— Алексей Сергеевич, — не дала мне спокойно пройти в наш офис девушка за стойкой в лифтовом холле. А ничего так, симпотная. Губы только она вот, честно, зря силиконом надула, хуже себя сделала. — Анна Николаевна велела передать, что скинула вам с Арефьевым планирующие документы на четвёртый квартал, велела к её приезду отработать.

Зашибись. А когда я папками Консалтинг-Плюс займусь? Пол ляма сами себя не заработают. Молодец, Аня, чего тут скажешь, подкинула забот, не говоря уж о летящих в мою голову текущих задачах, которые, что те гномы — бац! — и появляются откуда-то из-под земли, хотя вроде бы только-только с Олегом всё разгребли. А мне вообще-то нужно ещё к командировке готовиться.

Кстати, на сколько дней выписывать заявку? С какого — вопросов нет — с понедельника, как раз у нас на районе горячую воду отключат. По опыту прошлых лет, утром она ещё будет, а по приезде с работы при открытии крана услышишь буль-буль и пшшшш.

Значит, в первой половине дня и нужно выезжать, а вернуться лучше позже. Чтобы в Мухинске всё тщательно осмотреть, ничего не пропустить, подойти к делу очень ответственно, спешить не следует.

Для первой оценочной поездки, полагаю, дней пять должно хватить, а возвращение наметить в субботу. Получается, командировку требуется выписать на шесть суток с учётом дней убытия в неё и прибытия.

— Сама-то директор куда уехала? — спрашиваю, остановившись, у губастенькой.

— Мне не говорили, но я слышала, что в ЦБ пригласили по представителю от федеральных и московских банков.

Ох, чёрт, лишь бы наше славное руководство не позарилось на бюджетные, вроде бы почти дармовые, бабки. Тут именно, что вроде бы. Там с отчётами по ним потом всю душу вытрясут. В учёте краем сплавали, знаю. Ночами сидели по сто раз переделывая документы по каждую секунду новым формам отчётов.

От Анны в этом вопросе мало что зависит, посидит там в ЦБ, послушает Эльвиру Сахипзадовну, уяснит, какие целевые показатели требуются от нас, доложит управляющему директору, а уж Евгений Васильевич Гребнев пойдёт узнавать своё мнение у владельцев холдинга.

Надеюсь, Каспаровым и Решетовым позапрошлогодних приключений с кредитами ЦБ и бюджетными деньгами хватило за глаза. Во всяком случае в прошлом, двадцать четвёртом, году наши владельцы от геморроя на этот год отказались. Верю, и в следующем году будем жить спокойно.

К счастью, поручение госпожи Каспаровой оказалось для нас с Олегом двоих плёвым. Какой там к её приезду? Мы за двадцать минут управились. Так что, спокойно приступил к текучке, а на обед не пошёл, перебьюсь, решил. Перекусил вкусняшками Олега, полирнули моими сладостями к чаю — кстати, угандийский и в самом деле неплох — и затем, до возвращения в офис Ани, копался в папках Консалтинга. Дело с ними, к огромному моему облегчению, быстро пошло на лад. Точно справлюсь сильно раньше назначенного срока, и командировка этому не помешает. Только вот сегодня задержусь с ними после работы, раз уж вопрос с автошколой решился без моей в неё поездки.

— Лёш, извини, а ты не охренел ли часом? — удивилась прекрасная начальница. Бровки домиком, а именно такой вид они у неё приняли, когда она прочитала мою заявку, ей обалденно идут. Аня в этот момент очень мило выглядит. — Шесть суток? Ты что там, девку себе какую-то уже приглядел через соцсети? " — … а ведь вполне такое возможно. Парень-то он у меня очень привлекательный во всех отношениях, — думает с необъяснимой для меня тревогой. — или этот представитель из Мухосранска ему уже пообещал знакомство с какими-нибудь потаскухами. Наслышана, как в провинциях умеют гостей из Москвы принимать…". Платов, три. Понял? Три дня, и это с учётом убытия и прибытия. Чтобы в следующий четверг был как штык здесь в офисе к началу рабочего дня. Разрешаю сесть на поезд в ноль часов понедельника и вернуться в двадцать три пятьдесят девять среды. Тогда у тебя будет полных три дня на работу в Мухинске. Хватит. Ты ж туда не в последний раз поедешь. Частым гостем в той дыре станешь. Короче, перепиши.

