Камилла, вообще-то, не особенно была привержена порядку, но по сравнению с Лиз казалась прямо-таки педантичной. Её подруги не было на месте, и Камилла воспользовалась её отсутствием, чтобы немного прибраться в деловых помещениях «Young & Beautiful».

Дважды в неделю сюда приходила одна португалка из «Института чистоты», но только помыть полы. Навести же порядок мог лишь тот, кто имел представление, куда девать всё то, что было здесь свалено в кучу. И это была точно не Лиз.

Камилла приступила к своей акции в их совместном офисе. Тут было просторно и главенствовали два письменных стола, сдвинутые вместе лоб в лоб.

Свой стол Камилла уже привела в порядок. Это было не трудно. Маленькие стопочки бумаг исчезали быстро.

Теперь она приступила к письменному столу Лиз. Он был скрыт под несколькими напластованиями бумаг, тканей, фотографий, журналов, конвертов, чашек, бокалов и остатков еды.

Работу Камиллы сопровождала музыка, её любимый плейлист. Как раз звучала «Bohemian Rhapsody» группы Queen. На полу перед ней стояли два пакета: один для мусора, другой для старых бумаг. За эти две категории она и принялась в первую очередь.

Дела у «Young & Beautiful» шли неважно, насколько она могла судить. Но она пока ещё не составила себе точное представление, чтобы позволить себе какие-то выводы. Она полностью полагалась на Лиз, а та была настроена оптимистично. Сейчас она была в Париже на премьерном показе, важной для «Young & Beautiful» акции.

Камилла принесла из кухни ещё один пакет, прежний был уже полон бумаги.

С её бухгалтерским образованием для Камиллы было бы самым естественным заниматься как раз финансовой стороной дел. Но Лиз хотела её пока пощадить. «Ты едва отбрыкалась от своей бухгалтерии. – сказала она. – И не для того ты из неё выбралась, чтобы на новом месте опять погружаться в неё же. Ты у нас менеджер “Young & Beautiful”, а не бухгалтер».

И правда: заниматься управлением хотя и не было её заветной мечтой, но она надеялась получать от этого удовольствие. Не только потому, что это всё ещё было преимущественно мужским делом, но немножко и поэтому.

И она была рада, что её подруга хотела и впредь управлять финансами сама. Основное представление о текущих делах Лиз дала ей устно. В них вроде бы всё ладилось. Правда, в настоящий момент расходы превышали доходную часть, призналась Лиз, но для начала это было нормально. Они не позволяли себе больших зарплат, и пока что основные расходы падали на поездки Лиз на акции в области моды и на аренду служебных помещений.

Среди вороха бумаг нашлось несколько писем, адресованных фирме. Всё это были выставленные счета. Камилла отложила их в отдельную коробку с надписью «Неоплаченное». С намерением взять их в работу сегодня же.

Через полчаса был разобран и письменный стол Лиз. За исключением конторских принадлежностей: скотч, ножницы, нож для вскрытия писем, дырокол, степлер. Камилла хотела разместить всё это в верхнем выдвижном ящике стола. Но он оказался запертым. Второй сверху ящик был полон косметики: тюбики губной помады, бутылочки лака для ногтей, витаминные препараты, косметические салфетки, дезодоранты, таблетки от головной боли и пробники духов лежали там общей кучей.

Третий ящик был забит письмами – открытыми и нераспечатанными. Большинство отправителей Камилла уже знала по переписке.

Всё это были сплошь кредиторы.