчас строим в Рысюхино, при местной винокурне, дополнительную разливочную линию, будем возить сюда часть продукции из Курганов в бочках, это позволит поднять производительность самого старого моего завода уже втрое по сравнению с исходной.
В Викентьевке помимо ремонта с модернизацией, отчасти по тем же рецептам, поставили ещё три медных перегонных куба с трёхступенчатым охлаждением, под «Рысюху златоглазую» и напиток из кукурузного солода, а также добавили пару ректификационных колонн, причём в одной из них перерабатывали, в основном, отходы от перегонных кубов. Там производство выросло впятеро против того, на что надеялся покойный Конопельченко.
Ну, а новый завод в Рысюхино перекрывал по производительности эти оба вместе взятые. Причина? Принципиально другое оборудование. На старых чудовищно много времени и энергии терялось каждый цикл на охлаждение котла, его очистку, промывку, загрузку новой партии браги и её нагрев. На новом же поставили котлы для непрерывной дистилляции! Брага сперва прогоняется через центробежный… пусть будет — пресс, где жидкая фракция отжимается от сухого осадка. Этот остаток, после нехитрой обработки, идёт потом на корм скоту. Не в чистом виде, как пищевая добавка, но всё же не на выброс, и польза от такого рациона хорошо заметна и по привесу, и по удоям. Так вот, потом полученная жидкость, полностью выбродившая, благодаря новым технологиям, подаётся в ректификационную колонну сверху! Охлаждает пары, сама нагревается и уже подогретая попадает в котёл. Отходы от перегонки удаляются через специальный клапан, процесс почти непрерывный. Почти, потому что время от времени подача браги прекращается, точнее, она заменяется водой, потом котёл, не охлаждаясь, прочищается горячим паром — и всё, новая брага идёт в работу. Хорошо бы так же переделать и старые заводы, но там очень большой объём работы получается. Нужно не только полностью останавливать производство, и довольно-таки надолго, но даже и здания перестраивать, чтобы всё встало, как надо.
А дальше начинает работать эффект масштаба. Это только со стороны может показаться, и то на поверхностный взгляд, что если при производстве условных десяти тонн водки в год прибыль с одной бутылки двадцать копеек, то и при тысяче тонн будет то же самое. На самом деле — нет, потому что затраты разные. Начать с очевидного: жалование работникам. Оно почасовое и, как правило, вообще никак не зависит от того, сделал цех за смену одну тонну продукции или двадцать. Далее, аренда земли — зависит от арендуемой площади, а не от того, насколько эффективно та используется. Пусть для меня это актуально только в одном случае, но, всё же…
Далее, закупки сырья. При покупке мешка зерна или его тонны цена килограмма уже отличается, если речь идёт о сотне тонн, то тем более. В случае, если можешь себе позволить вынуть деньги из оборота и оплатить его авансом, скупив будущий урожай на корню, то ценник будет ещё интереснее. И это не только зерна касается. Пырейниковы, вот, поставили у меня в Рысюхино небольшую типографию, где печатают этикетки для моих напитков, как заготовки для последующего зачарования. Не только их, конечно, но значительная часть мощностей задействована именно под эту продукцию. И я мало того, что плачу за каждую чуть-чуть меньше, за счёт размера заказа, так ещё и арендную плату получаю за землю, на которой их новая мануфактура стоит.
Далее, такой неочевидный для многих момент, как перевозки. Казалось бы, купил зерно, или сахар, или ящики те же — и пусть и продавца голова болит, как их везти, зачем заморачиваться с тем, чтобы строить гараж, покупать грузовики, нанимать шоферов и механиков? На самом деле, даже со всеми хлопотами, самому возить немного дешевле! Расходы на покупку грузовиков и постройку зданий разбиваются на годы и входят в калькуляцию расходов как амортизация. Кроме этого — жалование персоналу и цена топлива, в нашем случае — энергии, точнее даже, заготовок под кристаллы-накопители, зарядка бесплатная. Сторонний перевозчик ко всем этому добавляет свою прибыль и свои налоги, а продавец, ни на секунду не задумываясь, включает его услуги в цену товара. Так что где раньше платил сто двадцать рублей за условный груз зерна, сейчас с учётом возросших объемов просят сто десять, а при самовывозе даю девяносто, и ещё рублей в восемь-девять мне встаёт доставка.
Вот так вот, копеечка к копеечке, и получается, что не только объём продаж вырос, округлённо, в пятнадцать раз, не только добавились новые, более дорогие и выгодные, позиции, но и со старой, привычной, традиционной продукции маржа увеличилась очень и очень приятным образом!
