Лорд Дженсифер стоял на скамье в новой каштановой с чёрным форме и обращался к игрокам:
– Сегодня – важнейший день для всех нас и для истории хуссейда в префектуре Джолани! Сегодня мы начинаем формирование самой результативной, находчивой и неутомимой команды, когда-либо выступавшей на стадионах Мерланка. Некоторые из вас уже имеют достаточный опыт и заслужили высокую репутацию, другие ещё неизвестны…
Поглядывая на собравшихся, Глиннес решил, что на одного бывалого спортсмена среди них приходилось порядка восьми любителей.
– …Усердие, дисциплина и боевой керчахан[22] позволят преодолеть все препятствия, повергнут в прах любого противника! Мы обнажим прелести каждой девственницы отсюда до Порт-Хайма! Будем грести деньги лопатой, станем богатыми и знаменитыми, все как один!
Но прежде всего тяжёлый труд, придётся попотеть! Я тщательно изучил теорию хуссейда, могу повторить слово в слово рекомендации Коленченко. Неоспоримо одно: чтобы схватить золотое кольцо, нужно быть сильнее противника. Значит, мы должны прыгать дальше всех, останавливать самых прытких нападающих, сбрасывать в купальни упорнейших защитников Джолани, предугадывать ходы хитроумнейших стратегов Труллиона!
За дело! Нападающие отрабатывают диагональные прыжки через ров, отмахиваясь буфами[23] в трёх позициях после каждого приземления. Не забывайте о ритме! Главное – синхронизация! Полузащита и защита, начните со стандартных упражнений. Основные приёмы должны быть в крови, как рефлексы самозащиты. По сути дела, я хотел бы видеть не пару полузащитников и четвёрку в защите, а шестерых мощных полузащитников, контролирующих все тыловые позиции и способных в любое время загнать поршень в гильзу![24] Все за работу! Выкладывайтесь на всю катушку, как одержимые!
Так началась тренировка. Лорд Дженсифер бегал туда-сюда, то похваливая, то критикуя подопечных, иногда разражаясь изобретательной бранью и подстёгивая игроков пронзительными выкриками: «Ки-йик-йик-йик!»
Глиннес оценил качества команды уже через двадцать минут. Левый крайний нападающий Лучо и правый полузащитник Вильмер Гафф, входившие в гипотетический первоначальный список лорда, были превосходными игроками – проворными, уверенными в себе, агрессивными. Левый полузащитник Искелатц также производил впечатление надёжного атлета, хотя и находился неизменно в замкнутом, даже озлобленном расположении духа. Искелатц явно недолюбливал необходимость напрягаться и предпочитал сохранять силы для настоящей игры, чем с самого начала приводил лорда Дженсифера в исступление. Левый форвард Сават и правый крайний нападающий Хельсинг – бдительные и активные ребята – не имели достаточного опыта. Отрабатывая толчки буфом, Глиннес то и дело сбрасывал их в воду обманными трюками. Защитники Рамос, Пайлан и Синфоретта Глиннеса не устраивали – Рамос слишком медленно реагировал, Пайлан не умел обращаться с буфом, а Синфоретте следовало бы сбросить килограммов тридцать, прежде чем выходить на поле. Только левый центральный защитник, Бухало Кандольф, отличался сочетанием веса, силы, хитрости и ловкости, позволявшим считать его спортсменом.
Прописная истина хуссейда гласит, что плохой нападающий может обойти плохого защитника, тогда как хороший защитник почти всегда останавливает хорошего нападающего. Другими словами, команда выигрывает за счёт атаки, но выживает благодаря обороне. Глиннес предвидел, что «Горгонам» лорда Дженсифера предстояли трудные затяжные игры, омрачённые частыми прорывами противника через дырявые тылы.
Итак, «Горгоны» в их нынешнем состоянии отличались приличным нападением, надёжным центром и слабой защитой. Способности Дженсифера в роли капитана оценить было трудно. Хороший капитан, подобно хорошему полузащитнику, мог играть в любой позиции, хотя встречались капитаны вроде старого Нероневи из «Зауркашских танчинаров», не осмеливавшиеся выходить из заколдованного круга державы.
