Глава 5

Праздничные гулянья Перелома уже набрали полную силу. Начались заповедные дни, когда все старались никого не обидеть. Ведь в это время даже вечно враждующие сëстры Зима Лютовна и Весна Дивовна встречаются за семейным столом.

- Ведьма, ведьма, выходи,

Выгляни в окошко,

У меня есть леденцы,

Угостись немножко, - кричали известную песенку мелкие полозята.

- С чего это ведьма должна за ради леденцов куда-то там выглядывать? Сама что ли сварить не может? - ворчала Светозара.

- Да будет тебе, чудес змеятам хочется. Праздник же, - улыбалась Беляна, направляясь к воротам.

- Нашли ярморочных скоморохов, - бурчала Светозара.

- Ну, малышня, у кого сладостей избыток? - донеслось от ворот.

- Пойду, посмотрю, какие чудеса Беляна будет показывать, - оставила подруг и Рогнеда.

Черныш лишь чуть пошатнулся, сидя на её плече.

За воротами было шумно. Бойкая ватага мальчишек наперебой заказывала Беляне кого-то из зверей, а та, заставляла снежинки складываться в рисунок. Вдруг все снежинки взвились в воздух, сложились в десятки рук и пощекотали каждого по носу, заставив со смехом разбежаться.

- А ещё? Ну пожалуйста! - просила детвора.

- Тётя, тётя ведьма, - вдруг кто-то осторожно дёрнул Рогнеду за край плаща.

Маленький полоз был одет гораздо проще веселящихся рядом с Беляной ребят. Плащик с двумя аккуратными заплатками был надет прямо на стëганную курточку.

- Да ты совсем замёрз, - оценила Рогнеда красный нос и уши мальчишки. - Давно здесь?

- Давно, - вздохнул змеëнок. - Я ведьму жду, настоящую. Второй день хожу. Еле дождался.

- Это меня что-ли? - удивилась Рогнеда. - И как же ты определил, что я настоящая.

- Рыжая, красивая, и чёрный кот. Самая настоящая ведьма и есть, - серьёзно перечислил мальчишка.

- И зачем же тебе ведьма понадобилась, да ещё и настоящая? - заинтересовалась Рогнеда.

- Сестрёнка у меня, третий год как не ходит, - нахмурился мальчишка. - А она эти все ваши забавы любит страсть. Что и говорить, девчонка! Сходите со мной, а? Я отблагодарю! Вот, смотрите!

Мальчишка осторожно достал из-под плаща кулёк. Жаренные в карамели орешки и в цветных обёртках дорогое лакомство, халва в шоколаде, удивили Рогнеду.

- Это ты ведьме вместо леденцов принёс? - присела на корточки Рогнеда.

- Так идти далеко, а на сани у меня уже не хватило. Я у моста сапоги чищу за медь, - признался мальчишка.

- Ну, какая же ведьма устоит перед жареными орешками, да в карамели! Знаешь, очень щедрое угощение. - Кивнула Рогнеда.

Идти и правда, пришлось долго. Улица хоть и чистая, но жили здесь те, кто концы с концами сводил с большим трудом. Но и здесь, как могли, украшали дома к празднику. На белëнных стенах вывешивали еловые венки, перевитые алыми или синими лентами. Под дверными колокольчиками висели вязаные, с крупными узорами носки. Те носочки, что смотрели в сторону двери дома, были предназначены для подарков проходящим мимо людям от хозяев дома. Край подарка всегда торчал, чтобы люди видели. Считалось очень хорошим знаком на будущий год, если все носочки отдарков на исход третьей ночи перелома окажутся пустыми. Но и забирать нужно было лишь то, что действительно по нраву.

А вот те носки, что от двери были отвëрнуты, это подарки для хозяев. Брать что-то оттуда себе чужому человеку знаком было хуже некуда.

Мальчишка уверенно вёл к крайнему дому. Рогнеда мельком кинула взгляд на окно, выглядывающее на дорогу.

В нижней четверти окошка горела негасимая свеча. Всем известный знак. Значит, в этом доме ждут воина с Разлома. Не укрылось от взгляда Рогнеды и то, что подарки гостям всё ещё на месте. Да и кого удивишь в Нежене вязанными носками да варешками? А вот носки для хозяев совсем пустые.

- Раська! - крикнул мальчик от порога. - Я к тебе кота с ведьмой привёл!

В домике было чисто и пахло поднимающимся тестом.

- Ну, - приняла строгий вид Рогнеда. - Я ведьма занятая, кому тут чудеса показывать?

Такая же кудрявая и желтоглазая, как и брат, девочка не сводила с Рогнеды глаз. Была она на пару лет постарше.

- Я... Извините, - ей явно было неловко.

- Печь как натоплена, - притворилась, что не обратила внимания на неё Рогнеда. - Доброе пламя оно всегда хорошо.

