Когда самые срочные дела были улажены, Сириус наконец решил сделать то, что откладывал всё это время — встретиться с крестником.

— Пора, — произнёс он вслух, будто закрепляя решение.

И написал Дамблдору — официально, как директору Хогвартса, что Лорд Блэк просит устроить встречу с его крестником, Гарри Поттером.

* * *

Минерва коротко постучала и вошла в гостиную Рейвенкло.

— Мистер Поттер, директор просит вас к себе. Я провожу вас.

Гарри удивился и поднял голову от книги. В висках неприятно кольнуло. Директор никогда раньше не вызывал его. Он мгновенно вспомнил разговор, однажды подслушанный в гостиной на Тисовой улице. Тётя говорила тихо, но напряжённо — она не хотела отпускать его в Хогвартс именно из-за Дамблдора.

— Я не доверяю ему, — сказала тогда Петунья. — Он слишком… странный. Непредсказуемый, с непонятными целями. Я боюсь за мальчика, Северус.

Северус ответил спокойно, без раздражения:

— Петунья, не думаю, что у директора дурные намерения. Если бы он хотел по-настоящему навредить Гарри, он давно бы это сделал.

Он помолчал, затем добавил твёрже:

— Но я буду рядом в любом случае. Я сделаю всё, чтобы защитить Гарри. Сначала посмотрю, можно ли серьёзно ограничить то, что Дамблдор вообще имеет возможность сделать. Кроме того, я декан и обладаю достаточной властью в школе, чтобы защитить его. Если понадобится — ценой собственной жизни.

После паузы он усмехнулся:

— Впрочем, думаю, до этого не дойдёт.

Тогда Гарри слушал, затаив дыхание. Он не вышел из комнаты, не подал виду, но запомнил каждое слово. Тогда это звучало как нечто далёкое и взрослое, но сейчас воспоминание об этом разговоре всплыло резко и ясно. Страха не было, было напряжение — и память о том, что Северус всегда появляется, когда его зовут.

Минерва уже ждала его у двери гостиной.

— Мистер Поттер, — поторопила она.

Гарри поднялся. Старри в кармане едва заметно шевельнулся. Гарри мысленно потянулся к нему.

«Найди Северуса. Скажи ему: "Директор"».

Старри мгновенно стал легче, почти невесомым, вытянулся, сжался — и исчез, скользнув под край мантии.

Гарри шёл за Минервой по коридору, удерживая мысленную связь. Он чувствовал, как Старри мчится по каменным переходам, просачивается сквозь щели, меняет размер — то крошечный, как мышь, то большой, как рысь — чтобы быстрее преодолевать расстояние. Вскоре он добрался до подземелий, и Северус Снейп резко поднял голову. Перед его внутренним взором вспыхнуло чёткое изображение: Минерва в гостиной Рейвенкло и слово «директор», которое ему хотел передать Гарри.

— Интересно, что там такое, — тихо произнёс он, поднимаясь.

Через минуту он уже выходил из камина в директорском кабинете.

Дамблдор обернулся. Его взгляд задержался на Старри, который теперь сидел на плече Гарри и был размером с кошку.

— Впечатляющая скорость, Северус, — заметил директор.

— Благодарю, — ровно ответил тот.

Гарри стоял напряжённо, руки сами по себе сжимались в кулаки. Старри едва слышно урчал — не от тревоги, а от концентрации. Дамблдор поднял ладонь и тепло улыбнулся.

— Ничего тревожного, Гарри. Напротив. Это хорошая новость. Твой крёстный отец хочет встретиться с тобой.

В кабинете повисла тишина. Старри потихоньку изменил размер и нырнул в карман. Гарри смотрел на директора, пытаясь осмыслить услышанное.

Снейп молчал. Его лицо ничего не выражало; взгляд был направлен на Дамблдора.

— Сириус Блэк, — добавил директор спокойно. — Он официально признан Лордом Блэком и восстановлен в правах.

Гарри опять напрягся — неизвестность настораживала.

Снейп сделал шаг вперёд.

— Где и когда?

— В ближайшие дни, — ответил Дамблдор. — И только с твоего согласия, Гарри.

* * *

У Северуса не было каких-либо сильных чувств — ненависти или жажды мести — по отношению к Блэку. Школьные стычки давно поблекли на фоне того, что последовало потом: вступление в Пожиратели Смерти, шестнадцатичасовые дни в лаборатории ради звания Мастера зелий, пророчество, падение Тёмного Лорда, смерть Лили, возвращение в Хогвартс и василиск-Хранитель, годы руководства факультетом в состоянии постоянной осады, медленное выправление положения Слизерина в школе, забота о Гарри.