Глиннес решил подождать с постановкой окончательного диагноза лорду Дженсиферу. Аристократ, в общем, достаточно сильный и проворный, был тяжеловат и не слишком ловок в прыжках на трапеции…
Дженсифер испустил очередной вопль:
– Ки-йик-йик-йик! Эй, форварды! Живее, чтоб пятки сверкали! Не волочите ноги, как четыре медведя! Глиннес, тресни Савата хорошенько, что ты его гладишь буфом? Если он не умеет блокировать удар, дай ему почувствовать! А вы, в защите? Подберитесь, как дикие звери, бросайтесь на добычу! Помните: когда противник хватается за кольцо, мы каждый раз теряем деньги… Вот так-то лучше… Отработаем несколько позиционных игр. Сперва – серия центральных прорывов по системе Лантуна…
Два часа «Горгоны» тренировалась вполне воодушевлённо, после чего игроки пошли перекусить в «Заколдованный линь». Собрав отдохнувшую команду, лорд Дженсифер продемонстрировал позиционные комбинации, придуманные им самим, – вариации на основе сложной системы перекрёстных диагональных перемещений:
– Если мы выучим эти последовательности, наши прорывы будут неотразимы – линия обороны противника прогнётся в центре, ему придётся подтягивать крайних защитников. Наши крайние нападающие тут же бросятся в стороны и проникнут в тыл слева или справа.
– Неплохо задумано, – заметил Лучо, – но не забудьте, что боковые нефы останутся незащищёнными – противнику ничего не стоит броситься в контратаку по краю поля, и с нашей стороны его никто не задержит.
Дженсифер слегка нахмурился:
– В таком случае полузащитники прикроют фланги – для чего им трапеции? Главное – всё делать вовремя.
Команда разыгрывала схемы лорда Дженсифера с ленцой – уже наступило тёплое время дня, игроки утомились. Наконец лорд, наполовину выдохшийся, наполовину удручённый, объявил отбой:
– Завтра в то же время! Ожидайте настоящей тренировки – сегодня мы разминались. Есть только один способ поддерживать себя в форме – постоянная практика!
«Горгоны» тренировались три недели с переменным успехом. Одни игроки скучали, другие роптали, огрызаясь на визгливые окрики капитана. По мнению Глиннеса, лорд Дженсифер навязал чересчур сложный и рискованный репертуар игровых комбинаций. Кроме того, без усиления обороны успешная атака становилась невозможной. Полузащитникам приходилось помогать в тылу, в связи с чем форварды оставались без подкрепления. Не побывав ни в одном поединке, команда уже несла потери. Левый полузащитник Искелатц, спортсмен компетентный, но, с точки зрения Дженсифера, чересчур своевольный, ушёл, не сказав ни слова. Ушёл и крайний правый нападающий Хельсинг – в нём Глиннес угадывал большие возможности. Их заменили игроки послабее. Лорд выгнал самых медлительных защитников, Пайлана и Синфоретту, поставив на их место немногим более проворных любителей – им, как Глиннес узнал от Карбо Гильвега, не удалось войти в состав «Зауркашских танчинаров».
Развлекая «Горгон» в своей усадьбе, лорд Дженсифер представил им шерль, Зуранию Делькарго из посёлка Водоребус, получившего странное наименование благодаря близлежащему лабиринту горячих сернистых источников и гейзеров, извергавшихся с непредсказуемой частотой. Зурания, девушка тонкая и бледная, хотя и привлекательная, была застенчива до немоты. Глядя на неё, Глиннес никак не мог понять: какие побуждения или амбиции заставили её рисковать публичным посрамлением? Когда к ней обращались, Зурания резко отворачивалась – длинные светлые волосы волной закрывали ей лицо. За весь вечер она сказала от силы три слова. В ней не было ни капли «сашео» – дерзкого вдохновения беззащитной красоты, окрылявшего команду галантным порывом к подвигам, превосходящим всё достигнутое на тренировках.
Лорд Дженсифер воспользовался случаем, чтобы объявить расписание предстоящих игр. Первый матч с «Вуляшскими бакланами» должен был состояться через две недели на зауркашском стадионе.
Через пару дней Зурания пришла посмотреть на тренировку. Утром прошёл дождь, с моря порывисто налетал прохладный влажный ветер. Игроки хмурились и ворчали. Дженсифер носился по полю, как огромное бестолковое насекомое, и создавал неразбериху, то придираясь, то рассыпаясь похвалами, время от времени повизгивая «Ки-йик-йик-йик!» – без малейшего эффекта. Прячась от ветра за насосной будкой, Зурания наблюдала за апатичными манёврами с унылым выражением предчувствия беды. В конце концов она сделала робкое движение в сторону лорда Дженсифера. Тот подбежал трусцой через поле:
– Да, шерль?