Она порвала мою заявку и выкинула клочки в урну, возле своих прекрасных ножек. Я их, правда, сейчас не вижу — стол заслоняет вид, но для меня это не тайна же.

— Как так-то? — вырывается разочарование от постигшего облома. — Ань, ты чего? Там надо всё внимательно оценить. Мухинск ведь не Москва и область. Появись вопросы, за несколько часов туда-сюда не обернёшься.

Опа! Эмпатия подсказала, что у моей любимой начальницы появились эмоции раздражения и недовольства. Тогда надо сказать стоп переводу личных отношений в служебные. Всё-таки в данный момент передо мной не только и не столько подруга, сколько директор департамента и по сути ещё и заместитель руководителя нашего банка. Борзеть не стоит. Тем более, она вернулась со встречи в ЦБ сильно озабоченной.

— А вот так. Не хочу оставаться надолго без столь ценного сотрудника, и это говорю безо всякой иронии. Пока ты там в Мухосранске будешь прохлаждаться и работать позёвывая, тут дела стоять на месте не будут. Да, и я не увидела твоего заявления на аванс на командировку

Вот, блин, нужно что-то ещё писать? Думал, просто бабло дадут. Оказывается, не такое простое дело эти служебные поездки.

— Какое? — уточняю.

— Обыкновенное, Лёш, — вздыхает. Усталость от нашего разговора в ней усиливается. Пожалуй, нужно закругляться с разговором, не тупить, и вообще сегодня мне её лучше больше не дёргать. Хорошо, что благодаря эмпатии могу корректировать своё поведение по ходу дела. — Напишешь, прошу выплатить аванс на поездку в Мухинск, суточные две тысячи, трое суток, итого шесть тысяч, билет Москва-Владимир — столько-то, узнаешь цену в интернете, Владимир-Мухинск — столько-то. И обратно. Проживание в гостинице двое суток — столько-то. Там максимальная оплачиваемая цена номера зависит от того, куда едешь. Тебе не в Питер или Екатеринбург, так что, кажется, лимит семь или восемь тысяч сутки. Уточни сам, на сервере есть информация. Потом суммируешь всё, я подпишу вместе с предписанием.

Да уж. Мало иметь супер способности, позволяющие читать эмоции других, нужно ещё уметь контролировать свои, а у меня с этим пока как-то не очень. Несмотря на понимание, что Анечку лучше больше сегодня не доставать, сарказм вырвался сам собой:

— Две тысячи в сутки⁈ Ого. Спасибо нашему руководству, что так заботится о нас. Это ж я смогу не только позавтракать, но и даже на обед хватит. А насчёт ужина, так, говорят, на ночь есть вредно.

Уже договаривая, понимаю, что зря я фигню эту сказал. Нет, Анна Николаевна не разозлилась, скорее, почувствовала ещё большее утомление. Видать, Набиуллина им там хорошо мозг вынесла, а тут ещё я со своим недовольством размером суточных. Она что ли такую сумму придумала выплачивать?

Ну, вот. Довёл лучшую девчонку в мире до желания закурить. Полезла в сумочку, достала этот свой дурацкий айкос и пачку стиков. Через минуту, выпустив вверх дым, ответила:

— Скажи честно, Лёш, ты ведь просто решил меня сегодня немножко позлить, да? — на самом деле она осталась спокойной. — Две тысячи — это не про твою жрачку, извини за моветон, это компенсация неудобств. Считай так. Зарплаты тебя на время командировки никто не лишает, вот на свои честно зарабатываемые и питайся. Гостиницу, кстати, можешь снимать с завтраком, оплатят, если не превысишь лимит. Излишек за твой счёт пойдёт. Ну, и представительские я тебе подкину. От тех у тебя сколько осталось?

— Где-то двадцатка, — не смог так вот сходу вспомнить точный размер остатка. — По затратам отчитался.