- А бывает злое? - не понял мальчишка.

- Конечно. Когда беду несёт, боль причиняет. - Нахмурилась Рогнеда, уже успевшая увидеть пламя костров инквизиции. Хоть и издали. - А есть доброе. Что в печи живёт, дома греет, хлеб печёт. Что в каждом сердце. От которого жизнь своё начало берёт.

Рогнеда присела на табуретку за спинкой кровати и поманила к себе несколько искорок из печи. Те легко откликнулись. Прыгали по пальцам, росли до язычков, а потом взмыли вверх.

Разлетались и сталкивались посередине, опадая ярко оранжевыми снежинками. И снова кружились, распускаясь полыхающими цветами, взлетали величественными жар-птицами, разбегались по стенам гордыми оленями.

- Красота-то какая, - раздалось восхищённое от двери. - Как хорошо, что сегодня пораньше отпустили! Когда ещё такое увидишь!

- Мама! - обрадовались дети.

- Осторожно, пироги не помни! - улыбнулась вернувшаяся хозяйка дома. - В честь Перелома Ежи Полянович всем гостинцы раздал, рыбы лучшие кусочки выложил, а обрезь разрешил без веса забирать. А жена его с рассвета у печи. Вон, по большому сладкому пирогу раздала и по кулебяке с рыбой и рисом. Вьюша, собирай на стол, пока горячее всё! И ты, кудесница, присаживайся за стол, раздели угощение с нами!

Отказывать в таком было не принято, да и не часто ведьму за стол звали. А тут и Чернышу рыбки положили.

- У меня к столу с собой ничего и нет, только заработок сегодняшний, - улыбнулась Рогнеда, выложив на стол сладости.

Время пролетело незаметно. Когда за окном небо расцвело закатной росписью, Рогнеда поблагодарила хозяйку за гостеприимство и засобиралась обратно. Вьюша дёрнулся тоже одеваться.

- Я провожу, - без вопросов объяснил он.

- Да я уж как-нибудь дойду. Я же с котом, - напомнила Рогнеда.

Уходя из этого дома, она чувствовала, как разгорается дар, спиралью оборачивается по позвоночнику.

- Кудесница, - окликнула её хозяйка. - Вот, возьми. Я в рыбной лавке работаю. Хозяин своих работников не обижает. И платит исправно, и товар подешевле отдаёт. А я с рыбой работать умею. Муж говорит, что лучше моей ухи, да запечённой рыбки никогда и не пробовал. Угостись, не побрезгуй.

- Благодарю, хозяйка. - Чуть склонила голову Рогнеда в жесте признательности за дар.

- И я тебя. За сказку. Для Расветы это настоящая радость, - грустно улыбнулась женщина.

- А что с ней? Оборот? - проверила свою догадку Рогнеда.

- Да, рано обернулась. Да муж на заставе уже был, у Разлома. Вот и вывести было некому, а сама... Как смогла, так и вышла, - ответила хозяйка.

- Понятно. Пройдёт. С Переломом, хозяюшка. Благодарю за угощение, - попрощалась Рогнеда и поспешила в школу.

В комнату она влетела вихрем.

- О-о-о, - протянула Светозара. - Что, опять?

- Дар сильный, вот и рвётся наружу, - на секунду отвлеклась от очередной книги Ясноцвета.

- Милолика, хлеб у нас есть? Картошки в золе запечь найдëшь? - поставила на стол угощение Рогнеда. - Яся, где у нас в библиотеке книги о ведовстве оборотном?

- Шестая секция, восьмой ряд, все литеры под семнадцатым номером. Там полок сорок, - ответила ей Ясноцвета. - Но если нужно по обороту полозов, то лучше Ялины Чернодубной о них никто и ничего не писал.

- И где мне её найти? - обернулась к подруге Рогнеда.

- Кого? Ялину? Так сожгли же её после того, как она обезумела и дар извратила. Восстание павших помнишь по истории княжества? - пожала плечами Ясноцвета. - А зачем тебе ведьма-демоница?

- Посоветоваться хочу, - прищурилась Рогнеда.

- Эээй! Стоять! Что бы не случилось, тревожить покой павших не дело! - вскочила с постели Светозара. - Вообще не те знания, что нам нужны!

- Нужны, - сложила руки на груди Рогнеда. - Только не как мёртвое воинство поднять и за собой повести. А вот те самые, что в книгах её, о полозах и обороте! Эта книга мне и нужна. Где её найти я и спрашивала!

- Ну, так спрашивала, - хмыкнула Милолика. - А книга вон, у Ясноцветы на полке.

- Яся! - возмутилась Рогнеда.

- Не ворчи, - отложила книгу в сторону Ясноцвета. - Так что там у тебя опять стряслось?

- Мальчика помните у ворот? - села на кровать Рогнеда, и утягивая к себе на колени Черныша.