Зурания капризно выпалила:
– Никакая я не шерль! Вообще непонятно, с чего это я вдруг решила, что хочу выставлять себя напоказ. Правда! Никогда, никогда я не смогу стоять на этом… постаменте, чтобы все на меня глазели. Помру на месте, вот и всё. Пожалуйста, лорд Дженсифер, не сердитесь, я просто не могу.
Дженсифер устремил взор к низко несущимся хмурым облакам:
– Зурания, драгоценнейшая! Конечно, ты останешься с нами! Послезавтра мы играем с «Вуляшскими бакланами»! Ты прославишься, о тебе все будут говорить!
Зурания беспомощно махнула рукой:
– Ничего я не прославлюсь – сорвут с меня одежду, только об этом и будут говорить…
– Такое случается только с шерлями проигравших команд, – напомнил Дженсифер. – Неужели ты думаешь, что «Бакланы» нас побьют, когда за нас играют Тайран Лучо и Глиннес Хульден? Я тоже не лыком шит! Смотри, как Бухало Кандольф держится в защите! Да мы их сдуем с поля, как опилки с верстака! «Бакланы» будут бултыхаться каждую секунду – только брызги полетят!
Не слишком убеждённая Зурания ответила дрожащим вздохом, но спорить больше не стала. Дженсифер наконец понял, что продолжение тренировки не принесёт никакой пользы.
– Завтра в то же время! – напутствовал он команду. – Поперечным броскам не хватает внезапности, особенно в тылу. Защитники, рыскайте по полю, не топчитесь на месте! Это хуссейд, а не чаепитие с напудренными собачками! Завтра в четыре часа до полудня.
«Вуляшские бакланы» – команда молодая, ещё не заслужившая никакой репутации, – производила впечатление банды самонадеянных юнцов. Их капитаном был Дензель Воехота, долговязый русый парень с озорными глазами сказочного плута. Шерлью «Бакланы» выбрали полногрудую круглолицую девицу с растрёпанной копной тёмных кудряшек. Маршируя с командой вокруг поля перед началом матча, она демонстрировала непритворный энтузиазм, нахально вскидывая ноги, прыгая и размахивая руками. За ней, едва сдерживая бьющую через край энергию, вприпрыжку бежали «Бакланы». По сравнению с ними «Горгоны» выглядели угнетённо-высокомерными, а их шерль Зурания – бестелесно-призрачной. Очевидное отчаяние шерли бесило лорда Дженсифера, скрывавшего, однако, свои чувства из опасения полностью деморализовать Зуранию.
– Вот молодец, так держать! – восклицал он, будто утешая больное животное. – Всё будет хорошо, вот увидишь! – Но ничто не могло поколебать уверенность белокурой шерли в приближении плачевного конца.
Сегодня «Горгоны» впервые надели чёрно-каштановые формы. Особое впечатление производили шлемы, прессованные из бледно-розового металлоида, с чёрными нащёчными розетками. Над шлемами торчали гребни чёрных шипов, отверстия для глаз ловко имитировали пугающие огромные зрачки, а под раздвоенными носами зияли окаймлённые чёрным плюшем пасти с болтающимися красными языками. Некоторые игроки считали костюм чересчур экстравагантным, другим мешали длинные красные языки, большинству было всё равно. «Бакланы» нарядились в коричневые формы с оранжевыми шлемами, украшенными пучками зелёных перьев. Сравнивая рвущихся в бой «Бакланов» с мускулистыми, но вялыми «Горгонами», Глиннес почувствовал необходимость обсудить тактику с лордом Дженсифером.
– Будьте добры, обратите внимание на «Бакланов». Они как жеребцы-кевали на весеннем пастбище – кровь кипит от избытка сил, в голове белиберда. Я встречался с такими командами. Готовьтесь к жёсткой, даже рискованной игре. Их можно заставить захлебнуться самонадеянностью. Для этого защита и полузащита должны быть начеку, притворяясь, что считают ворон, и неожиданно атакуя форвардов с обеих сторон. Наше преимущество в том, что мы массивнее. Если мы им воспользуемся, есть шанс на победу.
Дженсифер недовольно вскинул брови:
– Шанс на победу? Ещё чего! Да мы их прогоним с поля, как стая собак – цыплячий выводок! С ними вообще не стоило бы играть – разве что для разминки.
– Тем не менее будьте осторожны. Пусть ошибается противник, а не мы – иначе «Бакланы» своего не упустят.