— А, ну тогда ещё двадцати хватит, — махнула она рукой с курилкой. — Так, и ещё одно. Бери к себе в помощь Катю Васильчикову. Да не дёргайся ты, — улыбнулась. — не переселю я её к вам с Арефьевым в ваш медвежий угол. Просто у Олега Федоровича, сам должен понимать, во время твоих поездок и так двойная нагрузка будет, так что, все возникающие вопросы, требующие подключения офиса, решай по телефону через Васильчикову. Умненькая и расторопная. Будет тебе помощницей, и не только по Мухинску, а вообще.

Хотел было изобразить недовольную гримасу, да нафига своей начальственной подруге нервы портить? Сдержался и встал со своего любимого стула молча. Что ж, порвала заявку, новую напишем. Делов-то.

А ведь Анечка не только мудра благодаря получаемым с детства наставлениям обладающих огромными деньгами и властью родных ей людей, но и, походу, пл своей природе умна. Соображает, что ревновать меня к пусть молодой, образованной и симпатичной девчонке, но с прицепом не стоит.

Интересно, а если б Анна узнала о Тамаре, какой была бы реакция? Нет, понятно, я парень свободный, и между мной и красавицей-начальницей отсутствуют какие-либо взаимные обязательства в личном плане.

Только ведь, все тётьки — собственницы жуткие, вон, Анютку порой даже лучшая подружка Алла Дмитриевна подбешивает, когда начинает со мной фривольно вести. Блин, госпоже Каспаровой ничего же не стоит попросить ещё раз службу безопасности холдинга проверить мою личную жизнь. Когда про Настю выясняла, я с Томкой ещё не закрутил.

Да если и узнает, то что? Прогонит? Так я ей не только как приятель нужен. И мне ли с моими способностями волноваться? Всегда смогу, ну, наверное почти всегда, считывая эмоции и мысли собеседника, выстроить разговор при любых разборках в свою пользу.

Сводный дед, тот, который Герман Иванович Басаргин, нефтяной магнат, он наверняка в курсе моих встреч с подполковником МЧС, только ему-то это пофигу.

Тем не менее, подозреваю, слежка за мной всё ещё продолжается, хотя того мужика в гавайке я больше ни разу не видел. Ну, во-первых, не он один может за мной присматривать, а, главное, при их доступе к техническим возможностям слежки им не нужно прям по пятам ходить.

Насчёт же Васильчиковой, пожалуй, Анна права, с началом активной инвестиционной деятельности нам с Олегом нашу часть задач вдвоём не вытянуть, тем более, хоть об этом думать и не хочется, мой друг инвалид, и в том же Мухинске, случись мне решать другие вопросы или пока я в отпуске, подменить не сможет, да и составить компанию в поездке тоже.

Зато с Катенькой можно хоть туда, хоть здесь, раз уж она на мою персону запала, где-нибудь на столе или диване развлечься. Она ж не госпожа Каспарова. Нет, ну а чего? Если будет напрашиваться, то и того этого.

От кого у неё ребёнок? От мужа, гражданского мужа, любовника? Не выяснил пока, но, судя по её поведению, тот чел уже в прошлом. Но, понятно, кто-то был, не от прочного ведь она зачатия дочку родила, то есть, непорочного.

Чёрт, снова вопреки совету мудрого Матвея Павловича богохульствую. Не нужно даже неверующему так делать, а то может прилететь плюха, и не поймёшь за что.

— Везёт тебе, Алексей Сергеевич, — вздыхает Ветренко, когда я уселся с ней рядом, чтобы вместе набрать на её компе заявки. — на целых три дня из нашего офиса уедешь. Отдохнёшь без отпуска и отгулов. — опять изобразила грусть.

Лицемерка. Уж мне ли не знать, что, став секретарём директора департамента, да не просто директора, а смотрящей за её семейной собственностью, коей является наш банк, Олечка почувствовала себя чуть ли не главной здесь после бога, ну, точнее, богини. На работу теперь летит как на праздник, в офисе важничает, а в выходные ждёт, чтоб быстрее они закончились.

