Анна

Спустя месяц путешествия наш корабль внезапно вынырнул из гиперпространственного прыжка на границе галактики Гелеон.

– Что произошло? – изумился Мессала, опередив мой вопрос.

– Мы попали в зону влияния союза. В поле магнитное угодили, гипердрайв отключился, – пояснил Диар.

Раздалось шипение на рашидраре, активировалась трансляция связи и незнакомый голос что-то произнес, требуя информацию.

Ящеры переглянулись и синхронно перевели не меня взгляды.

– Ханна, ответить придется тебе, чтобы не спровоцировать агрессию в отношении кхагартского языка.

– Что? Что ответить?

Вскоре, запомнив текст, я на английском произнесла уверенным тоном:

– Это миротворческая кампания. Мы здесь по просьбе леди Эливейн Снежной с дипломатической миссией.

Ответили нам далеко не сразу, но как только я услышала знакомый голос, плечи опустились, напряжение схлынуло.

– Добро пожаловать, Анна! Мы ждали вас, – готова поклясться, голос Эливейн Снежной звучал взволнованно. – Сколько с тобой спутников? – сменила она английскую речь на кхагартскую.

– Двое, и оба высокопоставленные.

– Так мало? Вы бежали?

– Откуда она только… – зашипел недоверчиво Мессала, но Диар его оборвал на полуслове.

– Тише. Она слишком мудрая. И во избежание недопониманий, постарайся держать язык за зубами.

– Можно сказать, что так. Могу я надеяться на то, что им не причинят вреда? – продолжила я беседу с ней.

– Разумеется! Мы давно дали кхагартам понять, что им ничего не угрожает. Поговорим на станции. Сейчас к вам будет отправлен патрульный корабль, и он вас отбуксирует к «Апалу».

– Хорошо. Спасибо.

Я обернулась к черному и белому ящерам. Белый был озадачен, а черный напряжен и дергал шипастым хвостом из стороны в сторону. Я подошла к своему ревану и обняла, заглядывая в желтые глаза.

– Все будет хорошо. Ведь правда?

– Зависит от обстоятельств. От меня ни на шаг, ясно?

– Ох уж этот командный тон! – улыбнулась я.

– Я не шучу. Если хоть кто-то тебя тронет…

– Я помню. Никому не позволять к себе прикасаться… Ну, а с Иринкой обняться?

– С ней можно.

– А с Ольгой?

– И с ней.

– А…

– Хас-сша! Не испытывай мое терпение, – обвил Диар меня осторожно хвостом и погладил по голове лапищей.

Когда двери нашего корабля разгерметизировались, на пороге стояли тени и итарцы не в боевой, а во вполне обычной форме, в отличие от моих спутников.

– Белый? – изумленно удивился высокий широкоплечий молодой мужчина с фиолетовыми глазами и вертикальными зрачками – итарец.

– Белый, – зашипел Мессала недоверчиво, разглядывая его и еще двух теней.

– Добро пожаловать на межгалактическую космическую станцию «Апал», – произнес статный светловолосый тень. – Я капитан станции, Найтен Полз. С Диаром мы уже встречались.

Потрясающее знание кхагартского. Неужели это заслуга все той же чародейки?

– При весьма неприятных обстоятельствах, – согласился Диар, надежней сжав в лапе мою ладонь, что не укрылось от глаз капитана.

– Как хорошо, что это уже в прошлом. Верно? – улыбнулся он и посторонился. – Прошу проследовать в большой конференц-зал, где вас ждут Чезар и леди Эливейн.

– Не отставай и будь на виду, – позвал он Мессалу.

Тот последовал за нами.

Огромный космодром поражал своими габаритами, объемами залов, переходов, даже озеленением. Головизоры, экраны, системы оповещения, неприметные камеры. И на удивление свежесть. Только идти почему-то тяжеловато. Я подергала ревана Диара за рукав и посмотрела щенячьим взглядом.

– Почему так тяжело идти?

Мой ящер поднял меня и, как на Кхагаре, усадил на плечо, очень изумив окружающих.

– Атмосферное давление здесь выше. Голова не болит?

– Нет. Все в порядке.

