Яркий свет майского солнца проникал сквозь стекло и преломлялся в небольшой вазе, ложась разноцветными лучиками на белоснежную скатерть. Полураспустившаяся роза то и дело приковывала взгляд, вызывая желание взять её в руки и вдохнуть нежный аромат. Рассеянно прокручивая в руке десертную вилочку, я время от времени смотрела на вход в кафе. Лена задерживалась. Может, не стоило приглашать её на обед в этот ресторан и ограничиться кофе в закусочной? При мысли о гадком пойле, которое там выдавали за благородный напиток, я неосознанно поморщилась. Нет, я предупредила, что приглашаю, значит, о цене подруга могла не думать. А осознанно травить себя не хочу.

– Уф, долго же сюда добираться, доложу я тебе! – раскрасневшаяся Лена остановилась перед столиком и с укоризной посмотрела на меня. – Конечно, здесь круто, но тратить тысячу на такси я не готова!

– Прости, – о том, как ей придётся добираться, я не подумала. Сама-то приехала сразу после посещения одной из наших фабрик. – Я должна была догадаться, что тебе это будет неудобно. Впрочем, ты сама виновата, – хитрый взгляд на Лену, – в следующий раз говори сразу, что тебе далеко. Знаешь же, что я о таких мелочах думаю в последнюю очередь.

– Ладно, – проворчала она, усаживаясь напротив и окидывая сервированный стол одобрительным взглядом. – Я пешком дошла. А ради такого ланча и пол-Москвы пройду!

Когда принесли меню, я тихо порадовалась, что цены там не указаны. В стремлении провести время с подругой так, как привычно мне, я действительно часто забывала, что ей моя жизнь в общем-то не по карману. Но я скучала по ней, а приглашать Лену домой сейчас было бы не самой лучшей идеей. Шла третья неделя вынужденного заточения Ромы в нашей квартире, и он с каждым днём считал дни до снятия гипса с тем же маниакальным упорством, с которым считают свой срок заключённые. Это задевало.

– Так значит, у вас с Денисом всё серьёзно? – уточнила Лена, увлечённо расправляясь с десертом. Я неопределённо пожала плечами.

– Если бы я сама знала. Мне хорошо с ним. А ещё очень легко, без сложностей и чувства, что я кому-то что-то должна. Но чем больше проходит времени, тем больше кажется, что это может зайти слишком далеко. Наверное, Рома прав, – сокрушённо вздохнула я, – у меня слишком маленький опыт, чтобы ввязываться в подобные авантюры.

– Ха! Так, а где ты его наберёшься, если не ввязываться? – весело воскликнула Лена. И тут же понизила голос: – Постой, так у вас ещё ничего не было?..

– Пока нет. – Я снова вздохнула. – Он не спешит, а я… Я не знаю, хочу ли заходить так далеко. Всё же это слишком серьёзно. Да и зачем вообще…

– Стоп. – Лена подняла ладони, останавливая моё неуверенное блеяние. Потом наклонилась вперёд, нависнув над столом, и прошептала: – А когда у тебя вообще в последний раз был секс?

Я почувствовала, что краснею. Конечно, эта тема так или иначе должна была всплыть, но признаваться оказалось на удивление сложно. В первую очередь самой себе. Потому что, стоило цифре прозвучать вслух, как масштабы собственного одиночества стали поистине огромными.

– Со свадьбы, – тихо выдохнула я, опуская глаза. – Пять лет назад.

Лена поперхнулась кофе и несколько секунд пыталась откашляться, смаргивая выступившие слёзы.

– Прости, что спрашиваю, – сдерживая смех, выговорила она, – но ты вообще помнишь, как это делается?

– Конечно, помню! – возмутилась я. И неуверенно добавила: – Вроде бы.

– Я знаю отличный магазинчик в паре кварталов, – подмигнула Лена. – И сегодня мы обязательно в него заглянем!

– А может, пока не стоит торопиться? – робко поинтересовалась я.

– Нужно, – непререкаемым тоном заявила подруга, делая знак официанту, чтобы тот повторил десерт.

Опустившийся на город вечер дышал приближающимся летом, шелестя листвой. В пламенеющем небе с громкими криками носились еле видные ласточки, гоняясь за мошкарой. Город же, казалось, только просыпался, выплёскивая на улицы сотни прохожих. Приняв из рук Тимура пакеты с покупками, я спешила домой – примерить обновки.

Удивительно, как Лена смогла уговорить меня на подобное! Никогда не считала себя ханжой, но даже для меня некоторые из обновок были слишком откровенными. Не думаю, что смогу показаться в них перед Денисом. Да скорее всего, ни перед кем не смогу. Но коё в чём Лена была права – такую сексуальную роскошь должна хоть раз в жизни позволить себе каждая женщина.