А ещё Ветренко прекратила активные поиски себе мужа. Зарплата выше двухсот тысяч, которую ей на формальной должности старшего менеджера- операциониста — если б Олечка ещё знала, что это означает — положила госпожа Каспарова, плюс обоснованная уверенность в больших бонусах, подействовали на неё успокаивающе. Она ж из той категории баб, которым мужья нужны не для любви или даже статуса замужней, а чтобы взять на свои плечи обязанности содержать её и детей.

Теперь Олечка сама себя в состоянии обеспечить, так что, и мужики ей стали нужны, во-первых, не так уж и сильно, а, во-вторых, лишь для приятных встреч, когда сына сбагрит к родителям. На прошлой неделе прочитал всю её изменившуюся подноготную.

Хм, так может мне с ней стоит закрутить? Ага. И с Васильчиковой, и с Ветренко, так наверное и ещё с кем-нибудь? Чего уж мелочиться. Романы на работе — как раз то, чего мне не хватает. Потом, глядишь, и Анечка в эту компанию вольётся. Самому смешно. Не, я конечно бываю дураком, но не до такой же степени. Хотя, хотя, когда нас, мужиков, разум останавливает, если в другом месте мысли начинают просыпаться? Ладно, пора успокоиться. До вечера пятницы.

— Сколько там общая сумма? — склоняю голову к монитору. — Двадцать одна пятьсот? — читаю итог в заявке на аванс.

— Мало? — смеётся. — Анна Николаевна ещё дала мне команду подготовить параграф приказа на начисление тебе представительских. Так что, не с пустыми карманами поедешь. Не лопни там, господин советник директора департамента. И с девушками, смотри, поаккуратней. Не думай, что раз деревенские, то клофелинчику не подольют.

Поучи меня ещё общению с нашими мухинскими девчонками. И это, сама ты деревня. Тоже, фифа столичная выискалась. Почему-то сам себе иногда позволяю называть родной город уничижительно, зато когда слышу это от других, не важно, ушами или менталом, то начинаю агриться. Обида появляется искренняя, не наигранная.

Хотя, наверное, это естественно. Одно дело самого себя хлопнуть по лбу от какой-нибудь досады и назваться ослом, а совсем другое, если кто-то со стороны тебя так назовёт и отвесит подзатыльник. Вроде по смыслу одно и тоже, а по факту во втором случае засветишь в рожу, да ещё и ногой добавишь, пока обидчик будет в полёте.

— Разберусь как-нибудь. — останавливаю говорливую секретаршу. — Распечатывай давай.

Она выкатила на принтере оба документа, я их подписал и оставил ей. Олечка дальше сама всё дооформит и передаст в соответствующие подразделения. У неё нашёлся неофициальный рассыльный — дядька из отдела Грушко. Умора — полный отпад, лысому старикашке уж больше пятидесяти, а он принялся приударять за Ветренко — шоколадки ей носит, конфеты, а в понедельник и вовсе какой-то веник приносил, типа, на даче под Солнечногорском у него растёт. Приглашал Олечку поехать с ним на следующих выходных посмотреть.

Он вдовец, год назад жену схоронил, а уже на молоденькую для него бабёнку потянуло. Ох, старик, зря тратишь время и ресурсы. Ты опоздал. Теперь госпожа Ветренко в плане ухажёров весьма капризна. Но подарки принимает. А кто бы от дармовщины отказался?

— Позвоню, как сделаю, — обещает очень важный человек нашего офиса.

Мне только командировочное нужно будет забрать, а деньги и так, без моего участия, начислят. Интересно, двумя суммами — представительские отдельно — или одной? Да пофигу.

На выходе из приёмной столкнулся со своей помощницей Екатериной Семёновной Васильчиковой. Вернее, встретил. Если б действительно столкнулись, я бы эту худышку мог снести с ног. О своём новом назначении она пока ни сном, ни духом. Ничего, сейчас ей Анна Николаевна скажет. Или уже сказала, ещё до разговора со мной? Ну-ка, о чём мы там в своей аккуратной умной головушке думаем?

" — Алексей Сергеевич. Ой, это он."