Вскоре мы оказались в указанном зале, где по центру располагался огромный стол, во главе которого находилась снежная чародейка. Я впервые увидела ее не по голозаписи. Она прекрасна! Холодна, словно лед, а мужчина за ее спиной просто впечатляет разворотом плеч. Я думала, крупней кхагарта иномирянина нет. Оказывается, есть действительно равные. Диар помог мне переместиться на стул. Сами ящеры стали по обе стороны от меня, а капитан и оборотень с фиолетовыми глазами встали со стороны чародейки.

– Мы вам очень рады. Прежде чем продолжим – уточняющий вопрос, – прозвенел ее голос, словно морозный ветер. – Анна, ты действительно прибыла по своей воле?

Диар напрягся.

– Да. Я спешила к Ирине Перхиной – моей подруге, бортовому медику. Она жива? С ней все в порядке?

– Жива, – выдохнула та с облегчением, словно не верила в чистоту намерений своих гостей. – Но «в порядке» лишь условно. Лучевая болезнь поразила ее организм довольно сильно, начались по вашим земным меркам необратимые изменения, лишь тьма ее сета и зачаток магии их дочери держат ее на грани жизни и смерти, которую она ощущает очень плохо. Но это хорошо осознает каждый сарфириец на этой станции, особенно ее сет. Стоит лишь ей разродиться, ее жизнь, жизнь ее мужчины тут же оборвутся. Ей очень повезло зачать чародейку от, казалось бы, ранее слабого тени. Дочь успешно развивается в ее утробе и борется за свою выживаемость и жизнь матери. Но этого недостаточно. Что может еще несформировавшийся плод? Даже эта ситуация для нас – фантастика. Мы не ожидали такого.

– Но чем я могу ей помочь? – всхлипнула я вдруг, не заметив, как из глаз полились слезы.

– Я не знаю, – пожала та плечами. – Солун не дала мне новых подсказок. Видимо, она не имеет права вмешиваться в дела землян настолько сильно. Лишь намек, что ей нужна твоя помощь.

Я в отчаянии стала разглядывать свои ладони. Нервно то сцепляла их пальцами в замок, то сжимала в кулаки, пока в голову мне не пришла одна мысль… Сумасшедшая, но идея! Вот только… Не будет ли это предательством с моей стороны?

Подняв глаза на Диара, уловила его взгляд. Видимо, в них было много мольбы, ибо мой реван понял меня без слов. Он сначала помедлил, но потом кивнул.

– Ты правда позволишь?

– Для тебя это важно, – он провел когтями по моему подбородку ласково. – Я хочу жить со счастливой реваной и видеть меньше твоих слез. Да и к тому же не хотелось бы, чтобы ты винила меня всю оставшуюся жизнь в том, что я мог помочь, но не стал.

– Спасибо, – прошептала я трепетно. – У нас есть теория, – повернулась я к озадаченной Эливейн. – Это единственное, что мне приходит в голову. Только от информации, что мы готовы вам открыть, зависит судьба всей расы кхагартов. На них может начаться иная охота, может даже случиться война. Райсан Мессала, реван Дардан и реван Диар убеждены, что лишь вы сможете взять на контроль развитие отношений меж кхагартами и союзом, защитив их на законодательном уровне.

– Защитить? – изумленно уточнил Чезар. – Таких сильных представителей?

– Именно.

– Что ж. Мне нужны нюансы. Подробности жизни, уклада, отношений, даже слабые стороны расы. – Мессала зарычал. – Чтобы знать, как и от чего защищать, – одарила его ледяным взглядом чародейка.

– Хорошо, – согласился Диар. – Нам потребуется грамотный медик.

– Это не проблема. Сет Ирины – лучший медик на космодроме, к тому же биоинженер.

Вот так удача! Чародейка нажала какую-то кнопочку на небольшой панели перед собой.

– Мистиф, Ирина, проследуйте в большой конференц-зал. И Шелли с Ольгой попросите подойти. Для них задание есть.

– Неужели, – положила я руку на сердце. – Я увижу их! Увижу.

– Хас-сша, – вновь потребовал Диар моего внимания. – Будь рядом. Для меня это важно.

– Я рядом, мой реван, – поднялась я со стула и обняла его, успокаивая. – И не оставлю тебя.

– В болезни и здравии? – усмехнулся нервно тот.