Я, помнится, не так давно сидел в приятном шоке от осознания, что общая стоимость моего хозяйства превысила миллион рублей. Сейчас же… И речь не о том, как и во сколько оценить, например, ту же Викентьевку, есть методики и специалисты, что с точностью до рубля посчитают. Сейчас только выручка от торговли спиртным со Скандинавией составила, если все три поездки вместе посчитать, сто сорок плюс сто восемьдесят да двести десять — всё правильно, пятьсот тридцать тысяч рублей. И, поскольку норма прибыли там чудовищная, то эта самая чистая прибыль там почти четыреста восемьдесят тысяч!
Кстати, Клим в последней поездке невзначай выяснил и то, почему посредник соглашается платить мне по такому вот ценнику, а не закупает ту же водку в ближайшем магазине намного дешевле. И дело не в том, какую рекламу получила именно моя продукция, пусть другая уйдёт на четверть дешевле, но доля посредника всё равно получится больше. Ан — нет. Всё, как оказалось, упирается в… мой скандинавский титул! Делец оформляет выпивку, как купленную у норвежского дворянина, благодаря чему избегает ввозной пошлины и целой кучи налогов! И продаёт выпивку «от поставщика двух Дворов» дороже, чем мне говорил когда-то, так что его чистая прибыль оказывается на самом деле немногим меньше моей. Но — пусть его. Да, доля партнёра больше, чем он сам говорил, но не за мой счёт, так что меня не касается, только снял тревоживший меня вопрос, с чего бы ему мне переплачивать.
А ведь скандинавские караваны — это очень-очень малая доля годового производства. И пусть внутри Империи цены куда как ниже, но за счёт объёмов выручка семизначная. Но не стоит думать, что моя семейная компания и я сам завалены деньгами, отнюдь: на оперативном счету организации «жалкие» сто восемнадцать тысяч, что при текущих оборотах на самом деле немного. Куда уходят деньги? А вы представляете, сколько стоит строительство небольшого, компактного, но — города, на семь (с запасом) тысяч жителей? А если строить на изнанке? Не представляете — и не надо, крепче спать будете.
Да, часть расходов мне компенсировали из казны, как возмещение размещения и содержания гвардейской батареи, раз уж Государь определил местом её постоянной дислокации мою Изнанку. Но какая там часть? Считали армейские финансисты по фиксированным ставкам и утверждённым где-то когда-то кем-то нормативам. Исходя из стоимости возведения армейскими строителями типовой двухэтажной казармы — той, что со столь же типовой уборной на первом этаже, на тридцать посадочных мест. Сравните с тем, что фактически было построено и сопоставьте стоимость как возведения, так и содержания с выплатами, после чего поймёте, что от казны я получил сущие копейки.
Нет, если выставить Городок на продажу, забудем на минутку о том, что там гвардейская воинская часть размещается, и такой объект не подлежит продаже в принципе, то за счёт уникальности лота получить за него можно в разы больше, чем было вложено, даже не знаю точно, во сколько раз больше. Но на такую феерическую глупость, разумеется, я не пойду, да и никто хотя бы в относительно здравом рассудке — тоже. Как выражается дед, «я столько не выпью», даже вместе с дедом. А если выпью — то сдохну, но всё равно сотворить подобный идиотизм не успею.
Кстати, о птичках! Этот самый Городок находится на моих землях, в моих суверенных владениях, так что подавать заявку на признание тем же местечком или чем-то большим не нужно и вообще бессмысленно, её просто не примут к рассмотрению. Зато сам я могу запросто даровать ему статус города, со всеми положенными атрибутами! Коронного города, разумеется, мне только феодальной вольницы на моей Изнанке не хватало. А что? Он вполне соответствует всем критериям, принятым в Империи! Разве что по некоторым очень-очень в натяжку, в первую очередь тем, что касаются образования, да и административный центр прилегающих земель из него пока так себе получается. Но, так сказать, мои земли — мои правила! Зато если понадобится поднять настроение в моих владениях — вот готовый повод устроить праздник, в любой момент. Причём повод железный, не подкопаешься. Надо записать куда-нибудь, с одной стороны — чтобы не забыть, с другой — чтобы не потратить такой инструмент влияния на умы впустую.
Кстати, действительно, как-то маловато оборотных средств, я надеялся на более приятную сумму, особенно когда услышал, что лицензионные отчисления превысили все расчёты и ожидания, и вышли на второе место, после производства. Демоны бы драли перфекционизм моего главного бухгалтера!