Мда, информативное использование ментала сейчас вышло. Зря только болевой укол себе в темечко устроил. А она сзади ничего так, не хуже, чем спереди. Фигурка, правда, как по мне, чересчур худощавая, почти мальчишеская, но обтянутая белой юбкой — кто ж такие маркие на работу носит? — попка смотрится очень даже ничего. Ого, там же и трусики, точнее, полоски от них просветились. Не стринги, но и не панталоны.

А что, Лёха, бывший лошок, об которого Ленусик Карякина чуть ли не ноги вытирала, смотрю мы все вместе — я нынешний, ты и я московский — начинаем входить во вкус насчёт баб? Капец, я что, на всех подряд что ли готов теперь западать, как тот Виталий Рябков, мой оказавшийся козлиной друг?

— Ты чего улыбаешься? — спросил Олег, когда я вернулся в наш кабинет. — Всё хорошо?

— Это нервное, — отмахиваюсь, подходя к чайнику и включая его. — На самом деле я был Николаевной отпорот, и всё плохо. Ну, не совсем скверно, но на целую неделю я тебя в одиночестве не оставлю. На три дня только отпустила. В четверг уже буду здесь. С утра.

— Ура! — обрадовался Арефьев-младший.

А ведь я его другом считал, а он вон как на мою неудачу реагирует. Ладно, это шутка конечно же.

Иногда вдвоём работать за одним компом намного легче, чем перебрасывать друг другу файлы, будто играем в пинг-понг. Вот и сейчас Олег отъехал на своей каталке чуть влево, я придвинул к нему кресло, и в четыре глаза, три руки — он обоими пользовался, а я, когда требовалось поправить что-то, тыкал в клаву одной — до пяти часов, времени его ухода, ловко завершили остававшиеся на сегодня дела и даже зацепили существенную часть завтрашних.

Оставшись в одиночестве, налёг на папки от Аллы Дмитриевны. Сегодня у нас даже вечернее совещание начальников отделов и групп отменилось. Анна Николаевна с управляющим директором ушли на доклад к руководству холдинга, и, как я понимаю, с концами, раз свой кабинет закрыла на электронный замок, а Олечка упорхнула из офиса ещё до шести.

Что ж, им можно, когда нет ответственной работы как у меня. А я, будто в старые времена, когда был осликом, на котором ездили все, кому не лень, засиделся допоздна. Если бы не Янь, после восьми завалившая меня фотками и видео результатов кулинарного мастер-класса, прошедшего у Николаевых, я бы вообще до полуночи выпал из реальности. Когда на кону пол ляма, настрой на работу прям совсем горячий.

Подумал, что всё хорошо в меру и без фанатизма, а значит нужно собираться домой. Поставил лайки на все картинки и немного прифигел, когда понял, что после Ольги Янь сама на маленькой сковородке готовила, причём, весь процесс проделала с самого начала.

У неё ж ногти что у орлицы, как она ими картошку чистила⁈ И так пересматривал, и этак, ничего не понял. Когда её Коля снимал, Ху спиной загораживала вид на мойку. Ну, справилась, и молодец.

Увидев поставленные лайки, Янь сразу же засыпала меня сообщениями. Благодаря активированному Т9 пишет она без ошибок, если автозамена не путает слова. Тогда смешно иногда получается.

Моя китайская подруга не только в живом общении болтать любит, но и в телефонном. Пока я собирался — переобулся, сложил в портфель зарядку от айфона, причесался перед зеркалом — затем шёл от кабинета к лифтам, спускался вниз и проходил через турникеты на выход, она дала подробные пояснения по каждому фото и видео. Потом сообщила:

«Я поняла, почему вы русские поначалу казались мне хмурыми и недружелюбными. Ещё в Благовещенске, Хабаровске и тут в Москве так думала. А оказывается, просто у вас на улицах улыбаться вообще не принято. Зато, если русские всё же улыбаются, то делают это искренне.»

И чего тут такого? Смех без причины — признак дурачины. Это я с самого детства в обеих своих личностях усвоил. А улыбка — это тот же смех, только тихий. Ведь так же?

«Это тебе Николаевы рассказали?» — спрашиваю, отойдя в сторону от выхода.