– В богатстве и бедности.

– В любви и верности.

Ждать пришлось не долго. Первой явилась Ольга.

– Анна? Вот так ничего себе! Здорово́, подруга! – обняла она меня крепко, закружив над полом, даже не одарив вниманием рядом стоящих ящеров. Видимо, за время, проведенное здесь, и не таких видала. – Боже! Мы уже не надеялись увидеться с тобой. Сначала думали, что тебя сожрали.

Мессала изумленно наклонил голову набок, затем возмущенно скрестил лапищи на груди.

– Потом нас упорно убеждали, что не все ящеры такие. Выходит, не врали.

– Точно. Более того, я теперь замужем.

– А… – отмахнулась подруга. – Мы с Ирой тоже вроде как замужем.

– Вроде?

– Ну, мне замужество навязали. Надеюсь, что случайно.

– А у супруга спросить не пробовала?

– После такой внезапной свадьбы? Нет!

– Знаешь, – взяла я своего ящера за когтистую руку, вот теперь Ольга обратила на него внимание. – Не все, что делают эти фантастические мужчины, делается из плохих побуждений. Меня тоже укусили, не спросив. Но я не жалею. – Отогнув ворот, показала подруге два своих шрама. – И решилась на повтор.

– Смело, – хмыкнула та. – Я подумаю над твоими словами. Однако какой необычный экземпляр. Тебе подарить разводной ключ?

– Зачем?

– Чтобы иметь железный аргумент на случай спонтанных споров.

Даже Диар оценил шутку и фыркнул, но комментировать не стал. И в этот момент зашли они: высокий статный тень в белом комбинезоне и Иринка – бледная, но такая живая!

– Ирина! – бросилась я к ней.

– Аннушка!

В зале начался настоящий потоп. Мы обнимались и умывались слезами какое-то время. Мы здесь, мы снова вместе! И мы живы. Ольга тоже не удержалась и украдкой смахнула одну слезу, пока никто не видит.

– Как круто изменилась наша жизнь, – хныкала я, обнимая ее.

– Как я рада, что ты жива. Я верила, я звала тебя.

– Я слышала. Во сне я видела твои рубиновые слезы.

– А ведь они реально были! – отстранилась она немного, достала из кармашка одну такую и протянула мне.

– Нереально, – взяла я камень и рассмотрела его. – Но твои руки… в моем сне они были окровавлены.

– Кошмар какой! – поежилась подруга. – Такого точно еще не было.

– Я искренне надеюсь, что не увижу этого, – проговорил сопровождающий ее тень очень тихо.

– Ты и есть медик? – решил уточнить у Мистифа Диар, пока мы с Иринкой утопали в чувствах от радости встречи.

– Да, – все старались общаться на кхагартском, даже Ирина, что я заметила не сразу. – Мистиф Ноган.

– Как вы все говорите на разных языках? – я очень удивилась, когда поняла, что Ирина тоже может.

Тут в зал вошла смуглая девушка брюнетка с фиолетовыми глазами, очень похожая на парня, что встречал нас с капитаном. Родственники?

– Шелли, ты вовремя, – напомнила всем о своем присутствии леди Эливейн. – Настрой аппаратуру в медблоке, чтобы ввести лингвотрансформаторы нашим гостям. Так будет проще общаться всем нам.

– Будет сделано. Всех прошу проследовать за мной.

Мессала стоял на месте как вкопанный и любовался фигуркой смуглой сарфирийки голубыми глазами.

– Что с ним? – притормозили мы с Диаром.

– Мессала!

Ящер словно очнулся, цвет радужки снова сменился на желтый.

– Идем, – хлопнул по плечу белого Диар.

Вскоре мы оказались в просторном медблоке.

– Вам будут введены в вену наночипы, помогающие вам общаться на всех языках союза, – щебетала та же девушка. – Последнее обновление они прошли совсем недавно, в перечень языков к освоению добавился кхагартский. Чипы не навредят вашему организму и спокойно проникнут через гематоэнцефалический барьер прямо к вашему мозгу.

– Я ни слова не поняла, но буду первой.

Ирина одобрительно кивнула, а Шелли под наблюдением Мистифа качественно проделала со мной всю процедуру. В вену попала с первого раза.