– Добрый вечер, милая! – сладко пропел из гостиной голос Ромы. От неожиданности я выронила пакеты, осторожно проходя внутрь и надеясь увидеть что угодно от разбросанных по дому шприцев до друзей Ромы, затаившихся в тишине. Но он был один. Развалившись на диване, просматривал бумаги, которые привёз курьер утром – к работе муж вернулся ещё неделю назад. Подняв на меня ясный взгляд своих бесподобных голубых глаз, он широко улыбнулся. – Устала? Ужин на столе.

– Ч-что?.. – Я не успела договорить, когда Рома, не выдержав, заливисто расхохотался, закидывая голову назад.

– Видела бы ты своё лицо! –весело воскликнул он. – Брови почти до волос поднялись, а глаза… Боже, Лин, я жалею, что не догадался взять в руки телефон!

– Ну ты и… – злиться на Рому, впрочем, не хотелось. Он смеялся так заразительно, что просто невозможно было не улыбнуться в ответ.

– Всегда было интересно, неужели есть семьи, в которых люди на самом деле говорят такое друг другу каждый вечер? Ужин, кстати, действительно готов. Ирма сегодня превзошла сама себя.

Оставив ухмыляющегося Рому, я пошла к себе, продолжая улыбаться. Простая фраза, сказанная мужем, – что может быть естественней? «Милая»… Интересно, у него язык не покрылся язвами после того, как выговорил это слово? Ужин мог подождать, но вот покупки – точно нет. Руки так и чесались примерить всё и разглядеть как следует, не думая о камерах наблюдения в кабинках. В следующий раз никаких магазинчиков Лены. Покупать бельё в таких – то ещё удовольствие.

Вывалив содержимое пакетов на кровать, я рассматривала их, как подарки на Новый год, не зная, что померить первым. Алую кружевную сорочку, обнажавшую спину до самых ямочек над ягодицами? Или чёрный комплект с жутко неудобными, но такими сексуальными трусиками? А может, белое неглиже с нежно-розовыми вставками? Или… Глаза разбегались, пока я перебирала нежные шелковистые ткани, представляя себя на месте коварных обольстительниц из фильмов, которые одним небрежным движением плеча покоряют сотни мужчин.

А ведь выглядело действительно потрясающе! Я любовалась собой уже час, не в силах оторвать взгляд, снова и снова поворачиваясь перед зеркалом. Чёрное кружево обольстительно оттеняло кожу, резинка чулок сочеталась рисунком с бельём, а высокий пояс делал образ вызывающе сексуальным. Прикусив губу, я отбежала от зеркала и вернулась с высокими бархатными ярко-красными туфлями с тонкой чёрной шпилькой. Туфли ждали своего часа уже год и оказались настолько неудобными, что ходить в них можно было только по дому. И только несколько шагов. Что ж, теперь я понимаю, для чего вообще создают подобные модели…

Чего-то всё равно не хватало. Стянув резинку с головы, распушила волосы, тряхнула головой, постаравшись смотреть максимально обольстительно. Аккуратно накрасила губы сочным карминным цветом и торжествующе улыбнулась. Самое то! Повернувшись к зеркалу спиной, я посмотрела на ровные стрелки на чулках, делавшие ноги ещё длиннее, и подмигнула своему отражению.

– Если ты оставила телефон специально, чтобы показать, как сильно тебя хочет твой лаборант, то идея была так себе. – Рома замер на пороге.

Как я могла увлечься настолько, что не услышала стука его костылей? Первым желанием было закрыться, спрятаться, убежать вглубь гардеробной. Но я отогнала его, заставив себя выпрямить спину и вздёрнуть подбородок. Пусть смотрит. Почему нет? Мне стесняться нечего, скрывать – тоже.

– Ты решила обновить гардероб? – ровным голосом спросил муж. – Помнится, раньше ты любила светлый хлопок и классику.

– Это разве не классика? – Я медленно пошла к нему, чувствуя себя по меньшей мере моделью Виктории Сикрет на подиуме. Только крыльев за спиной не хватает.

– Я больше люблю красный, – лениво опершись о стену, протянул Рома, окидывая меня демонстративно-внимательным взглядом. – Но на тебе он смотрелся бы слишком вульгарно.

– Значит, тебе нравится? – Признаться, его реакция вызывала разочарование. А чего я хотела? Чтобы он упал ниц и рассыпался в комплиментах?

– Не думал, что ты экономишь на белье. – Рома красноречиво посмотрел на лежащие на полу пакеты. – Хотя уверен, лаборант оценит.

– Думаешь? – Призвав на помощь всё самообладание, я кокетливо улыбнулась и, развернувшись, медленно подошла к зеркалу. Плавно провела руками по талии, скользнула к бёдрам и легонько щёлкнула резинкой, спускавшейся с пояса к чулкам.

– Уверен, – раздражённо бросил Рома, разворачиваясь и уходя. Желание красоваться тут же погасло, как свеча под порывом пронзительного ветра. Устало сбросив туфли, я вздохнула и потянулась за халатом.