И наконец, последней (согласно списку Гесиода) из детей Ночи была «Эрида с могучей душою» – богиня-Распря. Правда, Гомер в «Илиаде» называет Эриду сестрой Ареса (который, как известно, был рожден Зевсом и Герой), но, скорее всего, великий аэд имел в виду их духовное родство. Он описывает, как боги вдохновляли армии на битву:
Этих Apec возбуждал, а данайцев – Паллада-Афина,
Ужас и Страх и ничем ненасытная Распря-Эрида,
Мужеубийцы Ареса родная сестра и товарищ.
Малой вначале бывает она, но потом головою
В небо уходит, ногами же низом, землею шагает.
В толпы врагов замешавшись, и тут она равною злобой
Тех и других распаляла, чтоб тяжкие стоны умножить[1126].
Эрида охотно принимала участие в любых войнах и битвах, даже тогда, когда остальные боги, включая и бога войны Ареса, не считали нужным вмешиваться. Гомер описывает одну из битв у стен Трои:
Равные головы схватка имела. Ярились, как волки,
Воины, радуя глаз многостонной Эриды богини.
Только она из богов принимала участие в битве,
Прочие все не мешались в нее и спокойно сидели
Каждый в доме своем[1127].
Эрида вообще находилась с олимпийскими богами (кроме разве что Ареса) не в самых лучших отношениях. В свое время ее даже не пригласили на свадьбу Пелея и Фетиды, на которой гуляли все греческие боги. Обиженная богиня пришла без приглашения, но ее не пустили к столу. Тогда она подбросила в залу золотое яблоко – то ли «сказав, чтоб его подняла самая красивая»[1128], то ли с надписью аналогичного содержания[1129]. В результате Гера, Афродита и Афина поссорились, что в конечном итоге привело к Троянской войне.
Трудно представить, чтобы после скандальной свадьбы и истории с яблоком отношения между Эридой и олимпийскими богами наладились. Тем не менее они как-то общались. Во всяком случае, Эрида подчинялась Зевсу, а он давал ей поручения, связанные с военными действиями. Гомер свидетельствует:
Зевс к кораблям быстролетным ахейцев отправил Эриду
Грозную. Знаменье войн в руке у нее находилось.
Стала Эрида на черный, огромный корабль Одиссея…
<…>
Став на корабль, закричала богиня и сильно, и страшно
Голосом зычным. И каждому в грудь заложила ахейцу
Силу упорно, не зная усталости, биться с врагами.
В это мгновение всем им война показалася слаще,
Чем возвращение в полых судах в дорогую отчизну[1130].
Гесиод в поэме «Труды и дни» утверждал, что Ночь родила двух дочерей, носивших одно и то же имя – Эрида[1131]. Одна из них «свирепые войны и злую вражду вызывает»[1132], другая же ведает не столько раздором, сколько духом соперничества:
Эта способна понудить к труду и ленивого даже;
Видит ленивец, что рядом другой близ него богатеет,
Станет и сам торопиться с посадками, с севом, с устройством
Дома. Сосед соревнует соседу, который к богатству
Сердцем стремится. Вот эта Эрида для смертных полезна.
Зависть питает гончар к гончару и к плотнику плотник;
Нищему нищий, певцу же певец соревнуют усердно[1133].
Впрочем, в «Теогонии» тот же Гесиод рассказывает об Эриде, не разъясняя, какая из двух сестер имеется в виду (вероятно, все-таки первая – это следует хотя бы из списка ее детей):
Грозной Эридою Труд порожден утомительный, также
Голод, Забвенье и Скорби, точащие слезы у смертных,
Схватки жестокие, Битвы, Убийства, мужей Избиенья,
Полные ложью слова, Словопренья, Судебные Тяжбы,
И Ослепленье души с Беззаконьем, родные друг другу,
И, наиболее горя несущий мужам земнородным,
Орк, наказующий тех, кто солжет добровольно при клятве[1134].