– А, ерунда! Глиннес, ты просто боишься, что постарел и потерял форму.
– Боюсь – в той мере, в какой я играю за деньги, а не для развлечения. Мне нужен выигрыш, нужны девять тысяч озолей.
– И что ты думаешь, ты один в таком положении? – Раздражение аристократа внезапно сменилось откровенной злобой. – Откуда, по-твоему, деньги в казне? Кто купил формы и шлемы? Кто оплачивает расходы? Я всё отдал, всё до последнего гроша!
– Прекрасно! – сказал Глиннес. – Деньги нужны вам, деньги нужны мне. Значит, нужно выиграть, а для этого необходимо применять самую выгодную тактику.
– Выиграем, не беспокойся! – Дженсифер снова был олицетворением грубоватого добродушия. – Я не новичок, знаю хуссейд сверху донизу, вдоль и поперёк. Хватит ныть – ты боязливее Зурании, честное слово! Видишь, сколько публики собралось? Не меньше десяти тысяч человек! Озолей у нас в кармане только прибавится![25]
Глиннес мрачно кивнул:
– Если мы не проиграем.
Он заметил в ложе нижнего ряда элитного яруса одинокую фигуру Люта Касагейва – с биноклем и камерой, в чём не было ничего необычного. Фанатики хуссейда снимали всю игру, а иные любители – только финальное обнажение шерли под музыкальный аккомпанемент. Существовали примечательные коллекции подобных записей. Глиннес, однако, не ожидал обнаружить в Касагейве интерес к хуссейду. Инопланетянин не производил впечатления человека, склонного к легкомысленным забавам.
Арбитр подошёл к микрофону – вступительная музыка стихла, замолчала и толпа зрителей.
– Приветствуем любителей спорта из Зауркаша и префектуры Джолани! Сегодня состоится матч «Вуляшских бакланов», галантно защищающих честь Баробы Феличе, и неукротимых «Горгон» Таммаса, лорда Дженсифера, выступающих под покровительством грациозной Зурании Делькарго. Обе команды клянутся доблестно охранять неприкосновенность шерлей, предлагая в залог по полторы тысячи озолей. Да прославятся победители! Проигравшим останется находить утешение в непреклонном стремлении к реваншу и в трагической непорочности шерли. Капитаны, подойдите к арбитру.
Лорд Дженсифер и Дензель Воехота выступили вперёд. Жребий – подброшенный судьёй жезл – указал в сторону «Горгон», предоставляя им право первого призыва, то есть нападения под руководством капитана, объявляющего команды. Зелёные огни, горящие над полем, означали, что в атаке «Горгоны». Как только зелёные огни гасли и зажигались красные, тон игры начинал задавать капитан «Бакланов».
– Штрафовать буду безжалостно! – предупредил арбитр. – Никаких пинков, никто никого не хватает руками за форму. Ругаться и спорить запрещено. Разрешается блокировать удар буфом и любой частью тела, но задержка буфов руками или ногами не допускается. У меня большой опыт игры, контролёры на трибуне тоже не зевают. Посаженный в штрафную купальню обязан пожать руку тому, кто его вытащил, – небрежного жеста или кивка недостаточно. Вопросы есть? Ну что же, господа, по местам! Да вдохновит вас целомудрие шерлей на благородные подвиги! Зелёный свет – «Горгонам», красный – «Бакланам»!
Игроки заняли позиции. Пока капитаны отводили шерлей к пьедесталам, музыканты-треваньи играли традиционную музыку.
Оркестр закончил вступление, капитаны подошли к державам – наступил наэлектризованный момент перед первой вспышкой огней над полем. Зрители молчали, игроки напряглись. Каждая из шерлей с трепетом, от всего сердца желала презренной нахалке на другом конце поля публичного обнажения и позора.
Удар гонга! Зажглась цепочка зелёных огней. Теперь в течение двадцати секунд капитан «Горгон» мог выкрикивать указания, а «Бакланы» должны были обороняться или нападать молча. Дженсифер выбрал тактику первой фазы «центрального прорыва» – атаку форвардов и крайних нападающих клином по центру, оставлявшую боковые нефы под присмотром полузащитников. Аристократ демонстративно игнорировал советы Глиннеса. Втихомолку выругавшись, Глиннес двинулся вперёд и, не встречая сопротивления, перепрыгнул центральный ров. Его примеру последовал левый форвард Сават. Форварды «Бакланов» вместе отбежали в сторону и, перескочив ров, напали на Саркадо, левого полузащитника «Горгон». Глиннес встретился с левым полузащитником «Бакланов» – делая обманные движения и выпады буфами, они не доставали друг друга, но полузащитник чуть подался назад. Инстинкт подсказал Глиннесу вовремя оглянуться – на него ринулся правый полузащитник «Бакланов». Глиннес успел огреть его поперёк шеи, когда тот отпустил трапецию, но ещё не взялся обеими руками за буф. Полузащитник шлёпнулся в воду, взметнув радующий сердце фонтан брызг.