Теперь, после всех этих лет, до предела насыщенных событиями, их подростковые разборки казались мелкими и далёкими. Да, Блэк был жесток к нему в школе — беззаботный аристократ, любимец директора. А потом он отсидел десять лет в Азкабане — без вины, как выяснилось. В представлении Северуса этого было достаточно. Судьба сама выставила счёт.

Теперь Блэку тридцать четыре. Он Лорд Дома. Северус вспомнил слова Люциуса:

— Получить перстень Главы Рода — значит мгновенно стать осторожнее, сосредоточиться на интересах Дома. И… — Люциус тогда едва заметно усмехнулся, — стать мудрее.

Северус, конечно, не был склонен верить во внезапные просветления. Но он знал: ответственность меняет человека быстрее любых нравоучений.

— Тем не менее, — подумал он, — мы примем все меры предосторожности.

* * *

Гарри и Северус решили, что первая встреча с Сириусом Блэком должна пройти в Хогвартсе, на нейтральной территории. Вскоре в подземельях уже была подготовлена для этого небольшая гостиная — сухая, тёплая, с высоким сводчатым потолком. Камни стен прогрели чарами, на столе стоял фарфор с серебряной каймой. Домовые эльфы получили чёткие инструкции: лёгкий обед, без лишнего шума, без разговоров.

— А чего мне ожидать? — спросил Гарри. — И как себя с ним вести?

Северус некоторое время молчал.

Он знал, что означает быть крёстным отцом: он сам был крестным Драко и понимал, что магическая клятва при этом обряде не допускает нанесения вреда крестнику — попытка причинить ущерб вызвала бы тяжёлый откат по магии. Так что нападение со стороны Блэка было крайне маловероятно.

Кроме того, сразу после освобождения Сириуса он обсудил ситуацию с Люциусом и Нарциссой. Они разобрали возможные сценарии, юридические последствия, границы влияния, и Люциус был уверен, что Гарри ничего не грозит со стороны Блэка.

Потом Нарцисса сказала, что Сириус взялся за ум и всерьёз занялся Родом. Северус принял это к сведению. Он также отметил совпадение, которое не счёл случайным. Почти одновременно Гарри и Драко стали заметно взрослее — и физически, и магически. У Драко стабилизировалось ядро, движения стали точнее; его приняли в квиддичную команду без протекции, и на следующий год он будет играть за Слизерин в основном составе. Гарри вытянулся, раздался в плечах, его заклинания стали плотнее и устойчивее. Оба имели отношение к Роду Блэк. Северус не делал поспешных выводов, но факт зафиксировал. Позже, в библиотеке Малфоев он нашёл соответствующие разделы о динамике Магических Родов. В старых трактатах прямо указывалось: усиление Рода нередко отражается на всех, кто включён в его магическую схему — по крови, по брачному договору или по закреплённому обязательству.

Получалось, что Блэк действительно занимался усилением Рода, и тогда тем более ему нет никакого смысла усложнять жизнь Гарри.

Наконец он ответил:

— Скорее всего, он будет вести себя дружелюбно. Как тебе себя с ним вести?.. Слушай больше, чем говори. Задавай вопросы и обращай внимание на нюансы. Составляй собственное мнение. Никаких решений на месте не принимай. Если он будет настаивать — отвечай: «Понятно. Мне нужно об этом подумать».

— А если он… — Гарри замялся, подбирая слово.

— Если что-то покажется тебе некорректным, — перебил Северус спокойно, — встреча прекращается.

Он посмотрел прямо.

— В любом случае, не сиди с ним дольше, чем час-полтора. И разумеется, если почувствуешь давление, угрозу или попытку навязать решение — вызывай меня.

— Как?

Северус протянул ему кольцо с сигнальными чарами:

— Здесь, в подземельях, я могу прийти на помощь быстрее, чем где-либо ещё в замке.

Гарри помолчал.

— Как мне к нему обращаться?

— Лорд Блэк — в начале разговора, — ответил Северус. — Дальше по ситуации.

— Ты доверяешь ему?

Северус не сразу ответил.

— В том, что он тебе не навредит — да. Но дополнительные меры предосторожности мы всё равно примем.

«Всё должно пройти спокойно, — подумал он. — в подземельях контроль всегда принадлежит декану.»