По производствам сводного отчёта нет, из-за задержки документов из Шклова, но из Викентьевки-то сё должно было прийти! Мне интересно, что в этом году покажет тамошняя лесопилка, которую местная ветка Беляковых, наслушавшись от меня пересказов дедовых идей, точнее, идей из его мира, вывела на безотходное производство. То есть, полностью реализовали мысль «что для одного мусор, для другого — сокровище». Да и не так уж сложно это было, имея под боком вспомогательные производства! С пиломатериалами всё понятно — товарная продукция, для которой лесопилка и ставилась. Опилки уходят на производство топливных брикетов, цепочка уже налаженная, а недавно, буквально этой осенью, стали делать то, что у деда называется топливные пеллеты, эдакие тонкие, ломкие колбаски из прессованных опилок. А ещё дед предложил их использовать в качестве наполнителя для кошачьего лотка — получилось и чище, чем со старыми газетами и удобнее, чем просто опилки сыпать, как в цирке делают. А использованные мокрые опилки идут в компост. Ну, а что? Тут тебе и азотные удобрения, и органика двух видов, растительного и животного происхождения. Маша и Ульяна поделились опробованной идеей с соседями и родственниками, тем тоже понравилось. Заработает «сарафанное радио», появится ещё один канал сбыта, владельцам домашних животных.
Возвращаясь к лесопилке. Обрезки, гнилушки, брак и прочие неликвиды идут частично на топливо для локомобиля, а вот остальное, вместе с корой и ветками, которые наши лесорубы не бросают в лесу, поступает в дробилку, где превращается в мульчу. Специально выделили хороший запас на красивую отсыпку для клумб и декоративных кустарников буквально во всех наших общественных местах, как своего рода рекламу: и вокруг гостиницы возле Викентьевки, и в нашем «мотеле» в Шипуново, и в Алёшкино, хоть там места немного, и вокруг трактира в Курганах, и, разумеется, в имении, равно как и возле нашего дома в Викентьевке. Короче — везде, и возле конечной станции лодочного маршрута возле Осипович тоже отсыпку сделаем. Интерес к мульче и так есть, после публикации в столичных журналах, но чтобы и дальше не угас — надо поддерживать.
Хотя наши же жители Викентьевки и Рысюхино относятся к подобному с осторожностью. В цветниках перед домом ещё так-сяк, а вот замульчировать землю хотя бы под ягодными кустарниками или приствольные круги плодовых деревьев — уже нет. «Как это так, на гряды мусор сыпать» — практически дословная цитата.
Не нашла понимания у селян, пусть они и числятся уже почти горожанами, документы о признании Рысюхино местечком уже готовы, пришлют на днях — вот ещё повод для праздника, причём, при желании, ежегодного — а на Викентьевку будут в течение месяца, идея сидератов. Не помещается у них в голову, как это так — посеять семена, а урожая не будет! Взять — и запахать то, что выросло! Просто выкинуть семена, да вы что! Крестьянский ум, пусть его владелец уже и числится в мещанах, такого не принимает, отказывается и аргументы слушать, и в расчёты вникать. Не укладывается подобное в привычную до уровня почти что инстинкта парадигму, что посеянное должно быть выращено и собрано. Пока в той же Викентьевке устраивали подобное централизованно, в принудительной форме, чтобы дать огородам хоть какое-то плодородие, ворчали, но терпели — мол, мало ли, какой дурью баре страдают, но сами засеять по осени ту же горчицу, чтоб потом запахать её отказываются напрочь.
Хоть почвенные смеси уже покупать приспособились, а как же — землицы прикупить, это святое, конечно. Сперва просто раздавали продукцию, особенно пока нормального сбыта не наладили, затем, как огороды получили какое-то минимально приемлемое плодородие, а владельцы подкопили денег — стали продавать по себестоимости. В этом году уже по ценам ниже оптовых, но всё же с наценкой, пусть и почти символической, исходя из пяти процентов рентабельности. И горшочки торфяные для рассады — тоже распробовали, хоть и отказываются признать их принципиальную одноразовость, норовят использовать по два-три раза и ругаются, что те непрочные, размокают и расползаются быстро, видите ли. Но саму идею высаживать рассаду в грунт уже изрядно подращённой, да ещё и с комком хорошей почвы, распробовали. Ну, ещё бы: урожай овощей получается как минимум на две недели раньше, чем при старом способе! И продажей этих ранних овощей на рынках — в Осиповичах горожанам и пассажирам поездов, в Тальке — военным и строителям, в Викентьевке — приезжим торговцам, отбивают расходы на землю и горшочки с лихвой.