Ещё фонтан – защитник «Бакланов» искупал Чуста, крайнего правого нападающего.
Раздался визгливый клич Дженсифера:
– Ки-йик-йик-йик! Тринадцать – тридцать! Вперёд, Глиннес! Лучо, сзади, сзади! Поберегись! Йик-йик-йик!
Зелёные огни погасли, зажглись красные. Теперь указания выкрикивал Дензель Воехота, подбежавший с державой к центральному рву. Средние защитники выпрыгнули вперёд – Глиннесу пришлось обороняться от двоих. Он не отступил, сильным толчком буфа заставив одного попятиться, зацепиться за ногу второго и упасть на спину. Пока защитники разбирались друг с другом, Глиннес перескочил на правый средний неф, открытый до пьедестала, но крайние защитники уже спохватились – один успел добежать до начала свободного нефа и прикрыть тыл. Тем временем средние защитники перескочили на трапециях за спину Глиннесу. Одного он искупал, Сават столкнул в воду второго. Глиннес и Сават устремились к пьедесталу «Бакланов» – перед ними осталось только два противника. Зажглись зелёные огни, Дженсифер отчаянно выкрикивал распоряжения. Гонг! Обернувшись, Глиннес увидел форварда «Бакланов», держащего в руке золотое кольцо на хламиде Зурании. Игра остановилась. Ворча и разводя руками, лорд Дженсифер уплатил выкуп Дензелю Воехоте.
Команды вернулись на свои половины поля. Дженсифер раздражённо оправдывался:
– Исполнение, точное исполнение комбинации – вот что важнее всего! Мы запутались, нечаянно прозевали бросок! Ничего, им не поздоровится, мы почти выиграли раунд!
С языка Глиннеса готова была сорваться общеизвестная поговорка: «За нечаянно бьют отчаянно». Вместо этого он сказал:
– Давайте двигаться широким фронтом от позиции к позиции. Не позволяйте им прорываться к защите!
Для того чтобы добежать до пьедестала Зурании, форварду «Бакланов» потребовалось всего лишь сделать обманное движение и проскользнуть мимо нерасторопного Рамоса.
Лорд Дженсифер игнорировал Глиннеса:
– Опять центральный прорыв – на этот раз всё сделаем как следует! Полузащитники следят за боковыми нефами, крайние нападающие прорываются по средним нефам вслед за форвардами. Не позволим молокососам снова нас искупать!
Игроки разошлись по местам, прозвучал гонг, загорелись зелёные огни – «Горгоны» получили преимущество.
– Тринадцать – тридцать, ки-йик! – закричал Дженсифер. – Вперёд без пощады, до самого кольца у шерли на пупке!
Снова форварды «Бакланов» скользнули в стороны, позволив Савату и Глиннесу перескочить центральный ров. На этот раз, однако, оба тут же спрыгнули с трапеций за спиной у Глиннеса и, к его чрезвычайному неудовольствию, заставили обернуться на бегу и потерять равновесие. Он ещё мог бы как-то удержаться на ногах, но подоспевший на трапеции полузащитник сбросил его в воду.
Глиннес больше всего ненавидел «купаться» – играть во влажной холодной форме было крайне неприятно. Кроме того, процесс купания наносил болезненный удар по самолюбию. По плечи в бассейне, Глиннес уныло побрёл под рядами и нефами к лестнице в тылу «Горгон» и вылез, шумно проливая каскады воды, под самым носом крайнего нападающего «Бакланов», уже почти добравшегося до пьедестала. Разозлённый, мокрый Глиннес ошеломил нападающего градом ударов буфом и, сделав пару быстрых обманных движений, двинул его плечом в грудь – тот полетел в купальню вверх ногами.
Загорелись зелёные огни.
– Сорок пять – двенадцать! – крикнул Дженсифер.
