Звездная система СЮ 46374 Д.

Фронтир Содружества. Открытый космос. Астероидный пояс 4-а

Большая проплешина среди камней разного размера, из которых состоял астероидный пояс 4-а, была единственной такого размера. Плоскость астероидного пояса была самой широкой, местами его ширина доходила до 5000 километров. Высота же пояса была нестабильна, и разброс был неприлично велик, от пары до полутора тысяч километров.

Местами пояс состоял из мелкой щебенки и массива пылевых образований, а где-то из огромных глыб длиной в несколько сотен километров. Среди плавно движущихся глыб породы попадались и обломки кораблей. Некоторые из них представляли собой какую-то не понятную искореженную часть некогда целого корабля. Другие наоборот выглядели целыми, как будто их специально аккуратно отделили от основного корпуса.

Та самая свободная от камней и астероидов проплешина имела форму шара в диаметре почти двадцать километров. В центре этой пустоты висел остов среднего рудовоза с отстреленными движками. Длина его составляла четыреста метров. Там, где когда-то были двигатели, теперь была построенная причальная мачта с герметичным тоннелем, ведущим внутрь рудовоза. По правому борту были пристыкованы два небольших кораблика. Один из них был похож на прямоугольный обрубок метров тридцать в длину, с выступами от маршевых двигателей на корме. Другой же, скорей всего, когда-то был корветом, но сейчас он с трудом узнавался из-за надстроек на корпусе.

У носового стыковочного шлюза рудовоза притулился еще один корабль. Явно транспортного класса, но понять, к какой серии и какому поколению он принадлежал, уже было невозможно. Длина сигарообразного корабля была около ста метров. На его бортах стояло по три спаренных противомоскитных системы. Ближе к корме, прямо на корпус корабля были установлены ячеистые короба систем ПРО и ПКО. Выглядел кораблик ухоженным. На нем не было ни пятен, ни опалин. Весь он был выкрашен в темно-серый цвет. Правда, на его бортах не было никаких опознавательных знаков.

Сейчас на базе по местному времени было глубокая ночь. Шесть малых шахтерских корабликов второго поколения серии «Копун» были пришвартованы на причальных местах. Шахтерская база «Мангур» спала. База не имела государственной принадлежности, все же система была свободным миром. Но база «Мангур» принадлежала аварскому анклаву, а точнее клану Захдун.

Кают-компания. За круглым столом, заставленным блюдами и бутылками, сидели двое аварцев. Всю их одежду составляли лишь полоски черной кожи, переплетавшие их жирные телеса.

– Бона, ты полетишь на планету завтра, – произнес аварец с лысой головой, покрытой татуировками, – снова это «мясо» стало дохнуть. Сам понимаешь, надо новое получить. Да и контейнер уже давно готов к отправке.

– Как скажете, нур Имму, – согласился тот, которого назвали Бона, при этом он чуть склонил голову.

– Шлюх тоже стоит заменить, – продолжал аварец, явно главный в этой компании. – Да, Бона, возьмешь с собой Нтанда и его парней, пусть походят по тверди земной.

– Так и сделаю, нур, – согласился собеседник.

– Посетишь наших собратьев и в столице, и в других городах. К пустынникам заскочи. Собери у всех новости. В общем, ты и сам все знаешь, не в первый раз, – продолжал наставления Имму.

– Все сделаю, нур Имму – соглашался Бона.

– Это, – Имму положил на стол кристалл, – послание. Его нужно отправить в систему Намуяр. Координаты получателя я тебе сейчас скину на сеть. Этот, – Имму положил на стол красный банковский чип, – заполнишь. Остальное, как всегда, переведешь на счет.

– Слушаюсь, – ответил Бона, поднявшись и поклонившись в знак согласия.

– Да, и с отлетом не затягивай, – назидательно произнес Имму.

– Конечно, мой господин, – подтвердил Бона. – С подъемом и уйдем на станцию.

– Хорошо. Все, можешь идти. – Имму сделал небрежный жест рукой в сторону выхода из каюты.

Бона снова поклонился и покинул кают-компанию.

– Хеонь, – повысив голос, произнес аварец, – иди ко мне!

Из помещения, скрытого толстыми шторами, в комнату впорхнула молодая оширка. Девушка была плотного телосложения и имела оттопыренную, приличного размера задницу. На ее белоснежной шее красовался украшенный орнаментом и самоцветными камнями рабский ошейник. Из одежды на ней был лишь розовый прозрачный шарф. Она быстро приблизилась к аварцу, вальяжно развалившемуся в кресле, и опустилась на колени.

– Приступай! – приказал аварец.

– Слушаюсь, мой господин, – ответила девушка.