7. Падение в неприятности

Фраза Цияо потонула в ярких возгласах девушек, которые сперва позакрывали рты, а затем повскакивали. Евнух Шу на мгновение превратился в статую — каменную и несдвигаемую.

— Ваше Величество? — пискнул евнух, чьи глаза видели только ледяную глыбу вместо Императора.

— Ваше Величество, — девушки наперебой звали Лин Сяо, который смотрел перед собой.

Одна Цияо понимала, что за случайность спрос велик. А ей так не пальчиком пожурят и парочку нравоучительных слов скажут. В смертном приговоре припишут непростительное оскорбление Императора, переходящее в попытку убийства и захвата власти.

Медленно, как человек, попавший в новый мир или очутившийся в фильме жанра хоррор перед главным монстром, Лин Сяо поднял голову и устремил леденяще пустой взгляд на Цияо.

— Я говорила: ешь. А ты играть начал с едой. Вот что вышло.

— Ху Ци Яо, — сквозь плотно сжатые зубы процедил Лин Сяо.

— Не стоит благодарить за наставления, — Цияо выставила руку с раскрытой ладонью, как дежурный в коридоре, останавливающий мнесущихся на него хулиганов. — Боюсь, не выдержу столь великой чести.

— Боишь? — выдохнул Лин Сяо, поднимаясь.

Цияо опередила его, вскочила, тряхнула длинными руками, ударяя концами его и Шуйсян.

— Что ты, что ты. Не стоит, я не вмещу в себя твою благодарность, поэтому спасибо за приглашение и первая откланиваюсь.

Кивнув ошарашенным девушкам и евнуху Шу, который мысленно репетировал оглашение посмертного указа для благородной супруги, Цияо чуть ли не бегом покинула сад.

— Сырая камера так близка, — прошептала она, постукивая по плечу. На время удалось отделаться от опасности. Вопрос: надолго?

Осматриваясь по пути, Цияо внезапно заметила один интересный факт: несмотря на зелёный цвет природы, она только-только набирала цвет. Весна правила на земле.

— А к зиме холод, голод, смерть, — прошептала Цияо и вздрогнула.

Нет, ей жизненно важно стать незначимой и бесполезной в глазах окружающих, неопасной в глазах Лин Сяо, а ещё помочь его счастью.

С мыслями о спасении и о чужом счастье Цияо упустила внимание на дорогу.

— Осторожно! — предостерегающий возглас сопроводился хрустом и небольшим, круглым предметом под подошвой.

Ворох одежд резко рухнул и распластался на земле. Точнее, Цияо оказалась на земле, сполна ощутив неровности дорожки по телу.

Рассыпавшись в извинениях, Жо Лань бросилась помогать подняться.

— Ф-у-х, — вырвалось у Цияо, не мигая смотря на сомнительно коричневую кучку перед носом.

— Извините, я случайно уронила инструменты и удобрение.

Цияо приподняла голову, оставляя неозвученным «Так это удобрение». Кое-как поднялась с чужой помощью.

— Благородная супруга, извините, — Жо Лань низко поклонилась и резко выпрямилась, чтобы ещё раз поклониться. От её движений у Цияо закружилась голова.

— Не надо, — махнула она и глубоко вдохнула, давая время прийти в себя.

Небольшое падение отзывалось головокружением, сжиманием тисками висков, появляющейся и пропадающей пеленой.

— Я правда не успела собрать…

— Порядок, — Цияо посмотрела на Жо Лань. Лицо той расплывалось, всё не хотя собираться до чётких линий. — Смертельного не совершила, собирай и иди по делам.

— Извините, — шустро собирая вещи, Жо Лань то и дело повторяла одно и тоже.

Слишком медленно отпускало. Цияо думала, что стоит увеличить рацион полезной, вкусной еды. Не дело, когда от малейшего резкого движения кружится голова.

«Так и быть, к еде добавлю глоточек лечебного отвара».

На выдохе Цияо сделала шаг. Откуда-то со стороны или из-за спины, а может, оттуда и оттуда налетел свистящий шум, а по голове ударило тяжёлым, обмотанным тканями. В глазах резко посветлело, а затем потемнело.

Дёрнувшись, Цияо с пару секунд приходила в себя. Тяжесть в теле усугублялась гудением в голове, писком в ушах. Главное, что поняла Цияо, — она находилась в горизонтальном положени и, на мягкой поверхности, под невесомым теплом, в полумраке с отблесками света. Цияо находилась в покоях.

Потеряла сознание — ясная и неопровержимая мысль.

Кое-как перевернувшись на бок, Цияо отодвинула балдахин и хриплым голосом позвала:

— Тётушка Хэ.

Ни звука не донеслось ни в покоях, ни с улицы.

— Тётушка Хэ. Тётушка Хэ!

Но ожидание минутой не увенчалось успехом. Наоборот, тело сковало лёгким страхом.