Глиннес застонал – аристократ выбрал самую сложную комбинацию двойных одновременных диагональных перемещений по системе «песочных часов». Выбора не оставалось – приходилось делать всё возможное в невозможной ситуации. Форварды сбежались у центрального рва и перепрыгнули его, бросившись в разные стороны вместо того, чтобы перебежать ров по свободному среднему мосту. За ними последовали полузащитники. Глиннес подумал, что единственная слабая надежда на успех заключалась в том, чтобы добежать до шерли «Бакланов», пока изумлённые нелепым поведением противника «Бакланы» не схватились за кольцо Зурании. Совершив короткую поперечную перебежку, защитники «Бакланов» уже ждали в оборонительных позах, загородив боковые нефы. Перескочивший ров полузащитник «Горгон» плюхнулся в воду вместе с атаковавшим его полузащитником «Бакланов». Теперь, за секунду до того, как зажглись красные огни, лорд Дженсифер приказал своим защитникам тоже перепрыгнуть центральный ров.
Дензель Воехота стоял в недосягаемом кругу своей державы, самоуверенно ухмыляясь и выкрикивая условные сигналы. Обоих защитников «Горгон» перехватили и искупали. Сознавая неизбежность катастрофы, Глиннес, Сават и крайние нападающие бросились назад, чтобы защитить пьедестал. Глиннес едва успел столкнуть в купальню форварда «Бакланов», уже протянувшего руку к кольцу. Лучо сделал то же самое с другим форвардом, но теперь уже «Бакланы» всей командой осаждали глубокий тыл «Горгон». Из бассейна вылезли мокрые, злые защитники – ярость и преобладание в весе позволили им отогнать «Бакланов».
Зелёные огни. Выкрик Дженсифера:
– Сорок пять – двенадцать! На этот раз им не уйти – путь свободен! Давайте, ребята, вперёд!
Возмущённый самомнением капитана, Глиннес вырвался из тыловой потасовки и вместе с другими форвардами устремился в нападение по схеме лорда Дженсифера. Легковесные, но подвижные защитники «Бакланов» ринулись назад и не отставали… Ударил гонг. Каким-то чудом (по мнению Глиннеса, скорее ввиду полной беспомощности защиты, нежели благодаря своей ловкости) полузащитник «Бакланов» вскочил на постамент и держался за золотое кольцо на талии Зурании.
Дрожащими пальцами лорд Дженсифер отсчитал очередной выкуп. Совещаясь с игроками, он хрипел срывающимся от раздражения голосом:
– Господа, вы не выкладываетесь. Покажите настоящую игру! Что вы, в самом деле? С детьми справиться не можете? Проявите себя, вспомните, на что способны. Опять двойная диагональ – каждый подтянулся, сосредоточился!
Гонг, зелёные огни, визгливый клич Дженсифера:
– Ки-йик! – и «Горгоны» снова бросились в нападение по системе «песочных часов».
Двойной удар гонга – нарушение правил. Лорд Дженсифер собственноручно изволил схватиться за буф полузащитника «Бакланов» и теперь должен был залезть в штрафную купальню за пьедесталом Зурании. Побагровев от гнева, аристократ молча опустился на подводную скамью. До вызволения лорда капитаном команды временно становился правый центральный нападающий – Глиннес.
Прозвучал гонг – ещё горели зелёные огни. Глиннесу не пришлось объявлять комбинацию. Он развёл руки, показывая направо и налево, – крайние нападающие и форварды широким фронтом приблизились к центральному рву. Зажглись красные огни. «Бакланы», окрылённые победой в двух раундах, притворились, что атакуют слева, но выслали вперёд двух форвардов по правому боковому нефу. Их полузащитник одновременно перепрыгнул центральный ров. Полузащитника и одного из нападающих столкнули в воду, другому форварду пришлось отступить. Дензель Воехота отменил атаку до возвращения искупавшихся на поле. Зелёные огни. Дженсифер, сидя в штрафной купальне, настойчивыми жестами призывал вытащить его из воды. Глиннес демонстративно не замечал его. Указав полузащитникам на боковые нефы, он жестом посоветовал защитникам выдвинуться чуть вперёд. Красные огни. «Бакланы» сосредоточились слева, но ров перепрыгивать не решились – хитрый Дензель Воехота предпочитал ждать, пока в линии «Горгон» не появится прореха.
