— Где Ник? — едва войдя в квартиру, я не стала тратить временя на поиски и просто спрашивала у всех подряд. Кто-то отворачивался, кто-то пожимал плечами, кто-то ухмылялся. Очевидно, что абсолютно все уже были в курсе причины ссоры между Ником и его лучшим другом, и, скорее всего, считали виноватой меня.

Его нигде не было. В квартире тусовалось рекордное количество народа, сигаретный дым мешался с запахом алкоголя, травы и сладких парфюмов. Дверь была открыта нараспашку, на лестничной клетке творился настоящий бардак — народ стоял, сидел, чуть ли не лежал на ступеньках, перекрывая проход. Кто-то громко спорил, смеялся, кто-то целовался в темном углу.

Я уже почти отчаялась, пока кто-то из его друзей в ответ на вопрос не указал взглядом на дверь в ванную комнату. Мне было достаточно и этого намёка. Я бросилась к двери, яростно застучала в неё кулаками.

— Я знаю, что ты здесь! — кричала я. — Открой!

Вокруг меня собрались люди, которым доставляла глумливое удовольствие наблюдать за тем, как будет разворачиваться эта драма. Затихли громкие голоса, кто-то даже сделал музыку потише.

— Нам надо поговорить! Открой мне! Пожалуйста! — умоляла я. Бесконечно злило, что на меня пялится вся эта толпа, ожидающая продолжения произошедшего в клубе, но другого выхода не было.

Наконец у него закончилось терпение. Дверь приоткрылась, но ровно на пару сантиметров, которых хватило для того, чтобы я увидела, что он там не один. Мелькнули белокурые локоны, обнаженное бедро, задранная юбка. Всё именно так, как я и предполагала.

— Свали отсюда, — бросил он и попытался закрыть дверь, но я успела поставить ногу в проем.

— Я не уйду, пока ты со мной не поговоришь!

— Я, как видишь, слегка занят!

Я видела. Длинные стройные ноги вокруг его талии, руки обхватывают шею. Девушка сидит на раковине, Ник между её разведённых ног. Его рубашка расстёгнута, волосы взлохмачены, на губах пьяная ухмылка. Картина маслом.

— Мне всё равно, — произнесла я спокойно, хотя внутри всё клокотало. — Я не уйду.

Разозлившись, он толкнул дверь, отстранил меня и выскочил из ванной. Секунды ему хватило, чтобы оценить окружающую обстановку — глазеющие на нас люди не скрывали любопытства.

— Вы че пялитесь? — он обвел толпу взглядом. — Телок никогда не видели?

— Надеюсь, они подерутся, — сказал кто-то из толпы, прихлебывая пиво.

В этот момент всеобщее внимание сконцентрировалось на нас двоих. Девушка из ванной стояла в дверном проеме, её взгляд метался между мной и Ником — испуганный, настороженный. Я же смотрела на неё почти с ненавистью. Это продолжалось несколько долгих, напряженных секунд, пока я не взяла себя в руки и не вспомнила о том, что сейчас действительно важно. Соревноваться с ней мне было незачем. Я развернулась и направилась вслед за Ником.

По толпе прокатился вздох разочарования. До последнего они надеялись, что станут свидетелем того, как две девушки будут рвать друг другу волосы из-за Ника, а теперь вечер снова грозил превратиться в заурядную пьянку.

Я догнала его парой пролетов ниже. Он, видимо, хотел выйти на улицу, но его состояние не очень к этому располагало — Ник шел, сильно пошатываясь, касаясь стены и перил. В руках у него была бутылка «Джек Дэниэлс», к которой он приложился, когда в полной мере осознал бесплодность попыток сбежать от меня, от нашего грядущего диалога.

Я молча взяла у него из рук бутылку, так же молча сделала глоток.

— Что произошло в клубе? — крепкий виски обжег мне горло. Я выпила ещё, надеясь, что алкоголь поможет унять дрожь и волнение. Волнами накатывало неприятное чувство, что что-то очень важное для меня прямо сейчас ускользает, а я не в силах это остановить.

Ник скривился. Он забрал у меня бутылку и небрежным жестом вытер кровоподтек под бровью.

— Ничего особенного. Меня всего лишь выставили оленем, который бегает за телкой.

— Ну, по правде сказать… — неуверенно протянула я. — Не очень-то ты за мной бегал… Или это о ком-то другом? Может о той девушке, с которой ты в ванной…?

— Только попробуй сказать, что тебе всего этого было мало! — разозлился Ник. — Я ни с кем так больше… Ни с одной…

— И именно поэтому я только что сняла тебя с пьяной телки? — теперь уже разозлилась я. — А что было бы, если бы я опоздала? Ты бы трахнулся с ней?

— Я ничего тебе не должен, — процедил сквозь зубы Ник. — Ты мне никто.

Я замолчала, пораженная откровенностью этой фразы, которую Ник бросил мне в лицо. Это ощущалось как удар, как пощечина, от которой горит не кожа, а где-то глубоко внутри. Вся неприглядная правда встала передо мной в полный рост — мы действительно никто друг другу. Ник ни словом, ни действием никогда ничего мне не обещал. Он всего лишь хотел секса со мной, а больше ничего не хотел. И, наверное, так было с самого начала. Просто я сама придумала себе другую историю.

А сейчас он стоит передо мной, и я вижу отпечатки чужих губ на его груди и животе, смазанную помаду на рубашке... Больно, как же больно. Словно мне наживую сердце пытаются вытащить, безо всякой анастезии.

С глухим вздохом я опустилась на ступеньки, обхватила руками колени, прикрыла лицо ладонями. Только бы не видеть, только бы на него не смотреть...

— Что между нами?

Этот вопрос разрезал воздух. Я не сразу поняла, что именно Ник произнес это вслух. Погруженная в свои мысли, я продолжала сидеть, отрешенно глядя в пол, избегая его взгляда. В голове царил хаос, и я не знала, что ответить, не осознавала, для чего он задал этот вопрос сразу после того, как объявил, что мы никто друг другу.

— Черт, ты опять заставляешь меня чувствовать себя каким-то, блять, идиотом! — увидев, как я растеряно хлопаю глазами, Ник пнул жестяную банку, служившую нам пепельницей на лестничной площадке. — Когда я задаю все эти вопросы типа "что между нами? какие у нас отношения?", все эти тупые, типично бабские вопросики... Мне это, знаешь что? Мне это нихуя не нравится! И, кажется, прав был Влад, когда сказал, что из всех баб в городе я выбрал самую проблемную, потому что мне нравится, когда трахают мой мозг, потому что просто трахание меня уже не вставляет!