Цияо села на край кровати и прислушалась, не обращая внимания на самочувствие. Дурные мысли, как по команде, атаковали голову.

«Цыц! Страшилок никогда не боялась, сама рассказывала, — прервала поток раздувающих страх мыслей Цияо. — Последнее… Я видела Жо Лань!»

Мимолётная радость сменилась приглушённым стоном обречения.

«Жо Лань… Почему ты последняя, кого я видела?»

В голове тут же нарисовалась картина: она, благородная супруга, свалилась в обморок, нежная служанка, по совместительству любовь Императора, ставшая невольным свидетелем, в ступоре и незнании, что делать. Слёзы и растерянность охватили Жо Лань. И во всём виновата она, Ху Цияо!

— Конец, — вяло произнесла Цияо, сгорбившись. — Не виновата, не по моей вине свалилась в обморок. Но во всех историях со злодейками они виноваты в малейшем изменении настроения главной героини.

Звучало бредово, но учебный материал, полученный путём просмотров и прочитывания различных историй, шептал, что здешняя злодейка виновата во всех неудачах, ошибках, отказах.

Надеяться на здравомыслие Лин Сяо не приходилось. Старые и не проходящие конфликты с Ху подталкивали не просто искать их косяки, но и навешивать неразумное.

— Беда, беда, — Цияо качнула головой и тут же схватилась за виски. — Лечь.

Пока у неё было время от отбивания обвинений, нужно отдохнуть и восстановиться. Жаль только, еды не было — она в десятки раз быстрее приводит в норму.

Уснуть не получалось. Цияо ворочалась с боку на бок, расправляла и скомкивала одеяло, убила и обратно подкладывала под голову подушку. В итоге провалилась в дремоту в непривычной, искривлённой позе, поперёк кровати с подушкой подмышкой, кончиков одеяла под головой.

Цветочные горшки разбитой массой лежали в грязной луже с копошащимися в ней червями и слизнями. Цияо подняла голову. Она стояла в центре мерзости, а на чистой дорожке, не подходя к краю жижи, стоял Лин Сяо, смотря на неё надменно.

Хотелось высказать всё, что думалось о нём. Но в момент, когда Цияо приоткрыла рот, Лин Сяо нанёс сокрушительный удар — поднял руку с тарелкой, на которой под лучами проглядывающих сквозь листву, поблёскивала аппетитная, сочная, политая янтарным соусом жареная курочка.

Вздрогнув, Цияо резко села. Перед глазами стоял желанный образ. Стоило ему утренней дымкой рассеяться, чуть рыдание не заполнило комнату.

— Как думаешь, на этот раз тигрица умрёт? — вздохнул Цянь Янь.

— Отравление пережила, а умрёт от утомления и отсутствия отдыха? — фыркнула тётушка Хэ.

— Может, — отчуждённо прозвучал лекарь Юй.

— Жаль, мне только начало казаться, что она изменилась.

— Тебе просто понравилась её еда, — проворчала тётушка Хэ.

— И что? — насупился Цянь Янь. — Единственный раз, когда она была человеком, а не представителем знати.

— Она по рождению птица высокого полёта, не неси чуши, — по звуку шлепка тётушка Хэ несильно ударила его.

— Высокого полёта, — с тяжёлой горечью вздохнул лекарь Юй. — Наши жизни снова под угрозой. Мне не сдобровать.

С трудом скинув одеяло, Цияо подползла к балдахину, распахнув его и села, свесив ноги.

— Кто позарился на ваши жизни?

Вздрогнув, Янь отпрянул и большими глазами уставился на неё. Тётушка Хэ схватилась за грудь. Лекарь Юй вскинул голову и облегчённо выдохнул. Они сидели на коленях на старом месте, как при первой встрече.

— Что с вами? Умирать я не собираюсь. Поднимайтесь и идите… — Цияо огляделась. Темно. — Спать, отдыхать. К себе идите. Вставайте.

Ни одному из них не хотелось стоять на коленях, потому охотно поднялись.

— Лекарь Юй, со мной же ничего серьёзного? — на всякий случай уточнила Цияо, не чувствуя ни боли, ни затруднения дыхания.

— Переутомились, мало отдыхали, — качнул головой лекарь Юй.

— А, ничего важного, — отмахнулась Цияо, расслабляясь.

— Ушибы и царапины я обработал.

В благодарность Цияо кивнула, мысленно делая пометку выписать Юй Кану премию за вредный стаж.

— Служанку наказали, — продолжал лекарь Юй.

— Какую служанку? — рядом ни одной служанки не водилось, чтобы за халатность или ошибки наказывать.

— Служанка, из-за которой Вы упали и поранились, — ответил Цянь Янь.

Цияо моргнула, переваривая услышанное. Понимала сказанное, но мозг не хотел принимать это. И наконец:

— Жо Лань наказали?!

Рано Цияо расслабилась.