- Это который за красивой ведьмой приходил? - хмыкнула Милолика.

- У него семья, мама работает в рыбной лавке толстяка Ежи, ну, того, который вечно строго так смотрит на ведьм, а сам пирожки подсовывает, помните? Жена у него печёт всякие. - Напомнила всем Рогнеда. - Отец на заставе где-то. А сестра рано зов услышала. Обернулась, а обратно по наитию.

- Ноги? - прищурилась Светозара.

- Как ты всегда о полозах всё с полуслова понимаешь, - покачала головой Рогнеда. - И о покое павших печëшься. И кольчуг на заставы больше всех заговариваешь.

- Что ты хочешь сказать? - зло сверкнули глаза златовласой.

- Да ты иной раз прям не ведьма, а княжья защитница, - фыркнула Рогнеда.

- А вы не знали? - вскочила, уперев кулаки в боги. - Погибшего воеводы Горыни Добрынича единственная дочь, великой княгини единственная племянница.

- А что так скромно? Чего не сразу великая княжна? Или ещё лучше наследный княжич? У него говорят характер такой, что с пятнадцати зим с заставы не вылазит. Один в один ты! - засмеялась Милолика и следом за ней остальные.

- Дуры! Правильно ворон говорил, - ворчала Светозара. - Чаще всего у полозят беда после оборота с ногами. Только придётся запасы вытрясать. И часа три ещё не спать.

- Я сварю зелье, - замерцали глаза Милолики.

- Я справлюсь, вам силы беречь нужно. Обряд скоро, - ответила Рогнеда.

- Я зелья и яды лучше всех в школе варю, а у тебя только супы на отлично выходят! - язвительно улыбнулась всегда милая Милолика.

Но когда в ней просыпался дар... Даже наставница Божена говорила, что у Милолики взгляд и то такой, что хоть яд сцеживай.

- А я тогда за Беляной. Ну, как обычно. - Развела руками Светозара.

Беляна особой радости не выказала.

- Опять ваши похождения? А сейчас и вовсе, выйти им ночью нужно! Боком всем нам эта ваша идея выйдет! - ворчала она на подруг.

- Да нам вон, подарки и зелье отнести, - отвечала ей Светозара.

- И зачем вам тогда Белянка? Стенку даже она не приподнимет, - язвила вышедшая из соседней комнаты Трояна.

- Тебе что за дело? - нахмурилась Светозара, любопытную и от души вредничающую Трояну она недолюбливала.

- Любопытно, - пожала плечами та. - А давай обмен? Ты мне историю, а я вас выведу? Сама знаешь, даже Владлена не всегда мой отвод глаз разглядит.

Светозара задумалась, но куда собрались и зачем рассказала.

Странные тени миновали ворота Нежинской ведической школы глубоко за полночь. Бесшумно скользили вдоль стен и откинутого с дороги снега.

Только старый выпивоха с удивлением смотрел, как обегают его с разных сторон с дюжину теней.

- Не, никого. - Произнёс он после того, как оглянулся. - Зря на кабатчика думал. Не разбавляет, точно.

Утром, едва проснувшийся мальчишка тихо накинул на плечи плащ и выглянул за дверь.

- Мама, мама! Раська, все носки пустые! - вбежал он в комнату.

- Неужели? - в этом доме очень ждали добрых вестей.

Только кому нужны их поделки, да и улица небогатая, соседи и сами вяжут да шьют.

- Ой, Вьюша, а что же ты не сказал, что и нам подарки оставили? - удивилась женщина.

- Да? А я и не посмотрел, - тряхнул кудрями мальчишка.

Подарков было много, каждый носочек был полон. В одном набор моточков ярких ниток для вышивания, в другом гребень, в третьем ремень, да не узкая лента, а настоящий, в ладонь шириной. Была даже кукла, вырезанная из дерева и поднимающая руки в красивом платье. Но важнее всего был пузырёк с тëмно-зелëным зельем с прикреплённым к нему свитком.

- Кудесница, - улыбнулась женщина.

Не было лекарства от недооборота. Или само пройдёт, или так на всю жизнь и останется полоз калекой. Но иногда случалось чудо. Обычно перед этим нужно было найти ведьму, сильную, мудрую и щедрую. Злобы людской небоящуюся.

Ведьма лишь по доброй воле могла сварить зелье, а добрую волю ни за какие деньги не купишь. Рецепт хоть и был сложен, но всё можно было найти. Всё, кроме добровольно подаренной ведьмой крови. А без неё зелье было лишь отваром редких трав.

А в трёх комнатах ведической школы юные ведьмочки примеряли обновки.

- Мягкие какие, - довольно улыбалась Беляна, рассматривая белые носочки с аккуратно вывязанными пчëлками.

- И тёплые очень, - себе Рогнеда выбрала тëмно-коричневые, но зато с ярко-зелёными листьями папоротника. - С душой вязались!