Впрочем, то, что пришлось возвращаться в одиночестве, было мне на руку. Слишком о многом нужно было подумать, разложить по полочкам и пережить в мельчайших подробностях в памяти, решая, как быть дальше. В голове выстраивались и рушились логические цепочки, мозг лихорадочно просчитывал все варианты, словно просматривал биржевые индексы, отметая ненужную информацию. Как вести себя? Что говорить, что делать? Понятно было одно – я не буду предлагать себя, как делала это в самом начале нашего брака. Не буду ловить каждое его слово, заглядывая в рот, не буду пытаться выглядеть гостеприимной хозяйкой… Отпустить ситуацию? Пустить всё на самотёк и посмотреть, что будет дальше. Единственно верное решение, которому я с удовольствием последую. Второй раз на те же грабли наступать ни за что не буду.

А как же Денис? Почему, зачем он решил признаться в любви именно сейчас? Что теперь делать с этим знанием, понимая, что я не только никогда не смогу ответить взаимностью, – скоро мне придётся сказать, что мы расстаёмся. Я поняла это только что, но с такой пугающей ясностью, что слёзы навернулись на глаза. Мы не будем вместе, даже если впереди меня ждёт развод. Денис выполнил свою функцию, как бы расчётливо это ни звучало. Вернул к жизни. Зажёг. Согрел теплом, трепетно относясь к моим желаниям. Он был слишком хорошим, чтобы быть правдой. И всё же был ей. А я отказывалась от него с такой пугающей лёгкостью, что самой становилось страшно.

Что же ты со мной делаешь, Рома? Почему после одной ночи я готова оставить мужчину, который готов носить меня на руках? Действительно готова, или есть ещё возможность дать нам шанс? Может, не стоит обрубать всё резко, по живому?

Москва уже показалась, а я до сих пор не приняла никакого решения.

К моему удивлению, Рома оказался дома. Он, конечно, смотрел недовольно, но не делал попыток сбежать или спрятаться. Хотя сближаться явно не собирался. Что ж, на этот раз игра будет по моим правилам! Кивнув, я прошла к себе и не выходила до вечера, позволив просто полежать на кровати и ничего, абсолютно ничего не делать. Просто перебирать в памяти нашу ночь и мечтать о том, что она не раз ещё повторится. Но к вечеру желудок робко заурчал, и пришлось выбираться из берлоги на кухню, мимо Ромы, развалившегося своём любимом месте – диване в гостиной.

– Не ждал тебя так рано, – донёсся его голос. Я ждала, когда приготовится кофе, поэтому не сразу поняла, что он обращается ко мне, а не говорит с кем-то по телефону.

– Я уехала, как мы и планировали, в десять. – Выйдя из кухни, остановилась на пороге, скрестив руки на груди.

– А как же продолжение экскурсии? – едко спросил он.

– А мне одной было достаточно, – усмехнулась я, скрываясь на кухне – кофемашина мелодично пропела.

Когда я в следующий раз показалась в гостиной, Рома проводил меня внимательным взглядом до спальни. Как же не хотелось закрывать дверь за своей спиной! Его ревность лилась сладчайшим бальзамом на потрёпанное самолюбие. Поэтому, поставив поднос, я вернулась на кухню, раздумывая, что бы придумать, чтобы задержаться. Достала из холодильника пару пирожных, политых шоколадом.

– Не слишком ли много сладкого?

От неожиданности я чуть не подпрыгнула – Рома зашёл на кухню и сейчас стоял за спиной.

– В самый раз, – медленно облизнулась я, безмятежно глядя на него. Растрёпанный, в футболке и широких штанах, он выглядел домашним и родным. Осторожно обогнув его, я не удержалась – втянула носом его запах и задержала дыхание, выходя из кухни. Нельзя расслабляться. Ни на минуту! Или я заставлю его увидеть меня, или мы расстанемся. Больше никаких вторых ролей и задних планов.

– Стой! – Его рука легла на плечо, крепко обхватывая. Я медленно повернулась и посмотрела исподлобья, вложив во взгляд всё высокомерие, на которое способна. Рома нехотя отпустил, но не отошёл, продолжая стоять практически вплотную. – Он действительно настолько хорош?

Так вот, что тебя волнует! Ты переживаешь, что кто-то окажется лучше тебя? Вот уж действительно – попранное самолюбие! А я-то губы раскатала, что стала ему нужна! Наивная дурочка!