Зелёные огни. Глиннес повёл «Горгон» вперёд, перескочил центральный ров и одновременно подтянул ко рву средних защитников, оказывая повсеместное давление на пронырливых, но не столь массивных противников. Двух крайних нападающих «Горгон» столкнули в воду, но и обоих форвардов «Бакланов» тоже вымочили. Пока Дженсифер лихорадочно размахивал руками, требуя вернуть ему командование, «Горгоны» сформировали непрерывный фронт на чужой половине поля. Преимущество в весе и опыт позволили «Горгонам», постепенно продвигавшимся по нефам, полностью окружить «Бакланов», столпившихся всей командой у рва вокруг пьедестала своей шерли. Три «Баклана» полетели в воду один за другим, за ними ещё двое, после чего прозвучал гонг. Тайран Лучо вскочил на пьедестал, взявшись за золотое кольцо. Мрачный и недовольный, лорд Дженсифер выбрался из штрафной купальни и принял выкуп из рук капитана «Бакланов».
«Горгоны» вернулись на исходные позиции. Дженсифер, разозлённый длительным пребыванием в воде, заявил:
– Наглая, слишком рискованная тактика! Проиграв два раунда, нельзя продвигать защитников далеко вперёд – такова непреложная заповедь Коленченко!
– Мы взялись за кольцо, – возразил Лучо, самый откровенный игрок в команде, – а это важнее всего.
– Тем не менее, – стальным тоном ответствовал лорд, – мы продолжим игру, применяя надёжные, теоретически обоснованные методы. Теперь темп задаёт противник – ответим ложной контратакой № 4.
Лучо не позволял заткнуть себе рот:
– Достаточно собраться у центрального рва. Не нужны тут ни ловушки, ни ложные контратаки, ни хитроумная тактика – достаточно напасть ватагой, по-деревенски!
– Это хуссейд, а не кабацкая драка, – поставил точку Дженсифер. – Мы покажем комбинационную игру, от которой у «Бакланов» в глазах потемнеет!
«Бакланы» ринулись через ров с бесшабашной прытью – Дензель Воехота явно намеревался предотвратить вытеснение широким фронтом, применённое «Горгонами» в предыдущем раунде. Пока «Бакланы» скакали через ров по всей ширине поля, Дензель Воехота установил державу на среднем мосту, откуда его теперь мог прогнать только лорд Дженсифер. Крайний правый нападающий Чуст искупал полузащитника «Бакланов», но не удержался на ногах и сам свалился в воду. Глиннесу пришлось защищать правый боковой неф.
Зелёные огни.
– Сорок пять – двенадцать! – заорал Дженсифер. – Ну, на этот раз покажите им класс, ребята!
– Боюсь, мы покажем им что-то другое, – заметил Глиннес стоявшему рядом Вильмеру Гаффу. – А именно голую Зуранию.
– Он капитан, ему виднее, – усмехнулся Гафф.
– Ладно, будь что будет.
Дензель Воехота, по-видимому, угадал, что Дженсифер упрямо выберет излюбленную комбинацию. Форварды «Бакланов» снова вернулись, чтобы напасть на Глиннеса сзади, и снова его столкнул в воду повисший на трапеции полузащитник. Лучо постигла та же судьба на другом фланге. Изо всех сил рассекая воду, оба спешили к тыловой лестнице – только для того, чтобы услышать, как оркестр треваньев грянул «Оду торжествующей красоте».
– Так нам и надо! – подвёл итог Глиннес.
Когда они вылезли из бассейна, потрясённая Зурания полуобморочно смотрела в небо. Рядом с ней на пьедестале ухмылялся Дензель Воехота, крепко держась за золотое кольцо:
– Где деньги? Пятьсот озолей спасут вашу шерль. Всего пятьсот за девичью честь – не так уж много!
– Я бы заплатил, – заметил Глиннес Вильмеру Гаффу, – но только зачем бросать деньги на ветер? Дженсифер будет гонять меня по чёртовым двойным диагоналям, пока я не захлебнусь.
Музыка вдруг зазвучала громче – от торжественных каденций мурашки бежали по спине, во рту становилось сухо. По толпе зрителей пронёсся лёгкий шум предвкушения восторга. Лицо Зурании застыло, как белая гипсовая маска, – угадать её эмоции было невозможно. Музыка прервалась. Прозвучал низкий, гулкий удар гонга, за ним второй, третий – капитан потянул за кольцо. Лёгкая хламида упала. Съёжившись, на постаменте дрожала голая тощая Зурания.
На противоположном пьедестале Бароба Феличе, вне себя от радости, исполнила импровизированную джигу и спрыгнула на руки «Бакланов», уже уходивших с поля.