– Кто следующий? – спросила она добродушно.

Разумеется, это был Диар. Мессала разглядывал иномирянку слишком пристально.

– С помощью ультразвукового датчика я отыщу ваш сосуд на более доступном для нас локтевом сгибе. Постараюсь быть аккуратной, первый раз работаю с кхагартом.

Диар молча позволил ей найти брешь в своей чешуйчатой броне в указанном месте. Вскоре наночип был введен, и мой реван попросил Мистифа побеседовать с ним в стороне, не упуская меня из поля зрения. Мы с Ириной наперебой стали рассказывать о том, как обе испугались при разлуке, о чем думали, на что надеялись, пока мужчины общались между собой.

– Как твое самочувствие? – я разглядывала ее с волнением.

– Благодаря нашей с Мистифом дочурке, – положила она ладонь на свой животик, – в данный момент хорошо!

Мессала в это время располагался на кушетке, выполняя четкие инструкции понравившейся ему иномирянки.

– Располагайтесь на кушетке, – каждое свое действие чародейка поясняла. – Локтевой сгиб, пожалуйста. – Мессала закатал рукав, обнажив белую чешую и участок неприкрытой белой кожи. – Я обработаю вашу руку антисептиком. – Мягкий тампон, смоченный раствором, прошелся бережными и аккуратными касаниями по его уязвимому месту. По-моему, чародейка даже дольше обычного уделила этому время. – Сейчас я поставлю обработанный датчик на сгиб и отыщу расположение ваших сосудов. Жгут, – затянуть его на такой ручище ей стоило усилий. – А теперь я проткну кожу иглой, через которую и введу наночип. Будет неприятно. Кожа у вас довольно прочная.

– Переживу, – отозвался Мессала, разглядывая ее лицо, словно пытаясь запомнить каждую черту. И Шелли заметила это. Немного замешкалась, затем иронично хмыкнула и чуть резче, чем проделала то с Диаром, проколола вену, заставив белого зашипеть и оскалиться. Жгут был снят, чип введен.

– Действительно, не скончался. Если будут какие вопросы или проблемы со здоровьем, вы всегда можете обратиться в наш медицинский блок.

– Я обязательно это учту.

Когда Мессала встал, Диар с озадаченным Мистифом пожали руки и договорились обсудить детали помощи Ирине сегодня же после ужина в этом же блоке.

– Тебе придется пообщаться с дипломатом, – ошарашил он Мессалу, возвращая того в реальность.

– Почему я?

– А кто у нас теперь последний наследник…

– Не надо мне этим тыкать! – зашипел белый и последовал за хмурым оборотнем, который стал указывать нам путь к нашим каютам.

Ирина осталась в медблоке с любимым. А я, как и обещала, не оставила своего ревана, и мы вместе пошли знакомиться с нашим новым скромным жильем. Шелли выглянула из медблока и проводила озорным взглядом белого кхагарта. Лишь когда его хвост скрылся за поворотом, она вздохнула тяжело и пошла прибирать рабочее место.

– Вот уж не думал, что так легко открою иномирянам свои слабые места.

– То ли еще будет.

Мессала долго сверлил спину крупному оборотню, не сообразив, чем он его так зацепил.

– Вы родственники, – вдруг произнес он.

Мы с Диаром не сразу поняли, кому он говорит.

– Двойняшки, – отозвался итарец.

– Чародейка и оборотень?

– Да. Мы первые дети от смешанного брака.

– Боюсь разочаровать, но первые дети – смески от ваших женщин с кхагартами.

– Значит, мы первые законнорожденные дети, – хмуро утер ему нос парень и обернулся. – Будешь так пялиться на мою сестру, я тебе твои корявки переломаю, понял?

– Нашел кого пугать, – фыркнул Мессала.

– И поверь, твой редкий окрас тебя не спасет.

Вскоре нам дали пароли от двух соседних кают. На удивление они оказались довольно просторными. Что не могло не радовать. И шумоизоляция хорошая, в чем Диар сразу решил убедиться, как только дверь за нами закрылась.

– Ханна! Мыться и в койку!

– У кого-то прямо на морде написано крупными буквами: «Милая, у меня стресс!»

– Именно так.

Сеанс кровоиспития мы не пропустили.