– Я не хочу это обсуждать, – голос звенел от злости.

– А придётся, – угрожающе процедил Рома и положил руку на дверной косяк, перекрывая мне дорогу в гостиную.

– Это. Не. Твоё. Дело. – Я смотрела на него снизу вверх, но сейчас чувствовала себя словно на несколько дюймов выше.

– Я твой муж, чёрт возьми! – взревел Рома, нависая надо мной.

– Не поздно ли ты решил это вспомнить? – взвилась я. Несколько долгих секунд мы мерили друг друга горящими взглядами, и воздух вокруг буквально трещал, накаляясь.

«Сейчас он меня поцелует!» – мелькнуло в голове. Рома действительно потянулся ко мне, словно в замедленной съёмке, не сводя гипнотизирующего взгляда ледяных серо-голубых глаз. Я прижала тарелку с пирожными к животу и вдруг, присев, нырнула под его локоть и вырвалась на свободу.

– Стой! – крикнул Рома и поспешил за мной. Но я уже пересекла гостиную и захлопнула дверь в свою спальню, повернув замок. Сердце бешено колотилось где-то в горле, когда я прислонилась к двери. Губы растянулись в широкой улыбке.

– Открой! – Он стукнул по двери.

– Иди спать, – крикнула я задорно. И добавила тише: – Желаю сладких снов.

Некоторое время за дверью было тихо. Потом, пробормотав что-то, Рома ушёл. Забытые пирожные остались на комоде, а я рухнула на кровать, обнимая подушку. Происходящее сейчас похоже скорее на дешёвую женскую мелодраму в мягкой обложке, которые так любит читать мама. Пару раз из любопытства я заглядывала в них, умиляясь наивности главных героинь. И что? Теперь это происходит со мной? Неверный муж, трепетный любовник, глупышка в центре… Как они поступают в подобных случаях? И как поступить мне?

Я не знала. Желание остаться с Ромой было велико, но обида на него оказалась не меньше. Как заставить себя поверить ему? Как вообще можно ему верить после стольких лет? Да и вообще, с чего я взяла, что он будет меняться? Что ему не всё равно на мои чувства, что он не бросит при первой же возможности, зацепившись за новую юбку?

С другой стороны, есть Денис. И он признался мне в любви. И кажется, у меня нет причин не верить ему. Он не обманывал, не предавал, я видела от него только хорошее. Так вообще бывает?

Тяжело вздохнув, я повернулась на живот и нахмурилась. Если представить, что мне не надо ничего решать и от решения ничего не зависит, с кем бы я предпочла провести эту ночь? Ответ был один – с Ромой. Даже представлять что-то иное не пришлось. А жизнь? Захотела бы я провести с ним дальнейшую жизнь? Теперь, когда всё менялось на глазах буквально каждую секунду? Не знаю. Может, стоит пока просто плыть по течению, надеясь, что всё разрешится само? Ведь иногда жизнь меняется без нашего участия, а нам остаётся только принимать её такой, какая она есть.

На работу утром ехали раздельно. Рома вернулся за руль Мазератти и вышел из дома раньше. Опять бегает? Или действительно по делам? В офисе его не оказалось – он и впрямь уехал на другой конец Москвы на встречу. Надеюсь, деловую… Так, стоп! Я раньше никогда об этом не задумывалась! Столько лет не обращала внимания на то, где он пропадает, а теперь вдруг решила следить? Глупо и не нужно.

Два раза заглядывал Денис. Оба раза по работе, но в глаза заглядывал, пытаясь поймать мой взгляд. Я старалась делать вид, что всё хорошо, но, судя по его грустной улыбке, получалось плохо.

– Нам надо поговорить, – заявил он, когда заглянул в кабинет в третий раз.

– После работы? – с надеждой спросила я. Поговорить надо, но только как собраться с мыслями и объяснить, что между нами всё кончено?

– Хорошо, – вздохнул он. – И, Алин. – Денис остановился в дверях, повернулся. – Прости, что напугал тебя. Я не должен был говорить сейчас о своих чувствах. Это слишком эгоистично с моей стороны.

– Всё в порядке, – выдавила из себя улыбку. Конечно, эгоистично. Разве может этот мужчина быть ещё лучше, чем кажется?

– К вам адвокат Боровецкий, – раздался голос секретаря, и Денис вышел, впуская невысокого энергичного мужчину с мягкой каштановой бородкой.