Лорд Дженсифер молча принёс чёрный вельветовый плащ, чтобы закрыть наготу Зурании. «Горгоны» тоже удалились.
В раздевалке лорд храбро нарушил молчание:
– Ну, ребята, сегодня нам не повезло, что и говорить. «Бакланы» гораздо сильнее, чем предполагалось, мы за ними не угнались. Прошу всех в мою усадьбу. Праздновать победу не придётся – но мы попробуем хорошего сокальского вина…
По возвращении в усадьбу настроение лорда Дженсифера исправилось. Он прохаживался по приёмному залу, любезно раскланиваясь то с одним, то с другим из друзей-аристократов, почтивших своим присутствием зауркашский стадион, чтобы полюбоваться на его последнюю причуду. Буфеты ломились от закусок, старинные люстры сверкали, стены украшала великолепная коллекция знамён яхт – победительниц межзвёздной регаты «Роллс», хозяин и гости равнодушно подтрунивали над игрой:
– Никак не ожидал от тебя такой прыти, Таммас! Тебе прямо-таки не терпелось раздеть маленькую попрыгунью на пьедестале «Бакланов»!
– Ха-ха! Всегда готов спешить на помощь даме, всегда готов!
– Спору нет, Таммас у нас знаменитый спортсмен. Почему же, скажите мне, почему «Горгоны» схватились за кольцо, только когда он сидел в купальне?
– Полезно иногда и передохнуть, Джонс, что за вопрос! К чему пыхтеть и надрываться? Гораздо приятнее сидеть в прохладной ванне.
– Крепкая команда, Таммас, далеко пойдёт! Ребята делают тебе честь. Не позволяй им распускаться.
– О нет, дружище, ни в коем случае! За ними нужен глаз да глаз!
Собственно игроки неловко переминались с ноги на ногу в стороне, односложно отвечая на вопросы гостей лорда Дженсифера и время от времени боязливо присаживаясь на изящные стулья из нефритового дерева, чтобы попробовать невиданные инопланетные вина. Наконец Дженсифер, уже в благосклонном расположении духа, подошёл прочитать им нотацию:
– Ну что же? Не буду никого ни в чём упрекать. Несомненно одно: ваша игра оставляет желать лучшего. Клянусь звёздами, – лорд Дженсифер воздел руки к потолку в позе разгневанного Зевса, – мы своего добьёмся! Форварды! Отрабатывайте молниеносные броски, не давайте противнику опомниться! Полузащита – решительнее орудуйте буфами, быстрее реагируйте! У вас сегодня, случайно, не разыгрался ревматизм? Нет? А мне так показалось. Защитники! Вы должны стоять устрашающей, непробиваемой стеной, неужели не понятно? Я хочу, чтобы противник, увидев нашу защиту, делал в штаны и хотел вернуться домой к маме. Есть возражения, замечания?
Глиннес смотрел в окно, задумчиво прихлёбывая из бокала бледно-зелёное сокальское вино.
Дженсифер деловито продолжал:
– Следующий матч через две недели – с «Танчинарами» на зауркашском стадионе. Уверен, что мы успеем подготовиться и показать им, где раки зимуют. Видел я, как они играют, – их одноногая прабабка деревенского кретина костылём расшвыряла бы! Выйдем на поле, прогуляемся к их пьедесталу, и дело с концом. Обчистим их догола, разденем их шерль и смоемся, как старментеры, – только нас и видели!
– Если уж речь зашла о деньгах, – с подчёркнутой медлительностью протянул Кандольф, – сколько осталось у нас в казне после сегодняшнего провала? И кто согласится быть нашей шерлью?
– В казне две тысячи озолей, – холодно ответил лорд. – А шерлью станет любая из нескольких восхитительных созданий, с нетерпением стремящихся разделить наши успехи.
Лучо сказал:
– Нападение у «Танчинаров» вялое, но с такими защитниками, как Гильвег, Эрцинг, Барро и Шейморан, форварды могли бы кататься в инвалидных колясках.
Дженсифер отмахнулся:
– Хорошая команда навязывает свою игру. Защитники «Танчинаров» – всего лишь люди из плоти и крови. Мы их заставим пускать пузыри так часто, что они и впрямь поверят, что превратились в танчинаров![26]
– Эй, за это стоит выпить! – провозгласил скучавший рядом Чайм, лорд Шадрак. – За здоровье одиннадцати «Танчинаров», пускающих пузыри в бассейне, и их голозадой шерли!