«Нет, я сама, наблюдая сегодня за жизнью простых русских людей в их семейной домашней обстановке, это поняла». — пояснила, а следом вдруг спросила: «Как думаешь, Алекс, если я предложу Ольге нормальную работу с достойной зарплатой в одном из подразделений Альфа-групп, где мой папа купил долю акций, это будет нормально? Вдруг я этим обижу?»

«Очень нормально и по дружески. — уверяю. — Янь, слушай, давай я сейчас себе такси вызову, а потом в дороге продолжим общение?»

«Давай. А лучше созвонимся, если ты освободился с работы. Хорошо, что вы в России так рано домой уходите. Жду звонка.»

Офигеть, рано. Китайцы там у себя что, живут на работе? Не важно. Это их проблемы, а я вызвал такси класса комфорт, не в моём нынешнем прикиде пользоваться экономом, а комфорт-плюс на девяносто рублей дороже бы вышел, ну и нафига он нужен?

Водитель было попытался втянуть меня в разговор, но сразу понял, что собеседника я уже имею, пусть и по телефону. Янь конечно сложно назвать собеседником, скорее рассказчицей, но это в данном случае без разницы.

Есть и положительный момент в более позднем уходе из офиса — движение транспорта на дорогах моего любимого города заметно снизилось после пиковых часов. Так что, домой возвращаюсь быстро, да ещё и под интересную историю, как две китаянки были в гостях у простой русской семьи в её однушке, и как здорово там их принимали, и как вкусно кормили, и как увлекательно было общаться. Ага, особенно Ли, которая пока и двух слов по-русски связать не может.

— Ой, я ж тебе про Гришу забыла рассказать. — спохватилась, когда мне до дома оставалось уже минут десять, за её болтовнёй не заметил, как большую часть пути проехал. — Это тот, который хотел Нэсти обворовать с помощью домработницы. Ну, этой, Маши

— Да помню я. А что с ним случилось?

— Представляешь, каким он дураком оказался? Его же отпустили до суда под подписку о невыезде, а этот Гриша заказал себе билеты на самолёт до Астаны. Не знаю, как тут у вас в целом полицейская система работает, но за делом о попытке обокрасть твою сестру присматривают особо. По электронной базе сразу же узнали, куда этот негодяй собрался. Сразу останавливать не стали. Перехватили, лишь когда он уже прошёл паспортный контроль, и факт нарушения условий следствия был зафиксирован. В общем, Гриша помещён в следственный изолятор, и суда будет теперь дожидаться там. И отягчающее обстоятельство ещё одно появилось — попытка скрыться от суда.

Хм, действительно придурок. Да, он не знал, каким серьёзным людям попытался навредить, но мог бы и сообразить. И хрен с ним. Вот совсем таких не жалко. Ладно был бы честный вор, а он влюбившихся в него девчонок хотел под уголовку подставить, а сам выйти сухим из воды. Сволочь.

— А с Машей теперь что? — интересуюсь.

Мне и в самом деле любопытно. С чего бы? Так с чего, это ж я деятельность этой мини-шайки пресёк. Вот и хочется узнать, что там дальше будет.

— Так она ведь не пыталась сбежать. — отвечает Ху Янь. — Из клининговой компании её сразу уволили. Где-то в Москве. Чем-то занимается. Ждёт возвращения Нэсти.

— А сестра-то моя ей зачем опять?

— Она тебе разве не сказала? — удивилась моя китайская подружка. — Наверное просто забыла. Дед ей квартиру купил ближе к университету, чтобы на учёбу долго не добираться. Квартира очень большая, апартаменты. Там нужна не приходящая, а постоянная помощница по дому. Нэсти говорит, за побитого двух непобитых дают. Берёт эту девушку к себе работать. Та клянётся, что и готовить умеет, а не только уборка-стирка-глажка-мойка посуды. Я могу эту Машу ещё и картошку жарить научить.

Еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Янь ведь это на серьёзных щах сейчас сказала, что готова русскую бабу учить жарить картошку.

— О, это будет вообще здорово. — вслух я идею подруги одобрил. — Янь, слушай, мы тут приехали. Я уже у подъезда. Ага. Тоже был рад поговорить. Ну, да, будет тоскливо, ещё пиши, звони. Пока.